ID работы: 12231581

Телескопка

Слэш
R
Завершён
53
автор
Размер:
13 страниц, 1 часть
Описание:
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Поделиться:
Награды от читателей:
53 Нравится 10 Отзывы 8 В сборник Скачать

Часть 1

Настройки текста
Майки и Ран обещали вернуться в очень скором времени, по-быстрому съездив до магазина и обратно, когда поняли, что в кои-то веки у них появилась острая нужда в новых расходниках для мотоциклов, нехватку запаса которых заметил в первую очередь Какучё. Включая его самого, в заброшенном отеле, который на данный момент являлся базой их довольно скромной команды (именно команды, а не банды в целом, ведь на то было отведено другое здание), осталось всего четыре человека. Санзу теперь сидел в углу помещения на деревянной скамейке с наполовину облезлой краской, близ него стояли Изана и Риндо, решившие устроить дружеский поединок. Какучё, не думая тоже в этом участвовать, прошёл сквозь голый дверной проём в другую комнату, где располагались всякие запчасти, металлические приборы и инструменты, которые он планировал разобрать по полочкам. Так, Санзу с неподдельным интересом наблюдал за тем, как Изана и Риндо дрались с силой, но без попыток нанести серьёзные тяжелые увечья. Если вкратце, Изана бил не со всей дури, а после решил немного поддаться, чтобы Риндо мог взять его в захват, а сам его противник этот самый «легендарный» захват делал значительно слабее, чтобы по-настоящему не сломать Изане кости и не вывихнуть ему суставы. Вскоре Изана стал сопротивляться, чтобы вновь оказаться в нападении, освободившись из чужого захвата. В тот момент в здание вернулся Ран, как и обещал, довольно быстро. Майки решил задержаться буквально на минуту-две, чтобы сразу заменить воздушный фильтр в своём мотоцикле. Мгновение — примерно столько времени ушло, чтобы Ран оценил ситуацию и среагировал, увидев, как Риндо душат. В два шага, если не один огромный, он оказался рядом, достал телескопку, разложил её резким движением и ударил Изану по голове с такой силой, что тот сразу потерял сознание. Ужаснувшись, Санзу подскочил с места и так же быстро оказался рядом, удержав Рана за руки, которыми он только-только собирался скинуть вырубившегося Изану с Риндо. — Ты чего творишь, дебил, — выкрикнул Санзу, крепко схватив Рана за запястья. К сожалению, это не подействовало — он едва не выронил телескопку, но обернулся, вырвавшись из чужих рук, чтобы с чуть меньшей силой зарядить Санзу локтем по голове. С тяжёлым кратким стоном Санзу тут же отошёл на пару шагов, схватившись за остро заболевшую голову, и, опершись спиной о стену, медленно скатился по ней вниз, прикрыв глаза и очень неспокойно задышав. Тут уже и Риндо успел увидеть и понять, что произошло за последние несколько секунд. Он быстро стал переводить взгляд с лежащего рядом бессознательного Изаны на старшего брата, опустившегося перед ним на корточки и протянувшего руку, и обратно, с каждым мгновением пугаясь ситуации всё больше и больше. — Ты как, Риндо? На десять минут уже оставить одного нельзя, — наконец сказал Ран, когда заметил его нервозность и растерянное выражение лица. Уже сейчас к нему закралась пугающая мысль о том, что здесь что-то определённо не так. — Ран, что ты наделал! — закричал Риндо, подскочив с места так резко, что, кажется, ободрал колени о голый бетонный пол, — эй, Изана? Ответа не было. Никаких движений, само собой, тоже. — Изана! — Риндо стал аккуратно потряхивать его за плечо, но это тоже никак не помогало, — Ран, звони в скорую, быстро! Блять, дай сюда телефон, я сам, — не дожидаясь никакой реакции, он сам полез в карман Рана, лёгким движением стащив у брата мобильник, ибо свой он заранее оставил Санзу, дабы не разбить во время боя, и перевернул Изану с живота на спину, аккуратно переложив его голову на свои колени. — Риндо, ты о чём?.. Проигнорировав это, Риндо в момент набрал нужный номер едва подрагивающими руками (его успокаивал тот факт, что Изана хотя бы дышал) и стал дожидаться ответа, стараясь сохранять холодный рассудок и не поддаваться мыслям о том, что по прямой вине Рана и косвенной его собственной с Изаной могло произойти что-то серьёзное. На услышанный шум и крики, само собой, вышел Какучё, если не сказать вылетел быстрее пули, бросив все инструменты и даже не отряхнув с рук пыль и не вытерев с них же немного машинного масла. Он собирался спросить, в чём дело, но в этом и нужды не было — он бросился к Изане, стоило только увидеть, как тот лежал на коленях у Риндо, внешне не подавая признаков жизни. — Изана?! — он сию секунду оказался рядом, опустившись на пол, и аккуратно приподнял голову Изаны с ног Риндо так, что теперь он наполовину лежал у Какучё на руках, — эй, Изана, очнись! Как и ожидалось, не изменилось абсолютно ничего. В отличие от Риндо, Какучё не тряс Изану, он вообще не стал бы его так беспокоить намеренно, и он правда старался бороться с дрожью в руках и порывистым дыханием, особенно когда стал чувствовать, как кровь с головы Изаны, пачкавшая его собственные волосы, стала течь и по его ладони, поддерживающей его именно в том месте. Какучё краем уха слушал, как Риндо, который специально поставил звонок на громкую связь, говорил со скорой, но не мог перестать звать Изану, надеясь, что тот сейчас очнётся, попросит всех замолчать и просто дать ему отдохнуть, чтобы прийти в себя. Однако этого не происходило. «Ожидайте не более пятнадцати минут», — послышалось из динамика, и разговор завершился. Риндо положил телефон Рана в свой карман, кажется, вообще забыв о том, что одолжил его, и придвинулся ещё ближе, чтобы всё ещё видеть дыхание Изаны и знать, что человек, которого и он, и его старший брат уважали, не умрёт здесь по их вине. Ран прекрасно знал, что Риндо никогда не жалел своих настоящих противников, а сопереживать им или беспокоиться за них не умел точно, и, глядя на его реакцию, даже ума много не понадобилось, чтобы осознать, что именно произошло на самом деле. По крайней мере, близкие догадки состроить можно было уж точно. И Ран сам сжал зубы и кулаки, сообразив, какие дела натворил, хоть удар телескопкой мог быть и мощнее (куда уж больше?). Чуть не погубил сразу двух людей, которыми восхищался — в том, что могло бы, точнее, не могло ждать Какучё без Изаны, он был уверен. — Пятнадцать минут? Какого чёрта так долго, — недовольно бросил Какучё, аккуратно подхватив Изану под ногами второй рукой, чтобы медленно поднять его с пола, — держись, Изана, ладно? Я отнесу тебя поближе к выходу, скорая же приедет туда, — сказал он, смягчив тон, потому что уже понял, что никакие крики не поднимут Изану, — только держись. Пожалуйста. Ран сглотнул, будучи не в состоянии вымолвить и слова. Риндо посмотрел на него блестящими смятенными глазами и, недолго думая, взялся за протянутую ему руку, чтобы подняться с колен и полностью отряхнуться от пыли, которую он собрал с пола, пока валялся, сражаясь с Изаной. Какучё собирался нести Изану к выходу из здания, но у дверного проёма этой же комнаты пересёкся с Майки, который уже заменил фильтр мотоцикла и поспешил вернуться к своей команде. — Изана? — спросил он, застыв на месте, когда увидел дорогого брата в отключке на руках у Какучё, который только кивнул в ответ и быстро прошёл дальше, — эй… — у Майки встал ком в горле, но он всё равно сделал несколько твёрдых шагов вперёд и склонил голову, прикрыв глаза и напряженно улыбнувшись, словно не видел ничего перед собой, — и что же здесь, мать его, произошло? Ответом была всё та же тишина, которая с присутствием Майки стала не просто давить, но и раздражать. Он сдержался, чтобы просто не ударить кулаком стену, сравнив, что сильнее — какая-то бетонная рухлядь или его израненная рука. — Кого я спрашиваю? — холодным тоном бросил Майки, после чего выдохнул, раскрыл глаза и оценил обстановку, состоящую из опустивших головы братьев Хайтани, небольшого пятна крови на полу и сидящего подле стенки Санзу, которого выдалась возможность заметить только сейчас, — Санзу? Ты тоже?.. Майки подошёл ближе, опустился перед ним на корточки. Санзу молчал, держался за голову и смотрел в одну точку на полу, пока её не загородил собой Майки. Так что было желание или нет (определённо было, но вряд ли в таком состоянии), а увидеть его всё равно пришлось. — Что с тобой? — спросил Майки, сев поближе, и пересёкся взглядами с Санзу, который старался наладить дыхание и у которого в глазах читалось в целом всё, о чём он молчал и что собирался говорить. — Всё нормально. С руки всё равно досталось не так сильно, как Изане телескопкой, — ответил Санзу тихо, а Майки протянул руку к его волосам, пропустил пальцы сквозь розовые пряди и накрыл его ладонь, держащуюся за больное место, своей, прежде чем понял смысл услышанного. — Телескопкой? — переспросил он, тут же оборвав зрительный контакт с Санзу, чтобы посмотреть прямо на очевидных виновников, которые стояли рядом и выглядели неуверенно, — я слушаю. — Риндо не виноват, — сразу же сказал Ран, защищая младшего брата, ибо по мрачным глазам заметил, что Майки посчитал источником проблемы и его. — Это уж точно, — подтвердил Санзу, предприняв попытку подняться с пола, потому что сидеть на холодном полу было не особо приятно, даже та же ободранная скамья как альтернатива в тысячу раз лучше. Майки взял его за руку, помог встать и сразу понял, что попытка получилась так себе, потому что Санзу едва не валился с ног, будучи не в силах бороться с головокружением. Тогда он положил его руку на своё плечо, чтобы создать опору, и аккуратно повёл к той самой скамье, словно считав чужую мысль и желание. — Ты точно в порядке, Санзу? — спросил Майки, сев рядом с ним, на что Санзу опустился к нему на плечо, почувствовав облечение головной боли в таком положении, и практически уткнулся носом в изгиб его шеи, чтобы потереться носом о футболку, прежде чем прикрыть глаза. — Да, разве что теперь вроде как меня тянет спать. Майки не был уверен в правдивости этого, но понадеялся, что он всё же ошибался, пока не встал, подойдя к Хайтани чуть ли не вплотную и одарив их жутким взглядом, от которого по коже пробегали мурашки. — Следите за ним внимательно. Если что-нибудь ещё произойдёт, когда вернусь — урою, — сказал Майки совершенно серьёзно, пока что не устраивая разборки о том, что уже успело произойти, и, получив от Рана и Риндо кивок, пошёл к выходу, где сейчас предположительно должны были быть Какучё вместе с Изаной, дожидавшиеся скорой. Точнее, по факту, именно ждал из них двоих только Какучё. Майки оказался прав, потому что именно на улице их и застал. Какучё всё смотрел то на дорогу, пытаясь хоть издалека рассмотреть машину скорой, то возвращал взгляд и всё своё внимание к Изане, начиная что-то ему, ничего не слышащему и, очевидно, не понимающему, говорить. — Всё будет в порядке, Изана, я обещаю, — услышал Майки встревоженный лепет Какучё, после чего подошёл ещё ближе и положил ладонь ему на плечо, глядя на по-прежнему спящее выражение лица брата. — Да, — согласился он, не решаясь прикоснуться к Изане, опасаясь почувствовать, что он уже стал холодным или перестал дышать, — будет, Изана. Будет. Он не переставал гладить Какучё по плечу до тех пор, пока вдалеке не послышался вой сирены.

***

Какучё думал, что ночевать ему придётся в больнице, как и Майки, спокойно сидящему рядом, сложив руки в замочек, и уставившемуся в пол после полного погружения в какие-то свои отдалённые мысли, пока к Изане то приходили, то уходили разные врачи, а два раза его переносили из одного кабинета в другой, что заставляло и Майки с Какучё переходить куда-то, но до этого, к счастью, не дошло, а мариноваться в больнице им двоим пришлось не так долго. Врач вышел к ним, чтобы сказать, что Изана уже «по большей части в норме», за исключением одной проблемы, и разрешили с ним поздороваться. Какучё тут же подскочил с места и сделал глубокий выдох, в раз поблагодарив всех Богов, которым успел помолиться за последние пару часов, если не чуть меньше. Майки не пошёл за ним сразу, но остановился близ дверного проёма и с ощутимым чувством спавшего с сердца камня облокотился ладонью о стену и сдержал стон. — Изана, — сказал он, подойдя к Изане, лежащему на кушетке, зачем-то поджавшему ноги и обхватившему их руками, — как ты? Изана повернулся в сторону Какучё. Он закрыл глаза, открыл их снова, моргнул пару раз и резко протянул руку, попытавшись схватиться за друга, который наконец-то явился, оказавшись не очередным врачом. — Какучё?.. — спросил Изана, притянув его к себе ближе. Какучё уже успел заметить, как странно метались зрачки Изаны в случайные места, — Какучё, это ты?! — Это я, — ответил он, подойдя поближе, как того и хотел Изана, и взял его за обе руки. — Какучё, — Изана сказал это с облегчением, обрадовался, потому что не мог узнать, кто пришёл сразу, как только посмотрел, точнее, как только просто повернулся туда, а лишь по услышанному голосу, — я ничего не вижу.

***

В больнице Изана не хотел оставаться ни в какую, но с его недоверием даже ко врачам и нежеланием оставаться одному (особенно в такой ситуации) это в целом было и так предсказуемо, а удерживать его там насильно никто не мог. Он не стал слушать слова Какучё о том, что в больнице будет лучше, и написал отказ от госпитализации, не спрашивая ничьих мнений. Тогда ему сказали прийти завтра и послезавтра в восемь утра на уколы, а все остальные процедуры можно проводить и дома, и в течение двух-трёх дней зрение полностью вернётся с учётом того, что врачи уже максимально позаботились о нём за последние пару часов. Также ему всучили список с лекарствами, которые нужно было бы купить в любом случае. Куча витаминов, капли, примочки и какие-то таблетки, Какучё прочитал внимательно каждый пункт и вызвал такси, даже не задумываясь о том, что на всё это уйдёт большая часть его сбережений, если не вся. Изана стоял рядом, крепко держа его за локоть. Несколько огромных цветных пятен на белом фоне — всё, что он видел, и это ужасно пугало. Особенно когда совсем близко проносилась машина или мотоцикл на полной скорости, ибо жужжание моторов по-прежнему оставалось прекрасно слышимым, заставляя вздрагивать от своей громкости. Какучё всё это прекрасно чувствовал и понимал, поэтому чуть не начал ругаться на такси, которое не приезжало уже минут пятнадцать, хотя в обещанном сроке было максимум «семь минут», и он даже пожалел, что Изана отказался от предложения Майки доехать до дома на мотоцикле, который уже подвёз к больнице Такеоми по первой просьбе. — Я долго был… там? — наконец спросил Изана, который не помнил вообще ничего с момента потери сознания, — вот это Риндо ушатал меня. Не ожидал. — Часа два. Я переживал, — честно ответил Какучё, всё ещё оглядываясь по сторонам в поисках чёрной рино, — Майки тоже. И это, видимо, был не Риндо, а Ран, но пока что я с этим ещё не разбирался. — Ран? — Изана удивился, думая, не путает ли он ничего, припоминая, что удар был именно со спины, — ну и чего он добивался? Или просто неправильно нас понял? — Я выясню. Второе, скорее всего, — сказал Какучё, а сразу после обрадовался, в кои-то веки обнаружив обещанную машину в поле зрения, — вот! Идём, Изана, скорее домой. Тебе нужен отдых. Изана кивнул, и Какучё повёл его к только затормозившему такси, не расцепляя их накрепко связанные локти. — Здесь бордюр, аккуратно, — предупредил он, спустившись с тротуара на дорогу, и они вместе сели в машину на задние сидения, тут же начав выслушивать от водителя извинения за задержку. Изана в машине молчал, ровно как и Какучё, потому что присутствие третьего лишнего человека вынуждало так делать. При этом Изана чувствовал себя всё более некомфортно с каждой секундой, ибо не мог избавиться от ощущения, что они вот-вот попадут в аварию или чего похуже, опираясь на все окружающие его звуки, но присутствие Какучё рядом довольно сильно расслабляло. Посреди пути нужно было остановиться, чтобы заехать в аптеку, и таксист, конечно, согласился немного подождать за доплату. Какучё сначала подумал о том, что лучше бы Изане подождать в машине, дабы не таскаться и не напрягаться лишний раз, но очень быстро сообразил, что оставить лишившегося зрения после потери сознания Изану в машине наедине с кем-то незнакомым — последнее, что ему хотелось бы сделать. Да в любом случае Изана мог начать бить водителя, если бы тот решил отъехать или выкрасть его куда-то, чем обязательно спровоцировал бы аварию. Или Изана выпрыгнул бы из машины, решив сбежать. Короче, нет нормальных перспектив, хоть таксист и выглядел, и вёл себя как абсолютно адекватный человек. И Изана в любом случае не собирался сидеть там сам, а мнение Какучё по этому поводу его не волновало. Он полез из машины вместе с ним, чтобы дойти до аптеки и простоять там приличное количество времени, пока фармацевт собирал все препараты, находящиеся в списке. Изана услышал итоговую стоимость и был уверен, что после такой закупки кошелёк Какучё станет пуст, хоть и не мог этого увидеть, но постарался об этом не думать, посчитав, что его это как-то вообще не касается. Ну, по крайней мере в большей степени… Дом Изаны уже встретил наконец-то обретенным за день спокойствием, но, помимо него, ещё и жутким холодом из-за благополучно забытого окна, что весь день с самого утра было открыто чуть ли не нараспашку. У себя дома Изане ориентироваться было гораздо легче, чем на улице, поэтому он здесь смог отпустить Какучё, пусть всё равно боялся врезаться в косяки или стены. Тем не менее, он ещё и самостоятельно справился с тем, чтобы помыть руки и дойти до своего дивана, тупо усевшись на нём, пока Какучё закрывал окна, искал для Изаны сменную одежду в его же шкафу, что-то делал на кухне и так далее, причём чуть ли не всё одновременно. — Вот. Изана, выпей, — сказал он, в какой-то момент подойдя совсем близко, взяв ладонь Изаны в свою и вложив в неё несколько таблеток, а также аккуратно передав стакан с водой, заполненный лишь наполовину, чтобы Изана случайно не облился. — Что это? — спросил Изана, ощупав таблетки, которые, конечно, никак не мог бы опознать таким способом. — Витамины. Пить нужно пять раз в день, а потом я тебе ещё глаза закапаю, — спокойно ответил Какучё, переложив чистую найденную домашнюю одежду Изаны ему на колени, — переоденешься в это, неудобно же в джинсах по дому… — Фу, ужас, — сказал Изана, чуть не начав плеваться теми самыми витаминами от того, насколько ему не понравился «банановый» вкус, — переоденусь, но что это ты принёс? — Твою чёрную футболку и те махровые штаны с одним карманом. — Понятно, — Изана выдохнул, несколько раз медленно моргнув, словно он сохранял надежду и верну в то, что зрение вот-вот должно полностью вернуться разом после очередного открытия глаз, как если бы ничего и не было, — я больше не выпью эти таблетки, мерзкие. Какучё понимающе кивнул самому себе. От Изаны такого и стоило ожидать, так что он в голове уже состроил несколько мыслей о том, как его уговорить или попробовать потом подложить эти таблетки в еду, даже если это будет не совсем правильно с его стороны. — Ладно, может, хочешь чего-нибудь? Я могу приготовить что-то или принести, если надо, — сказал он, поправив подушки, которые лежали на диване, а Изана, услышав это, сразу потянулся за ними, чтобы забрать и подложить себе под голову, словно вспомнил, что с ними удобнее. — Есть хочу. Кухня твоя, давай что-нибудь сладкое. Только быстро, — Изана поджал колени к груди и вспомнил, что не ел с утра, сначала засидевшись с Риндо, а после — попав в больницу, — и плед принеси, он где-то на кухне или в шкафу должен быть, не помню. Какучё кивнул, нашёл на кухне коричневый плед, свисающий наполовину с табуретки, и передал его Изане, который взял гитару, лежащую рядом с диваном, и уже стал перебирать струны, как обычно делал это, не зная, чем ещё можно было бы заняться, будучи не в состоянии сидеть в телефоне или смотреть что-то на ютубе в связи с потерей зрения. Он помог Изане закапать глаза и пошёл к нему на кухню, где было всё необходимое, чтобы приговорить булочки с сахаром (замороженное слоёное тесто, оставленное ещё с прошлого раза, сахар и немного масла — больше ничего и не было нужно). Недолго думая, Какучё решил их и приготовить, потому что из «сладкого» это было бы самым быстрым, даже с учётом времени разморозки теста, и наименее затратным вариантом. Готовить ему нравилось, особенно когда из соседней комнаты слышалось, как Изана играл на гитаре его любимые песни (если что, все песни, сыгранные Изаной — его любимые), а иногда звуки резко обрывались и слышалась его негромкая ругань, потому что опять что-то там напутал и придётся всё начать сначала. А Какучё вообще-то и не заметил, в какой это момент Изана сбился и у него что-то пошло не так, потому что ему всё казалось замечательно сыгранным. Тесто стало подниматься в духовке, сахар внутри него медленно плавился, и Какучё, будучи довольным своей работой, с облегчением выдохнул и принялся за мытье посуды и стола, испачканных за время готовки. Приятный запах выпечки стал сильно ощутимым, и, закончив с уборкой, Какучё пошёл проведать Изану, который отложил гитару минут десять назад, судя по прекратившейся музыке, и хотел сказать, что ужин будет готов совсем скоро. Но он увидел, как Изана спит. Прямо на диване в какой-то неудобной позе, его лицо вообще застряло между несколькими подушками, а укрыты были только ноги. Гитара лежала рядом на полу, даже не в том месте, где он её взял и хранил обычно, и Какучё подошёл, чтобы исправить это. Он также поправил плед и подушки, чтобы Изане лучше спалось, и поцеловал его в нос. — Кажется, ужин переносится на завтрак, — совсем тихо прошептал он, как будто просто шевелил губами, не издавая звуков, чтобы ненароком не разбудить возлюбленного. — Вкусно пахнет, — едва разборчиво пробормотал Изана сквозь сон и передвинул ноги в более удобное положение, и Какучё даже не мог знать, про реальность тот говорил или сон, но всё равно улыбнулся, несколько раз погладив Изану по спине. — Спокойной ночи. Он с нескрываемым теплом посмотрел на спящего Изану ещё раз, выключил свет в аквариуме у рыбок и пошёл на кухню доставать из духовки булочки, уже подумав о том, где бы найти полотенце, чтобы накрыть их до утра.

***

То самое утро началось довольно сумбурно, нужно было срочно вызывать такси, чтобы доехать до больницы и сделать укол, а Изане всё никак не хотелось вставать с постели, пришлось дать ему ещё «пятнадцать минуток», а после очень быстро помочь собраться полностью. То есть и дать одежду, и в ванной помочь с нужными принадлежностями, при том он совершенно не чувствовал, что что-то не так или что он виноват в чём-то. «Короли не опаздывают, они задерживаются». И объяснять, что в больнице это так не сработает, было бы тяжело. Майки позвонил, дабы сказать, что сегодня на собрании их не ждут, потому что Изана должен отдохнуть и поправиться. Также он сказал, что, быть может, вечером он даже зайдёт навестить брата, но это неточно, ибо как сложится день он знать ещё не мог — мало ли, что-то срочное появится. Какучё ждал Изану возле кабинета где-то минут десять. Скучать, благо, не пришлось, телефон всё ещё был в его распоряжении, и вышел Изана от врачей со вколотым в глаза обезболивающим. — Какучё, мы сюда больше не пойдём! С утра я хотя бы цвета в мутных пятнах различал, а сейчас снова ни черта, — недовольно сказал он, схватив за руку своего парня с резким «пошли отсюда». — А через час, когда отойдёшь от укола, станешь видеть ещё лучше, чем утром. Ты мог спросить у врача, он бы тебе сказал, — спокойно ответил Какучё, начав медленно спускаться по ступенькам на первый этаж, внимательно наблюдая за каждым шагом Изаны, дабы тот ненароком не оступился и не полетел кубарем вниз. Мало ли. — Мне не понравилось там, — Изана отвернулся, будто посчитал, что разговор закончен на этой фразе, но Какучё оказался настойчивее, чем ожидалось. — Если не будешь лечиться, то не сможешь выздороветь, Изана. Ты же не хочешь остаться без зрения, правда? Ещё и осложнения пойдут, — всё так же мягко попытался объяснить он вновь. — Вылечиться можно и без этой дряхлой злой бабки, пойду в другую больницу. Ты что, вздумал спорить со мной? — недовольно спросил Изана, покачав головой. Какучё даже не вздохнул. Он настолько привык к подобному и знал каждый странный заскок Изаны, что и внимания заострять на этом особого не собирался. Он аккуратно погладил возлюбленного большим пальцем по тыльной стороне ладони, которую держал в своей. Ну да, Изана такой. Сложный — злой, вредный и капризный. Возражения у него никогда не принимаются, а его решения не оспариваются. Тем не менее, он не перестаёт быть любимым. — Я не хочу спорить. Но тебе прийти сюда ещё всего один раз, Изана, только ради твоего блага, чтобы вернулось зрение. Тебя же здесь обследовали, знают, что случилось, а в другой больнице времени больше потратишь, да и могут препарат сменить. Изана знает, что Какучё всё равно найдет для него эту самую новую больницу по просьбе, потому что не посмеет ослушаться, но почему-то цокает и вздыхает. — Ладно, всего один раз. Но эта бабка всё равно будет проклята. — Так а что она сделала? — всё же интересуется Какучё причиной, по которой Изане здесь так не понравилось, ожидая услышать историю о том, что она его, например, слабым или больным обозвала как-то из-за зрения, чего Изана терпеть не мог, но на деле всё было куда абсурднее. — Ей не понравились мои проколотые уши. Сказала, что серёжки страшные, — ответил Изана абсолютно серьёзно. Какучё запнулся, ибо не думал, что всё заключается в подобном, а спустя пару мгновений тишины Изана вдруг залился еле слышным смехом. Вообще неожиданно. Просто стал искренне тихо смеяться на выходе из больницы с истории, которую только что рассказал. Какучё удивлённо на него посмотрел, а после улыбнулся и сам (причём вряд ли тоже из-за этого рассказа). — Она мне просто завидует, — абсолютно уверенно заявил Изана, представив эту старушку страшной и скрюченной, и немного потянул слегка болящие после некачественного сна на диване мышцы, пока они ждали такси. — Всё так. Изана умолчал о том, что Какучё был прав, и по приезде домой он стал видеть лучше, чем утром — всё ещё большие пятна, но мог отличить стену от дверного проёма. И также он умолчал о том, что был благодарен Какучё за всю его помощь, за то что не отходил почти ни на шаг и за каждое исполнение всех «подай-принеси». Может, он даже сам не осознавал своей благодарности и спихивал всё на обязанности слуги. Однако за обеденным столом, когда Какучё поставил перед ним разогретые булочки и аккуратно нарезанный свежий фруктовый салат, он не смог не притянуть его к себе и поцеловать, немного удивив внезапностью.

***

Ближе к вечеру они собрались ехать домой к Какучё, потому что ночью в прогнозе погоды обещали грозу, а он был уверен, что ещё со вчерашнего утра у него все окна в квартире остались открыты нараспашку. Изана у него не раз был и ночевал, так что никаких вопросов у него не возникало и ничего не отбивало желания ехать, потому что место тоже было почти родным и знакомо наизусть. Перед отъездом он полил все свои растения, переоделся и попросил Какучё выключить везде свет и проверить все приборы, после чего можно было уезжать со спокойной душой. Выйдя на улицу, Изана от скуки во время ожидания машины заметил на траве выделяющиеся бледные розовые пятна, недолго подумал и потянулся туда, чтобы коснуться их и подтвердить возникшее предположение касательно того, что это. — Что ты делаешь? — спросил Какучё, когда Изана дёрнул его за локоть, притянув поближе, и протянул сорванный уличный цветочек. — Смотри, красивый должен быть, такой розовый. Под цвет любви. Возьми. Какучё кивнул и поблагодарил Изану за ярко-красный цветок. Конечно, он не мог не принять такой подарок в любом случае и улыбнулся, спрятав его в кармане так, что лепестки из него торчали. Он обязательно сохранит растение на память и засушит его в книжке, как делал когда-то в детстве. Естественно, у Какучё дома оказалось очень холодно — пришлось не только закрыть все окна, но ещё и чайник поставить, и тёплую одежду достать. Изана хотел бы принять горячий душ, но думал, что лучше подождать до завтрашнего дня, чтобы видеть получше, ибо поскользнуться и разбиться или же перепутать шампунь с гелем для душа ему не хотелось, так что пришлось тешиться горячим чаем. Пока Какучё рылся в шкафу в поисках зимних кофт или пледов, чайник вскипел, и Изана решил, что чай и сам налить сможет. Не беспомощный же, в конце концов, а ему скучно просто сидеть под музыку из телефона. Он открыл шкафчик с посудой, который находился над раковиной, и потянулся за кружкой, рассчитывая взять вообще любую, лишь бы воду налить можно было. И, кажется, то ли удача была не на его стороне, то ли отсутствие нормального зрения было куда большей проблемой, чем казалось, потому что одна кружка зацепила другую, а та стояла на тарелке, а в ней ещё и бокалы были, и в общем… Целая гора посуды полетела вниз. Он отскочил, испугавшись, что только что натворил, а Какучё прибежал на звук просто моментально. — Изана, ты в порядке? — спросил он, постаравшись осторожно перешагнуть все осколки. Осознание, что тут произошло, пришло сразу же — тут не нужно было много ума, дабы догадаться. — А? — Изана моргнул несколько раз и посмотрел вниз. Он едва мог различать все эти белые пятна на светлом полу, но понимал, что масштаб проблемы действительно большой. — Не поранился? — Какучё внимательно осмотрел его руки и ноги прежде, чем получил ответ. — Нет, я в норме. Изана был уверен, что среди всего разбившегося была и любимая кружка Какучё, и старая тарелка, из которой он ел постоянно. Пока Изана думал, должен ли он извиниться, Какучё его отпустил и стал уходить куда-то. — Эй! Какучё, куда ты? Я обидел тебя? Не уходи, не смей, я запрещаю! — нервно проговорил он, ухватив своего парня за запястье, а тот остановился и удивлённо моргнул пару раз, обернувшись. — Ты чего? Я за веником, нужно подмести осколки. Постой тут, чтобы не наступить на них, пожалуйста, — ответил он, и Изана, прикусив губу, опустил голову. — Какучё… извини, — неуверенно и тихо промямлил он, но этого было достаточно. Какучё прекрасно расслышал. — Главное, что с тобой ничего не случилось. Пожалуй, Изана в самом деле был благодарен Какучё. Даже слишком, раз начал думать о том, чем же мог заслужить такого человека, как он. Они оделись потеплее, выпили вместе чай с конфетами, что всегда лежали в шкафчике, и Какучё постелил два футона рядом, хотя времени до сна ещё было много. За окном дождь пока только начался, до грозы ещё далеко, и они стали думать о том, чем могли бы заняться, лёжа на матрасах в домашней одежде. — Как ты видишь сейчас? — поинтересовался Какучё, заметив, что Изана сощурил глаза, когда он достал телефон. — Ещё пятнами. Но лучше значительно. — Может, всё же таблетки выпьешь? — Давай сюда, — вздохнул Изана, всё ещё помня, какие они неприятные на вкус, — жаль, сока нет. Я бы им запил. — Так нельзя же соком, опасно, — Какучё сразу встал и пошёл копаться у себя в карманах в поиске нужных таблеток, пока Изана не передумал, и налил стакан воды — точнее, сразу два, чтобы одним запить таблетки, а другим — запить тот стакан. Он налил бы ещё и третий, но посуда у него на этом кончилась, учитывая, сколько всего разбилось буквально только что. — В смысле нельзя? Мы с Раном и Мучо… — стал было уж говорить Изана, но в прямом смысле почувствовал на себе взгляд Какучё, прекрасно помнящего, что и как они там запивали, — сто раз так делали… — Именно поэтому я и говорю, что нельзя, Изана. Уверен, со мной согласен и Риндо. Тем более алкоголем, как это было у вас. Даже не сок. — Ну и ладно. Изана нехотя проглотил эти таблетки, понадеявшись, что зрение поскорее вернётся и он забудет всё происходящее, как страшный сон. — Так вот. Пятнами мутными видишь? Фильм ведь посмотреть не получится? — спросил Какучё, вспомнив, что откладывал на подобный совместный вечер один занимательный (со слов братьев Хайтани) ужастик, но то забывал о нём, то просто руки не доходили. — Неа. Но я бы его послушал, так что можешь включать. Это не звучало, как хорошая идея, но других альтернатив для интересного времяпровождения у них не было. Изана часто зевал и в особо громкие крикливые моменты интересовался у Какучё, что же такого произошло на экране, после чего всё время слушал небольшие, но понятные пересказы. За первым фильмом пошёл и второй, дождь за окном значительно усилился, послышался гром, показалась молния. Изана порадовался тому, что может отличать такие резкие вспышки света даже со стороны закрытого и зашторенного окна. Если бы он старался всматриваться, то, быть может, стал бы и примерно понимать, что происходило на экране, только вот его это уже не особо заботило. Он уснул на плече Какучё, а тот, досмотрев фильм, поставил телефон на зарядку, лёг рядом и накрыл их обоих одеялом, поцеловав Изану в макушку и вновь пожелав спокойной ночи.

***

Утром Изана проснулся раньше, чем Какучё, и это удивило, ибо это именно у него стоял будильник на довольно раннее время, чтобы не проспать больницу и укол, но он по-прежнему спал. Должно быть, причина в том, что Изана и уснул раньше, но у Какучё был такой чуткий сон, что он почувствовал ворочанье рядом с собой и сразу же тоже стал шевелиться. — Доброе утро, — хрипло сказал он, кажется, даже ещё толком не проснувшись, и потянулся, еле-еле разлепив глаза и спросонья поцеловав Изану куда-то в области шеи. Вчерашние уколы и таблетки, видимо, всё же реально действовали. Изана даже стал сомневаться в том, что есть вообще нужда в третий раз идти в ненавистную больницу. Потому что когда он раскрыл глаза и перевернулся, то увидел немного мутные, но вполне понятные знакомые черты лица. — Как зрение? — спросил Какучё, потянувшись ещё раз, потому что спать по-прежнему хотелось, и он не был уверен, что до будильника времени оставалось мало. Возможно, сейчас вообще четыре часа утра или около того. Дождь и гром по-прежнему были за окном. — Какучё, — сказал Изана так же хрипло и сонно, хоть и выспался он гораздо лучше, по-прежнему глядя на Какучё, рассматривая его почти что видимый шрам, глаза, да и черты лица в целом, — знаешь, ты такой красивый.
Отношение автора к критике
Не приветствую критику, не стоит писать о недостатках моей работы.
Права на все произведения, опубликованные на сайте, принадлежат авторам произведений. Администрация не несет ответственности за содержание работ.