Улица квартала Акиба

Осенью, где-то ранним утром, когда только начинает светать, очень пасмурно, дождь вернётся совсем скоро, весь город стоит во влажной прохладе, это предположительно Токио, Тиёда, квартал Акиба, совсем не оживленный в выходные, что на самом деле удивительно, Акихабара вовсе не умиротворённое место в шумном Токио. Мицуя, почему-то, меланхолично всматривается в даль, покрытую туманом, будто из самих рассказов Кинга. Его одолевает апатия, уже какой день и он бы сделал с этим что-то, если бы мог, ха-ха. С неба снова падают капли дождя и он, казалось бы, обжигает разгоряченные участки тела. Это вынуждает Мицую распахнуть чёрный зонт, как иронично, не на радость Такаши. Неоновые вывески неизменно сияют даже в тумане и эта, слишком подавляющая атмосфера, даже заставляет Мицую растянуть губы с грустной усмешке. Он и сам никогда не осознает её причины, сейчас это его и не интересует, хах, сейчас его вообще ничего не интересует. Такаши кутается в серое пальто только плотнее, утренняя прохлада пробирает, все таки осень, вроде как, ноябрь. Впереди величественно-одинокая зима и температура воздуха уже почти соответствует ей. Мицуя шагает вдоль квартала, иногда цепляется взглядом за осточертевшие вывески магазинов. - Тусклые, как моё будущее, - Такаши клянётся, его голос в зловещей тишине звучит слишком громко. Сейчас, кажется, пятый час утра, слишком светло в такое время, если вспомнить конец ноября и погоду. Одинокие светофоры горят только белым светом, на дорогах таинственно пусто, на улице нет и ещё долго не будет никого, для Акибы, и его редких спутников, такие дни слишком угнетающие. Такаши замирает в тишине, когда пропадают огни города. - Не слишком ли поздно отключать их? - вопрос риторический и задан в бубнящей манере, Мицуя не хочет получать на него ответ. Он бы остался в этом мёртвом месте навсегда. Шарф на шее дарит непривычное ощущение удушья, но Такаши даже остается доволен таким раскладом, закрывает глаза и выдыхает пар в воздух, намереваясь выдохнуть последний раз в жизни, но только в его мечтах. Он вновь усмехается, когда делает вдох и крепче сжимает ручку зонта. - Сегодня необычный день для Токио, - голос сзади раздается неожиданно. Мицуя незаметно, кажется, вздрагивает в плечах и не желает оборачиваться. - Да, - Такаши бросает коротко и похоже готовится сделать шаг вперёд, но не решается, - Токио никогда не был обычным. Сзади смеются тихо и немного хрипло. Ран кивает головой и улыбается, - Может обернёшься? Мицуя снова выдыхает и опускает вниз голову, смотря себе в ноги. - Что тебе с этого будет? - он спрашивает скорее себя, но никого, это, никогда бы не волновало, тем более, когда они стоят в Акибе. - Не знаю, - голос Рана звучит слишком честно и слишком хрипло, в этот раз даже сильнее чем после смеха, - Разве сейчас это имеет значение? Мицуя прыскает в свободный кулак, когда на его обувь падает массивная капля. - Пожалуй, - всё таки выдавливает из себя Такаши, - Что ты делаешь тут в такой час? Ран делает шаг вперёд, останавливается в паре метров от интересующего его человека, который является единственным на улицах Тиёды и отвечать на вопрос, Ран, разумно не считает нужным. Мицуя смотрит в небо, морщится, от падающих на лицо капель и поворачивает голову в его сторону. Такаши улыбается ему грустной улыбкой, почему-то он только на такую способен, но какая разница. - Если ты влюблен, то должен знать, - цитирует нечто, известное только ему самому, Мицуя и прикрывает глаза. - Да, влюблен в одиночество Токио, - смеётся Ран. И немного дольше обычного смотрит на лицо Такаши. Они уходят в известном только кварталу Акиба, направлении, и пока что эта встреча для них ничего не значит.