Повесть о Рагнарёке

До начала последнего боя я разговаривала с сестрицей Брунгильдой. Она решила доверить мне очень важные секреты. — Это безумно важный секрет! – сказала она. — Обещай, что это останется между нами. — Я обещаю, сестрица! – ответила я. — Этот секрет только между нами!   — Этот касается всего турнира, а так же меня. Дело в том, что изначально целью турнира не была победа человечества. — О чем ты говоришь, сестрица? Разве не для этого ты так рьяно отстаивала людей на совете Вальхаллы? Разве не ради их выживания был нужен Рагнарёк? — Увы, Гейр. То были лишь мои сладкие речи, – отвечала Брунгильда. — Тем не менее, я прекрасно знала насколько сильно человечество. Я знала, что оно способно убить даже бога и целью было показать именно это. Боги ценят лишь силу, а потому человечество должно было предстать в их глазах сильным. Ни о какой победе даже и речи не шло. Я просто не верила в это. — Я все равно не понимаю тебя, сестрица! Неужели ты все это время обманывала меня? Неужели каждое твоё слово было ложью? – спросила я.   — Примерно, к середине Рагнарёка я поняла, что у человечества есть шанс на победу, – сказала Брунгильда. Её лицо показалось мне ещё печальнее обычного. — Я сама виновата, что не стала прибегать к волондам и ограничилась только людской силой. Я совершила много неправильных поступков, Гейр. Я правда много обманывала и даже предала господина Аида. Возможно, я заслуживаю смерти больше чем кто-либо другой на Небесах. — Сестрица, это уже слишком… — Я искренне прошу у тебя прощения, – Брунгильда упала на колени. Впервые в жизни я увидела её слезы. — Весь Рагнарёк ты поддерживала меня и оставалась рядом. Даже сейчас ты искренне пытаешься простить меня за мою ложь. Я очень благодарна тебе и остальным сёстрам, слышишь? Очень благодарна, что всеми ненавистная Я была кому-то нужна. — Пожалуйста, прекрати извиняться! – крикнула я, едва сдержав слезы. — Я правда очень люблю тебя, сестрица. Пожалуйста, прекрати так говорить о себе! — Прости, что расстроила тебя, – Брунгильда поднялась на ноги, вытерла слезы и погладила меня по голове. – Мне приятны твои слова, но я планирую искупить все свои грехи и для этого…я стану волондом Гильгамеша! — Волондом? Разве это не опасно, сестрица? — Я готова к этому, Гейр. Сейчас нам очень нужна победа и именно волонд поможет королю королей высвободить весь свой потенциал! Хи-хи-хи! Просто смотри, как твоя старшая сестра надирает задницы высокомерным богам! — Х-хорошо! – решительно сказала я. — Я буду продолжать тебя поддерживать до самого конца, сестрица! Только прошу тебя…вернись целой и невредимой! Не смей умирать, чтобы искупить грехи…иначе я никогда тебя не прощу. — Моя милая Гейр, – Брунгильда улыбнулась. Возможно, это была её самая милая и искренняя улыбка, которую я только видела. — Не переживай, я обязательно вернусь! Обгоревшая пластина, которая вот-вот рассыплется в пыль. Вот, что осталось от моей старшей сестры. В последние секунды своей жизни Гильгамеш успел разорвать связь с волондом и Брунгильда вернулась в прежний вид. Хотя, это было сложно назвать прежним видом. У Брунгильды были оторваны руки, и ноги. Тело покрывало множество рваных ран, а кожа сильно обгорела. Лишь благодаря помощи эйнхериев Брунгильду удалось спасти. Однако она впала в кому и нет никаких гарантий, что сможет однажды очнуться. Видеть сестрицу в таком виде…было невероятно больно. Я чувствовала, что обязана хоть что-то сделать. Я обязана как-то повлиять на будущее. В конце концов, оно ещё не определено. 【Наблюдаемый объект/Изменено】 【Редактирование континуума…】 【Наблюдение восстановлено/XXI век】 【Вальхалла/Совет Вальхаллы】 — Турнир закончился весьма неожиданным образом, – говорил Зевс. — Сейчас у нас ничья и именно поэтому мы должны решить, что делать в таком случае. Я бы хотел выслушать ваши предложения. — Ты знаешь мой ответ, старик! – крикнул Шива. — Покончим с людьми и дело с концом. Они не победили, а значит и права на жизнь не заслуживают. — Хо-хо-хо! Хорошо, я тебя услышал, Шива, – отвечал Зевс, поглаживая бороду. — Что насчёт остальных? — Я согласен с Шивой, – сказал Нефритовый Император. — Люди нас неплохо позабавили, но повод ли это сохранять им жизнь? В конце концов, они так и не смогли победить. — Вот как! Значит уже два голоса за уничтожение людей! – сказал Зевс с улыбкой. — Эйнхерии человечества были сильнее чем мы могли представить, – внезапно вмешался Один. — Они убили Абраксаса, Ахурамазду, Дургу, Парашураму, Тескатлипоку, Мардука и даже Яхве. Человечество – чудовище в смертной оболочке. Будет справедливо, если мы проведём ещё один бой… Двери распахнулись, прервав совещание. Я подслушивала богов и кажется, что вошла в самый удачный момент. Почему-то слова Всеотца предали мне ещё больше сил и уверенности. Весь совет Вальхаллы смотрел только на меня. Даже навевает воспоминания, как ещё недавно я тряслась от страха и пряталась за спиной Брунгильды. Однако сейчас я должна положиться только на себя! Пора уже перестать быть маленькой слабой валькирией. — Хо-хо-хо! Кого я вижу! – крикнул Зевс. — Маленькая сестра Брунгильды! — Эй, старик, – крикнул Шива. — Почему мы никогда не запираем двери и позволяем всем подряд входить на совет Вальхаллы? — Хо-хо-хо! Так ведь это же интересно, – отвечал он. — В прошлый раз Брунгильда устроила занимательное представление. А зачем же пришла ты, маленькая валькирия? — Предложить тоже, что и когда-то моя сестра Брунгильда! – крикнула я. — Устроим не просто один бой, а целый Рагнарёк! — Хо-хо-хо! Очаровательно. Как же очаровательно, – отвечал Зевс. Его тело слегка тряслось. — Не шути с нами, маленькая валькирия, – отвечал Шива. — Твои слова лишены смысла. С какой стати мы должны снова испытывать людей? Все твои старания тщетны, ведь однажды придёт их срок. — Я прекрасно это знаю, верховные боги. Я прекрасно осознаю, что даже если человечество победит десятки раз подряд, то однажды непременно сгинет. Именно поэтому я предлагаю устроить другой Рагнарёк, где ставкой будет полная свобода людей! Если человечество победит, то их жизни перестанут зависеть от вашего голосования! А если же проиграют, то грядёт полное их уничтожение… — Предложение интересное, – сказал Нефритовый Император. — Вот только нам точно нет смысла участвовать в этой авантюре. Твои речи даже близко не так сладки, как речи Брунгильды. Увы, но я не заинтересован. — Аналогично! – поддержал Шива. Я ожидала такого результата. Естественно, верховным богам нет смысла идти на поводу у маленькой валькирии. Я далеко не такая, как сестрица Брунгильда. Тем не менее, я не имею права повернуть назад. Я должна выжить из этого максимум. В конце концов, у меня остался ещё один козырь. — Позвольте сказать! – я направилась к Зевсу. — Рагнарёк, бесспорно, был очень захватывающим зрелищем, который подарил всем нам много эмоций! Каждый бой был невероятен! Столько крови и жестокости я никогда не видела. Каждый боец выкладывался на полную, не жалея себя! — Хо-хо-хо! Это верно! – сказал Зевс с садисткой улыбкой. — Это было великое испытание для человечества и оно показало себя с наилучшей стороны! – сказала я, подойдя близко к Зевсу. — А теперь представьте, что новый Рагнарёк сможет подарить всем намного больше эмоций и напряжённых боёв! Господин Зевс, от лица всего человечества я уверяю, что вы ощутите бурю эмоций, что и во время Титаномахии! А может и нечто её превосходящее! Я знаю, что ваша кровь бурлит от одних лишь моих слов! Дайте же эмоциям волю, позвольте провести Рагнарёк! И пусть все Небеса кататься к чертям!!! Я мгновенно отпрыгнула назад. Мышцы господина Зевса раздулись от перевозбуждения и разломили стол, за которым он сидел. Сейчас этот старик не был похож на лидера совета Вальхаллы. Сейчас это был дикий берсерк, который жаждет лишь разрушения. Естественно, такой вопрос требовал согласования со всем советом, но только их лидер мог действовать настолько своевольно. Зевс со всей силы ударил молотком по остаткам стола, превращая их в труху. Остальные боги совета Вальхаллы были не довольны таким решением. — Да что ты творишь, старик?! – крикнул бог разрушения Шива. — Я просто делаю свою работу! – отвечал Зевс. Сейчас он возвышается над любым богом. — Вы все стали слишком скучными и раздражительными. Как вообще можно быть богом, если тебя раздражает сама мысль о том, чтобы наказать человечество за их наглость?! — С тобой ни секунды покоя, старик, – сказал Шива. — Делай, что хочешь. — Отлично! Отлично! Решение принято, маленькая валькирия! – крикнул он. — Однако твоя ставка слишком высока, а потому я внесу некоторые изменения! В турнире будут участвовать не 13 бойцов с каждой стороны, а все 17! — Хорошо, я согласна! Уверена, что это было сделано исключительно, чтобы продлить себе наслаждение. Господин Зевс и правда ненормальный. — Ступай валькирия! Я дам тебе достаточно времени, чтобы подготовиться. Собери лучших эйнхериев для Рагнарёка и давай же устроим хорошую, честную бойню! — Можете не сомневаться во мне! 【Наблюдаемый объект/Изменено】 【Редактирование континуума…】 【Наблюдение восстановлено/XXI век】 【Вальхалла/Лазарет】 Я пришла похвастаться сестрице Брунгильде, что все прошло хорошо. Не без проблем, но мне удалось заставить провести новый Рагнарёк. Сестрица, если бы ты не заложила основу, то ни о каком спасении и речи бы не шло. Я знаю, что ты любишь человечество и желаешь чтобы оно жило. Поэтому…я буду стараться, сестрица. Обещаю! — Не помешал? – спросил Всеотец, заходя в лазарет. — Никак нет! Просто…думаю о будущем. — Что говорят о Брунгильде? – Всеотец подошёл к капсуле, где лежала сестрица. — Она сейчас очень слаба, – отвечала я. — Чудо уже то, что она осталась жива. Если бы мы принесли её чуть позже, то… — Я понял. Не продолжай. Впервые я увидела Всеотца расстроенным. Знаю, он иногда бывает хмурым, грубым и даже пугающим. Однако я знаю, что он не лишён чувств к своим валькириям. — Наверное, мне надо извиниться за свой поступок? — Нет. Ты поступила правильно. Тысяча лет или десять тысяч лет не решат конфликт. Только полная свобода или полное уничтожение. — Вот как, я рада. Признаться честно…я очень боюсь. Никогда бы не подумала, что однажды должна буду противостоять верховным богам… — Если тебе станет хоть как-то от этого легче, то я разрешаю привлечь других валькирий, – мгновенно ответил Всеотец. — П-правда? Разве это не слишком? — Если ты оскалила зубы, то вгрызайся в добычу ими всеми. Не смей отпускать, поняла? — Да…кажется, что да… — Знаешь, какое чувство самое сильное? – спросил Всеотец. — Чувство? — Возможно, это чувство, когда ты испытываешь неконтролируемую ярость? Или чувство превосходства и уверенности в себе? Может это чувство долга и стремления победить? Нет. Самое сильное чувство – любовь. Моя милая Гейр, – Всеотец повернулся ко мне, – любовь способна сотворить невозможное. Пронеси это чувство через весь Рагнарёк. Ради Брунгильды, эйнхериев и человечества. — Непременно, Всеотец! – я ответила шёпотом. Почему-то накатились слезы. Возможно, именно сейчас мне и нужна была родительская поддержка. По крайней мере, теперь я знаю, что моё пламя решимости невозможно погасить. Скорее бы уже новый Рагнарёк! Я очень хочу увидеть, как богов будут втаптывать в грязь. И все благодаря одной всеми ненавистной валькирии! Хи-хи-хи…скорее бы!

ПОВЕСТЬ О РАГНАРЁКЕ.

ПЕРВАЯ ЧАСТЬ: КОНЕЦ.