Сирень

«Так, всем законам вопреки,

Сцепились наши две руки».

М. Цветаева.

— Минни, я ушел! — слышится голос Юнги из коридора. — Пока, — тихо и сонно отвечает Чимин, чуть поднимая голову с подушки и снова падая на неё. — Закрой дверь, пожалуйста. Это утро началось точно так же, как и все. Юнги уходит на работу рано утром, оповещая об этом Пака. Последний же провожает его и опять ложится спать до обеда. Мин Юнги и Пак Чимин вместе уже десять лет, шесть из которых женаты. Как они вместе ужились — непонятно. Чимин любит ухаживать за цветами, выращивать их, любоваться ими. Любит готовить вкусняшки, слушать спокойную музыку и смотреть фильмы. Юнги же терпеть цветы не может и не понимает, как его мужу нравится за ними ухаживать. Также он слушает громкую музыку, по типу рэпа, рока. Не любит готовить, но ради любимого человека все же научился, чтобы радовать его завтраками в постель. Правда, иногда в яичнице бывает лишняя приправа в виде скорлупы, но Чимин был рад и этому. — Вы такие разные, — почти шепчет Тэхен. — Как вы вместе ужились? Загадка какая-то… — Никакой загадки нет, — смеется Чимин. — Я просто его люблю, а он любит меня. Ради любимого человека можно в чем-то и уступить… Если любишь кого-то, то должен заботиться о нем и его комфорте. Мы с Юнги так и делаем, чтобы кто не говорил, а я… действительно люблю его. Больше жизни люблю, Тэ. — Верю, ЧимЧим, — рука Кима накрывает руку друга. — Такой любви, как у вас еще поискать надо. Будьте счастливы, тогда и мы все будем. Чимин переворачивается на живот и отчего-то мычит. Просовывает руку под подушку, свешивает правую ногу с кровати и продолжает спать. — Юнги! — кричит Пак, несясь к парню и кидаясь тому в объятия. — Юнги, я так скучал! Ты не представляешь! — Я тоже скучал, Минни, — мягкий и глубокий голос Юнги заставляет Чимина улыбнуться, а по его спине бегут мурашки. Выпуская юношу из объятий, Мин протягивает ему букет цветов, неловко потирая шею. — Это тебе. — Спасибо, он такой красивый! — Пак широко улыбается и принимает его. Букет действительно очень красивый. В нем фиолетовые и нежно-розовые гипсофилы по бокам, а в середине кроваво-красные и бело-розовые розы. Смотря на них, парень улыбается и светится ярко-ярко, словно солнце. Пара гуляет по городскому парку, а после Юнги везет их к лесу. Они гуляют по тропинкам, фотографируются почти у каждого дерева — просто так, на память. Будет что вспомнить, думается им. Они бегают, дурачатся, смеются. И никто им больше не нужен, кроме друг друга. Разве не это ли счастье? Юнги ведет Чимина к озеру, которое было зеркально чистое. Видно, как в нем плавают мальки, как на дне лежит белый песок. Лучи садящегося за горизонт солнца, облака вечернего неба, пролетающие птицы отражаются на водной глади, а легкий ветерок волнует ее. Зеленая трава и листва на деревьях чуть колышутся. Вокруг них тишина и кажется, что слышно стук их сердец. — Вау… — вырывается у Пака. — Эта красота… она завораживает. Как ты нашел это место? — Случайно, — отвечает он. — Я думал, куда же тебя сводить на свидание, ведь кафе и рестораны ты не любишь. Потом вспомнил, что ты обожаешь природу, и решил пойти в лес, найти какое-нибудь уютное местечко. И случайно наткнулся на это озеро. Понравилось? — Еще спрашиваешь, конечно! — Чимин лезет к парню с обнимашками и целует его губы. — Юни, ты у меня самый-самый! Я так тебя люблю, ты бы знал. — Я тоже тебя люблю, Минни, — это милое прозвище звучит так правильно, так по-родному, что в сердце разливается тепло, которое греет душу. — Минни, солнце, вставай, — слышится голос рядом. Чимин недовольно хмурится и открывает глаза, сразу же щурясь. На краю постели сидел Юнги, уже одетый в домашнюю майку и шорты. Пак, перестав хмурится, улыбнулся, потирая глаза рукой. — Давно вернулся? — Нет, — Мин убирает со лба мужа челку. — Работы было мало, поэтому я успел закончить до обеда. — Я рад. Сейчас приготовлю кушать, — он торопливо слезает с кровати. — Все хорошо, не торопись. — Ну как же, любимый муженек голодный ведь! — шутит Чимин и убегает в ванную. На обед Пак готовит блинчики, фруктовый салат и бутерброды с авокадо и красной рыбой. Он аккуратно нарезает фрукты и кидает их в глубокую тарелку, заливает клубничным йогуртом, добавляет мюсли и перемешивает. После делает жидкое тесто для блинчиков, наливет его в раскаленную сковороду, ждет, а потом переворачивает. Когда блинчики готовы, он кладет их друг на друга и получается некая стопка, а сверху добавляет морошку и кусочек сливочного масла, которое моментально плавится от жара. Для бутербродов он делает тосты, намазывает их творожным сыром, сверху красная рыбка и авокадо. — Юни, обед готов! — кричит Чимин с кухни, а Юнги подрывается с дивана и бежит к нему. За едой они общаются обо всем и в то же время ни о чем. Делятся всем, чем не успели поделиться вчера вечером. Рассказывают, как дела на работе, что нового. И делятся снами. — Представляешь, мне приснилось наше свидание, — улыбается Чимин, смотря на Юнги, который, в свою очередь, довольно ухмыльнулся и вскинул брови. — Да? — уточняет он зачем-то. — Расскажешь? Мина просвещают во все подробности сна. Какие тогда у них были детские голоса, наивные и смущенные взгляды. Чимин умудряется даже описать букет, который ему подарили. — Ты там такой милашка, Юни, — хихикает Пак. — Так смущался! Юнги на это лишь смеется и шутит, мол, да, я такой вот скромный мальчик. Они оба сыпятся с этой, казалось бы, глупой шутки, но этим двоим смешно и хорошо. В доме витает ароматы еды, духов и цветов. Солнце попадает в квартиру через открытые шторы. Ветерок, что дует через открытую форточку в спальне, чуть шевелит занавески. Рыжий кот спит на кресле в гостиной, иногда мурча во сне. На кухне слышатся смех и разговоры. С улицы слышны звуки машин, людей, птиц. Это и есть уют. — Тебе так нравятся цветы, — тихо говорит Мин, наблюдая за тем, как Чимин поливает их и убирает засохшие листочки. — До сих пор этому удивляюсь. — Но цветы же так прекрасны. Посмотри, они все разные и все по-своему прекрасны, — Пак нежно улыбается и смотрит на растения с теплотой во взгляде. — Я с самого детства люблю цветы. И эту любовь мне привила мама. Маленький мальчик сидел под деревом, чья крона укрывала его от жаркого солнца. Мальчик сидел один, а рядом не было никого. Его глаза опухли от слез, губы искусаны, а на маленьких кулачках была уже запекшаяся кровь. — Чимин! — слышится нежный женский голос. Женщина подошла к мальчику и села рядом с ним. — Сынок, почему ты тут один? Где твои друзья? — Они мне не друзья! — хмурится паренек, надувая губки. — Они сказали, что я похож на девчонку! — Поэтому ты подрался? — спрашивает матушка, заметив его кулаки. Увидев утвердительный кивок, она улыбнулась. — Чимин, это не так. Ты — самый прекрасный мальчик на свете. — Мам, — грустно произносит Пак, всхлипывая и кладя голову себе на колени, — у меня нет друзей. Я совсем один. Женщина приобнимает сына и гладит того по светлым волосам. Она вздыхает и смотрит куда-то вдаль, в сторону перелеска. — Нет, милый, ты вовсе не один, — мотает она головой и левой рукой ведет по воздуху. — Посмотри вокруг: птицы, животные, растения, ветер, солнце. Все это — твои друзья. — Как это, мам? — удивляется Чимин, округляя глазки. — Они же неживые! — Живые, ЧимЧим. Растениям, животным и птицам нужен кислород и солнышко, легкий ветерок и дожди, еда и вода, им тоже бывает больно и обидно, как и людям. — А ветер? А солнце? — Им нужен мир, природа, которые они будут оберегать, греть, обдувать, — матушка чуть хмурится и продолжает. — Не все люди это понимают и делают им плохо. Это неправильно, никогда не делай больно тем, кто слабее и не может себя защитить. Ты должен им наоборот помогать и оберегать, запомни это. Юнги внимательно слушал рассказ мужа, хотя прекрасно помнил его. Чимин выглядел счастливым, когда рассказывал это, потому Мин не смел его перебивать. Пак аккуратно провел ребром указательного пальца по лепесткам желтых бархатцев, словно боялся сделать больно. — Тогда же она подарила мне мой первый букет цветов. — ЧимЧим, иди сюда, — мальчишка подбегает к матери и смотрит на букет цветов в ее руках. Она, заметив его взгляд, протягивает ему цветы. — Это тебе, милый. — Они такие красивые! Спасибо, мама! — Чимин радостно улыбается и нюхает душистый букетик. — Что это за цветочки? Женщина рассказывает про цветы, что находятся в букете, где они растут и какие бывают их виды. Она погружается в свое повествование, жестикулирует руками, а ее сын внимательно слушает и почти не моргает, боясь пропустить любой жест мамы. — Ма, я тоже хочу выращивать цветочки! — Хорошо. Я тебя этому научу. Мужья выходят с балкона и садятся на кровать в спальне. Кот, который до этого кушал, пришел к ним и улегся рядом, тихонечко мурча. Рука Юнги гладит котенка, чешет за ушком. Чимин, смотря на это, невольно улыбается. Они не перестают умиляться друг другу даже спустя столько лет, проведенных вместе. — После этого я не обращал внимания на издевки со стороны соседских мальчишек. Пак поливал цветочки голубого гиацинта, выдергивал сорняки и кидал их в ведро. На улице стояла жара, солнце палило беспощадно. Даже легкий ветерок не спасал. «Если людям жарко, значит, цветочкам и подавно» — думал Чимин и бежал поливать их. — Смотрите, наш малыш Чимин за цветочками ухаживает! — смеется соседский пацан, а остальные подхватывают. — Ты что, девчонка? — Оставь ты эти дурацкие цветы, пошли с нами в футбол гонять! — Сам ты дурацкий! — протестует Пак. — Сами играйте в свой футбол, дураки! — Ой, черт с ним, пошли уже, — злится один из компании. — Пусть хоть купается в этих цветах. Ребята убежали, громко смеясь с очередной шутки и забывая про Чимина. Последний же обратно садится на корточки рядом с клумбой, склоняет голову вбок и улыбается. «Пусть смеются. Мне не обидно, у меня есть друзья». — Это было странно, Минни, — посмеивается Мин. — Знаю, но меня это не останавливало, — смеется Чимин. — А что тебе сегодня снилось? — Ох, — выдыхает Юнги, будто набираясь смелости произнести. Но, на самом деле, он переполнен эмоциями от своего сна. — Как мы познакомились. — Расскажи! Брюнет сидел на заднем сиденье в такси, а его друг — Чон Чонгук — впереди. Юнги сидел там не по своему желанию, просто проигрывать он не любил. А Чонгук любил дразниться. — Спорим, я соберу больше номеров телефонов симпатичных девчонок! — Чон игриво вскинул бровями и смотрел на Мина в упор. — Я гей, Чонгук, если ты забыл. Они сидели в маленькой кафешке и уплетали чизкейки, запивая кофе. — Ну тогда можно и у парней, — он толкает язык за щеку. — Всегда хотел попробовать с парнями. Или ты ссышь, а, Юнги-хен? — Посмотрим, мелкий, кто из нас выиграет. Как итог, они сидели в такси, договорившись с водителем и заплатив ему неплохую сумму. Сначала были девушки, но почти никто не заинтересовывал Юнги и Чонгука. Они просто брали номер и мило улыбались, зная, что не перезвонят им. Парней было мало, а если были, то не в вкусе Юнги. Чонгуку они, кстати говоря, тоже не приглянулись. А потом в машину подсели двое молоденьких парнишек, на вид студенты. Оба с милыми мордашками, большими глазами и, как оказалось потом, красивыми улыбками. — Красавчик, дашь свой номерок? — Чонгук усмешливо улыбается и протягивает свой телефон одному из парней. Тот улыбается в ответ и берет телефон, печатая в нем данные. — Как тебя зовут? — Ким Тэхен. Можно просто Ви. Юнги тем временем внимательно смотрит на второго парня, что весь сжался. Мину отчего-то жалко парня, но проигрывать другу он не собирался. — Дашь свой номер телефона? — аккуратно спрашивает Юнги. Его голос охрип, а сам он говорит полушепотом. — Ты очень красивый. — Давай телефон, — также тихо отвечает парень. Когда ему протягивают мобильник, он вбивает данные и отдает обратно. — Пак Чимин. Красивое имя, — улыбается брюнет. — Мне нравится. Десять минут назад. — Поехали на такси, мне лень переться домой пешком, — говорит Тэхен, выходя из торгового центра вместе с другом. — Ладно. Но платишь ты! — Чимин указывает пальцем на друга, чуть хмурясь. — Что?! Почему я? — заламывает брови Ким. — Ну ты же мой хен, — строит глазки Пак. — Заплатишь ведь, Ви-хен? — Черт с тобой. Заказав такси и подождав пару минут, парни садятся в машину. В ней уже сидят двое мужчин, и Чимину становится не по себе. А Тэхену, кажется, вообще фиолетового на них. Пак, как назло, залез в такси первым и сел рядом с каким-то брюнетом. Чимин съежился и старался не смотреть на него, все равно до дома недалеко ехать — переживет. Один их мужчин спросил номер телефона у Тэ, и тот ему спокойно с улыбкой на лице, забил свой контакт. — Дашь свой номер телефона? — хрипло спрашивает рядом сидящий брюнет. От его голоса у Пака пробежал табун мурашек. Он поднимает на него свой взгляд и встречается с темными, карими глазами, которые отливают вишневым оттенком, когда на них попадает свет от фонарей через окно. — Ты очень красивый. Чимин на пару секунд отварачивается и смотрит на Тэхена, который, видимо, услышал их. Точнее, мужчину. Ким игриво подмигнул другу и слегка задел своей коленкой его. — Давай телефон. Он вбивает свое имя и номер, отдавая телефон обратно. Брюнет смотрит в мобильник и улыбается краешками губ. Чимину становится любопытно: что могло позабавить его? «Может у меня имя странное?» — думается ему. Но следующие слова мужчины опровергают все это. — Пак Чимин… Красивое имя, мне нравится. Пак смеется, чуть откидывая голову назад. Юнги смотрит на него и сам улыбается. — Ты хоть представляешь, как страшно мне тогда было? — интересуется Чимин, гладя кота. — Я представляю! Короче, в итоге у нас с Чоном была ничья. И снова слышится заливистый, звонкий смех Чимина, который подхватывает и Юнги. Они оба потом еще долго вспоминают и разговаривают о дальнейшем их развитии отношений. Сначала дружеских, после романтических. Рассказывают еще несколько историй из детства, лежа на кровати в обнимку и слушая тихое мурчание кота. Вечером того же дня, все также было тихо и спокойно. Юнги валялся на диване и смотрел какое-то видео, Чимин же прибирался. — Может, тебе помочь? — спросил Мин. — Нет, я сам. Тут все равно немного, — он убрал на полку игрушки кота. Затем его взгляд метнулся на букет розовых тюльпанов, что стоял в красивой длинной вазе. Пак подошел к ним и расстроенно выдохнул. Завяли. Он взял вазу в руки и унес на кухню, где выкинул букет в мусорку и вылил воду в раковину. — А они мне так нравились… Расстроенный и грустный, Чимин сел на диван рядом с Юнги. Тот, заметив что что-то не так, посмотрел на мужа и положил руку на его коленку. — Что такое? — Тюльпаны завяли. — Боже, я тебе новые цветы подарю, не грусти, — он обнял его и поцеловал в макушку. Следующий день начался также — Юнги ушел на работу, Чимин его проводил и опять вернулся в постель, спать до обеда. В двенадцать дня вернулся Мин, пообедал и снова уехал в офис, сказав, что сегодня документов и отчетов очень много и вернется он вечером. Чимин долго грустить не стал и сам пошел работать. Если Юнги надо кататься по городу, делать и сдавать отчеты, проводить совещания, горбиться над бумагами, то Паку это не сдалось, он знал, что это — не для него. Поэтому он работает писателем. Работа тихая, спокойная, не требующая общения с деловыми, серьезными партнерами. Да и работаешь из дома, с комфортом. Ну просто же сказка! Правда, у нее тоже есть свои минусы, но это нормально. Чимин, окончив старшую школу и не раздумывая слишком долго, поступил в Сеульский институт искусств на факультет «Творческая письменная речь». Пак прямо-таки визжал и прыгал от счастья, когда узнал, что его приняли. Его мама тоже была неимоверно счастлива. А вот отец не очень понимал этого, ведь хотел, чтобы тот поступил на юриста или адвоката, но принял его выбор и тоже был за него рад. Чимин учился усердно и упорно. Это не осталось просто так и он успешно закончил учебу. При этом он успевал встречаться со своим парнем — Мин Юнги, который учился в соседнем районе, но приезжал к своему любимому парню и другу-идиоту. Также Пак гулял с лучшим другом Тэхеном, с которым познакомился перед вступительным экзаменом в коридоре. А еще подрабатывал в кафешке, что находилась недалеко от института. Минни съехал от родителей в съемную кваритиру. Да, та была не очень уж чистой и красивой, но зато дешево и близко к институту. А грязь Пак убрал, в некрасивые местечки поставил вазы с цветами, и все было не так уж и плохо. В общем, студенческая жизнь играла яркими красками, и молодость он тоже не пропускал мимо себя. Кстати о минусах… Чимин сначала что-то увлеченно печатает в ноутбуке, высунув кончик языка. Но потом перестает, откинувшись на спинку кресла. В голову ничего не идет. Он ходит туда-сюда, заваривает себе чай, выпивает его, смотрит в окно, думая все это время о возможных вариантах развития дальнейших событий в книге. А затем садится обратно в кресло и заносит пальцы над клавиатурой, но тут слышится, как тормозит машина, а после грозные крики какого-то мужчины. — Смотри куда прешь, придурок! У тебя глаза на жопе?! — а в ответ ему звучит отборный мат и начинается ругань. Пак удивляется, округляя глаза. Таких матов он не слышал за все свои тридцать лет жизни! А после смотрит на свой ноутбук, начиная закипать. Ну вот! — Твою ж мать! — не выдерживает он. — Я забыл, что хотел написать! Один из минусов — шум, который может выбить мысли из головы. У Юнги все не так уж красочно и радостно, как у Чимина, но тоже вполне неплохо. После старшей школы он поступил в Yonsei University, изучая бизнес и управление, параллельно подрабатывая в кафе официантом. С родителями отношения были испорчены еще в средней школе, поэтому на их помощь он даже не рассчитывал и не просил. С Чонгуком он дружил со старшей школы и знал его как свои пять пальцев. Если что-то случалось, спрашивал совета у Гука, просил у него помощи. А Чон и не против, ведь тоже очень сильно дорожил Юнги. Потом Мин познакомился с Чимином и жизнь стала немного лучше, ведь этот цветочный мальчик светился словно маленькое солнышко. Сейчас же Юнги сидел в офисе в своем кабинете, проверяя месячный отчет. Глаза красные от напряжения. Ну конечно, весь день работать с компьютером и документами, в которых буквы мельче, чем микробы. «Голова болит» — думает он, потирая виски пальцами. — «Домой хочу». В эту же секунду в кабинет вваливается Чон Хосок — друг и коллега Юнги. В руках у Чона огромная стопка бумаги, под мышкой какая-то черная папка. И все это ни о чем хорошем не говорит. — Вот, — вываливает на стол стопку бумаг Хосок. — Это надо проверить до завтра. — Черт! — ругается Мин, ударив по столу кулаком так, что все лежащее на нем подпрыгнуло. Хосок от неожиданности тоже. — Я домой попаду сегодня или нет?! На этот вопрос ответ не знает никто. Чимину дома одному скучно, даже работа его не отвлекла от тоски. Вкусный ужин уже давно готов, квартира убрана, работа на сегодня выполнена, цветы политы. Довольный жизнью кот, с которым Пак недавно играл, спит на кресле, свернувшись клубочком. Один Чимин лежит на кровати, скучая. По телевизору ничего интересного не показывали, так что он просто был фоном, чтобы не было гробовой тишины. Раздался телефонный звонок. Чим, испугавшись от неожиданности, вздрогнул, но тут же ответил. Услышав голос Тэхена, настроение улучшилось. Ким болтал обо всем на свете, отвлекая от мыслей. Тэхен рассказал ему как упал с лестницы, покатившись буквально кубарем; как обматерил какого-то придурка, который чуть его сбил (не ему ли кричал тот мужик с улицы?); как наорал и побил клиента на работе, ведь тот распускал свой язык и руки. Говорил о том, что утром у него подгорела яичница, а у Чонгука зад, потому что он, видите ли, остался без завтрака. И все это за один день! Да, Тэхен магнит для неприятностей и приключений. Также Ким не забыл поинтересоваться как дела у друга. Чимин же вкратце рассказал как прошел день и что теперь он ждет Юнги с работы. Поболтав еще немного, они договорились встретиться как-нибудь в кафе и попрощались. Настроение Пака поднялось после разговора с другом и мужчина решил позвонить мужу и спросить, когда же драгоценный его наконец соизволит вернуться домой. — Скоро, Минни. У меня куча отчетов, прости, — устало выдыхая, говорил Юнги. — Я приеду через час. Хорошо? — Ладно, аккуратней по дороге домой. Оставшийся час до прихода мужа Чимин решил поспать, не найдя больше того, чем можно себя занять. Юнги, доделав всю работу, быстро собрался и уехал, чтобы ему не впихнули еще работы. Хватило ему, спасибо. В машине было ужасно жарко, она весь день простояла на солнце. Это лето было ужасно жарким, дождей было мало. Каждый день палит солнце, а когда открываешь форточку, даже она не спасает. Хоть полностью окно открой — не поможет. Ветер тоже обычно теплый, вот радость, когда он прохладный. А так приходится спасаться вентилятором. Мин спокойно ехал по вечерней улице. Солнце еще пока садиться за горизонт не собиралось и все еще было жарко. Юнги невольно вспомнил, что Чимину нравится жаркое лето, закаты и рассветы. Они даже встречали рассвет пару раз на крыше. — Юнги, Юнги! — сев на парня, пищал Пак. — Вставай! Быстрей! — Зачем?.. — сонный Мин не понимал абсолютно ничего. К слову, было полчетвертого утра. Им завтра, точнее, уже сегодня на учебу. А потом еще и на работу. Почему Чимин такой бодрый и возбужденный — непонятно. Юнги вот хочет забить на все на свете и продолжить спать. Что он, кстати, и делает, спихивая с себя парня и переворачиваясь на бок. — Как «зачем»? — изумился Чимин, снова забираясь на Мина. — Рассвет встречать, конечно же! Юнги, ни капли не удивившись такому выпаду со стороны своего парня, продолжает спать. Хотя, скорее, пытается. Да, сначала его пугали такие замашки Пака, но потом он привык и даже полюбил эту черту. Недовольно промычав, Юнги укрылся одеялом. Чимин, поняв, что тот встречать рассвет с ним не собирается, стянул это же одеяло и, обиженно фыркнув, встал. — Я на крышу. И ушел. А у Мина только эта фраза в голове и осталась. Он резко обернулся и, не увидев парня, подскочил с постели. Он, лохматый и опухший, несется на крышу. Там уже стоит Чимин. — Чимин, — Юнги схватил его за плечо, а тот даже не дернулся. Осознание и смысл фразы дошел до брюнета только сейчас и он, выдохнув, посмотрел на лицо Пака. — Напугал! Чимин же показал жестом, чтобы он был потише и продолжил смотреть на встающее солнце, кутаясь в одеало. Пели птицы, дул бодрящий ветерок. Снизу были слышны звуки машин и голоса людей. В Сеуле даже ночью и рано утром было оживленно. Но на крыше словно ты был в вакууме. В хорошем смысле. Здесь было уютно, пусть чуть-чуть и прохладно в футболке и шортах. — Красиво, правда? — тихо, почти шепотом спросил Чимин, смотря на парня. — Да. Почему раньше не ходил встречать рассвет? — Не хочу делать это, когда у меня плохое настроение. А по утрам оно чаще всего такое. Юнги посмеялся, но мысленно согласился с ним. Да, так лучше не делать, а то день будет таким же. Хотя, это как посмотреть. Можно посмотреть на рассвет и настроение поднимется. Будет казаться словно все, что было вчера, осталось позади с приходом рассвета. — Я буду ходить сюда с тобой, — говорит Мин, не отрывая глаз от восходящего солнца. — Ты не против? — Нет, — улыбнулся Чимин, обнимая парня. Припарковав машину около знакомого цветочного магазинчика, Юнги зашел внутрь. Он приходил сюда даже когда был студентом — покупал цветочки своему парню, а сейчас уже мужу. Магазин почти не поменялся с тех времен, разве что стал уютнее и работники сменились, но даже так они все знали его. — О, Юнги, привет! — здоровается высокий парень, стоя за кассой. — Привет, Сокджин-хен, — они пожимают друг другу руки, и Мин, чуть сощурившись, посмотрел на цветы в теплице. Помотал головой, понимая, что там не те цветы, которые он хочет подарить Чимину. — Что сегодня купишь своему муженьку? — Не знаю. Поможешь? — Может, что-то, что напомнит ему о вашем знакомстве? — рассуждает Джин. — Или… А твой Чимин знает язык цветов? — Знает. Но это тут причем? — щурится Юнги. — Сейчас все будет. Мужчина начал собирать букет цветов сирени. Розовая, белая, сиреневая и фиолетовая*. Добавляет розовую и свадебную розы и цветы крокуса. Подвязывает букет белой лентой и отдает Юнги. Тот смотрит на друга с лисьим прищуром, чуть наклоняясь вперед. — Твоему Чимину понравится, — улыбается Сокджин, с мордой кота, обожравшегося сметаны. Заплатив и поблагодарив его, Мин едет обратно домой, положив букет на переднее сиденье рядом с собой. Он позвонил Паку и сказал, что скоро будет дома, получив в ответ сонное «угу». Дома пахло едой и цветами. На кухне гремел посудой Чимин, но, услышав хлопок входной двери, влетел в коридор. Пак был одет в длинную, растянутую сиреневую футболку и черные шорты до колен. — Приве-ет! — лезет обниматься он, ластясь словно мартовский кот к мужу. — Я соскучился. — Я тоже очень скучал, — Юнги поцеловал его в макушку и обнял в ответ одной рукой, второй держа букет. Когда Чимин отлипает от него, протягивает цветы. — Это тебе. Пак пищит от радости, принимает букет и вдыхает аромат, закрывая глаза от удовольствия. Он доволен этим букетом так, будто получил вовсе не цветы за 34,000 вон, а самое дорогое золотое кольцо с бриллиантом. Юнги хихикает своим мыслям, тоже радуясь, что мужу понравился маленький подарочек. Он уже десять лет дарит ему такие подарочки, а Чимин радуется, как в первый раз. — Спасибо, спасибо! — он снова лезет с обнимашками и поцелуями, получая это же в ответ. — Ты у меня самый-самый, Юни! «Ну что за ребенок?» — думает он, улыбаясь. После Чимин ставит букет в красивую вазу с водой на кухне. Оба садятся ужинать, шутя и смеясь. Они рассказывают, как прошел их день, что было интересного. Пак говорит, что слышал отборный мат на мужчину, который кого-то чуть не сбил. И ему кажется, что этот «кто-то» — Тэхен, ведь он поделился очень похожей историей. Пересказывает повествование Кима, активно жестикулируя, а Юнги смеется. Он теперь будет подкалывать Чонгука за «подгоревший зад». За окном опять кто-то ругается, шумят машины. Солнце наконец начало садиться за горизонт, а его лучи попали в кваритру, создавая атмосферу. Ветер стал чуть прохладней и шевелил шторку через открытое настежь окно. Птицы пролетали мимо домов, садились на деревья или чьи-то подоконники и пели свои песенки. На кухне же витали ароматы еды и сирени. Слышился стук приборов о тарелки, голоса и звонкий смех Чимина и Юнги. Где-то в кваритре спал рыжий кот, мурча во сне и махая хвостом. Юнги и Чимин потом еще долго сидели на кухне, вспоминая прошлое и хохоча друг с друга. Соседский ребенок начал громко плакать, ветер подул слегка сильней, солнце все еще садилось за горизонт, птицы также летали в небе и пели песни. А лепестки цветов чуть качались от сквозняка.

Воспоминания не умирают.

Они сидят глубоко в человеке, грея душу.