Личный кинк Пак Чимина

«Здравствуйте, меня зовут Пак Чимин. Вообще-то я обычный парень, веселый и милый. Говорят, я неплохо пою, и хорошо танцую. Миллионы людей по всему миру говорят, вот уже много лет. Я не хвастаю, нет, просто хочу сказать, что я ничем особенным не выделяюсь. На первый взгляд. Но у всех у нас есть свои скелеты в шкафу, неприличные секреты, фетиши и кинки. Мой кинк – это целый человек. Вообще все началось с того дня, когда я увидел его глаза. Когда я взглянул в них, то меня накрыло. Очаровало, закружило, и затянуло без шансов выбраться. Впрочем, нас всех накрыло. Сначала мемберов, включая даже не самого эмоционального Юнги, а потом, после дебюта, и армия фанатов пала перед этими очами олененка. Все без исключения были влюблены в его огромные глаза, хрупкую фигуру подростка, и умение сделать безупречно все, за что бы он ни взялся. Поэтому я не придавал значения своим ощущениям. До дня его выпускного. Там я…» Чимин замечает шевеление напротив, и поднимает голову от телефона. Чонгук слегка хмурится, закусывает губу, и жадно вчитывается в текст, который появляется в их диалоге в мессенджере. Почувствовав на себе взгляд, он отрывается от чтения, и смотрит Чимину в глаза. Тот вопросительно поднимает бровь, на что Чонгук отрицательно качает головой, и Чимин вновь возвращает внимание телефону. «Там я, наблюдая за тем, как он позирует для фото, обхватив букет цветов, совершенно неожиданно поймал себя на мысли о том, что у него абсолютно невероятные руки. Особенно пальцы. И что мне бесконечно хочется их гладить, целовать, переплетать со своими небольшими. Кажется, именно после этого выпускного, когда мне всю ночь снился он, оглаживающий своими потрясающими пальцами стройное подтянутое тело, и бесхитростно спрашивающий «Хен, тебе нравится?», при этом хлопая своими невинными глазами, я окончательно понял, что влюбился». Чимин скорее чувствует, чем видит легкую улыбку Чонгука, и, неосознанно подняв уголки губ в ответ, продолжает писать. «Когда его руку украсила первая татуировка, я не выдержал. Пришел к нему однажды вечером, нежно расцеловал кожу, разрисованную бесконечно значимыми для него символами, и рассказал про все-все. Какой он потрясающий, - для всех конечно, но для меня особенно, - как часто я вижу его в своих снах, ну и главное, как сильно я его люблю. Он сначала краснел, смущался, и долго молчал, а потом просто начал целовать меня, в перерывах шепча о том, что все это чертовски взаимно, и что он тоже давно хотел признаться, но все как-то не складывалось. Тогда же случился наш первый раз, и я полностью отдался своим желаниям: с упоением расцеловывал его тело, особенно надолго зависнув на родинке на ноге возле колена, которую обнаружил абсолютно случайно. Бесстыдно и с удовольствием насаживался на его самые совершенные в мире пальцы, которыми он потрясающе меня ласкал. А перед оргазмом, лучше которого мне в жизни испытывать не доводилось, несколько минут не отрываясь смотрел в его глаза, в которых на тот момент не было ничего кроме захлестывающего желания и всеобъемлющей любви. И это была самая прекрасная картина, которую я когда-либо видел». Чимин не успевает оторвать взгляд от телефона, как чувствует тяжесть на своих ногах. Чонгук возвышается над ним, слегка ерзая, но по-прежнему полностью погрузившись в телефон. Чимин улыбается себе под нос, и возвращается к своему занятию. «На его теле появлялись новые татуировки, на лице - пирсинг, придавший необычных ощущений нашим поцелуям. Он совершенствовался, регулярно посещая спортзал. А я… Я влюблялся в него все больше. И сейчас, кажется, до сих пор влюбляюсь, и отключаюсь от реальности, даже когда он просто смотрит на меня. Потому что весь он – один сплошной кинк. Мой личный кинк Чон Чонгук». Едва Чимин дописывает последнюю фразу, и текст отправляется в мессенджер, Чонгук хватает его за подбородок и, наклонившись совсем близко, напористо целует. - Карточка тебе выпала… интересная, - выдыхает он. - Согласен, не зря мы купили эту игру, - отзывается Чимин, невольно облизываясь. - Ты ведь знаешь, что наши чувства чертовски взаимны, как я однажды сказал? Взаимны настолько что ты, Пак Чимин – тоже мой личный кинк. - Чонгууук, - тянет Чимин, неожиданно абсолютно дурея от этих слов. - Доберешься губами до своей самой любимой родинки на моем теле? – Жарко шепчет Чонгук ему прямо в ухо. - Только если ты потом доберешься своими пальцами до моих самых заветных мест, - шепчет в ответ Чимин. - Обязательно. И не один раз.