ID работы: 12228966

unlived, forgotten, healed

Другие виды отношений
PG-13
Завершён
6
автор
Размер:
2 страницы, 1 часть
Описание:
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора / переводчика
Поделиться:
Награды от читателей:
6 Нравится 0 Отзывы 1 В сборник Скачать

about sunflower fields and broken hearts

Настройки текста
ты смеёшься мне в лицо со скоростью девяносто миль в час и не осознаёшь, что несёшься к обрыву. бесчисленное количество выпитых стаканов бананового молока и съеденных шоколадных плиток с карамелью больше не имеют значения, потому что ромашки уже завяли, а значит, пора поговорить обо всём честно. честность — не мой конёк. я расшибусь об нагретый июньским солнцем шершавый асфальт и истеку вишнёвым вареньем, но ни слова не пророню о своих сожалениях — я и не жалею вовсе. положи руки на руль. чёрт возьми, пожалуйста, положи, ты же разобьёшься. земляничное вино хранится в бутылке зелёного стекла уже неприлично долго, ему надоело ждать, когда его откроют, поэтому оно взрывается, посылая сотни осколков хрупкой бутылки в стены комнаты, вонзаясь в деревянную поверхность двери и в полароиды на стенах. ну же, положи руки на руль, разворачивай машину и приезжай ко мне. мне так не хватает твоего жёлтого. я куплю тебе новых ромашек, слышишь? три букета соединю в один, такой же огромный, как моя любовь к тебе. а хочешь — научусь водить и отвезу тебя к полю с подсолнухами. живые цветы лучше мёртвых, согласишься со мной? помнишь, как мы пили малиновое blanc rose июльским вечером, сидя на уже холодном песке, провожая такой же малиновый, как и сладкий вкус на языке, закат, отражающийся в тёмной морской глади? будто художник скошенной мягкой кистью оставил небрежные, но оттого такие реалистичные мазки амарантово-розового поверх неба, синеющего благородным индиго. довольно забавно целоваться, когда пьёте один и тот же напиток с ярким вкусом — мокро, малиново, и будто каждый пытается доказать, что именно в его банке вкуснее. а помнишь, как дождливым поздним августовским вечером сидели на трибунах на пустом футбольном поле, уставшие и вымокшие до нитки, набегавшись по мокрой флюоритово-зелёной траве под тусклым светом прожекторов, но счастливые оттого, что живые? набравшие воды футболки прилипли к телам настолько, что, наверное, можно было увидеть, как бьются сердца. бьются.. почему сердца всегда бьются? почему нет такого пластыря, который бы залечил сердце, покрытое трещинами? так больно взрослеть за одно лето. я что-то запизделась, да? извини. я всё ещё надеюсь, хоть и не могу знать наверняка, что ты не пустишь машину под откос. всё ещё надеюсь, что с визгом колёс развернёшься и поедешь в обратном направлении. я налью тебе стакан бананового молока, которое ты не любишь, но оно кажется тебе вкусным каждый раз, когда налито моими руками. руками, которыми я прижму тебя к себе и буду держать до тех пор, пока ты не поверишь, что мы справимся, выживем, вернём свой жёлтый, найдём подходящий пластырь для осколков наших сердец. докажем всем, кто думает, что увядшие ромашки — это конец, что они слепы в своём пессимизме. если соединить линией твои родинки на спине — получится ромашка. значит ли это, что пока ты будешь жить, ромашка никогда не завянет? я тоже не оптимистка. бессонные летние ночи, осенние марафоны атмосферных фильмов, тыквенных пирогов и кофе с корицей, зимние завывающие метели за окном и весенние подснежники сменяют друг друга каждый год, и мне кажется, что мы застряли. застряли, как земляничное вино в бутылке зелёного стекла, и вот-вот взорвёмся. но я буду верить. ради всего хорошего. ради всего святого — и похуй, существует ли оно вообще. для меня святое — в ударах сердца, в морских волнах, в подсолнуховых полях, в твоём голосе, в шелесте осенней листвы под ногами. я, может, и попаду в ад за свои грехи и неверие (если он, конечно, существует) — но я всё же глубоко верующая, знаешь? я верю в себя, верю в тебя, верю в то, что кошки — самое инопланетное, а собаки — самое искреннее, что есть на нашем вращающемся непостижимом шаре, верю в 11:11, верю в волшебство ягодного пива, верю в съеденные пятилистники сирени, что исполняют желания, верю в то, что взорвавшееся земляничное вино теперь счастливо. я верюверюверю. каждым осколком своего сердца — верю. открываю окно, чтобы вдохнуть тревожный вечерний раннеиюньский запах скошенной травы и цветущей сирени и вижу твою hyundai creta цвета шоколада с карамелью. у неё разбита правая передняя фара, а у тебя — левая бровь и сердце. бровь, смазанная изумрудной антисептической жидкостью, заживёт вскоре — обещаю. и сердце твоё тоже заживёт со временем. и моё. поехали этим летом к морю? потеряемся в поле подсолнухов, будем пить ледяную колу на заправках, слушать cigarettes after sex и vance joy и читать вслух друг другу, а ночью по часу молча сидеть на побережье, слушая завораживающую мелодию моря. купим бутылку вишнёвого вина цвета сангрии в тёмно-коричневом стекле, нарвём сорняковых, но от этого не менее прекрасных цветов в чьём-то палисаднике, проводим закат цвета жжёного клементина — и будем самые-самые счастливые. у тебя — зима в мыслях, а у меня — весна в сердце. у тебя в крафтовом пакете из пекарни черничный брауни, а у меня — лимонный тарт. ты пахнешь яблочной свободой, а я — виноградной надеждой. соль и уксус. розмарин и апельсин. клубника и миндальное молоко. всё залечится. всё наладится. всё будет хорошо. виноградное обещание.
Отношение автора к критике
Приветствую критику только в мягкой форме, вы можете указывать на недостатки, но повежливее.
Права на все произведения, опубликованные на сайте, принадлежат авторам произведений. Администрация не несет ответственности за содержание работ.