ID работы: 12230449

Открытка

Слэш
G
Завершён
17
автор
Пэйринг и персонажи:
Размер:
3 страницы, 1 часть
Описание:
Примечания:
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора / переводчика
Поделиться:
Награды от читателей:
17 Нравится 4 Отзывы 4 В сборник Скачать

.

Настройки текста
      Каркат с детства отличался от всех остальных. У него всегда были проблемы с обществом: не мог делить с другими игрушки, не мог вовремя держать язык за зубами. Когда он стал подростком, ситуация лучше не стала. Хоть он и научился вести себя спокойно рядом с теми, кто легко может избить его, он обрел новую проблему — мужская раздевалка. Возможно, он стеснялся своих нескладных подростковых форм — слишком длинных рук по сравнению с телом, или, вероятно, его напрягала толпа разношерстных ровесников, вонючих от пота, которые в любую свободную секунду обсуждали девчонок и их очертания.       У кого за лето выросла грудь? О, может, Фефери уже делает пластические операции? Она же так юна и богата!       Каркату омерзительны эти разговоры. Он рад обсудить, какой же Эгберт тупой задрот, а Пайроп назойливая глава школьного патруля. Он рад поболтать о новом фильме в прокате и о грядущих тестах. Каркат чувствовал себя скучным, странным, он считал себя белой вороной. Наверное, стоило подождать определённый момент.       Очередная беда свалилась ему на голову, как к себе домой, когда он обнаружил новую сторону своей личности, болтая с другом в сообщениях. Казалось бы, Каркат как обычно улыбнулся дурашливости Эгберта, ведь тот забыл, что минус на минус дает плюс. «Такое забывать нельзя», — сказал он тогда, цитируя главную героиню «Дрянных девчонок». Вспомнив сцену, он посчитал, что было бы неплохо сидеть так с Джоном за столом, решая задачи, а потом… Каркат зарылся лицом в подушку от накатившего смущения.       С того дня прошло уже два года, как ныне шестнадцатилетний Вантас хочет задушить себя подушкой от упоминания друга. Разговаривать с ним стало ещё более невыносимо — мало того, что тот нес всякую идиотскую херню, так теперь Каркату нравилась эта херня. Он внимал каждое слово, словно это проповедь священника, а он совершил чертовски много грехов. Если бы Каркат захотел пойти в церковь, он бы взорвался на входе. Разве Бог жалует таких как он?       На календаре отмечена дата — день святого Валентина. В школе можно было купить угощения и послать их кому-то анонимно, но это было ужасно смущающе. Когда-то ему делали поздравление подобным образом — в средней школе Непета отправила ему конфеты с запиской, а Каркат был готов провалиться от стыда. В класс заходили участники школьного совета и, выкрикивая имя на весь чертов кабинет, всучали эти коробки, пока на вас с осуждением смотрит весь класс. Они часто читали и прилагающиеся записки, что буквально добивало Карката. Он раз и навсегда решил, что если захочет кого-то поздравить, то запихнет открытку в шкафчик. Ведь в любом случае поздравлять — романтично.       Сейчас Каркат сидел за столом с открытым ноутбуком, включенной лампой и коробкой для скрапбукинга, которая видела свет раза два за всю его жизнь. Он выбирал цвет бумаги для основы, останавливаясь в итоге на ярко-зеленом. Он хочет сделать открытку в виде сопли из «Охотников за приведениями». Каркат не знал, что это за персонаж, ведь он такую чухню не смотрит, зато получатель был рьяным фанатом. Ему понравится? Было бы славно.       Каркат ножницами вырезал улыбчивый рот из белой бумаги и черным фломастером нарисовал прикрытые от радости глаза на этой страшной зеленой морде. На обратной стороне он стал писать послание по всем традициям писем: начинается с «ДОРОГОЙ ДЖОН» и заканчивается на «ТВОЙ ТАЙНЫЙ ПОКЛОННИК». Очень мило! Большие печатные буквы же не убьют человека, пишущего аккуратными строчными? Наверху Каркат подрисовал очкастые рожицы и этим решил завершить композицию. Идеально.       Довольный Каркат уснул легче обычного, оставив на углу стола валентинку.       Утром он принял душ для ясности ума, поспорил с отцом, разозленный хлопнул дверью и завалился на одно из передних сидений в школьном автобусе, на которые садятся только тошнотики. Он является таковым — его тошнит от этого мира.       Эгберта подвозил его отец в смешной шляпе почти к самому звонку, потому у Карката было время запихнуть дурацкую валентинку сквозь щель шкафчика.       — Йо, че как? — Дейв уже крутится здесь, вот черт.       — Заткнись и скользи отсюда куда подальше, Страйдер.       — Ты агрессивнее обычного. Влюбился? — издеваясь, спросил тот.       — Было бы в кого, — Каркат хмыкнул. — Не всем же дрочить на собственное отражение.       — Да блять, научись различать иронию от реальности. На полном серьезе так делает только Ампора.       — Фу! — он мог это представить. — Если ты хочешь говорить об этом выблядке, то спеши на часы приема заблеванного унитаза и смой себя в нем. Вперед.       — Так че ты тут крутишься? — Дейв уже все понял, он просто измывается над другом.       — Хочу насрать Эгберту в шкафчик, и, знаешь, люблю делать это, когда на меня не смотрят.       — Насри в форме сердца, чувак, праздник же.       Каркат достал из рюкзака тетрадь и вытащил из нее валентинку. Дейв тут же выхватил ее в надежде прочесть хоть кусок.       — «Ты самый пустоголовый дубина из всех, что я встречал…» — Каркат выхватывет открытку. — Как-то не особо тянет на признание.       — Завали ебальник, — он сует валентинку в щель, молясь, чтобы она упала в шкафчик нормально. — Сам бы признался для начала.       — Я ей отправил игрушечную псинку, — говорил Дейв вдогонку, ведь Вантас поспешил уйти с места преступления. — Она же любит животных, чел. Миленькие щенячьи жопки все любят.       Джон пришел за десять минут до звонка. Он в спешке открыл шкафчик, достал учебники и побежал на противоположную часть школы. Открытка осталась незамеченной.       На перемене Дейв скучающе ждал друга у стены, когда тот, более спокойно, вернулся к своему шкафчику. Каркат прятался за поворотом.       — Ты сегодня поздно, — заметил Страйдер, плавно потягиваясь.       — Ага, отец увлекся готовкой, — Джон повернул замок и открыл дверцу, задумчиво оглядел учебники. Он полный идиот.       — Что это за хуевина? — Дейв ткнул прямо на валентинку, потому что иначе владелец и не заметил бы. — Какого фига эта сопля тут забыла?       — О боже, это Лизун, — Джон осторожно взял его за край и перевернул, осмотрел текст.       — На Инглиша не похож.       — Отвратительно, Дейв.       Джон нахмурился, пытаясь разобраться, розыгрыш ли это. Если да, то очень плохой. Эти буквы складывались в оскорбления, под которыми автор подразумевал светлые чувства. У него есть один знакомый с подобным стилем общения, но… Быть того не может.       — Привет, чудилы, — Каркат как ни в чем не бывало подходит к ребятам, пытаясь не расплакаться от переизбытка эмоций.       — О, Каркат! — Джон сминает открытку и пихает её в карман джинс. Брови Дейва готовы улететь на Луну.       — Что ты читал?       — Какой-то придурок пытался разыграть меня, — Джон улыбнулся. — Я почти повелся, но сообразил, что автор парень. Я же не гомосек.       — В точку.       — Ясно, хуйлан ты, Эгберт, — Каркат ударяет ладонью по соседним шкафчикам и готов заорать от боли. Непонятно только, от какой именно. — Вдруг это девушка писала? Скрывалась может.       — Девушки печатными не пишут, — грустно посмеялся он. — Хотя, конечно, это могла быть Терези, учитывая кучу злобы… Но она вряд ли знает Лизуна.       — Я бы и про нее пошутил, но… Она же только в средней школе предметы облизывала, да?       — Не помню… А ты, Каркат?       Каркат уже ушел на биологию.
Примечания:
Отношение автора к критике
Приветствую критику только в мягкой форме, вы можете указывать на недостатки, но повежливее.
Права на все произведения, опубликованные на сайте, принадлежат авторам произведений. Администрация не несет ответственности за содержание работ.