Чак-чак для Бейкера

***

      — Шестнадцать часов! — вздохнул с большим сожалением Доминик, с долей ненависти во взгляде смотря на Ходжа. — Ты хочешь моей смерти прямо на борту самолёта? Это же почти сутки! Еще и с пересадкой!       — Дом, не ной. Здесь присутствуются несколько комнат, и ты благополучно можешь занять одну из них, — проворчала Кэтрин, прижимаясь к своему мужчине. Тем временем Бейкер задумчиво всматривался в ноутбук, пробегаясь глазами по большому тексту.       Поняв, что Ходж будет занят почти весь долгий полет, Кэт отсела к подруге, а та рассматривала за иллюминатором облака, которые плавно перетекали из одной стороны в другую. Девушкам принесли бокалы, наполненные почти что до краев, на что они радостно выхватили фужеры и сделали пару глотков. Лиз и Кэтрин обсуждали неожиданный и спонтанный отпуск аж в другой стране, название которой они даже и не знали. Бейкер утаил от своей возлюбленной наименование города, в котором они останутся на приличное количество времени, пока вопрос с домом наконец не прояснится.       Пробыв почти четыре часа в пути, Хилл устало посмотрела на Ходжа, который в свою очередь продолжал работать на ноутбуке, решая всевозможные вопросы вместе с Домиником, и отправилась в свободную комнату, решив, что лучший вариант – войти в долгий и спокойный сон, пока они не прилетят в определённую страну, чтобы пересесть на другой самолёт. Лиз последовала такому же примеру, оставив мужскую часть компании одних.       Шли минуты, часы, и Ходж устало отложил ноутбук, отпуская измученного помощника на все четыре стороны. Мужчина опрокинул пару стаканчиков виски и отправился в комнату, где спала Кэтрин, сладко обняв подушку руками. Бейкер прилег рядом с ней и провел своими пальцами по ее волосам, шелковистую и мягкую прядку заправляя за девичье ухо. Девушка чуть дернулась, но когда поняла, что беспокоиться не о чем, чуть придвинулась к нему, вынуждая Ходжа обнять ее. Он ласково прижал тело Кэт к себе и вдохнул запах волос. Сон так яростно напал на пару молодых людей, после чего они оба опустились в спящее Царство.       Пересадка была в Турции. Жаркая страна встретила невыспавшуюся команию друзей, заставляя их ругаться и ворчать от лучей восходящего солнца. Они летели тринадцать часов и за это время полностью возненавидели этот мир. Кэтрин уговорила всех присутствующих зайти в магазинчики, что находились в аэропорте, и накупить побольше сладостей, алкоголя, потому что еще одного долгого полёта они навряд ли выдержат.       Лиз заметила на одном из прилавке сочную пахлаву, которая выглядела просто потрясающе. Она указала пальцем на турецкую сладость и по одному ее взгляду можно было понять, что ее точно нужно купить, без каких-либо вопросов. Такии образом Кэт, Лиз, Дом и Брайан впервые попробовали приторную вкуснятину, растягивая удовольствие поедания.       И снова борт самолёта, который встретил их с распростертыми объятиями. Девушки занялись просмотром фильма, который как раз шел столько же часов, сколько им осталось лететь до Казани, а мужчины изредка попивали скотч, разговаривая на свои темы. В какой-то момент Брайан и вовсе отвлёкся от болтовни, связанной с клубом и бедным Юджином, который работает в поте лица за барной стойкой, и попросту начал делать зарисовки в своем блокноте, часто наблюдая за жгучем солнцем, что находилось за воздушным судном.       Цветущая и потрясающая Казань обрадовала Ходжа своей необычайной красотой. Мужчина любопытно осмотрел аэропорт, который за достаточное количество времени изменился до неузнаваемости. Кэтрин вопросительно взглянула на Ходжа, приспуская солнцезащитные очки. В ее голове толпились мысли, которые кучковались между собой и не давали никакого покоя. Самый главный и, пожалуй, единственный вопрос, который мучил девушку: «Где мы, черт вас всех дери?» Только на улице, когда они вышли из аэропорта, Хилл заметила большую надпись.       — Казань? — она повернулась в сторону Бейкера.       — Добро пожаловать в наш родной город, — он попросту пожал плечами и слегка усмехнулся, смотря на Брайана, что стоял в полном недоумении.