Шутка Судьбы.

28 марта 1979 года. Весна.

— Наташ, у меня есть для тебя новость! — с ноткой радости начинает девушка лет двадцати двух, обращаясь к своей подруге по телефону. — Да? Юля, ты не представляешь, у меня тоже для тебя чудесная новость! — отвечает Тарасова радостной Псковой, чуть ли не прыгая от радости. — Я беременна! — одновременно говорят подруги, предвкушаю новости друг дружки.       Наташке Тарасовой было 24, а Юльке Псковой 22. Радости будущих мам не было предела. Их мужья ещё и знать не знали о том, что они теперь не просто мужчины, что состоят в гражданском браке, а будущие отцы. Да и куда им знать? Тест только показал положительный результат. Подругам ещё предстоит куча работы: запись на специальные упражнения для беременных, запись на курсы для молодых мам, постановка на учёт к гинекологу, оформление в женскую консультацию и много чего ещё. — Сейчас я к тебе приду и мы с тобой все обговорим, душенька! — дожидаясь согласия подруги, Юля вещает трубку и идёт одеваться, собирать свои кудрявые русые волосы, так и норовящие закрыть весь обзор глазам своей пышной чёлкой, на которой ещё пару месяцев назад парикмахер делала стильное гафре моды 1970-ых годов.       Яркие легинсы, белая майка, неоново-розовая спортивная куртка и нежно голубых тонов макияж. Ах да, как же без нежно-розовой помады, что отлично подчеркивала образ той самой девушки восьмидесятых.

***

      Тарасова внимательно слушала Пскову, паралельно попивая чай. Казалось бы, они не виделись пару дней, а появилось столько много историй! — А ещё, Колька мой на повышение пошёл! Подполковник он у меня теперь. — Юлька выгибает свою грудь колесом, с гордостью произнося заветные слова. — Ух ты.. Вот это да! Ну всё же, долго служит. И верно. — улыбается Наташа, помешивая со звоном уже остывший чай, — А мой дорогой Витенька до сих пор так и остался в токарях. Копеечки, да живём. — с ноткой тоски девушка кладёт ложечку на блюдце, взяв печенье из топленого молока и начав им возить по дну. — Наташенька, душа моя, все образуется. — положив бледную ладошку поверх персиковой руки, Пскова начинает успокаивать подругу. — Надеюсь, Юленька, надеюсь. — поднимает свой кареглазый взгляд Тарасова, — Ладно, давай не будем о плохом. Нашим малышам нужно чувствовать только положительные эмоции! — поглаживая рукой ещё плоский животик, девушка снова улыбается подруге.