Side of sunset & sunrise

Закатная — Предлагаю устроить бунт, — мрачно произнёс Намджун. Гастерс ушёл, отдав новые указания. Совсем несложные по сравнению с дебютом, но всё же. Нам они больше не нравились. — Предложение поддерживаю! — не особенно понимая смысл идеи, фыркнула я. — Но как? — спросила недоверчивая Алиса. — Как-нибудь придумаю, — ответил Намджун.- И попробую после задания исследовать ближайшие туннели. — Ты надолго? — с сомнением уточнила я. — Наверно. Пока Джун собирался к заданию, как раз и вернулся Гастерс, и они вдвоём покинули дом. На меня же накатила запоздалая тревога. Наверно, не нужно бы сейчас высовываться… мне ведь что-то удалось. Свет даже слушался, почти поддавались окна. Я нервно кусала себе губы. Алиса заметила это и обняла меня, чтобы поддержать. Как я дождалась возвращения Мони, не представляю. Но вот, такие знакомые шаги раздались в коридоре, и я сорвалась с места. Вернувшийся Моня подхватил меня на руки, я обняла его за шею и тихонько выдохнула. — А теперь рассказывай. — Бунтовал? — поинтересовался с дивана Чимин. — Я вообще-то серьезно говорил. — Хорошо, больше не шучу. Так что там? Мы, не уходя далеко, расположились в гостиной. Рассказ Намджуна не занял много времени. Потому что рассказывать было особо и нечего. Задание прошло почти штатно. Почти… со стороны Гастерса. А Намджун всё-таки показал характер и отказался делать второй дубль. Просто взял и ушёл. Эта дверь у Гастерса оказалась не закрыта. — Ну а дальше свернул в туннель, противоположный тому, откуда мы пришли. — Иии? — протянула я неуверенно. — И ничего особенного на самом деле. Шёл недолго, по одному единственному туннелю, а потом упёрся в тупик. Пришлось возвращаться назад, но там ничего нового тоже не появилось. Так что вот я и здесь. — С одной стороны это даже хорошо, — пробормотала я себе под нос. Моня услышал, но спорить не стал. — Насчёт Гастерса, — задумчиво протянул Чимин.- Интересная он, бесспорно, личность. И всё же: Гастерс точно не смог тебе помешать уйти? Или не захотел? — Самим бы понять, — вздохнула я. И всерьёз задумалась. Может, все эти наши «поползновения» в сторону свободы не радостная удача, а тщательно продуманный план? Верить во всемогущество нашего похитителя не хотелось. Главгад он только для книги интересен и нужен, но никак не в реальности. Что поделать, видимо, у простых смертных уже в крови всегда верить в собственную уникальность и значимость. Вот и тут упрямство твердило, что раз Гастерс что-то не может, то значит, это можем мы. Потренируем новые способности, взломаем магию дома, героически одержим верх над злодеем и вернёмся на Землю. Только разве что в сказках бывает так правильно и просто. Даже в фэнтези ради этого приходится жертвовать. Если не всем, то многим… Пара новых дней тишины и напряжённых раздумий закончилась с закономерным возвращением иномирца. И вновь соло. Причём, на подготовку ничего не было нужно. Просто встать и сразу в туннели. В этот раз настала моя очередь. Давно в одиночку я не уходила. Боязно как-то. Странное предчувствие всё это время ворочалось в груди. Да ладно, всё же было нормально. Глупости. Просто схожу и сделаю что надо. Что будет, то будет. Нужны ему наши песни, значит, спою. Это уже несложно. Привычные туннели сомкнулись вокруг, впереди маячила прямая спина Гастерса. Мы прошли пару поворотов, зашли в дверь. За ней оказалась «гримерка» как перед дебютом. Оставлять мне было нечего. Так мы с магистром и разошлись: он в комнату за тонированным стеклом, я — на сцену. Только «сцена» в этот раз была особая. Я храбро шагнула внутрь. И вздрогнула. Сколько тут градусов? Словно в ледяную прорубь нырнула. Хотя, кажется, это сравнение недалеко от правды. Небольшое помещение. Стены целиком были во льду, пол занесён снегом. Какого черта? Я развернулась, толкнула дверь. Но та не поддалась. — Выступай, — прозвучал из ниоткуда голос магистра. Черт бы тебя побрал, Гастерс. Как?! Как тут выступать? Но дороги назад не было. Я зарычала в бессилии. От способности менять видок за окном никакого толку! Откуда? Откуда тут снег?! Пальцы подрагивали. Что это всё значит? Гастерс забыл, какие пределы температуры нужны смертным? Надеюсь, хотя бы белый медведь откуда-нибудь не выползет. Не хотелось бы. Холод я ещё как-нибудь переживу, а вот зубы зверя — маловероятно. Гад иномирный! Ну что же так холодно… Нужно продержаться. Просто продержаться. Экстра, ты обязана справиться. Включай музыку. Вспоминай движения и вперёд. Но холод не давал выступить как надо. Дрожь мешала сосредоточиться на танце. Пришлось прерваться и начать заново. Ведь знаю: не получит хорошего выступления, не отпустит. Не прокатит. Достаточно закрытой двери. Даже смертные умеют учиться после первой ошибки, а он — чертов магистр. Дыхание перехватывало от холода. Кроссовки промокли от снега. Там, где я стояла, нанесло немного холодного крошева, но под ним чувствовался бетонный пол. Хоть наступить и не поскользнутся можно. Когда хореография закончилась, я даже не поняла. Казалось, она будет длиться вечно. Мельком я заметила, что ногти без маникюра посинели. Блин, мне нужно срочно отсюда выбираться. — Всё?! — спросила я у пустоты, голос сломался, вышел излишне резким. Не дожидаясь ответа, я вновь толкнула дверь. Она, к счастью, поддалась. Я вылетела прочь. Подальше отсюда. Гастерса по дороге не видела. Вышел он провожать меня или нет, не знаю. За мучительно медленную секунду я оказалась в полутемном туннеле. Здесь уже была обычная температура. Контраст скользнул горячей волной по коже. Захотелось просто упасть на пол и дождаться пока внутренности отогреются. Но нельзя. Не здесь. Домой. Надо домой. Я со злостью оттолкнулась от стены и пошла по туннелю. Я вообще без понятия, куда я свернула. Извини, Намджун, но на исследования я сейчас не способна. От испуга, испытанного в ледяной пещере, дрожали руки. Я сжимала кулаки, пытаясь успокоиться. Губы пересохли и растрескались. Холод колючим клубком ворочался внутри и не отпускал. Всё-таки направление я выбрала правильное. Вскоре передо мной показался вход в дом. Внутрь я ввалилась как снежный ком. Захлопнула за собой дверь и осела на пол. Шумно дышала, пытаясь выровнять дыхание и избавиться от дрожи. — Кир? — из гостиной показалась Алиса. Подруга заметила меня в коридорчике и замерла на секунду, пытаясь понять что случилось. Ага, это я не преувеличиваю. Реально плохо. — Кир! Что?..- она оказалась рядом и обняла за плечи, одновременно разглядывая на предмет повреждений.- Да ты вся дрожишь. Холодная какая! Что ж это такое? Чимин! В проёме показался и взъерошенный кореец. — Плед притащи! — велела она и обратилась уже ко мне.- Ты встать сможешь? — Да. Наверно. С другой стороны подскочил Чимин, накинул на меня что-то тёплое и обнял за талию, поддерживая. — Я к себе, ладно? — уточнила я направление. — Хорошо, давай помогу тебе дойти. Что произошло? — спросил Чимин. — Сцена оказалась в снегу. Под минус двадцать градусов. — Вот гад! — Угу. — Чимин, доведи её до комнаты. Я на кухню за чаем и обратно. Кир, залезь в тёплый душ. Я только кивнула. Жутко хотелось лечь на ближайшую горизонтальную поверхность, свернуться клубочком и уснуть. Откуда-то появился Намджун, Чимин отрывисто ему что-то сказал и, больше ни на что не отвлекаясь, практически на себе дотащил до спальни. А потом мне пришлось забираться под тёплую воду, чтобы не согреться слишком резко. Пока я вылезла из душа, вернулась Алиса и уже не отходила от меня ни на шаг. Колючий холод сменился ознобом и кажется начала подниматься температура. Я выпила тёплого сладкого чая, переоделась в любимую пижамку и залезла под одеяло. Клонило в сон, но спать, пока не согреюсь нормально, было нельзя. В щели двери мелькнул встревоженный взгляд. Я поглубже зарылась в одеяло и хрипло позвала: — Заходите. В комнату зашёл Чимин. Я лишь подняла брови. Не почувствовать расстройства не получилось. Чим вдруг с непонимания оглянулся, цыкнул и ушел обратно. Спустя минуту он вернулся, практически таща за собой Намджуна. Мой кореец выглядел таким виноватым и потерянным, что сердце дрогнуло. — Да ладно, всё нормально, — заглянула я ему в лицо. — Я…- похоже, Джун не мог найти слов. — Иди сюда, — я приглашающе распахнула объятия. Моня аккуратно сел на край кровати, и я притянула его к себе. Кажется, я почти пришла в норму, потому что прикосновения к обнаженной коже Джуна совсем не обжигали, как касания Алисы в самом начале. Лишь дарили необходимое тепло. — Всё хорошо. Это не так страшно, как могло показаться. Я жива, цела и снова тут, — забормотала ему на ухо. — Ладно… — Давайте я вам перескажу, что за ужас случился. — Ты сможешь? — уточнила Алиса. — Смогу. Рассветная Кира уснула. Теперь ей нужен был отдых. Мы втроём вышли в коридор. И тут Намджун уже не сдержался: — Это из-за меня… я пошёл против распоряжений Гастерса. И он решил отыграться. — Намджуни-хён… — Не надо. Это явно так. До этого иномирец относился к нам, как к дорогим айдолам, а не подопытным крысам! Зато теперь решил сразу показать нам наше место и отыграться на Кире! Мы молчали. Возможно, дело вовсе не в Джуне, всё-таки плохо мы знаем магистра, но… не было лишено логики предположение корейца. — Что теперь поделаешь. Надо быть осторожнее, когда вновь пойдём на задания. И что-то скорее придумывать с дверью. Мне кажется, решение найдётся совсем скоро. — Надеюсь, — прошептал Намджун. На несколько часов в доме воцарилась тишина. Кира уверяла, что в порядке, так что собирается спать, и выгнала нас из комнаты. Напутствовав не маяться с ней ерундой. Но я не удержалась и вновь заглянула её проведать. Со мной увязался и Чим. Парень смотрел на меня каким-то беспомощным взглядом. Я коснулась руки девушки. Опять холодная. Раньше я думала, что к этому привыкла. Когда она переживает, ладони у неё всегда становятся ледяными. Но теперь это совсем другой холод. Несильный, легкий, но пугающий. Я покачала головой, глядя на спящую подругу. Чимин вздохнул. Он переживал и почему-то тоже считал себя виноватым. Но причём тут он? Никто над мыслями Гастерса невластен. Что бы там лидер не говорил. Я даже не различила шагов, когда дверь открылась и в комнату зашёл сам Намджун. Окинул нас усталым взглядом. — Идите, я с ней посижу. Чимин кивнул и вышел, а я задержалась на пороге. — Намджун, пойми правильно, но… она действительно легко отделалась, поэтому ты можешь с ней побыть немного, но не забывай и о себе. Посиди и ложись спать. — Ок, — бросил в ответ Намджун. Похоже, он со мной не согласен. Я не стала спорить. Толку то… по его глазам вижу сколько. Ну Гастерс, ну и учудил ты. Закатная Я тревожно дремала. И тут же очнулась, заслышав какие-то звуки. Дверь отворилась чуть шире, тусклый блик скользнул по кровати. Я прищурилась. Это Алиса. Сил шевелиться не было. Просто лень. Поэтому я не подала виду, что уже не сплю. Алиса прислушалась, тихо зашла. Разглядела на столе оставленную работу, проворчала под нос: — Опять творила вместо того, чтобы отдыхать. Приблизилась, склонилась над рисунком, разглядывая. Да, ей было это разрешено. Даже взять его в руки! Полный художнический карт-бланш. Подруга подошла к окну, проверила его, чтобы было закрыто, и задвинула плотнее штору. Развернулась к кровати, присела на край. Поправила сбитое мной одеяло. — Ну всё, спи. Я мысленно угукнула. Завтра вновь нелегкий день. Алиса молча сидела рядом. Вдруг слегка неловко заправила мне за ухо прядку и провела по волосам. Я с великим трудом сдержала улыбку. Заметит, что я не сплю и точно сбежит. А сейчас мне было слишком хорошо и уютно, чтобы спугнуть этот момент. Я закрыла глаза, прислушиваясь к ее тихому дыханию. Кажется, я буду скучать. Но рыжие ведьмы в этом никогда не признаются. Никому. Даже себе, на самом деле. Такова жизнь. Таковы правила. Но я признаюсь. Тихо-тихо, пока никто не слышит. Пока Алиса не знает, что я не сплю. Пока есть мир Гастерса, где всё по-другому. Но совсем скоро мы вернёмся на Землю. Когда взойдёт новое солнце… и никто не знает, что будет. А я всё же заснула, так и не заметив как подруга ушла к себе. Рассветная Просыпаться не хотелось. Но сон не спасёт. Как бы я за него не цеплялась, подольше полежать не вышло. На часах было совсем раннее утро. Сегодня должен вернуться Гад. Я то вряд ли нужна. Да лучше я! Эгоистично, но за себя я так не переживаю, а вот по остальным буду сходить с ума. Я встала, привела себя в порядок и, не дожидаясь приглашения, направилась в спортзал. На беговую дорожку. Разгонять тревоги и очищать разум. В высокие окна светило блеклое раннее солнце. Запыхавшись и почувствовав усталость, я слезла с дорожки. Потянулась за бутылкой. Сзади меня обняли знакомые руки. И нет, не Чим. Кира. Пушистые локоны скользнули по плечам. — Хей, ну я же после тренировки, — хмыкнула сконфуженно. — Нестрашно. Подруга обошла меня и внимательно оглядела. Я почему-то насторожилась. Но Кира уже беспечно улыбнулась и как ни в чем не бывало предложила потренироваться вместе. Зная её пренебрежение этим делом, я удивилась, но не стала отказываться от заманчивой идеи. — Кир, не устала? — уточнила я спустя уже несколько минут. — Да не, — едва справившись с дыханием, «заверила» меня девушка. Я хихикнула и всё же решила сворачиваться. После того задания Гада, конечно, время прошло, но девушку нужно было ещё поберечь. Вообще-то для Киры сейчас и так очень раннее время, а она и компанию мне составила, и потренировалась, и не ела ещё, наверно. В общем, одна сплошная жертва. Мы вышли из спортзала. Щёлк, щёлк. Хорошее настроение как ветром сдуло. Опять Гастерс. Я невольно вцепилась в руку Киры. Та сжала её в ответ. Опостылевший до зубовного скрежета иномирец застыл в проёме. — Мне нужен Чимин. Мой кореец как раз спустился вниз. Джун видимо ещё спал… Мы переглянулись, но Чимин не медля шагнул к магистру. — Чим, стой, подожди чуть-чуть, — я догнала его. — Что такое, чаги? — он склонил голову ко мне. Милая. Чаги — это по-корейски милая. — Я… — Пора бы уже, — ворчливо протянула за спиной подруга. — Я тебя тоже люблю, — опередил меня кореец и быстро скрылся за дверью. Я осталась в гостиной. Кира ушла к Джуну. Пусть они побудут вместе. Но друзья не пожелали оставлять меня одну и вскоре забрали на кухню, накормили как смогли. — Когда Чимин вернётся, мы обязательно услышим. И сразу придём. — Хорошо… Несколько раз я подрывалась с места, потому что мне казалось, что открывалась входная дверь. Но ребята меня останавливали и успокаивали. Пока звук не раздался так, будто щёлкало в голове. Я обернулась на остальных. — А вот это уже точно, — вскинула на меня встревоженный взгляд Кира. Мы выбежали навстречу. Чимин вернулся. Он уже стоял в гостиной, как-то тяжело прислонившись спиной к стене. Я кинулась ему на шею. Чимин прижал меня в ответ ещё сильнее. — Монь, ты аптечку далеко не убирал? — На кухне, — глухо ответил Намджун. — Сейчас принесу. О чем эта она? Я отстранилась. — Чимин… Обхватила его лицо своими ладонями. С разбитой губы парня тянулась тонкая тёмная струйка крови. — Что он… он сделал? — Алис, не волнуйся. Так получилось. Гастерс перенервничал. — Алиса, — плеча коснулась рука Киры. — Давай сядем, — я потянула корейца к дивану. Я забрала у подруги аптечку. И с тревогой занялась ранами своего корейца. Моня с Кирой незаметно перебрались на кухню, оставив нас наедине. — Больно? — спросила я, посмотрев в доверчиво на меня глядящие глаза Чимина. В ответ он попытался чуть сморщиться, поджав губы как обычно. Но тут же зашипел, когда от этого манёвра разбитая губа снова закровоточила. Я смочила новую ватку, приложила, удерживая лицо парня за подбородок. Подержала, убрала заалевший тампон. Наклонилась ближе и подула на ранку, чтобы Чиму было чуточку легче, и тем самым оказалась с ним нос к носу. Какая-то мысль проскочила на периферии сознания. Рука, всё это время обнимающая меня за талию, сжалась крепче. Парень внезапно подался вперёд и коротко прижался своими губами к моим. Я опешила. — От тебя лекарством пахнет… — А от тебя — персиком. — Это от бальзама. — Это от тебя, — не согласился Чимин. — Запах персиков — обычно твой запах. — Не замечал. — Зато я замечала. — Наблюдательная? — Арми подсказали. — А на практике ты убедилась? — Времени не было ерундой заниматься. — По-моему, закатные на нас плохо влияют. Да, да, спорить у них научились, а вот в чувствах признаваться — нет. Ну кажется, чем меня ещё можно смутить? Оказалось, можно и в плане признаний я недалеко ушла… И после всего я ещё нерешительно опустила глаза, разглядывая руки, сжимающие плечи корейца. — Да ладно, — он приподнял мой подбородок.- ты же не думаешь, что я зациклюсь на словах? Я и так это вижу. Когда захочешь, тогда и скажешь. А пока мы лучше обсудим один очень интересный момент. Как пахнут твои губы… — Мы вроде решили, — от этого особенного тона Чимина дыхание сбилось. — Уже не помню. Надо вспомнить. И теперь меня поцеловали по-серьёзному. Не сказать, чтобы я не принимала в этом участия… Принимала. Самое что ни на есть активное. Полностью отдавшись чувствам и утонув в них с головой. С Чимином нестрашно. За него — да. С ним — нет. И только оторвавшись от притягательных губ, я опомнилась: — Расскажешь, что случилось? Как это Гастерс и «нервничал»? Он сошёл с ума? — Почти. Нужно позвать и остальных, наверно… — Почему такие сомнения? — Ммм, не хочется. — А что хочется? — хитро спросила я. — Тебя. — Упс. Но, Чим, они переживали и тоже очень ждали. — Ладно, но потом мы сбежим. — От Гада? — От закатных. — Мы вообще-то не сильно и мешаем, — раздался голос Намджуна. — Всё-таки вернёмся к делу, — напомнила Кира, присоединяясь.- Что произошло на задании? — И какое оно было, кстати? — добавил лидер. Чимин откинулся на спинку дивана и стал рассказывать: — Гастерс увёл меня к обычной комнате, там дал указания. Нужно было исполнить трек из нашего альбома. — Filter? — Really. Из нашего — из альбома Эстени, — пояснил Чима.- Признаться, в комнату для выступления я заходил с большой опаской. Но там всё было обыкновенно: колонки, микрофон на подставке, наушники для отсекания лишних звуков… Я же говорю: всё было нормально. Только твою партию я зачитать не смог, — он покосился на Киру, в дуэте с которой был записан этот трек. Невольно вспомнилось несколько строчек из этой песни. Спродюсирована она была Намджуном в чистом жанре хип-хоп, а исполнялась начинающим рэпером и ведущим вокалистом, что придавало строчкам особое звучание. «Really?!» без сомнения уникальный трек. — Не смог исполнить мою партию? — переспросила Кира с волнением.- И Гад тебя отпустил? — В том и дело. Да. Только перед выходом из комнаты я решил протиснуться мимо иномирца и задел его плечом. Ну Гастерс и шарахнул по мне своей магической волной. Видимо, посчитал, что я совершаю на него покушение. Ну я и задел стену. Губу разбил. Неудачно как-то получилось. — Переволновался, — хмыкнула Кира. — Мда, — нахмурился Джун. — Но получается, — задумалась я.- Что Гастерс начал нас бояться? Если так, то это явно неспроста. Как бы не стал нас он убирать по одному… Мы переглянулись. Как-то невесело. Закатная Я тихонько прокралась в комнату, забралась на кровать и прижалась к горячему боку. — Так… что случилось? — напрягся Моня. — Всё в порядке, — я покачала головой. — Стихи писала? — Писала, — не стала отпираться. — Давай, — коротко попросил он. — Держи… — Ты думаешь? — произнёс мой кореец спустя несколько минут. — Возможность есть, — ответила я, легко поняв, о каких чувствах, выраженных стихотворными строчками, он спрашивает.- Сольные задания после групповых. Вдруг ему нужен кто-то один? Или станет нужен? Страшнее всего от мысли, что кто-то может не вернуться. Даже если Гастерс отправит его на Землю. А вдруг он вернёт меня? Я не хочу вот так остаться без вас… Я прерывисто вздохнула и замолчала, спрятав лицо в ладонях. Но Намджун мягко убрал мои пальцы и крепко сжал их в своих руках. — Не могу что-то обещать за Гастерса, но могу пообещать, что я не сдамся. Здесь мы останемся… даже если так, даже если придётся жить здесь до конца дней! Буду я здесь или вернусь в Корею, если я окажусь один, то не сдамся, не успокоюсь, пока не смогу попасть к вам. Да, это звучит громко и не менее самоуверенно… — Я знаю, — перебила его, понимая, что ему самому страшно такое говорить.- Тшш, это мои слова… я чувствую, думаю, боюсь, да. Но мы здесь. Это спасает. Стихи — лишь кривое зеркало моей жизни. И на самом деле сейчас я не требовала решения… Просто переживания искали выхода и ложились на бумагу запутанными строчками. Не песни, но близко к ним. И Джун мог понять мои стихи как никто другой. И понимал. Каждое слово — заветный ключ, тёплый плед. Как и для меня всегда раскрывалась будто книга откровений лирика, которая была написана Арэмом. — Хорошо, — выдохнул он. Я высвободила руки и провела ладонью по чуть колючей щеке. — Ладно, справимся, — улыбнулась я.-Day may come, when we lose, but it’s not today. Today we fight. Всегда помогает. — Люблю тебя. — И я тебя. — Но всё-таки именно сегодня будет «сражение». Кому-то придётся уйти, — он зло фыркнул. — Скорее всего, Алисе… порядок первых заданий был такой. — Разве не Чимин следующий? — Нет, рассветная. Я помню. Увы, я оказалась права. Себя ждать Гастерс не заставил. И бесстрастно увёл мою подругу, ученицу Намджуна и любимую девушку Чимина. Одну из Эстени. Ожидание возвращения мембера мучительно тревожное. Что затеял этот гад? Я нервно сжимала кулаки и терла ладони между собой. Что делать? Что делать, что делать… Но ведь получалось же у меня как-то менять вид за окном в этом доме? И лампы тогда мигали… А если это всё-таки просто совпадение? Как же не хотелось сейчас сомневаться! Но входная дверь распахнулась. Алиса шагнула в дом. На лице было немного уставшее выражение, но при виде нас она улыбнулась. Однако, как только она переступила порог, мы заметили, что девушка хромает. Чим кинулся ей на помощь. Подхватил и испуганно оглядел. Но подруга тут же начала убеждать, что просто разболелась старая травма и ничего не случилось. — Всё, я сыта Гастерсом по горло, — сообщила я холодно. — Кир, он не…- попыталась подруга меня успокоить. Но с меня хватит! Мы уже достаточно напереживались за последнее время. — По-моему это пора заканчивать. Что, ему не хватит того, что он уже с нами делал? И вообще, обойдётся эта иномирная! — Я согласен, — в голосе Намджуна была ледяная уверенность. Я послала ему благодарный взгляд. Если есть вход, значит, есть и выход. Я с ненавистью покосилась на дверь. Ну, стой, стой, я всё равно не сдамся. Не сегодня. Развернулась. Случайно зацепила рукавом ручку… и та легко дернулась вслед за мной. — Что?