Повесть о Рагнарёке

【Наблюдаемый объект/Изменено】 【Редактирование континуума…】 【Наблюдение восстановлено/XXVII век до н э.】 【Древняя Месопотамия/Вавилония】 Когда-то очень давно я был уверен в том, что непобедим. Я искренне верил, что не существует ни одного равного мне на всей земле. Годы неумолимо шли, а мой Абсолют только закреплялся. Не появилось никого, кто мог бы бросить мне вызов. Был Энкиду, который приходился мне не просто лучшим другом, но и братом, однако даже он уступал в силе. Да даже боги считались со мной и задолго до моей смерти приготовили место среди них. Однако я не питал очарования к богам. Меня искренне раздражало их врождённое высокомерие и жажда власти. Почему же они так недооценивают людей, если сами готовы биться за любой клочок Небес или права называть себя сильнейшим? Мы так похожи, но в тоже время очень разные. Боги живут, а люди выживают. Боги могут пытаться стать великими бесчисленное количество раз. Их жизни не ограничены бренными смертными телами. Им никогда не понять терзания людей, которые пойдут на все, чтобы чего-то достичь. Однако боги лишь презрительно насмехаются над нами! Если мне и правда уготовано жить среди них, то я отказываюсь от такой судьбы! Мне не нужен небесный трон и уважение других богов! Для короля королей важен лишь народ и его благополучие. Только такой человек имеет право называть себя правителем. Я слышал легенду о волшебном цветке, который способен наделить бессмертием. Эта легенда плотно засела в моей голове. Несколько дней и ночей я не спал, думая про этот цветок. В конце концов, я решил отправиться на поиски, чтобы обрести бессмертие и стать богом на земле. Желание жить вечно преследовало меня уже длительное время и я просто не мог упустить свою единственную возможность. Путешествие за цветком бессмертия было длительным и трудным. Но с каждым пройденный шагом я понимал, что моя цель не бессмысленна. Цветок и правда существовал высоко в горах, где не светило солнце. В полном мраке я находился несколько дней и наконец-то вышел к небольшому саду, в центре которого рос святящейся фиолетовый цветок. Я назвал это место вечноцветущий Сад Богов. Меня переполняли радость и гордость, а потому я сорвал цветок и решился отнести в родной город Урук. Каждый его житель обязан был увидеть цветок бессмертия и узнать, что великий Гильгамеш будет править вечно. Проделав больше половины пути я решил искупаться в реке. Надёжно спрятав цветок в одежде, оставил на берегу и зашел в реку. Во время этого, в одежду заползла змея и проглотила цветок. Я заметил это слишком поздно. Змея лишь сбросила кожу и уползла прочь, оставив меня в оцепенении. Моё бессмертие, которое я добыл с таким трудом, украли у меня из под носа. У короля королей Гильгамеша украла бессмертие обычная змея. Я ничего не мог на это ответить. Только рассмеяться. Я смеялся, смеялся и смеялся. Это был позор, не иначе. Похоже, что даже я не могу контролировать свою судьбу. Поддавшись желаниям, я получил заслуженное наказание? Это сделали боги? Нет. Конечно же нет. Это не было божественным вмешательство и тем более не наказанием. Это был ответ. Я осознал свои порочные желания. Человек не должен становиться богом. Человек всегда должен оставаться человеком. Ведь только не создавая для себя кумиров, мы сможем жить, не боясь за себя. Если бы мне однажды предстояло сразиться с богами, то я бы с радостью взвалил все на свои плечи и доказал человеческое величие! 【Наблюдаемый объект/Изменено】 【Редактирование континуума…】 【Наблюдение восстановлено/XXI век】 【Вальхалла/Арена Рагнарёка】 Новый Яхве был и правда очень силён. Его топоры весили килограмм сорок, если не больше. Любой их удар способен навредить моей броне. Это плохо по нескольким причинам. Во-первых, я мне потребуются огромные усилия, чтобы управлять сломанными пластинами. Даже когда от них откалываются малейшие частицы, то контроль становиться хуже. Во-вторых, я лишаю себя защиты и атакующей силы. Естественно, я бы мог сражаться исключительно своими силами, но неизвестно сколько я должен лупить Яхве, чтобы нанести ощутимый урон. Это крайне бестолковая и рискованная затея, которая может провалиться в любой момент. В-третьих, я подставляю под удар Брунгильду. Каждая царапина отражается и на ней. Брунгильда говорит, чтобы я не переживал за неё и не сдерживаться, но я просто не могу подставлять девушку под удар, когда сам ничего не могу сделать. Такой вариант для меня хуже пытки. Уж лучше броситься с голыми кулаками, чем раз за разом ранить валькирию. Даже сейчас я точно не знаю, что должен сделать. Пока что я просто прячусь за обломками. Благо, Яхве не буйствует, а спокойно проверяет каждый из обломков. Может показаться, что я просто сбежал от бессилия, но это далеко не так. Просто мне хватает смелости и ума признать, что в прямом столкновении и без плана я могу проиграть. Цена моего проигрыша – жизнь всего человечества. Я не могу позволить себе даже подумать о том, чтобы пойти в бессмысленную рубку с богом, который практически бессмертен. «Гильгамеш, послушай меня! – в голове раздался голос Брунгильды. — Бороться с этим Яхве бессмысленно. Тебе нужно незаметно раскидать несколько пластин по арене и атаковать в самый неожиданный момент. Только так мы сможем победить». «А ты уверена в этом? – спросил я. — Уверена, что у него не хватит времени и сил защититься, а может и вовсе уничтожить пластины? Уверена, что не пострадаешь?». «Сейчас это не важно, – отвечала она. — Твои сомнения все равно ни к чему не приведут. Ты ведь сам знаешь, что эмоции только мешают, особенно, во время битвы. Сейчас идёт битва за все человечество, королём которого ты мог когда-то стать. Неужели ты променяешь его на какую-то валькирию?». «Только от этой самой валькирии и зависит будущее человечества, – с ухмылкой отвечал я. — Своими силами мне никогда не одолеть это полу бессмертное существо. Я полагаюсь на тебя и твои способности, а потому не могу позволить им угаснуть. Иначе будущее так же окажется во тьме. Не хочу этого. Не хочу, чтобы люди умирали. Не хочу, чтобы вся их жизнь бессмысленно оборвалась. Мы не питомцы и не эксперимент богов! Мы – люди! И всегда должны ими оставаться ведь иначе можем стать, как боги. Из двух зол я выберу наименьшее, сама знаешь». «Как мило, – Брунгильда улыбнулась. — Последний эйнхерий сейчас выглядит так уязвимо. Мне на мгновение показалось, что я смогла поймать, какой ты на самом деле человек». «Показалось? Я уж думал, что для такой проницательной валькирии не составит труда понять все моё величие! Однако оно оказалось настолько велико, что не видно границ! Ха-ха-ха-ха! Меньшего от себя и не ожидал!». «Какой же ты легкомысленный дурак, – голос валькирии стал громче. — Однако я должна признать, что именно ты должен быть спасителем человечества. Я готова отдать тебе всю свою силу. Без остатка». «На это требуется не мало сил, – я поднялся на ноги, слыша, как Яхве приближается. — Уверена, что мы сможем одолеть Яхве раньше, чем наши силы иссякнут?». «Разве Король королей должен сомневаться? – спросила она». «Пффф…Король королей не сомневается, а просто интересуется! – улыбка моя стала ещё ярче. — Ладно, погнали, Брунгильда!». Волонд покрылся ярким светом. Я выскочил из-за обломков и помчался к краю арены. Яхве незамедлительно ринулся за мной. Его кровожадная улыбка становилась все шире, топоры готовы кромсать. Добравшись до края, я стал ждать. Яхве же не собирался этим заниматься и предпочёл метнуть в меня топор. В тот же момент свет исчез, цвет брони поменялся с чёрный на белый. Я выставил руки вперёд и множество пластин устремились к Яхве. Они двигались с такой скоростью, что никто не мог их разглядеть. Пластины моментально раскалились до красна, пролетели топор насквозь и изрешетили само тело Яхве. Он сгорел с улыбкой, так и не осознав, что вообще случилось. Сейчас пластины напоминали настоящее солнце, которое бесследно выжигало частицы Яхве. Такова была полная сила валькирии и эйнхерия. Естественно, за неё была и своя плата. Прошло около минуты, а я уже начал чувствовать усталость, появились первые капли пота. Иногда проносились мысли, что я должен отступить и перевести дыхание. — Царь Гильгамеш! – раздался громкий мужской голос. — Не смей отступать назад! Дави этого бога до конца! Краем глаза я увидел крайне знакомый силуэт. Это был воин Диомед. Он выглядел очень взбудораженным и наблюдал из первых рядов. — Царь Гильгамеш! – продолжил Диомед. — Если отступишь, то я лично врежу тебе. У тебя достаточно сил, чтобы победить раз и навсегда, ясно? Просто выйди за собственные пределы и спаси все человечество! Внезапно рядом появился юный герой Карна. Он вскочил на трибуны, набрал побольше воздуха и прокричал. — Покажи чего на самом деле стоит все человечество! Докажи богам, что мы все достойны жить! Докажи, что наши жизни настолько ценны, что мы готовы вырвать их даже из лап высших существ! Он кричал, кричал и кричал. Каждое слово я отчётливо внимал, вдохновляясь продолжить атаковать до самого конца. Вскоре рядом появился третий силуэт. Очень высокий и грозный на вид мужчина, держащий на шее маленькую святую Евлалию Барселонскую. Её голосок был тонким и слабым, но слова не менее важными чем у Диомеда и Карны. — Царь Гильгамеш, пожалуйста, победите ради людей, чтобы они могли жить свободно и счастливо! Я искренне молюсь за вашу жизнь, Аминь! Следом появился эйнхерий Сигурд Змееглазый и ронин Ито Иттосай Кагэхиса. Даже не смотря на свои раны они нашли в себе силы прийти поддержать меня. — Истинный воин никогда не будет отступать, Гильгамеш! – крикнул Сигурд. — Он будет цепляться за победу когтями, как орёл за добычу. Пусть ничего тебя не сдерживает, а сила победно пылает для небес! — Сейчас все человечество держится на тебе, царь Гильгамеш, – сказал Ито Иттосай. — С самого начала ты ярко сиял для нас всех, ты влюбил нас в свою искреннюю простоту и величие. Так веди же нас к будущему, царь Гильгамеш, а мы поможем тебе в этом! Ребята. Казалось, что нет ценнее момента чем этот. Эйнхерии человечества собрались все вместе, чтобы поддержать одного меня. Какая же это честь. Эх, вот бы ещё он был тут... — Гильгамеш! – раздался знакомый голос. — Не может этого быть, – я удивлённо повернул голову. — Ямато Такэру? Его вела хрупкая на вид девушка. Ямато Такэру облокотился на трибуны, слега отдышался и посмотрел на меня. — Да не смотрит ты на меня! – ответил он. — Сражайся и победи, идиот. А мы все…будем ждать этого! Ни слова больше, друзья. Моей мотивации уже нет предела. Я бросил все силы, чтобы окончательно добить Яхве. Пластины кружились вокруг осколков, резали, дробили и выжигали их. Сотни жизней Яхве пролетали за считанные секунды. Ни одна из форм даже в теории не могла противостоять такой доминирующей силе. Свет победы сиял все ярче, а поддержка людей и эйнхериев все громче. Казалось, что уже ничего не сможет противостоять этому свету. Ничего, кроме самой тьмы. В мгновение ока платины начали останавливаться из-за тёмной субстанции, которая хватала их своими щупальцами. Жар сошёл на нет, как и вся атакующая сила. Ещё мгновение и из тьмы вырвался поток чистой энергии. Он уничтожил несколько дюжин пластин. Я перепугался за Брунгильду и вернул их назад. Чёрная субстанция приняла форму кокона, а уже из него стремительно вырвался новый Яхве: ростом выше двух метров, целиком состоящий из тьмы, без лица, рогатый, с острыми когтями и хвостом, тело покрывали жёлтые ленты с текстов на иврите. За несколько тысяч лет у меня было много времени на изучение истории и богов. При виде этого Яхве мне почему-то вспомнился следующий текст: “И стал я на песке морском, и увидел выходящего из моря зверя с семью головами и десятью рогами: на рогах его было десять диадим, а на головах его имена богохульные. Зверь, которого я видел, был подобен барсу; ноги у него – как у медведя, а пасть у него – как пасть у льва; и дал ему дракон силу свою и престол свой и великую власть. И видел я, что одна из голов его как бы смертельно была ранена, но эта смертельная рана исцелела. И дивилась вся земля, следя за зверем, и поклонились дракону, который дал власть зверю, и поклонились зверю, говоря: кто подобен зверю сему? и кто может сразиться с ним?” Откровение Иоанна Богослова, глава 13.   Яхве (7000): — Ты добрался до самого конца, – тихо говорил он. — Путь был слегка тернист, но теперь станет он непроходимым для тебя, царь Гильгамеш. — Как мило, а то я уже совсем зевать начал! – сказал я, вытерев пот с виска. — Наивно полагать, что ты сдашься, – отвечал Яхве. — Устроим битву финальную между людьми и богами: Рагнарёк. — Замечательное предложение, Яхве! Все уже этого заждались! Свет и тьма столкнулись между собой в финальном противостоянии. Кажется, что шансы вновь стали равны. Люди и боги теперь вновь могут наблюдать за настоящим противостоянием, каким оно и должно быть! Продолжение следует…