ID работы: 12229995

Самые лучшие и исполнительные работники

Слэш
PG-13
Завершён
22
автор
Размер:
17 страниц, 1 часть
Описание:
Посвящение:
Примечания:
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Поделиться:
Награды от читателей:
22 Нравится 7 Отзывы 6 В сборник Скачать

Джозеф Джостар вынужден искать работу

Настройки текста
Когда спишь в тепле, на мягкой постели, в удобной пижаме, в объятиях любимого человека, сны снятся только самые замечательные. Или не снятся, но при этом на душе так хорошо, что вставать совсем не хочется. Хочется, чтобы это утро длилось подольше, а лучше чтобы вообще не заканчивалось. Цезарь всегда просыпался чуть раньше звонка будильника, но продолжал лежать с закрытыми глазами, пытаясь ещё немного поспать. Укутавшись как всегда в одеяло ещё больше, он отвернулся от окна. Он не хотел думать, что сейчас утро, а свет, пробивающийся через плотные шторы, совсем не помогал ему оставаться в счастливом неведении. Джозеф во сне заворочался и застонал. Ему, видимо, не нравилось, что Цезарь двигается, хотя он старался аккуратно повернуться. Цезарь замер, чтобы не разбудить Джозефа. Ему ещё минут двадцать осталось спать, пускай набирается сил. Джозеф особенно мило выглядел, когда спал. Цезарь это заметил ещё тогда, когда они ночевали вместе в Италии. Их родители оказались давними знакомыми, а вот они друг друга совсем не знали. Сначала Джозеф ему показался слишком шумным, громким, взбалмошным и невежественным, но то, как он лёг на самый край кровати, чтобы не мешать Цезарю, и заснул, став таким тихим, спокойным, очень умилило Цеппели тогда. Он с того момента полюбил наблюдать за спящим Джозефом. Как же Цезарь был рад тому, что родители разрешили ему провести каникулы с ним в Нью-Йорке! Засыпать и просыпаться вместе с ДжоДжо для него было невероятным счастьем. Но вот противный будильник прозвенел. Цезарь нехотя раскрыл глаза, вздохнул и отложил его. Нет, он не собирался снова спать. Это была мера предосторожности. Вдруг он нечаянно заснёт, а будильник не даст ему проспать. Джозеф даже не шелохнулся. Спит он очень крепко, что не нравилось Цезарю: он не хотел просыпаться первым, хотел, чтобы его хоть раз разбудил ДжоДжо, а не поганый будильник. Но сейчас у него не было выбора. Он тихонько выбрался из объятий Джозефа, оставив вместо себя одеяло, которым он укрывался. И всё же Джозеф очень милый, когда спит. Он такой расслабленный и спокойный, что хочется снова лечь с ним рядом и лежать так до тех пор, пока он не проснётся. Больше всего Цезарю нравилось, что ДжоДжо молчит и не творит невообразимо стыдные и глупые вещи во время сна. Он любил Джозефа, но его выходки выводили его из себя. Но надо его будить. Цезарь осторожно дотронулся до его плеча. — ДжоДжо, пора вставать, — тихо и ласково сказал Цеппели, — нам ещё на работу собираться, — чуть увереннее и громче добавил он. В ответ послышалось мычание. — Цезарино, — жалобно застонал Джозеф, — ты опять с меня стащил одеяло, и я был голым свитком… почему ты меня будишь? — Потому что мы проспим иначе! — раздражённо сказал Цезарь. Его очень бесили глупые вопросы Джозефа. — Нам на работу надо! — воскликнул он громко. — Работа! — захныкал Джозеф. — Ненавижу работать! — Давай, вставай, — спокойно попросил Цезарь. — А ты приготовишь мне тосты с маслицем и капучино? — спросил Джозеф, сняв маску для сна с изображением глаз из какого-то аниме, в которой он всегда спал. — Да, приготовлю, — Цезарь кивнул, улыбаясь. Ему наконец удалось поднять ДжоДжо. Это была победа! — Хорошо, тогда готовь, а я в ванну, — ДжоДжо надел свои крякающие тапочки в виде уточек. Это было не единственное глупое приобретение Джозефа. Цезаря бесили эти тапки, потому что они постоянно крякали. Лиза Лиза, мать Джозефа, тоже не любила их. — Эй, так нечестно! — воскликнул Цезарь. — Я тебе готовь, тебя буди, а ты первый ванну занимай? Так не пойдёт! — Ладно, кто первый, до ванны, тот и выиграл! — сказал Джозеф и тут же рванул в сторону ванны. — Подожди! — Цезарь успел схватить его за шиворот. — А как же зарядка? Без зарядки никуда! — Ну Цезарь! — захныкал Джозеф, пытаясь его разжалобить. — ДжоДжо! — строго сказал Цезарь. — Пошли делать зарядку. Несмотря на всё своё нежелание, ДжоДжо пошёл делать зарядку. Всё же он не мог долго упрямиться, когда Цезарь его о чём-то просит. Джозеф всё-таки очень его любит и не может позволить себе его обидеть. Он будет возмущаться, ныть, но против воли Цезаря по-настоящему не пойдёт. Да, он считает Цезаря совсем немного занудой, но он же старается для него, так что Джозеф всегда прощал Цезарю его вредность. — Всё, я пошёл, — Джозеф вскочил, поцеловал Цезаря в щёку и побежал в своих крякающих тапках в ванную, хотя только что чуть ли не плакал из-за того, что умрёт, по его словам, от невероятной нагрузки. — Джозеф Джостар, официально заявляю, что ты подлец! — громко сказал Цезарь ему вдогонку, скрестив руки на груди. — А я тебя люблю! — сказал Джозеф, немного сбавив темп. — Ma vaffanculo! — смущённо сказал Цезарь. Благодаря Цезарю Джозеф научился материться на итальянском. Цезарь никогда не матерился на английском, чтобы ненароком не обидеть ДжоДжо. Но ему было слишком интересно, что там говорит Цеппели, поэтому Джозеф узнавал, что там бубнит или кричит ему Цезарь. До того, как выучить ругательства, Джозеф самостоятельно выучил ласковые слова на итальянском, чтобы радовать Цезаря. Он надеялся таким образом его подкупать, но на Цезаря ничего не действовало. Он слишком упрямый.    Цезарь ещё долго смотрел вслед убегающему Джозефу. Как бы смешно он ни выглядел в своей футболке с Пинки Пай, красных боксёрах и тапках, Цезарь не мог им не любоваться. Да, он часто возмущается и показывает своё недовольство, но с Джозефом ему всегда было хорошо, хотя он не совсем понимал, как ему может быть с ним комфортно, если никогда не понимаешь, что задумал ДжоДжо.    Цезарь готовил им завтрак. Он всегда готовил по утрам в этом доме, потому что Джозефа к плите опасно подпускать. Как-то раз Джозеф решил порадовать Цезаря и приготовить омлет. В итоге омлет был пережарен и пересолен, а кухню он чудом не спалил. Тогда Цезарь попросил Лизу Лизу готовить им с утра, на что она ответила, что не будет этого делать: в это время она спит и не собирается вставать ради того, чтобы приготовить взрослым парням еду. Цезарь понимал её, так что взял на себя готовку. Он с особой любовью готовил, хотя в кухарки подаваться он никогда не желал. Цеппели не мог и подумать, что будет готовить не только для себя. Он думал раньше, что если у него встанет выбор между человеком, с которым он в отношениях, и спокойной жизнью без домашних хлопот и заботе о другом человеке, то он будет слёзно прощаться с любовью всей его жизни, а потом уйдёт, вздохнув с облегчением. Но всё изменилось с приходом Джозефа в его жизнь.    Внезапно он почувствовал руку на своей заднице. Цезарь замер от неожиданности, хотя этого стоило ожидать. Это же Джозеф. Но проблема в том, что он мог сделать что-то глупое когда угодно. Думаешь, что сейчас подходящий момент подурачиться, готовишься ко всему, что можно, а Джозеф серьёзен как никогда. В общем, его сложно понять. ДжоДжо прижался к нему со спины и положил голову ему на плечо.    — Я трахну тебя в твою жопу, — угрожающе-игриво сказал Джозеф, улыбаясь.    — Это самый худший флирт, который я слышал, — Цезарь вздохнул, повернувшись к нему, — а может я тебя трахну? — пошутил он, думая, что Джозеф тоже шутит.    — Давай, — Джозеф улыбнулся, восприняв слова Цезаря как не шуточное предложение, — прямо на том столе сейчас, — он указал на стол в гостиной.    — Ты дурак? — Цезарь отстранился, всё краснея. — Нет! Мы за этим столом едим с миссис Джостар, мистером Спидвагоном и твоей мамой! Фу! Это будет стыдно!    — Ты такой зануда! — ДжоДжо обиделся.    — Вот придём с работы и будем делать, что хотим, — сказал Цеппели, отвернувшись.    — Ладно, договорились, — сказал ДжоДжо.    Позавтракав, они стали одеваться на улицу. Несмотря на жуткую жару, которую обещал прогноз погоды, Цезарь надел джинсы. Те части тела, которые не закрывала одежда, он обильно намазал кремом от загара. Он очень не хотел загореть, хотел сохранить свою прекрасную белую кожу. В Италии все его братья и сёстры не боялись загорать, поэтому часто высмеивали желание Цезаря остаться бледным, как смерть.    — ДжоДжо, ты так не пойдёшь! — сказал Цезарь, увидев, что Джозеф надел очень короткие шорты, топ и что-то очень похожее на шлем пилота.    — Ты что, думаешь, что меня у тебя уведут? — Джозеф усмехнулся. — Не бойся, Цезарино, я от тебя никуда не уйду!    — Мы идём на работу! — объяснил Цезарь. — А ты одет так, будто собираешься на какую-то вечеринку! А в этой ушанке ты мозги сваришь!    — Ладно, с шлемом я правда переборщил, но мои прекрасные шортики зачем оскорблять? — ДжоДжо надул губы.    — Надень хотя бы шорты подлиннее, — попросил Цезарь удивительно спокойно.    — Хорошо, мамочка, — Джозеф расплылся в довольной улыбке. Цезарь хмыкнул и отвернулся, готовя крем, чтобы намазать им ДжоДжо.    — Что ты хочешь делать? — с испугом спросил Джозеф, надев шорты длиннее.    — Ты сгоришь, если не намажешься кремом, — сказал Цезарь и двинулся к нему с тюбиком.    — Нет! — Джозеф зажмурился и замахал руками. — Настоящие мужчины не боятся солнца! Я тебе гей какой-нибудь, чтобы ухаживать за кожей?     Повисло молчание. Цезарь схватил Джозефа за руки и стал вглядываться в его лицо, пытаясь понять, шутит он или нет. ДжоДжо смотрел на него с наигранным испугом. Он хотел этим взглядом разжалобить Цезаря, тот всё больше хмурился, изучая его.    — Да, — Цезарь кивнул и зафиксировал его руки одной рукой.    Джозеф вырывался, хныкал, но скорее для того, чтобы показать, что он до сих пор не согласен с тем, что ему нужно мазаться кремом от загара. И всё же ему нравилось, что Цезарь за ним ухаживал. То, как он аккуратно размазывал крем от загара, говорил стоять спокойно, ему доставляло удовольствие. Он уже улыбался, поджимая губы, когда Цеппели мазал ему лицо.    После этого они наконец вышли из дома, зашли в ближайший магазин. Они всегда туда заходили перед работой, покупали перекус. В магазине были недорогие вкусности, что не могло не радовать подростков, у которых было немного денег. Погода была хорошая, с утра уже солнце не щадило людей, которые выходили на улицу. На небе не было ни облачка. У воды, близ залива, было ещё жарче. Влажный воздух не позволял горожанам наслаждаться хорошей солнечной погодой, быстро нагреваясь. Джозеф, шагая вприпрыжку, держал Цезаря за руку, тот смущался жутко, но руки не разжимал. В такую рань народу на улице было немного. Все торопились по делам. Были, конечно, и люди, которые только шли домой, но по таким районам, где ходили такие личности, они не ходили. Без пяти девять они были на работе. Работали они в парке аттракционов. Их работа заключалась в том, чтобы доставлять нужные вещи другим сотрудникам парка, выкидывать мусор из урн. Джозеф называл эту должность «носильник». Цезарь всегда краснел за него, когда тот называл их так и поправлял его, говоря, что они носильщики. Оказавшись в подсобке, Цезарь снова намазался кремом от загара, а после надел рабочую рубашку и взял перчатки. Джозеф взял блокнот и ручку. Им сейчас предстояло разгрузить нужные для продавцов в парке товары. По всему парку располагались точки, где можно было полакомиться разными вкусностями. Сначала они развезли мороженое. Взяв специальные тележки для мороженого, они стали отвозить контейнеры с мороженым по разным точкам и укладывать их в холодильники. После они занялись газировками, которые нужны были везде. Без газировки не обходилась ни одна точка, где можно приобрести еду. Все посетители любили покупать холодную газировку, особенно в такие жаркие дни, как этот. Дальше был попкорн. Они взяли другую тележку, повезли огромные мешки с карамельным и солёным попкорном к разным точкам. Когда всё было развезено по местам, Джозеф посадил Цезаря на тележку и покатил её к их подсобке. Цезарь вцепился в тележку и поджал ноги. Каждый раз, когда ДжоДжо его катал, Цезарь вжимался в тележку, боясь с неё упасть. Он доверял Джозефу, но всё же боялся. Когда они катались на тележках, дух у них захватывало. Если это увидит кто-то из администраторов или кого-то вышестоящих, то им точно несдобровать, но они продолжали кататься. Жизнь в парке утром текла размеренно, медленно. Практически никого, кроме работников, не было здесь, и это не могло не радовать молодых сотрудников. Им не хотелось напрягаться, хотя они сознательно пошли на эту работу. Особенно радовались те работники, у которых оплата была почасовая. Они просто красиво стояли, сидели и разговаривали друг с другом, а им за это платили. У некоторых работающих ещё даже их начальства или, как называл всех очень важных людей в парке Джозеф, «надзирателей» не было на месте. ДжоДжо завидовал таким людям, потому что за ними все постоянно следили. У них с Цезарем не было такого времени, когда они могли расслабиться. Но даже в этот ранний час ходили некоторые посетители. Все говорили в парке, что такие люди отбитые психопаты. В это время половина аттракционов ещё закрыта, кафе в парке не работает, а точки с попкорном, сладкой ватой, горячей кукурузой, хот догами и мороженым только готовят к открытию. Из развлечений утром тут только качели, карусели, «рогатка» и чёртово колесо. Бывает ещё такое, что открыта одна точка в парке с попкорном и сладкой ватой, но это бывало только в смену Коичи Хиросе. Это маленького роста хрупкий на вид парень с необычайно белыми волосами, больше четырнадцати ему не дашь. И то, все думали, что ему четырнадцать только из-за того, что он может работать, так бы ему давали только лет двенадцать. Но ему было шестнадцать. Он обижался, когда его не воспринимали всерьёз, потому что он выглядит как ребёнок. На самом деле Коичи — очень серьёзный и ответственный молодой человек. В парке нет подростка, более серьёзно относящегося к своей работе. Приходил он всегда самый первый, приводил своё место в порядок, отправлял фотоотчёт Кишибе Рохану, его начальнику, и ждал полностью готовый ко всему гостей парка. Джозеф и Цезарь всегда, проходя мимо, здоровались с ним, спрашивали, что ему нужно, справлялись, не устал ли он. Коичи, когда у него не было народу, болтал с ними. Держался он скромно всегда, иногда вёл себя робко, но в общем с ним было приятно иметь дело. С клиентами он общался любезно, чем всегда заставлял расплыться в улыбке молодых девушек, женщин, которые приходили в парк со своими детьми, милых старушек, которые следили за внуками. О нём все всегда отзывались хорошо. Конечно же у такого приятного парня была девушка. Работала она в этом же парке проверяющей билеты на «шейкер». Ямагиши Юкако — стройная высокая девушка с прекрасными длинными-длинными чёрными, как самая тёмная ночь, волосами. Никогда она никому не улыбалась, кроме Коичи. Её лицо всегда было серьёзным, даже грозным. Она могла сказать в разговоре какую-нибудь грубость. Мило говорила она только с Коичи. ДжоДжо старался с ней не связываться, потому что знал, что через минуту разговора с ним она захочет его убить. Таков уж Джозеф. Он слишком энергичный, громкий, слишком много дурачится, а Юкако терпеть такое не могла. Ей нужно было, чтобы всё было идеально, иначе она впадает в самую настоящую и страшную ярость. Время шло, народ постепенно приходил. В парке становилось всё душнее и теснее. Шум аттракционов, визг, гул наполнил парк. Он наконец полностью проснулся и стал похож на тот парк аттракционов, который мы все представляем, слыша это словосочетание. Это означало, что работа закипела. Никому не было продыху: ни работникам кафе при парке, ни продавцам различных вкусностей, ни проверяющим билеты, ни, конечно, Джозефу и Цезарю. Люди, пришедшие сюда отдыхать, создавали много проблем, задавали вопросы. ДжоДжо составил топ три своих любимых вопроса. «Где здесь туалет?» и прочие очень оригинальные его интерпретации занимал третье место. Он, как и другие работники парка, знал, как объяснить, где находится туалет, из любой точки парка. Этот вопрос был вполне естественен, все с пониманием относились к людям, задающим его. На втором месте у Джозефа стоял вопрос: «А что у вас тут интересного есть?». Этот вопрос всегда всех ставил в тупик, потому что сотрудникам всё в этом парке уже настолько осточертело, что они и не знали, что предложить. В итоге после недолгих раздумий конечно находился ответ, но такие вопросы никто не любил. Особенно их не любили проверяющие билеты, потому что за их спинами виднелся аттракцион, который они должны позиционировать как лучший, что есть в этом парке, а им задают такой нелепый вопрос, а потом ещё обижаются, что им нужно стоять в очереди. Первое место Джозеф отдал вопросу, который ему задали единожды, но он в его памяти отложился навсегда. «Извините, где тут парк аттракционов?» — лучший вопрос, который ему задавали. ДжоДжо держался, чтобы не засмеяться, но не мог и слова произнести. Пришлось Цезарю всё объяснять за него. Тяжко работать на открытом воздухе в такую жару. Цезарь не понимал, почему люди в такую жару приходят в этот чёртов парк. Сейчас Цезарю даже дышать было тяжело, а посетители чувствовали себя прекрасно. Они с Джозефом очистили урны, отвезли мусор в стоящую за парком большую такую мусорку и, поставив тележку для мусора на место, сняв перчатки, пошли на обход, чтобы узнать, не нужно ли кому что. Шли они очень медленно. Таким образом они отдыхали от работы. Вдруг ДжоДжо подорвался и, пробираясь через толпу, направился к какому-то мороженщику. — Какёин? — удивился Джозеф, подойдя к рыжеволосому парню, скучающе глядящему куда-то мимо толпы. От него отошла довольная компания. У всех у них было по мороженому. Какёин, по всей видимости, тоже был доволен: ему они отдали кучу денег за это мороженое. — ДжоДжо? — Какёин тоже был удивлён. Он повернулся к нему и стал рассматривать. — ДжоДжо? — из-за спины Какёина выглянул плечистый парень с длинными крашеными волосами. Это был Жан-Пьер Польнарефф. — Ты что тут делаешь? — Вот это встреча одноклассников! — воскликнул Джозеф. — Что вы тут делаете? — ДжоДжо, кто это? — к ним подошёл Цезарь. — А ты кто? — спросил Польнарефф, обидевшись почему-то. — Цезарино, это мои одноклассники — Какёин Нориаки и Жан-Пьер Польнарефф, — Джозеф показал на них, — знакомьтесь, это мой парень — Цезарь Цеппели. — Ты пытаешься забрать статус самого гейского гея в школе у Польнареффа? — Какёин улыбнулся, посмотрев на друга. — Эй, я не гей! — Польнарефф нахмурился. — У меня даже гейских наклонностей нет! С чего ты вообще взял, что я гей? — С того, Польнарефф, что ты носишь серёжки, — разъяснил Какёин, — а серёжки носят либо пираты, либо гомосексуалы. И, знаешь, я не видел, чтобы ты хоть раз бывал на корабле или скачивал что-то с торрентов! — Ты тоже носишь серёжки! — воскликнул Польнарефф. — И Джотаро носит серёжки, но почему-то ты над ним не шутишь! — Вы что-то хотели? — спросил Какёин у смотрящей на него молоденькой дамы и улыбнулся так, что она не смогла не улыбнуться в ответ. — Да, скажите, пожалуйста, эти леденцы… — она показала на леденцы, выглядящие, как арбузные дольки. — Они без лактозы, глютена и красителей, — Какёин продолжал улыбаться. — Спасибо, дайте два тогда, — попросила женщина, доставая кошелёк. На самом деле Какёин понятия не имел, есть ли в этих леденцах что-то из вышеперечисленного или нет, но так леденцы лучше продавались. Больше всего ему нравилось смотреть на то, как люди разочаровываются, раскрывая упаковку. Леденцы были полностью красные и совсем непохожие на арбузные дольки. Но ничего поделать с этим они уже не могли: товар куплен и раскрыт, а говорить что-то обычному мальчишке-продавцу было глупо, ведь он этим не заведует. — Дело в том, Польнарефф, что Джотаро этого и не отрицает, а я качаю фильмы, не платя за это, — сказал Какёин. — Вы так и не сказали, что вы тут делаете, — Джозеф поставил руки на пояс. — Мне просто хочется иметь свои деньги, — объяснил Польнарефф. — Игры сами в себя не задонатят, — сказал Какёин. — Ты, видимо, идиот, — заметил Цезарь, — кто работает для того, чтобы донатить? — Во-первых, не идиот, а задрот, — поправил его Какёин, — во-вторых, я пошутил. Я не только на донат буду тратить зарплату. — А на что? — спросил Цезарь. — А это уже только моё дело, — холодно отозвался Какёин. — Какёин, успокойся, — послышался требовательный тон парня за Польнареффом. Это был Куджо Джотаро. Это друг Польнареффа и Какёина не из школы. — А ты-то тут что делаешь, ДжоДжо? — спросил Польнарефф, чтобы разрядить обстановку. — Да, ты же говорил, что подрабатывать летом для лохов, — сказал Какёин. — Да, всё верно, я лох, — Джозеф опустил голову, — меня мама заставила работать. Сказала, что денег давать не будет. Я думал просить по-тихому денег у Спидвагона, но нас быстро раскрыли. Мама даже дядю Спидвагона отругала! — особенно грустно воскликнул Джозеф, глядя на одноклассников. — Бабуля Эрина сказала, что я уже взрослый и должен сам учиться зарабатывать себе на жизнь. Короче, никто не согласился меня спонсировать, поэтому я пошёл на работу. Благо Цезарино поддержал меня и пошёл со мной работать, — он посмотрел на Цезаря, расплылся в улыбке и обнял его. — Мне было бы слишком скучно сидеть без тебя, — сказал Цезарь, смутившись. — Я думал, что Лиза Лиза добрая, — сказал Польнарефф, — не знал, что она на такое способна. — Знаешь, почему она так поступила? — спросил у него Цезарь. Раздражению его не было предела. — Только я приехал, мы пошли за каким-то заказом. Я думал, что это для меня что-нибудь, но нет! Он заказал шесть футболок с разными пони! И все себе! А я бы поносил футболку с Искоркой или Радугой! — он бросил неодобрительный взгляд в сторону ДжоДжо и скрестил руки на груди. — Потом он где-то достал полароид, причём очень хороший! Купил для него всё: картриджи, плёнку, кассеты… И сломал через пару дней! — Нечаянно! — добавил Джозеф, пытаясь себя оправдать. — Дальше больше! — продолжал Цезарь возмущаться. — Он купил электрогитару, комбик к ней и сломал через два часа! Шум в доме стоял страшный! Тогда-то терпение Лизы Лизы и кончилось. Она сказала, что денег ему не будет давать, потому что тратит он их на всякую хрень. — Ты лох, ДжоДжо, — сказал Польнарефф, улыбнувшись. — Ещё какой! — поддержал его Какёин. — Поддерживаю, — отозвался Джотаро, поправляя фуражку. — Прекратите вы все! — Джозеф надул губы. — Эй, вы! Вам троим что-нибудь нужно привезти? Узнав, чего недостаёт Джотаро, Какёину и Польнареффу, они пошли к следующей точке. Солнце не щадило их. В этот день было ясно, ни единого облачка на небе не проплыло. Цезарь всё мазался и мазался кремом от загара. Ему совсем не хотелось загорать. ДжоДжо было всё равно, он считал, что красивым и крутым будет даже тогда, когда будет весь красный, а обгоревшая кожа будет слезать с него. Он, конечно, не думал о том, что ему будет больно и неприятно. А Цезарь думал об этом. Поэтому, когда они пошли на обед, он попытался намазать Джозефа. Проблема была даже не в том, что ДжоДжо сопротивлялся, а в том, что крем закончился. — Ура! — воскликнул Джозеф. — Никаких пыток! — А мне чем мазаться? — раздражённо спросил Цезарь. — Я сгорю же! — С этим проблем не будет: я попрошу крем у Юкако! — заявил Джозеф. — Ты её не выбесишь? — серьёзно спросил Цезарь. — Я не хочу, чтобы она тебя убила. — Не волнуйся, всё будет хорошо! — сказал ДжоДжо, улыбаясь. — Тем более, ради твоего благополучия и умереть не страшно! Джозеф поцеловал руку Цезаря, тот засмущался сильно. «Всё-таки ДжоДжо очень милый», — подумал Цезарь, улыбаясь. Они обнялись так, будто видятся в последний раз, а потом ДжоДжо пошёл за кремом. В это время Цеппели пошёл отвозить Польнареффу, Какёину, Джотаро и Коичи то, чего им не хватает. Он понёс сначала напитки для Польнареффа и Джотаро. С Джозефом было бы проще, но пускай он сходит за кремом, это тоже важная миссия. Польнарефф суетился почему-то. Какёин и Джотаро смотрели куда-то ему под ноги. Цезарь подбежал к ним. Ему тоже было интересно, что там такое происходит. Возле Польнареффа крутилась небольшая чёрно-белая собака и кусала его за ноги. Жан перепрыгивал с одной ноги на другую, подняв вверх руки. — Игги! — закричал вдруг Польнарефф хриплым голосом. — Я же всё закрыл дома! Как ты тут оказался? — Это твой личный Хатико, — Какёин засмеялся. — Это какой-то неправильный Хатико! — воскликнул Польнарефф. — Он меня ненавидит! — Он любит в тебе то, что твои большие пальцы противопоставлены остальным на девяносто градусов, и ты можешь воспользоваться этим и дать ему пожрать, — сказал Джотаро, поправив фуражку. — Цезарь, так ведь? — Польнарефф посмотрел на Цеппели, тот кивнул. — сделай милость, купи в кафе ему чего-нибудь поесть! Он любит сладкое! — он быстро достал свои деньги и отдал их Цезарю. — Я думал, собакам нельзя сладкое, — сказал Какёин. — Этому можно всё! — вздохнул Польнарефф, ссутулившись и уже не обращая внимания на то, что Игги кусает его за ноги. Цезарь разложил товар у Польнареффа, потому что он был занят Игги, остальные же справились сами. После Цеппели пошёл к Коичи. Каково было его удивление, когда он увидел, что с ним болтает Юкако. Возможно у неё перерыв, и девочка, с которой она работает, Рейми Сугимото, трудится одна. Это не так сильно волновало Цезаря, как то, что Юкако стоит с Коичи. Они были не в ладах с ней из-за того, что Цезарь постоянно защищал Джозефа, когда она говорила, что он опять накосячил. И сейчас, если они пересеклись, ДжоДжо наверняка что-то учудил такое, что ей не понравилось. И всё же Цезарь подошёл к ним. «Рядом с Коичи она успокаивается, так что ничего страшного не должно произойти», — решил Цезарь. — Газировка и попкорн прибыли, — тихо объявил Цезарь, остановившись. Влюблённые посмотрели на него, вздрогнув.    — Привет, Цезарь, — Юкако вмиг посерьёзнела и сдвинула брови, — если что ДжоДжо сейчас просит крем у Триш. Не хочу давать свои вещи ему: он ещё что-нибудь испортит…    — Ясно, — сухо ответил Цезарь, — Коичи, тебе помочь?    — Да, пожалуй, — сдавлено произнёс Коичи, таща в холодильник сразу три упаковки с бутылками. Цезарь взял две упаковки и поставил их в холодильник под прилавком. Коичи вытащил из оставшейся у него упаковки пару бутылок и поставил их на прилавок в специально отведённое место.    Цезарь поднялся, когда закончил расставлять бутылки. Он ожидал увидеть недовольную Юкако, которая хотела бы, чтобы Цезарь скорее ушёл, но её не было. Вместо неё на него глядел Кишибе Рохан. Цезарь изумился, но тут же улыбнулся немного глупо. Рохан отвернулся от него и посмотрел на Коичи.    — Справляешься, Коичи? — спросил он, улыбаясь по-доброму.    — Да, — Коичи почесал затылок, — Цезарь помогал мне расставить газировку.    Рохан внимательно изучал рабочее место Коичи, будто видел его впервые. Он всегда внимательно всё осматривал. Коичи сказал как-то, что для Рохана это больше подработка, на которую он устроился, чтобы изучить парк аттракционов изнутри. Это ему нужно для его манги, так говорил Коичи.    — Ладно, я побегу дальше! — неловко сказал Цезарь и вприпрыжку побежал прочь от них.    Оставив тележку в подсобке, Цезарь поспешил в кафе, которое находилось в парке. Здесь можно было найти пирожные, тортики и пироги на любой вкус. Здесь посетителям делают кофе, какао, чай, и всё выходит очень вкусным. Также можно здесь заказать что-нибудь из фастфуда. Обычно в таком случае заказывают ещё и ненавидимую уже Цезарем газировку. Он вошёл в это уютное заведенье. Сейчас тут было полно народу, все столики были заняты, а у некоторых посетителей, доедающих заказанное, стояли над душой люди с едой, ожидая, когда освободится место. Толпились люди и у кассы. Кассир очень медленно работал. Цезарь пригляделся и вздохнул тяжело. На кассе стоял Наранча, а он очень медленно считает. С ним лучше не расплачиваться наличкой. В толпе у кассы Цезарь увидел Джозефа. Он очень удивился этому. Да, ДжоДжо любит тратить деньги на что-то абсолютно ненужное, но сейчас у него денег не было.    — Что ты тут делаешь? — спросил Цезарь, протиснувшись через народ.    — Юкако отказала мне и сказала взять крем у Триш, — начал своё повествование ДжоДжо, — она сегодня подозрительно спокойная, кстати… Короче, пошёл я к Триш, а она сказала, что даст крем только если я принесу ей французскую минералку.     — Это называется перье, — поправил его Цезарь.    — Перье или не перье мне не важно. Всё равно вода из Франции так и так… — Джозеф на секунду задумался о том, что бутылки с водой преодолели немалый путь, чтобы он их купил. — Так я и оказался здесь… А ты тут почему?    — Польнарефф попросил, — ответил Цезарь, — к нему Игги пришёл.    — Ой, это страшно, — Джозеф ахнул, — Игги — та собака, которую стоит бояться.    — Молодой человек, почему Вы пошли без очереди? — недовольно спросила какая-то женщина у Цезаря.    — Извините, — робко сказал Цезарь и вручил Джозефу деньги Польнареффа, — купи Игги что-нибудь сладкое, — быстро проговорил он и растворился в толпе.    Джозеф стоял всё и не мог опомниться. Толпа двигала его всё ближе к кассе. А он только смотрел вслед Цезарю. Наконец его осенило. ДжоДжо быстро взглянул на меню и тут же сообразил, что ему нужно купить. Вот и подошла его очередь. Наранча, увидев ДжоДжо, обрадовался и хотел было начать с ним задушевную беседу, тем более Джозеф был не против, но их остановил Фуго.    — Наранча, очередь, — сквозь зубы проговорил он.    Паннакотта Фуго был официантом. Его работа заключалась в том, чтобы убирать со столов и подавать заказанное. Но он делал всю работу, потому что часто он работал с двумя очень несерьёзными людьми: Гвидо Мистой и Гирга Наранчей. Наранча очень плохо считал, а пользоваться калькулятором забывал, из-за чего собиралась большая очередь. Миста работал чуть порасторопнее, но его манера общения была слишком грубой. Джозеф опомнился, наконец сказал, что ему надо, попросил с собой.    — Так, — Наранча задумался и растопырил пальцы, готовясь считать, — пять и девять плюс два и три…     — Это будет восемь двадцать, — сказал раздражённо Фуго, потирая виски, — Наранча, калькулятор есть.    — Да, точно! — Наранча хлопнул себя по лбу и посмотрел на деньги, которые дал ему Джозеф. Смятые бумажки небрежно валялись на прилавке. Наранча взял купюры и стал рассматривать их. — Так, десять минус восемь и два… — он набирал на калькуляторе цифру за цифрой. — Ага! Я тебе должен один и восемь доллар!    Касса открылась и Наранча стал собирать сдачу. Тут Фуго не выдержал, ударил Наранчу, а когда тот повернулся, взял его за грудки. Наранча схватил его за руки и оскалился.    — Ты быстрее работать можешь? — накричал на него Фуго. — Хватит быть таким непроходимым долбоёбом!    — Долбоёбом? — переспросил Наранча. Взгляд у него стал опасно-холодным. — Я тебя нахрен урою за такие слова!    — Эй! Отойдите! — пихнул их Миста. — Вот твоя французская вода, брауни с собой и доллар восемьдесят, — немного небрежно бросил он, — бери всё скорее, не задерживай очередь!    Джозеф вышел из кафе с таким спокойным видом, будто Наранча с Фуго не дрались из-за того, что Наранча не мог посчитать. На ступеньках сбоку сидел Цезарь. Он сложил руки в замок и подпёр ими голову. Он очень долго дожидался ДжоДжо. Прошло достаточно времени с того момента, когда Цезарь покинул его. ДжоДжо очень долго стоял в очереди, потом на кассе, после ему пришлось очень долго пробираться через толпу людей.    — Миссия выполнена! — с гордостью произнёс Джозеф, вытянув вперёд руки, в которых у него были бутылка воды и брауни на маленькой бумажной тарелке. — Возьми, пожалуйста, а я тебя повезу на супер крутой тачке!    Цезарь прекрасно понимал, что сейчас ДжоДжо прокатит его на обычной тележке, засмеялся и смутился, протягивая руки к Джозефу, тот был очень рад такой реакции. Вручив ему покупки, Джозеф провёл его к чёрному ходу кафе. Там он припарковал свою тележку. Цезарь аккуратно сел и кивнул, когда был готов ехать. Цезарю одновременно нравилось и не нравилось кататься. На душе появлялся отягощающий страх. Вдруг кто-то из главных их увидит? Тогда им светит минимум выговор. Джозеф делал мастерские манёвры, огибая людей так, что ни один из многочисленных прохожих не был задет. Подкатив к Польнареффу, который уже, видимо, не надеялся на спасение и смирился с тем, что его прекрасные сандалии будут изодраны невоспитанным псом, а его ноги будут искусанными, они вручили ему спасительную сладость. Когда Игги наедается, он становится немного спокойнее, так что еще час где-то можно с ним мирно сосуществовать. — ДжоДжо, Цезарь! — воскликнул Польнарефф и послал им воздушный поцелуй. — Я вас люблю! Вы спасли меня от участи быть съеденным этой псиной! Игги, будто поняв слова Польнареффа, жуя купленный для него брауни, заворчал сначала, а потом начал звонко гавкать. Какёин и Джотаро испуганно глядели то на него, то на Польнареффа, то переглядывались друг с другом. — Польнарефф, успокой его! — закричал Какёин. — Если Игги кто-то увидит, то нам жопа! — Игги! — взвизгнул Польнарефф, замахав руками. — Прекрати! Собак тут не должно быть! — он снял перчатки и потянулся к Игги, чтобы взять его за шкирку. Пёс вертелся, отпрыгивал, но продолжал лаять громко. На помощь Жану пришёл Джотаро, он, сняв перчатки, тихо приблизился к животному, молниеносным движением схватил его за шкирку и поднял его так, что Игги не стоял на земле. Пёс взвизгнул и заскулил. Джотаро смотрел ему прямо в глаза. — Тихо, — сказал Джотаро так, что у всех слышащих его пробежал мороз по коже, даже неугомонный Игги замолчал, — вот так. — Ты грубый парень, Джотаро, — заметил Джозеф. — Эта собака по-другому не понимает, — ответил Джотаро. Они поехали к Триш. Джозеф раззадорился и ехал уже быстрее. Цезарь чуть ли не визжал то ли от восторга, то ли от прилива адреналина. Одной рукой он прижимал к себе бутылку воды, а второй держался за ручки тележки. ДжоДжо смеялся долго, но так, что было понятно, что этот смех — самый искренний смех. Но долго беззаботно рассекать среди толпы на тележке им нельзя было. В последний момент увидев коляску с ребёнком, Джозеф вскрикнул и резко повернул. Джозеф услышал девичий визг и то, как что-то большое и тяжёлое упало в воду. После его окатило водой. Всё вмиг затихло. Джозеф огляделся. Цезарь сидел в воде по пояс, пребывая, видимо, в состоянии шока. Цеппели замер, глядя куда-то далеко-далеко. «Приехали», — подумал Джозеф. Это был аттракцион, где проверяющей билеты работала Триш. Это был водный аттракцион, где родители в основном катались с детьми на причудливых лодках. Как Цезарю удалось пересечь достаточно высокую ограду и упасть в воду совершенно случайно. Эта ограда специально была сделана такой высокой и широкой, чтобы никто не мог попасть на аттракцион. Но Цезарь смог. Началась суета. Джозеф и Цезарь до сих пор не могли прийти в себя. Триш смотрела куда-то за их спины испуганно и растерянно. Они медленно повернулись. Не известно, что было бы для них лучше: оборачиваться или не оборачиваться. Не оборачиваться было бы спокойнее. За их спиной стоял Винегар Доппио. Это один из главных администраторов, следит за тем, чтобы в парке нормально функционировали все аттракционы. Он постоянно звонил кому-то, обычно просто так с ним нельзя было поговорить. Доппио стоял и испуганно смотрел на эту аварию. Видимо, он растерялся и не знал, что ему делать. Среди толпы зевак, которые собрались у места происшествия, они заметили Дио Брандо. Он очень неприятный и вредный молодой человек, заведующий мороженщиками в парке. Его ненавидели все нижестоящие за его высокомерие и за то, что он взгревал за малейшие провинности. Вот кому-кому, а ему попасться на глаза, находясь в такой ситуации, — самое худшее, что могло ещё случиться. Он посмотрел на них внимательно и пошёл куда-то. Это был конец. Триш полезла к Цезарю, чтобы помочь ему выбраться, но тот незаметно вручил ей уцелевшую бутылку воды и велел спрятать её, чтобы ей не попало за то, что она послала их за покупками. Триш на мгновение замерла в нерешительности, но через секунду уже быстро и незаметно взяла из рук Цезаря бутылку, изловчилась так, что никто не увидел, что она поставила бутылку у ступенек, которые вели к аттракциону, будто бы она там всегда стояла. Всё произошло за считанные секунды, но Цезарю и ДжоДжо казалось, будто с момента аварии прошла уже вечность. Доппио, кажется, смотрел на них испуганно уже очень долго. — О Боже мой, — пролепетал дрожащим голосом Доппио. За его спиной будто по зову появился один из очень важных людей в парке — Дьяволо. От него как будто веяло чем-то тёмным и злым. Выглядел он уж очень строгим и пугающим. Цезарь всегда боялся, что Джозеф что-нибудь натворит, а этот Дьяволо будет его, мягко говоря, строго отчитывать, глядя своим пронзительным взглядом, от которого всё холодело внутри, прямо в глаза ДжоДжо. Через минуту появился самый страшный ночной кошмар Цезаря и даже Джозефа. Дио привёл Карса — самого главного человека в этом парке. — Вы двое, идите со мной! — сказал Карс, мотнув головой в сторону своего офиса. Откуда он вообще взялся? Его сегодня вообще не должно было быть в этом проклятом парке! Парни уже готовились к тому, что их уволят. Их очень долго отчитывали, расспрашивали о том, как такое происшествие вообще могло случиться. Джозеф смог как-то их оправдать. Он сказал, что они изначально были порознь, но так получилось, что ДжоДжо не справился с управлением тележки и сбил Цезаря нечаянно. Джозеф прекрасно блефовал. Как же он в этот момент радовался огромному количеству народа в парке. Вряд ли камеры засекли то, как они безобразничали. Но если он решит кого-то расспросить об этом, то просто нудной и неприятной лекцией о том, что водить тележку нужно аккуратно, они не отделаются. Выйдя из кабинета Карса, Цезарь и Джозеф переглянулись ошарашенно. Им до сих пор было страшно, но ДжоДжо удавалось это скрывать ото всех мимо проходящих. Натянув блаженную улыбку, Джозеф шёл по парку. Только Цезарь знал, что ему было не по себе. Джостара часто ловили в школе на том, что он делал всякие глупости-пакости, но работа это не школа, хотя некоторые родители утверждают обратное. Всё же работа — это большая ответственность, и никаких поблажек не будет. ДжоДжо понял это только сейчас, кажется. Весь остальной день ДжоДжо вёл себя очень прилежно. Чего уж говорить о Цезаре, который стал ещё более ответственно выполнять свою работу, чем прежде, хотя, казалось, куда уж ответственнее. Этот выговор заставил их понервничать. Новую работу им искать ой как не хотелось, а Лиза Лиза вряд ли стала вдруг их спонсировать, особенно если они вылетят с работы. Парк уже закрывался. Все сотрудники убирали свои рабочие места и собирались домой. Убрав все вещи в подсобку, Цезарь сел на поребрик возле точек Польнареффа, Какёина и Джотаро, пока ДжоДжо с ними болтал, и вздохнул тяжело, обхватив голову руками. День был сегодня слишком насыщенный, он слишком устал даже для того, чтобы как-то выразить всё то, что пережил за сегодня. — Цезарь, ты какой-то мрачный, — заметил Польнарефф, — что-то случилось? — Нас сегодня не выперли с работы, и хорошо, — губы Цезаря тронула лёгкая улыбка. — Да уж, вы оба сегодня звёзды, — Какёин вытирал пустой прилавок дочиста. — Перестань уже тереть эту штуку, не хочу здесь торчать дольше положенного, — сказал ему Джотаро. — Нет-нет-нет! — Какёин зацокал, улыбаясь. — Хоть мне и полностью плевать на этот грёбаный парк и его посетителей, но я хочу, чтобы моё место было самым лучшим и опрятным! — он поправил чёлку. — Ты совсем не похож на своего этого Дилюка, если ты таким образом пытаешься его пародировать, — сказал Джотаро, улыбнувшись еле заметно. — Я и не отрицаю, — Какёин пожал плечами, — ты больше на него похож! — Ну и ну… Джотаро хмыкнул и поправил фуражку. Польнарефф посмотрел непонимающе на них, а потом повернулся к Цезарю и Джозефу, те развели руками. Они тоже не особо понимали, о чём говорят эти двое. — Поиграйте в геншин, — сказал Какёин, заметив, что его многие не понимают. Все сотрудники выходили из парка. Цезарь и Джозеф наблюдали за тем, как уходят Юкако и Коичи, держась за руки. Остановились они возле стоянки велосипедов, отстегнули свои велики и поехали домой. Всё же они очень хорошо друг с другом ладили, несмотря на то, что у Юкако характер непростой. Фуго, Миста, Наранча и Триш шли, обнимаясь вчетвером и смеясь. Фуго и Наранча уже наверняка забыли о том, что чуть не убили друг друга днём. Джотаро в компании Польнареффа и Какёина выглядел уже не таким грубым. Улыбаясь, он снял фуражку и хотел подразнить Игги, который шёл возле них, тявкая. Пёс зарычал игриво и отнял у него кепку. После Джотаро начал гоняться за ним, а Какёин и Польнарефф заливались смехом. — Цезарино, пойдем ножки мочить на залив? — предложил ДжоДжо. — Ты же помнишь, что в девять к нам придут миссис Эрина и мистер Спидвагон? — Цезарь посмотрел на свои часы. — Время у нас есть, — ответил Джозеф, — пожалуйста, Цезарино, день был сложный, я хочу расслабиться… Тем более, это недалеко! — Ладно, пошли, — Цезарь вздохнул и махнул рукой в сторону залива. Им было практически по пути. Пришлось, правда, минут десять искать место, где не было охранников или судов, но они нашли это место. Здесь тихо и хорошо, вода мерно плещется. Они сели на бетонную плиту, расположенную под наклоном. Усевшись, они сняли обувь и опустили ноги в воду. Грязный вонючий залив не внушал Цезарю доверия, но Джозеф любил мочить в нём ноги. Вскоре и Цезарь привык к этому. Он уже не брезговал почти. Сейчас он смотрел на дальний берег и молчал, думая о том, что произошло сегодня. — Как думаешь, нас уволят? — спросил Цезарь встревоженно. — Нет, мы же хорошие, — ответил Джозеф так беззаботно, будто совсем никогда не переживал об этом, — Наранча и Фуго на кассе сегодня подрались, орали матом друг на друга… И ничего, они продолжают работать, так что не дрейфь! Цезарь улыбнулся и отвёл взгляд, ДжоДжо обнял его и посмотрел в его сторону. Они ещё недолго болтали ногами в воде с тиной, а потом, отряхнув ноги, стали двигаться в сторону дома. Вечер прошёл на славу, им понравилось сидеть на заливе под мерный плеск волн и еле слышимое где-то вдалеке пиликанье в порту. Вставать им не хотелось, так как они очень устали за сегодняшний день, но домой надо было возвращаться. Лиза Лиза была на кухне, готовила всё к семейному ужину, который проходил каждую пятницу. Даже вечно занятой Спидвагон приходил к ним на ужин всегда, когда был в Америке. Парни тихонько пробрались в ванную, предварительно поздоровавшись с Лизой Лизой. Особо они не разговаривали: у них ещё будет время поговорить на семейном ужине. — Ну что, готовь свою попку, сладенький, — устало сказал Джозеф, лёжа на кровати, когда Цезарь наконец зашёл в комнату. — ДжоДжо, ты говоришь стыдные вещи, — сказал Цезарь и улёгся рядом с ним, — но ладно… Джозеф заключил Цезаря в объятия, но больше ничего не предпринимал. Он очень устал, но признавать этого не хотел. Цеппели понимал, что ДжоДжо хочет отдохнуть. Да и сам он устал, тем более Цезарю жутко не хотелось заниматься сексом перед ужином с родными Джозефа. Потом нужно будет мыться и вести себя так, будто они пять минут назад не занимались всякими непотребствами. Цезарь целовал его в лоб, трепал его короткие волосы, Джозеф тихо посмеивался. — Ладно, времени осталось мало до ужина, — ДжоДжо зевнул громко, — я подремлю немножечко, а потом мы пойдём в гостиную… — он положил голову на грудь Цеппели. — Ага, подремать не помешает… — Цезарь поёрзал, укрылся и замолчал. Так они и заснули. Лиза Лиза оформила красиво ужин, прибрала немного гостиную. Хоть эти люди и не были ей родными, но для неё они были очень важны, поэтому она хотела сделать всё сама и хорошо. Обычно она ещё и Джозефа просила ей помочь, но сегодня он пришёл домой с работы уставший, так что напрягать она его не стала. В доме настала долгожданная тишина минут за десять до прихода гостей. Лиза Лиза села и стала их ожидать на кухне. Сердце её охватило небольшое волнение, но по лицу её этого было не понять. Наконец Спидвагон и Эрина пришли. Они всегда являлись вместе. После смерти мужа миссис Джостар он всегда был с ней рядом. Лиза Лиза радостно их встретила. Никто, знающий Лизу Лизу, не мог подумать, что эта женщина может так тепло кого-то встречать. Они сели за стол, ожидая Цезаря и Джозефа. — Что-то они долго идут, — заметила Эрина. Она не любила, когда ДжоДжо приходил не вовремя. — Да, это правда, — мистер Спидвагон посмотрел на часы, — Цезарь бы такого не допустил… — Я их позову, — серьёзно сказала Лиза Лиза и с шумом отодвинула стул, — подождите немного. — Может не надо? — Спидвагон посмотрел на неё вопросительно. — Нет-нет, ДжоДжо очень хотел вас увидеть… — она встала из-за стола и ушла. Большими шагами она быстро дошла до комнаты Джозефа. Дверь сразу она не открыла, сначала замерла, прислушиваясь. Лиза Лиза не хотела войти в комнату и увидеть что-то откровенное, хотя ей до сих пор не верилось, что Джозеф с Цезарем не просто друзья, а пара. Она постоянно забывала об этом, поэтому даже сейчас ей казалось странным то, что она может застать их вдвоём в постели. За дверью было тихо. — ДжоДжо, Цезарь, — негромко, но уверенно произнесла Лиза Лиза, — бабуля Эрина и дядя Спидвагон пришли уже, выходите. Никакого ответа не последовало. Тогда Лиза Лиза громко распахнула дверь, зашла на порог комнаты и тут же остановилась, увидев, что Джозеф и Цезарь спят. Она выдохнула тихо, чтобы ненароком не потревожить их сон. На достаточно широкой для двух юношей кровати спали Цезарь и Джозеф. Спали они в каких-то странных позах. Цезарь закутался в одеяло и спал на самом краю. Видно было только его спокойное умиротворённое лицо, которым он был повёрнут в сторону. Голова ДжоДжо лежала на груди Цезаря. Сам он располагался практически перпендикулярно по отношению к Цезарю. Он весь сжался, пытаясь, видимо, согреться. Это было понятно по тому, что он был в одних лишь трусах, а окно было открыто. Лиза Лиза умилилась этой картине. «Заработались», — подумала она, улыбаясь. Она даже ДжоДжо так редко улыбалась. Женщина пробралась вглубь комнаты так тихо, как только умела, а умения вести себя тихо ей было не занимать, взяла плед, укрыла им Джозефа, прикрыла окно и пошла вниз, предварительно закрыв за собой дверь. — Они скоро? — спросила Эрина. — Они спят, — тихо и нежно произнесла Лиза Лиза, тепло улыбаясь, — думаю, не стоит их тревожить, они сегодня много работали.
Отношение автора к критике
Приветствую критику только в мягкой форме, вы можете указывать на недостатки, но повежливее.
Права на все произведения, опубликованные на сайте, принадлежат авторам произведений. Администрация не несет ответственности за содержание работ.