Кукла моего мужа

Довольно хмыкнув, Мин подхватил Джина под руку и быстро повёл его обратно в зал, за ними поспешили Чим и Тэ. Нам ненадолго остановив взгляд на Гуке, тоже направился за всеми, боясь оставлять этих ненормальных без присмотра. Подумав несколько минут, Чон вскочил и начал метаться по кабинету, как тигр в клетке. Его накрыла холодная ярость и решимость. «Ну уж нет, так просто я не сдамся!» — сказал он себе и рванул на аукцион. — 14 700 000, столик номер 12, — услышал Чон, кода вошел в зал. — 20 000 000 и закончим этот цирк, — выкрикнул он, подходя к сцене и рассматривая каждого гостя. В зале на несколько минут зависла тишина, потом раздались возмущенные возгласы, кто-то пытался возражать против участия Чонгука, но недовольных быстро вывели из зала. Отряд Нама всё еще наблюдал за происходящим. — 20 000 000 — раз, 20 000 000 — два, 20 000 000 — три. Продано Чон Чонгуку. Торги закончены. Всем спасибо! Чон победно обернулся на Юнги, который снисходительно посмотрел ему в глаза и перевёл взгляд на Нама, подзывая его к себе. «Трындец! Я что сейчас сам у себя купил своего же робота за 20 000 000? Да что за наказание?» — пронеслось в голове у Чона. Зал постепенно пустел, гости один за одним покидали мероприятие. Кто-то подходил к Джину, пытаясь выяснить больше подробностей, он довольно отшучивался, благодарил за участие и прощался. Чон издали смотрел, как Нам и Юнги тихо разговаривают, стоя слишком близко друг к другу. Ревность начала царапаться и кусаться внутри Гука, так и подначивая броситься к парочке и оттолкнуть их друг от друга. Он сжал кулаки, когда Мин подошел практически вплотную к Наму и начал теребить пуговицу на его пиджаке, наклоняя голову и удивленно прислушиваясь к тому, что тот шептал ему на ухо. — Нами, о чём ты хотел поговорить? — ласково спросил Мин, в его голове всплыли давние тёплые воспоминания о двух сумасшедших неделях, проведенных вместе. — О Джине. Юнги, ты своим вмешательством очень сильно помешал нашей операции. — Ты о чём? — Юн непонимающе уставился на Нама. — Какая ещё операция? — Послушай, Ким хоть и очаровательный, но всё-таки мошенник и участник довольно крупного преступного синдиката. То, что он считается владельцем этого острова, не значит, что за ним не стоят очень опасные люди. Мы давно за ним наблюдаем. Здесь в последнее время начали происходить очень неприятные инциденты. Не буду вдаваться в подробности, но Джин, похоже, теряет власть над ситуацией и сам находится под угрозой. Эта территория нам не подконтрольна, поэтому, когда твой муж сообщил, что Ким обратился к нему с просьбой создать для него твою копию, мы ухватились за эту возможность двумя руками. Планировалось, что робот будет постоянно рядом с ним и станет источником информации. — Вот чёрт! — Юн виновато посмотрел на Нама, а потом бросил такой же взгляд на Чона, — так он для вас его сделал. — Всё верно! К сожалению, твоё вмешательство, хоть и абсолютно непреднамеренное, полностью разрушило наш план. — Нам печально вздохнул. — Ладно, спецоперация — это всегда определённый риск. Делать нечего, подумаем, что можно будет сделать со всем этим. Тебя я прошу ни во что больше не соваться. Хорошо? — Конечно, Нами. Прости ещё раз! — Ты же не знал ничего. И я никогда не смогу злиться на тебя, — Нам на несколько секунд задержал взгляд на розовых губах, которые были так близко и тряхнул головой, отгоняя наваждение. — Твой муж сейчас сожрёт меня глазами, — ухмыльнулся он, — идём. Он мягко приобнял его за талию и направился в сторону Чонгука, Тэ и Чимин тоже подошли к ним. — Я немного рассказал Юнги о нашем сотрудничестве, — сказал Нам Гуку, на что тот удивлённо приподнял бровь, — мне уже пора, Гук, я свяжусь с тобой в ближайшее время. Есть несколько вопросов, которые нужно решить. До встречи. Юни, рад был тебя снова увидеть. — Комиссар, может быть найдете для меня пару минут, — попросил Джин. Нам странно покраснел, кивнул и отошёл с ним в сторону. Мин вдруг почувствовал себя очень неудобно под пристальным взглядом Чона. Он надул щёки и посмотрел на него исподлобья, оценивая, насколько тот зол. — Зачем ты выкупил Буську? — спросил он, теребя завязку на рубашке. — Никто не будет тебя трахать, кроме меня, даже в виде робота, — ответил Гук, приближаясь на один шаг. Мин поджал губы, чтобы глупо не захихикать. — Как ты так быстро меня узнал? — Здесь? — Да. И дома тоже. Я такой плохой актер? — Юнги состроил кислую физиономию. Чон подошёл к Мину поближе и видя, что тот не против, обнял, смотря прямо в глаза. — Когда ты злишься, но пытаешься это скрыть, у тебя появляются две маленькие морщинки в уголках глаз и ты начинаешь пощипывать кожу вот здесь, у большого пальца, — Гук взял руку Юнги и поцеловал. — И ты очень мило морщишь переносицу, когда не уверен в чём-то. Ещё, когда ты думаешь о сексе, непроизвольно приоткрываешь рот и совсем немножко, облизываешь нижнюю губу, и твой взгляд, он становится таким слегка туманным. Ты был такой за ужином в тот день, когда вернулся. И твой запах, я не смогу перепутать его ни с чьим другим. То, как ты тихо стонешь и произносишь моё имя на выдохе, невозможно повторить ни в одном роботе. Поверь, я несколько месяцев пытался воссоздать тебя по крупицам. Буська похож на тебя очень, но в нём не хватает твоих этих небольших черточек и изюминок. Это убивало меня. Ты абсолютно неповторим. — А сегодня? У тебя не было возможности рассматривать чёрточки, ты сразу подошёл ко мне. — Сам не знаю, я просто чувствую тебя. Чимин восторженно вздохнул рядом и шмыгнул носом. — Ребята, может вы помиритесь уже? А? Ну вы же созданы друг для друга. Ну, пожалуйста! Я вас так люблю обоих. Чон улыбнулся и вопросительно посмотрел на Юна. — Нам нужно многое обсудить и подумать, — ответил он. Похоже на Тэ тоже произвело впечатление откровения Гука, потому что он утянул Чимина от сумасшедшей парочки и тихо предложил: — Чимусик, давай поженимся здесь. Тут супер-упрощенная система. Чимин несколько секунд внимательно смотрел в глаза Тэ, потом кивнул и ответил: — Пару минут подожди. Он быстро подбежал к Юнги, что-то прошептал на ухо и получил в ответ согласие, вернулся. — Ну, смотри, никто тебя за язык не тянул, — сказал он Тэ, — от меня так просто не отделаешься. — Идём быстрее, боюсь, вдруг ты передумаешь. Проводив взглядом убегающих Чимина и Тэ, Мин вдруг почувствовал, что очень устал. Он уткнулся лбом в грудь Чона и капризно простонал: — Увези меня отсюда. У меня нет сил. Оказавшись в машине, он сразу уснул на коленях Гука, уткнувшись ему в шею и первый раз за последний год почувствовал себя спокойно и счастливо.

***

Перед глазами простиралось невероятное звёздное небо. Мин радостно вдохнул ни с чем не сравнимый запах моря. Он лежал в кровати на палубе яхты, заботливо укутанный одеялом под боком мужа, слушая шум волн и его дыхание. Повернув голову, Мин стал рассматривать родное лицо, Гук хмурился во сне и крепко сжимал губы. Юн провел пальцем по морщинке между бровей, пытаясь её разгладить. Чон зашевелился, придвинулся поближе, крепко обнимая: — Чего не спишь? — пробормотал он сонно. — Тебе холодно? Пошли в каюту, я не стал тебя туда тащить, побоялся навернуться. — Нет, хочу остаться здесь. Чон нашёл губы, стал очень нежно целовать, дразня кончиком языка, не разрешая сорваться себе и останавливая Юнги, который жадно отвечал и совсем не желал притормаживать такой приятный процесс. — Юни, нам нужно сначала поговорить. Секс ничего не решает между нами, — Гук изо всех сил пытался образумить Мина, у которого от романтичной обстановки и близости такого желанного тела, похоже, уже отключились тормоза. Он капризно хныкал и не хотел вытаскивать ручонки, шустро запущенные в штаны Чона. — Но с тобой он такой невероятный. Поговорить мы всегда успеем, — соблазнял он, прикусывая кожу на ключице, закидывая ногу на бедро и потираясь об него, при этом издавая такие соблазнительные звуки, что сдерживаться становилось практически невозможно, — Гуки, пожалуйста, я так соскучился по тебе, ты мне нужен сейчас, я не могу больше ждать, это невыносимо жить и не чувствовать тебя. — Ненормальный, — Гук утопал в нежном шёпоте, сладких губах, гладкой коже, невозможной близости любимого тела, — мы не будем заниматься сексом, пока не поговорим. — Ты опять притащил меня на яхту и отказываешься трахаться. Избитый приём. — Зато действенный. Вдруг ты используешь меня и опять начнёшь требовать развод. Пойдем в каюту. — Не хочу. Тут романтично, звёздочки и ты так близко. Знаешь, думаю, что могу кончить просто продолжая делать так, — Мин легко покачивался, потираясь о Гука и вдыхая его запах. — Разве ты хочешь этого? Ты же знаешь, что я могу сделать с твоим телом, как невероятно хорошо нам может быть. Обещаю, ты увидишь звёздочки и в каюте тоже, — Гук встал и протянул руку, — пошли! Тут всё напоминает наш первый раз, сложно говорить серьёзно. Можем вернуться сюда потом, если захочешь. — Серьёзно сложно говорить со стояком, — Мин медленно выдохнул через нос, — но ты прав. Он завернулся в одеяло и схватил Гука за руку. В ярко освещенной каюте обстановка была не такой поэтичной. Мин уселся по-турецки на широкую кровать, так и оставаясь закутанным в одеяло. Он сладко зевнул, заставляя Гука улыбнуться от умиления. Сам он сел от греха подальше в кресло. — Обещаю больше никогда не пытаться манипулировать тобой, — начал Чон. Мин недовольно изогнул губы: — Меня это не устраивает. Мне нравятся твои попытки управлять мной, наши споры и пари. Я не хочу превратиться в одну из этих парочек, которые без конца консультируются с психологом и ведут бесконечные беседы о взаимопонимании и доверии. Гук облегчённо выдохнул: — Слава богу! Я не устаю восхищаться тобой. То есть, я могу тебя шантажировать? — Можешь, как и я. Но нам нужно определить границы. Проблема именно в том, что ты их не видишь в твоей вседозволенности. Ты никогда не будешь вмешиваться в мою работу. Никаким образом. Только я решаю, когда, где и в каком виде я снимаюсь, выступаю и какие контракты заключаю. Я не твоя кукла. — Мне невыносимо видеть тебя на экране, целующимся с кем-то, — Гук недовольно нахмурился. — Так не смотри. Этот вопрос принципиальный. Если ты не согласен, нет смысла обсуждать что-то дальше. Моя работа никаким образом не будет фигурировать в наших спорах. — Хорошо. Мне сложно, но я согласен. Я постараюсь поработать над собой, не хочу быть вдалеке от такой важной части твоей жизни. Просто постарайся мне помягче обо всём рассказывать, начинай издалека. И, боже, я надеюсь, там не будет откровенной порнухи. Что на счёт ребёнка? Это принципиальный вопрос для меня. Давай определим сроки. — У меня запланирован важный проект в течение этого года, потом я готов взять творческий отпуск. Отложу съёмки, буду работать только в качестве курирующего продюсера. Нужно будет еще с Паком поговорить. Я думаю, всё решаемо. Но это и для меня принципиальный вопрос. Воспитание ребёнка, его пол, имя — это мы решаем совместно, без всяких пари и манипуляций. — Ну, с полом-то ясно, разве ты не мальчика хочешь? — С чего ты взял? — Гук замер и испуганно сглотнул, Мин фыркнул и хитро заулыбался, — я хочу не одного ребёнка. — Фууу, испугал. Но первым-то хоть мальчик? Мне так хочется посмотреть, что получится. Твоя красота и обаяние, плюс мой ум, я уже обожаю его. Он будет помогать мне в моих разработках. — Ну, понеслось. Да, конечно, прям с пеленок начнёт помогать. Может, притормозишь? Мы что, всё решили? Так быстро? Почему мы не могли сделать этого раньше? — Наверное, нужно было побыть врозь, чтобы осознать, что для нас действительно важно. Год назад я не готов был идти на компромиссы, — Чон переместился на кровать, запуская руки под одеяло, — какие у тебя планы на эту неделю? — Пак зачем-то попросил отпуск, он перенёс все мои важные встречи, так что я, вроде бы, свободен. — Целая неделя с тобой наедине — это чудесно, — Чон сбросил с Мина одеяло и начал стягивать штаны, — приготовишь мне утром завтрак? — Что? Нет, ты же знаешь, я терпеть не могу готовить. — Давай поспорим. Кто первый кончит, тот и готовит всю неделю. Мин расхохотался: — По рукам.