Лавандовый зонтик

Любить — это означает смотреть не друг на друга, а вместе, в одном направлении.

(Антуан де Сент-Экзюпери)

☂️

Лёгкий дождик мило накрапывает за окном, в классе тепло и тихо. Студенты сонные и разморённые, никто не шумит. Только резкие порывы ветра с гудением бьются о раму. Тэхён привычно в малиново-бежевом кардигане с принтом «strawberry milk» посередине. На парте лежит скетчбук, длинные пальцы слегка подрагивают, держа профессиональный карандаш. Перед глазами набросок на шершавом листе, буквально из одних касаний серебристого грифеля. Парень смотрит пустыми глазами на рисунок и молчит. Белоснежные наушники вьются, словно лианы, вокруг рук. В ушах грустная английская песня о невзаимной любви, что очень кстати. На улице, которая кажется совсем манюсенькой с третьего этажа, уныло мелькают чёрные зонтики. Лиц с высоты, увы, не видно. А может, это и хорошо. Не хочется смотреть на уставшие, недовольные физиономии, когда своя не лучше. Чимин, сосед по парте и лучший друг, встревоженно глядит на поникшего Тэ. Уже не первый день такое с Кимом, как только в школу перевёлся новый ученик — Чон Чонгук — красавчик, стильный и высокий. Ходят слухи, что ещё и в общении приятный. Пак советовал другу подойти и познакомится, мол, в чём сложность? Но ответ всегда был один — «я ему не интересен». Чим возмущался, не понимая, как можно это определить, ни разу не общавшись, но Тэхён лишь грустно вздыхал и настаивал на своём. За окном, словно свет в конце туннеля, мелькнул лавандовый зонтик. Неожиданно блеснул, словно луч надежды во тьме. Ким никогда не пропускает его, ведь он точно знает: под этим зонтиком скрывается его неповторимый и непохожий на всех Чонгук. Тэ инстинктивно подскочил и потянулся к окну, чтобы на одно короткое мгновение побыть со своею любовью. Несмотря на разницу высоты в три этажа и толстые стёкла, просто взглядом ощутить, что где-то рядом находится он. Чимин пользуется моментом и заглядывает в скетчбук, после чего закатывает глаза и цокает. Снова там этот «Гук-и», только в другом ракурсе, вокруг с веточками сирени и лавандовым зонтиком. Не поспоришь, портрет по-профессиональному идеальный, ровный и уверенный, но сколько листов потрачено на популярность их школы — пугало. В каких только позах и ракурсах не был изображён Чонгук! И с выразительными янтарными глазами, и профиль, и в полный рост, и с живописным задним фоном. И в панамке с принтом коровки, которая нечасто, но так красиво сидела на его макушке. Тэ превосходно рисовал на парах, да и в свободное время тоже, но рисовал только одного человека, что смешило и немного настораживало. Тэхён с горечью во взгляде проводит Чона. До последнего. Капли стекают по окну прозрачными узорами, в песне начинается припев, и Ким чувствует, что ещё одна такая трогательная секунда, и слёзы польются рекой от обиды. Обиды на самого же себя, неспособного подойти из-за стеснительности. И на судьбу, что та никак не подкинет им удачный билет или шанс. Но Тэ не подумал о своём соседе по парте, который мысленно устроил и первое, и второе, готовясь осуществить без предупреждений. Стоит только подождать. Сорок минут прошли быстротечно под шум дождя и монотонный голос преподавателя. Когда Чимин только начал возвращаться в жизнь из воображаемой свадьбы, которая всё это время шла во всех красках, он сразу заметил, что Ким положил голову на скетчбук и лежал так. Неприятный укол страха и непонимания прошёлся по телу. Пак слегка потряс друга, на что тот поднял обречённый взгляд и замучено прошептал «Чего тебе?». Чим нахмурился. Быстро протараторив недовольному учителю, что они сейчас вернутся, он осторожно схватил под руку Тэ и вышел в коридор. Холодный свет ламп ещё больше напрягал. Остановившись у окна, Пак раздражённо задышал, пока друг перед ним стоял равнодушно и депрессивно. — ТэТэ! Ты не понимаешь, что это ненормально? — в полголоса разочарованно спросил парень, смотря прямо в глубокие несчастные глаза спереди. — Ты рисуешь сложные шедевры каждый день… Нет, каждый час! И не можешь подойти поговорить с персонажем своих рисунков? Серьёзно? Ким отвёл взгляд и закусил губу, тихо ответив «Да». — Ах так? Отлично. Прекрасно, мой хороший. Тогда я сделаю всё за тебя сам! И Чимин, подло улыбаясь, прищурил глаза и потащил ошарашенного Тэхёна обратно в класс, хлопнув дверью. В мыслях он переклялся себе, что поможет другу, хочет тот того или нет. Надо расставить всё на места.

☂️

На следующее утро выяснилось, или скорее подтвердилось, что Пак — настоящий актёр и точно человек, не знающий слова «нет». Ким, одеваясь в универ, внутри уже тревожился, что ему устроит безбашенный друг. Перед Чоном, честное слово, позориться не хотелось, ведь такой вайбовый стильный студент был пределом мечты, а не комиком, оценивающим приколы. Но Чимин тоже не придурок, и сделал всё максимально правдоподобно и не смешно. Небо было снова уныло-серым, как и лица вокруг. Очевидный дождь не шёл, но явно собирался вот-вот начаться. Тэхён оделся очень эстетично и мягко, что его хотелось сжать в руках и крепко обнять, спрятать под зонтиком и согреть в холодный ливень. От него пахло тонкой ванилью и полевыми васильками. Небесно-голубой вязаный кардиган до середины бедра, снизу рубашка с широкими, воздушными рукавами. Жемчужные оверсайз брюки с кармашками, на ногах пастельно-синие конвёрсы. Волосы немножко не убраны и спадают на глаза, но делают образ ещё невинней и прекрасней. Среди толпы прохожих Тэ решил стать заметнее, и взял сапфировый зонтик под руку. Едва он успел дойти до универа, впереди ярко выделился желанный, лавандовый цвет. У Кима сердце учащённо забилось, а внутри всё заледенело от предвкушения, но он продолжал идти, как ни в чём не бывало. Люди будто специально суетились так, что Тэхён невольно продвигался всё ближе к Чону. Пару секунд, и он буквально сзади своей любви в расстоянии одного шага. Лавандовый и сапфировый зонтики посреди чёрных остальных. Как горные цветы среди камней… Почувствовался парфюм теплого осеннего солнца, приятной свежести, легкого ветерка и молодости. Нежные, чуть сладкие переплетения ириса и голубого гиацинта. Искрящиеся ноты мандарина, согревающие оттенки кедрового дерева. Всё это сплелось в невероятный, приятный аромат неповторимого Чонгука, от которого Тэ на секунду чуть не потерял голову. Резко послышались громкие шаги сзади. Ким хотел обернуться, как Чимин бешено толкнул его, отчего парень еле удержал равновесие, но от неожиданности уронил зонтик в огромную лужу. Та с плеском приняла подарок и чуть не брызнула на обоих. Тэхён приоткрыл рот, вроде и будучи готовым возмущаться, но от удивления не находя подходящих слов. Он только растерянно хлопал глазами, смотря на Пака, который по-дружески подмигнул и принялся злобно смеяться. Тэ понял, что задумал его сумасшедший друг и принялся пытаться поднимать сапфировую красоту. Но он, в белоснежной лёгкой рубашке и лезть в шоколадную лужу… Бр-р. Несовместимо. Безнадёжно стараясь аккуратно достать испачканный зонт, Ким отметил, как неожиданно только что запомнившийся аромат стал ярче, будто ближе. А в следующую секунду, его холодную от волнения ладонь накрыла чья-то тёплая чужая. И от мгновенного понимания чья она, у Тэ перехватило дыхание. Он оторопел, застыв на месте под коварную, но искреннюю радостную улыбку Пака спереди. Рядом с Тэхёном наклонился Чонгук, озадаченно смотря на ситуацию. — Мг, тебе помочь? — прозвучал глубокий, но добрый голос прям над ухом, от которого у парня пошли мурашки. — Одну минуту. Сейчас достанем и влажными салфетками, я как раз прихватил пачку, протрём твой прелестный зонтик. На слове «прелестный» у Кима сердце пропустило удар, а щёки залились алым. Тэ неловко кивнул и отошёл к Чимину, который улыбался до ушей. Он действительно боялся, что сейчас Чим на всю улицу загорланит «Получилось!!!» и выставит их обоих идиотами. Но друг стоял смирно и только скалился во все 34 зуба. Когда Чон-боже-что-за-добрый-краш-Чонгук закончил неожиданную помощь и протянул зонтик, чистый и красивый, Тэхён пискнул «спасибо» и на секунду задержал блуждающий взгляд на янтарных глазах. Ох-х-х. До чего же красиво это лицо вживую. Ещё прекрасней, чем с расстояния коридора. Но бабочки в животе начали танцевать бурное танго, поэтому Тэ, недолго думая, улетел в свой класс пулей, звонко стуча конвёрсами по лужам. Пробегая этаж за этажом, ступеньку за ступенькой, Ким летел как ошпаренный, не замечая усталости. И только придя в свой тихий класс, в котором белым холодным светом привычно светила лампа, он осознал, что не чувствует ног. Когда Тэ сел на своё место и стал пытаться прийти в норму, пальцы тряслись, а вдохи выходили слишком шумными. Так жутко, стыдно, странно и в то же время радостно ему не было ещё никогда. На доске что-то написано, ребята негромко болтают и смеются, но студент ничего не замечает, так как очень глубоко уходит в мысли. Щёки будто облили маслом и сверху чиркнули спичкой: они пылают, и это просто физически ощущается. Рядом скрипит стул, и Тэ моментально с растерянного лица переключается, как по щелчку пальцев, на агрессивную убийственную физиономию. Чимин невинно хлопает ресничками и раскладывает учебники, будто не он только что толкнул друга в лужу и громко ржал при этом. Тэ не сдаётся. Наконец, Пак не выдерживает напора и тяжёлого взгляда сбоку. — ТэТэ. Не злись, пожалуйста. Ты же знаешь, что я не хочу тебя обижать. Я понимаю, что зонтик — часть образа, но его ты можешь помыть, протереть, постирать, в конце концов, если так приспичило. А любовь, особенно случайная, не нуждается в чистке. Она прозрачная и искренняя, да и зонт ты другой, если что, купишь. Любовь — нет. Случайное знакомство очень сложно подстроить, но у нас получилось. Обещаю, ты меня ещё поблагодаришь! Ким закатывает глаза и цокает, отворачиваясь и ворча что-то типа «Ладно уж, блин, только отцепись», на что Чим снова смеётся. Но оказавшись лицом к стеклу, Тэ закусывает губу и думает. Может, и вправду так? Чтобы обрести любовь — стоит поменять её на упавший в лужу зонтик?

☂️

Что на кого менять, Тэхён не знает, но точно узнаёт, что Пак настоящий актёр, когда благодаря ему к Тэ на следующий день подходит парень с лавандовым зонтиком. Сегодня Ким забыл свой сапфировый, но, если признаться честно, по дороге домой уронил и оставил сушиться. Утро обещало быть солнечным, поэтому тащить с собой элемент «декора» он не планировал. Зато планировал солнечный совершенный Чонгук, который, как настоящий джентльмен, спас от неожиданного дождя Тэхёна. Когда к мокнущему парню подошёл Чон в кремово-жёлтой толстовке, он выглядел, словно солнышко. С ним тепло и не идёт дождь. — Привет, — дружелюбно начал Чонгук, — мальчик, забывший свой прелестный зонтик. У Кима кольнуло сердце, когда к нему с такой репликой подошёл его краш. Захотелось надуть губу и по-детски съязвить «Ах вот как? Зонтик у меня, значит, прелестный, а я — нет?», но он лишь улыбнулся в ответ на нежную ухмылку. И вправду, случайное знакомство начинается. — При-прив-вет, Ч-чонг-гук. — робко вякнул Тэ, от неловкости сжимая пальцы в замочек. — Воу. Знаешь моё имя? Тэхён криво улыбнулся. — Вся школа знает, ес-сли ты н-не заметил. Чон натурально удивился и немного нахмурился, серьёзно смотря вперёд. — Ладно, опустим этот факт. А тебя как звать? — Тэхён. — сразу выпалил Тэ и моментально покраснел. Чёрт, почему он ведёт себя как социофоб при Чоне? Наоборот же, надо расслабленно и с юмором. — Кхм, Ким Тэхён. Чонгук мысленно улыбается такой официальности, но с совершенно сосредоточенным лицом кивает и отвечает: — Чон Чонгук. Тэ неуверенно тоже кивает и молча шагает, смотря под ноги тревожными глазами. Парень рядом будто чувствует эту неловкость и продолжает разговор первым. — Тот мальчик, который толкнул тебя, — Чон жестикулирует, пытаясь восполнить пробел в отсутствии имени, — вы с ним дружите? Не знаю, в шутку или нет он обронил твой зонтик, но вы раньше часто смеялись вместе. Тэхён знает, зачем была вся эта сцена, но мысленно радуется, что собеседник не догадался. Поэтому он лишь хмыкает и легко кидает: — Да. Потом он объяснился и мы снова дурачились. — А-а-а. — многозначительно тянет Гук. — Ясно. Ты на каком факультете учишься? — На художественном. Рисую. Пейзажи, животных. Людей. Некоторых. — с лёгкой застенчивостью говорит Тэ, отмечая, что дождь закончился, но они оба под чудным фиалковым зонтиком. — А меня не рисуешь? — с задорной улыбочкой интересуется Чон, пока у Тэхёна глаза распахиваются максимально широко. Чонгук видит это и немного напрягается. — Я что-то не так сказал? Ким откашливается и выдавливает из себя: — Повтори, пожалуйста. — А меня нарисуешь? — на той же ноте повторяет парень, и Тэ облегчённо выдыхает. Ну и послышалось же. Хочется сказать, что он может хоть скетчбук целый с автопортретами подарить, но Тэхён мягко отгоняет эту мысль и кивает. — Да, конечно. Как раз рядом уже вход в универ. Парни прощаются и расходятся, а потом Тэ на паре не может решить, какой рисунок подарить.

☂️

Пробежали 6 сказочных месяцев. Тэ продал много картин, так как хорошо учился и работал с новыми техниками. Продолжал продавать дальше. Менялись задания, уроки, времена года. Из дождливой осени стала расцветать тёплая, медовая весна с запахом корицы. Пооткрывались булочные со вкусными изделиями, снова вернулись уличные рестораны, кафе. И пахнущие цветы, вперемешку с сахарной выпечкой, смешивались в неповторимый запах солнечной весны. От Чонгука по-прежнему веяло свободой и гиацинтами, от ТэТэ — полевыми васильками и ванилью. Небо стало высоким и синим-синим, облака — размазанными и белыми. В апрельской траве прятались первые ромашки, одуванчики пускали по свету свои мелкие пушинки. Люди стали веснушчатыми и значительно веселее, чем были осенью. Только вот их зонтики белыми не стали. Даже самая светлая весна не смогла скрасить тёмные оттенки. Янтарные глаза Чона всё чаще сияли в лучах, и Ким не мог не говорить ему, как это красиво. Когда коньячная радужка светится, словно самый красивый фонарик в мире, а глаза смотрят и блестят от счастья. Медленно май плыл к концу, университеты становились всё душнее, а Пак-мечтающий-поженить-своего-друга-Чимин всё несносливее! Тэхён отшучивался, что у его друга началось как у котов обострение, но тот не смеялся, а задумчиво тянул «Всё возможно, товарищ мой». На это Ким молчал и говорил, что ему пора, и лишь тогда Чим начинал заливаться смехом. Но Чонгук… С ним было всё странно. Та самая фаза «недопартнёры и передрузья». С одного бока, он был такой солнечный, радостный мальчик, что невозможно не улыбнуться, смотря на него. А с другого бока… Не его солнечный мальчик. ТэТэ старался сблизиться, больше шутил и разбавлял атмосферу, но никогда их отношения не переходили границу дружеских. А время не ждало никакой парочки, и бежало себе, как ни в чём не бывало. Всё больше альбомов, о которых знал только Пак, стали наполняться портретами Чона. И Тэхён планировал подарить их своему «другу» на день рождение. Они с Гуком больше гуляли в прохладных парках, со смехом играли в волейбол, пили освежающие коктейли и просто наслаждались жизнью. Но для Тэ жизнь не будет жизнью без Чона. Когда начал наступать конец июля, Ким стал готовить подарок для своего друга ещё за месяц. И как раз в конце июля ТэТэ решился на один важный шаг. Тогда они гуляли в самом романтичном переулке из всех. Дома вокруг были пастельно-розовыми, алым наливались черешни с клумб, а на небе тянулся пурпурный закат. Мелкие звёздочки, словно детали для разбавления картины, ненавязчиво блестели высоко в небе. И только прозрачный месяц напоминал, что они на Земле, а не в далёком космосе. Собственно, Тэхён от самого вида улицы уже сидел в параллельной реальности, а с ним ещё и шёл Чонгук, как всегда стильный и нежный, поэтому он витал далеко-далеко за пределами галактики. В своих неземных мечтах. Ведь вместе с Чоном они не будут на этой планете. В общем, резко Тэхён остановился. Чонгук развернулся с непонятливым выражением лица и тоже замер. Тонкий аромат вишен доносится со всех сторон, небо медленно плывет, хор сверчков неприметно напевает на заднем фоне. — Закрой глаза, Гук-и. — тихо сказал Тэ, и Чон послушался, ожидая пранка. — Закрыл, Тэ. — Что ты видишь, Гук-и? — Ничего, Тэ. — натурально не выкупая прикола, бесцветно ответил Чонги. — Это моя жизнь без тебя, — дрожащим от волнения голосом прошептал он, — Гук-и. Чон распахнул глаза сразу, как увидел, что Тэхён не пытается шутить, а переживает. Это было странно, чертовски непонятно и подозрительно. А Тэ молчал. Нечего говорить, когда ты до сих пор влюблён в парня с лавандовым зонтиком. Хотя прошёл почти год. — ТэТэ! Не волнуйся так. Ты тоже в моей жизни занимаешь важное место, как самый лучший… Чон замолчал, а у Тэхёна заболело сердце. Если его любовь закончит предложение словом «друг», это вынести будет невозможно. — Как самый лучший друг. Ах, кольнуло. Больно, очень, до сумасшествия или потери рассудка. Ноги подкосились, руки ослабили хватку, будто устав держаться за надежду, весь мир помрачнел. Жаль, что сейчас не идёт дождь. Тогда можно было бы упасть в лужу и пролежать до ночи. А месяц светил бы на мокрые дорожки на щеках и шее, глаза блестели бы от слёз, но сейчас жаркий, душный июль. Ким криво улыбнулся и посмотрел наверх, чтобы слёзы не побежали потоком из уставших глаз. Ладно. В жизни всякое бывает, он выдержит это и дождётся своей настоящей любви. — Как самый лучший друг, которого я люблю. — договорил Чонгук и выдохнул. У Тэхёна сердце упало в пятки и в животе похолодело. Что? Это не шутка? Чон подошёл к нему вплотную и взял его лицо в ладони. — Ты мне нравишься, Ким Тэхён. Поцелуй. Сладкий, словно медовый, как и благоухающие цветы вокруг. Чон прикоснулся к верхней губе Тэ и слегка смял на пару секунд. Его руки поглаживали спину Тэхёна, сердце билось, будто сумасшедшее. Однако, воздух в лёгких стал заканчиваться, и им пришлось оторваться. — Это взаимно, Чон Чонгук. И снова, только на этот раз поцелуй более страстный, глубокий и долгий. Тэ вплетает пальцы в шёлковые волосы своего Гук-и, прижимается к стене тесной улочки. Чон не больно давит на запястье своего Тэхёна, фиксируя положение. Горячее дыхание, глаза смотрят немигающим взглядом, расслабленная ухмылка. С этого мгновения началась любовь. Настоящая, верная, преданная и сильная любовь. Мечты сбываются. Люди сходятся. Сердца соединяются. Ох, какой это был роман. Прогулки в поле, золотистом и бесконечном, словно море на закате. Поцелуи под звенящими берёзами, совместные фото на загадочных тропинках парка. Ночные тусовки, посиделки на крыше под звёздным небом. И в итоге сны в тёплом, родном доме под тусклый свет ночника. Тэхён понял, что влюбился бесповоротно и навсегда. Чонгук отвечал тем же. И также Тэ был бесконечно счастлив, что он выбил себе Чона у судьбы. Ну, вообще-то, Чимин всё начал, но в итоге парень с лавандовым зонтиком достался Киму. Все иллюстрации, все восемь месяцев совместной радости. Всё так разрывало душу от счастья, что хотелось крикнуть целому миру о своих эмоциях. И ещё тогда, в дождливый октябрьский день, когда они оба были словно горные цветы среди серых скал, оба поняли, что любят. Даже не зная имён… И парни действительно были, словно безобидные лепестки ярких цветов. Они жили в своём мире, ограждённом от холодной окружающей среды, находились в своей атмосфере и любили всё вокруг. А особенно Тэхён поверил в мечты, когда его Гук-и предложил уехать в другую страну и купить там дом у пляжа. — Малыш, у меня тут идея одна, — загадочным голосом начал Чон, заходя на кухню, где готовил Тэ, и обнял его со спины. Ким полной грудью вдыхает запах гиацинтов и с улыбкой поворачивается в объятиях. — И какая же, мой свежий синий гиацинт? Чонгук по-доброму смеётся и кладёт подбородок на плечо Тэхёна. — Как насчёт того, чтобы купить дом у моря в другой стране? Тэ роняет нож, которым резал овощи, и застывает, не сводя взгляда со своего парня. Карие глаза сделались шире, а милые розовые губы замерли полуоткрытыми. — Ты сейчас серьёзно, Гук-и? — удивлённо спрашивает он, выдыхая. — Абсолютно. Мне предложили очень хорошую работу, а с прошлой мы накопили достаточную сумму, чтобы купить себе домик, да и ты немало заработал со своих картин. Как на это смотришь? — Я… Я сообщу родителям, но они, я думаю, будут только за. — взгляд с шокированного меняется на тёплый, и Тэ одними губами молвит. — Я люблю тебя, Чонгук. Моя радость с лавандовым зонтиком. — И я тебя люблю, василёк. Моё счастье с сапфировым зонтиком. Тэхён прищурил блестящие от слёз глаза, искренно улыбнувшись, бросил все кухонные принадлежности и кинулся на шею Чонгуку. Тот слегка ойкнул от неожиданности, но крепко и с нежностью обнял плачущего Тэ. Это были слёзы счастья. Прозрачные, лёгкие и светлые, словно солнечные лучи. Они бежали по горячим щекам реками, и ТэТэ просто благодарил судьбу и Чимина за свою изменившуюся жизнь. Он любил сейчас весь тёмный, порой жестокий мир, но любил за неожиданное счастье. Которое, как Ким убедился самолично, приходит к каждому.

☂️

Жаркий, томительный конец августа. Время где-то девять утра, небо ясное-ясное и синее. Тэ немного сонным и тревожным взглядом проводит белокрылых чаек. Вот и аэропорт. Через полтора часа прилетит их самолёт, и начнётся новая жизнь у берега моря… С продавцом они договорились, даже выторговали скидку. Небольшую, конечно, ведь дом уютный и, как ни как, у пляжа. Но всё равно приятный бонус. Их уже ждут. Родители парней только пожелали удачи и много раз плакали от счастья, что их дети такие взрослые. Конечно, они были в курсе, что Тэ и Чонги пара. Однако, это старших никак не поразило, и мальчики получили в ответ только искреннюю молчаливую улыбку. Семьи сдружились и часто собирались, когда на одном таком собрании юноши объявили все последние новости. Сейчас Тэхён нервно скрипит кончиками ногтей и стучит ними об стул. Переживает, волнуется. Чонгук накрывает его ладонь и переплетает пальцы, успокаивая. Тэ переводит на него немного утомленный взгляд, но приятная улыбка расплывается на лице. Ненавязчивое, комфортное молчание. Резко телефон Тэ жужжит, на что тот тихо бурчит «Боже, снова Чимин». Чон усмехается такой реакции, но понять Кима можно: его телефон, казалось, взорвётся от постоянного потока звонков и сообщений. А учитывая то, что Пак приедет попрощаться со своим новым «другом»… Ух, надо иметь силы вынести всё это. Тэхён с недовольным лицом заходит в чат и быстро печатает что-то короткое, на что мобилка звенит моментально 4 раза подряд. Парень хмурится, черты гнева прорисовываются на красивом лице. Он снова пару раз усердно тыкает в клавиатуру. Секунда. Рингтон орёт на весь зал, отчего люди со всех сторон испуганно оборачиваются и морщатся. Чон ржёт вслух и откидывает голову на спинку стула, на что Тэ тихо шипит, но тут же отвечает мрачным тоном «Алло, блин». — ТэТэ! Почему ты не отвечал? Я уже считал скорость падения самолёта, чтобы понять, когда вы умерли. С ума меня сведёшь! — слышно возмущённой голос Чимина, у которого, походу, включена громкая связь. Ким сбавляет звук. — Это ты меня сведёшь с ума, мы через полтора часа только занимаем места! — в ответ ругается Тэ, качая головой. М-да. Пак заботливый друг, но иногда перегибает палку. — Ой, я перепутал значит. — шёпотом говорит он. — Пф, перепутал он. Телефон мой взорвать пытаешься, хакер нашёлся. — фыркает Тэхён, с обиды надувая губу. — Ты мне звонил 20 раз! Двадцать! И я не красивую цифру на рандом взял, зайди в журнал вызовов! — Ну не злись, Тэхёныш, я же наоборот вас увидеть скорее хочу. Кстати, уже подъезжаю. — Какой я тебе «Тэхёныш»?! Что за новый прикол?! Чим смеётся в трубку и кидает только «Ладно, пока, и не вскипи там от ярости». Вызов завершён. Тэ выдыхает и откидывает телефон, всем телом облокачиваясь на спинку стула. Чонгук смотрит понимающе и с весельем, ведь с такого нельзя не улыбнуться. Он молчит и только проникает любовью в глаза, во взгляде появляется нежность. Лёгкий, задорный и мимолётный поцелуй в макушку. У Тэхёна от приятного, неожиданного касания по спине пробежал табун мурашек. Тэ застенчиво улыбнулся кончиками губ и посмотрел с надеждой. Всё-таки, всё будет хорошо. Его Гук-и рядом, а это главное. Остальное они вместе преодолеют. Проходят полчаса, и на полузаснувших парней накидывается обезумевший и до невозможности счастливый Пак Чимин, который будто светится ещё за километр. За ним неспешной, медленной походкой идёт высокий парень и усмехается. — Тэхёныш-ш! — Чим вцепился мёртвой хваткой в друга и радостно прокричал. Тэ цокнул на новую кличку и закатил глаза. — Да-да, Чимин-и, я тоже очень рад тебя видеть. — утомлённо, но искренно говорит он, переводя взгляд на юношу позади своего товарища. — А это что за каваллер? Пак будто этого ждал и широко заулыбался. — Ох, этот красавчик достоин отдельного внимания. Представляю вам моего Мина Юнги! Этот самый Юнги смотрел как-то равнодушно, будто его немного утомили выходки своего парня, но в то же время с любопытством. Как ни как, всегда интересно знакомиться с друзьями друзей, нет? — Здравствуйте, уважаемые. Я представлять Чима не буду, он сто процентов сам представлялся вам, как минимум, три раза. — беззлобно сказал парень, и все улыбнулись, понимая, что они точно поладят. Чимин навис на Мине и тот обнял его. Тэхён и Чонгук протянули умилительное «О-о-оу», и все разразились смехом. Шло время. Ребята болтали, знакомились ближе, шутили. Пару раз на «камень ножницы бумагу» спорили, кто побежит в ближайший магазин за жвачкой и газировкой. Проигравший со слезами и криками «предатели!» скрывался, а через 2 минуты приходил весёлый и с покупками. И так по кругу, пока час не стал подходить к концу. Перед паспортным контролем Чимин действительно, по-настоящему растрогался и заплакал, крича, что его «ТэТэ стал совсем взрослым». Со всхлипами он вцепился в рубашку друга и рыдал. Даже поглаживания по спине не могли успокоить. Юнги не знал, что делать, ему пришлось насильно отстранить от Тэ своего Чимина и долго приводить в себя. Чтобы клиенты не переживали, в динамиках играла музыка. И, как назло, началась песня «I love you so». Тогда Чимин уже молча, без слёз, смотрел грустным лицом вслед и уныло махал рукой. Под глазами красные следы, губы припухли, а Мин ржал, энергично прощаясь, и не понимал, почему его парень так расплакался. Тэ всё время думал об этом. Мысленно жалел друга, хотел обнять ещё раз, но только в иллюминаторе показалась земля, все мысли покинули голову. Только одно «Божечки» кружилось в голове и иногда слетало с уст.

☂️

Перелёт был… Захватывающим. Дух выбивали резкие повороты и картины, видимые глазами. Поля, моря, современные высокие здания и сараи свысока казались не больше муравья: создавалось впечатление, что вместятся на мизинце. И также не виднелась разница в их размерах, ведь все были одинаково манюсенькими. Через два часа юноши приехали в желанную другую страну, и просто пару минут стояли молча, не в силах найти слов. Солнце шпарило охлаждённую от кондиционера кожу, пахло свежим летом, хоть оно шло к концу. Но здесь, в другом городе, с другими людьми… Будто всё начиналось сначала. И жизнь, и хобби, и любовь. Абсолютно каждая эмоция здесь ощущалась ярче и искренней, а мотивация начать что-то новое зашкаливала. Первое, что сделал ТэТэ… заверещал от счастья и закружился, время от времени прыгая и прижимаясь к любимому Чонгуку. Густые, кучевые тучи немного усмиряли солнце, травы пахли. Успокоившись, Ким подошёл вплотную к Чону. Отодвинул непослушную каштановую прядь, что мило вилась и падала на прекрасное лицо перед ним, и потянулся за желанным поцелуем к вишнёвым устам, на что сразу получил ответ. Чувства били через край, переливались. Сладкие, любимые и самые сахарные губы трепетно коснулись кожи, будто обжигая. Умиротворение накрыло с головой, спокойствие и чувство правильности разлились в теле приятным теплом. ТэТэ перекрестил руки на плечах своего любимого и сильнее прижался. Язык немного посасывал губу, делая контакт ещё приятнее, а счастье играло внутри яркими красками. Мир вокруг расцветал и светился от невероятных чувств блаженства. Самые мягкие пряди волос переплелись с длинными изящными пальцами. Поцелуй закончился нежным, едва уловимым ангельским прикосновением уст, что заставляло сердце улететь высоко в светлые небеса и остаться там навечно. Тэхён не отстранялся, а с расстоянием в один миллиметр смотрел в любимое лицо немигающим взглядом. Чонгук горячо дышал, не выпуская своего любимого мальчика ни на секунду из нежнейших секунд их новой жизни здесь. Здесь, где всегда солнечно, парит летний зной и пахнет дождливыми полевыми васильками с гиацинтами.

☂️

Путь к дому был по каменной, аккуратной и эстетичной дорожке. Вокруг росли сочные изумрудные пальмы и приветливо махали большими листьями. Было много газонов и ярких цветов, уютных деревянных домиков у побережья и лиан. Но когда дорожка стала заканчиваться, тучи заволокли ясное небо и повсюду потемнело. Сказочным светом щёлкнули фонарики. Тэ вздрогнул от неожиданности, но сразу огляделся. Промежуточно с камушками были прикреплены маленькие фонари от начала до конца всей тропинки. Они засияли тёплым, манящим оттенком, и вперемешку с кудрявыми кустами выглядели, словно светлячки. Тэхён закрыл рот ладоней и восторженно шепнул: — Господи, Гук-и, смотри! Будто светлячки. Чонгук развернулся назад, поглядел вперёд и замер. — Так красиво. — завороженно молвил он, водя взглядом по местности. — Жду не дождусь, когда мы вечерами под шум волн будем гулять здесь. За руки, конечно. Тэхён улыбнулся и положил голову на плечо Чона. Так они постояли пару минут, издалека было слышно море, а влажный ветер колыхал волосы. Любовь билась в груди вместе с счастьем, от восторга и волнения иногда обсыпало мурашками в районе спины. Наконец, парни решили, что готовы идти дальше навстречу новому. И побежали, в то же время держа в руках телефон с адресом. Мелькали растения, снова постройки из дерева, чьи-то гамаки и столики на улицах. Цветочные теплицы, мелкие розы в баночках на подвесках, огромные клумбы, качели. Рядом показалось шумящее, величественное сапфировое море. Подойдя к фисташковому, просторному деревянному дому с белой крышей и ступеньками, они поняли, что это их. Зайдя и договорясь с хозяином, дав деньги и всё решив, Чонги и Тэхён наконец переступили порог своего нового жилья. Была мебель, много красивых декораций и два этажа. А за окном бушевали волны. Прошла первая неделя новой жизни. За окном бились приливы, пели дикие птицы, смеялись весёлые соседи. Тэ и Чон вместе готовили, смотрели фильмы и наслаждались всем новым. Чимин был на связи 25/8 и отвечал в ту же секунду, как Тэхён отправлял сообщение. Чон начал хорошо общаться с Юнги. Тоски по дому не было, всё шло идеально. И в один вечер… Сумерки плыли над пляжем, белый нежный песок переплетался с морем. Абсолютный штиль гладью раскладывался по волнам, будто зеркало. Тэхён сидел на диване и смотрел в окно, восхищаясь тайными фонариками, цветочными дорогами и видом. Резко дверь открылась, ранее провернулся ключ, и в дверном проёме показался Чон. В ветровке бирюзового цвета, в массивных кроссовках, растрёпанный и… с гитарой. Гитарой?! Что?! ТэТэ распахнул глаза максимально широко и застыл, бегая растерянным взглядом по лицу напротив. Он приподнялся на диване и смотрел во всю, не понимая, когда Гук перестанет поражать новыми приколами. Руки онемели, в горле пересохло от неожиданности. Если Чон однажды вернётся с барабаном, походу никто не удивится. Ким пытается проморгаться, но лишь хлопает глазами и отодвигается, когда Чонгук садится рядом на диване. Парень смотрит лукаво и ухмыляется, держа инструмент в руках. Гитара яркая, алая и с подходящими наклейками, струны чёрные и блестящие. — Помнишь ту песню из аэропорта? — наклоняясь к лицу Тэ, соблазнительно шепчет Гук-и. Тэхён сглатывает от такой близости и мелко кивает пару раз, в нетерпении ждя следующего действия. — Хочу сыграть её в честь нашего переезда. Ну, слушай. И начинается вступление. Аккорды приятные, повторяются, бой спокойный и какой-то грустный. Ким медленно устраивается на подушке и не сводит глаз с лица своей любви. Начинается текст, и глаза ТэТэ в шоке округляются, слыша, как красивый глубокий голос начинает исполнять эту чудную мелодию. Он не думал, что его Гук-и так обалденно поёт… I just need someone in my life to give it structure To handle all the selfish ways I'd spend my time without her Тэхён хмурится и поднимает одну бровь, недоверчиво глядя на Чона. Никакую «her» он что-то не припоминает в жизни Гука. Тот тихо смеётся с реакции парня и шепчет в промежутке между строк «Это просто текст, малыш». You're everything I want, but I can't deal with all your lovers Saying I'm the one, but it's your actions that speak louder Giving me love when you are down and need another I've got to get away and let you go, I've got to get over Тэ прикрывает глаза и нежно улыбается, ожидая припева. Ах, ну что за идеальная жизнь с идеальным парнем? But I love you so Чон с любовью смотрит на Тэхёна, переставляя аккорды. Дом наполняется шумом волн за окном и прекрасной игрой на гитаре. I love you so Молчание в две секунды. I love you so-о-о I love you so. Романтичный брыньк и Тэ вскакивает с дивана, хлопая в ладоши и визжа. Дикий ор счастья, Ким вертится и кружится, будто бешеная балерина на сцене, носится по этажам. Чонгук звонко смеётся и слегка смущённо улыбается с криков Тэхёна «Мой Чон Чонгук самый лучший игрок на гитаре!». Устав летать по квартире, Тэ плюхается на диван рядом с Гуком и шепчет: — Только не записывай видео-исполнение Чимину, а то нам не сбежать истерики. Оба снова весело хохочут, и тут Чон начинает люто щекотать своего парня, приговаривая «Это тебе не избежать истерики от смеха, сладенький мой». Дом наполняется весёлым ребячьим смехом. Новая жизнь точно лучше прежней.

☂️

Так пролетает год. Тэ подарил Чону альбомы с портретами, которым уже по десять месяцев. Они вместе смеялись и удивлялись разнообразным ракурсам. Сколько всего пережитого за спиной, уже не сосчитать. Соседи, пусть и не зная корейского, на ломанном английском часто перекидываются парой анекдотов с Чонгуком и Тэ. Хозяин дома очень рад за молодую пару, с ним тоже периодически поддерживается общение. Чимин и Юнги постоянно в видеозвонках орут так, что трубку парни берут в беззвучном режиме. Жизнь идёт быстро, но идеально. Обоим до сих пор не верится, что они бросили всё в родном городе и уехали сюда. Обычный день. У Тэхёна настроение ну просто небесное от светлого утра вместе с Чоном, который, увы, ушёл на пляж собирать ракушки. Тэ мысленно хмыкает и думает «Ну и ребёнок». Жаль, что сегодня очередь Кима готовить, но он благополучно делает салат им обоим и смотрит Тик Ток, нарезая овощи. Иногда хихикает от смешного мема, видео сами перелистываются, что удобно. Облака лёгкие и пушистые, лучи заглядывают на кухню. Окна насквозь открыты, шум волн убаюкивает. Неожиданно и резко сквозь окна слышно беглый топот, а через пару секунд он становится громче и дверью хлопает Чон, залетая в кухню. Его лицо белое и бледное, словно полотно, глаза распахнуты, а руки очень трясутся. Тэ оставляет предметы и хмурится, подходя к парню, который пытается перевести дыхание. — Я-я не в-верю в э-это… — дрожащим голосом постоянно повторяет Чонгук и тыкает указательным трепещущим пальцем на экран. Сообщения К вашему городу приближается межконтинентальная баллистическая ракета. Следуйте инструкциям правительства и сохраняйте спокойствие. Тэ застывает, сердце пропускает удар, а потом начинает биться мелко и очень быстро. Во рту и горле пересохло, в глазах темнеет, дыхание учащается. Руки холодеют, а всё где-то в желудке сжимается от страха и леденящего ужаса осознания. Пальцы дрожат, паника накатывает огромным тяжёлым шаром. Что делать?! — Я б-бежал п-пару к-километров с п-пляжа, как т-только мне п-пришло эт-то сообщение. Проверь свой телеф-фон тоже, я п-пойду включу т-телевизор. — запинаясь, тихо пролепетал Чон и унёсся к телевизору с ошеломительной скоростью. Тэхён чувствует, что ему натурально плохо от дикого страха. Он, будто сквозь пелену слёз, открывает телефон и видит точно такое же сообщение у себя, отчего хочется закричать вслух. Значит, не ошибочное! Слышится голос из телевизора, что надо искать убежище, правительство ничего не может сказать. Канал выключается. Чон бежит куда-то наверх, должно быть, за бутылками воды и рацией. Тэ судорожно и рвано выдыхает, набирая номер Чимина и в то же время беря тёплую одежду. Трубку берут, как всегда, моментально. — Чимин! Чимин! — будто задыхаясь от истерики, кричит Тэхён в трубу, на что слышит испуганный вздох. — ТэТэ, что произошло?! Говори, быстрее! — встревоженно и тихо отвечает Пак. — Чимин! Я не хочу умирать! Не хочу! Почему! — заливаясь слезами, неразборчиво вопит Ким. — К нашему городу летит огромная ядерная фигня! От страны пустое место останется Чимин-и, господи! Почему всё так… — Что?.. — шокированно, и явно от ужаса, спрашивает Чим. — ТэТэ, звони родителям! Я люблю тебя, моё солнышко! Всё будет хорошо! — всхлипывая, верещит парень. На заднем фоне слышно взволнованный голос Юнги. — Да я тоже тебя люблю! Прощай, Чим. Прощай! И передай Мину, что вы навсегда в моём сердце! Вызов сбрасывается, следующие родители. Спустя двадцать секунд криков звонок прекращается. С верхнего этажа спускается Чон с большим количеством воды и консерв. Атмосфера раскалённая, в душе жутко, Киму хочется разрыдаться и чтобы всё оказалось сном. — Сколько времени у нас осталось?.. — голос Тэ ломается, слёзы бегут, словно сумасшедшие. Губы опухли от непрекращающегося плача. На сердце тягостно. — Смотря, с какого расстояния и оружия запускали… В среднем 25 минут. — траурно говорит Чонгук. Они оба понимают, что через двадцать пять минут погибнут. Расстанутся. Тэ молчит, не понимая, за что им обоим, счастливым влюблённым юношам, такой ужас. — Давай возьмём свои зонтики… — Тэ горько кивает в сторону лавандового и сапфирового зонтика, благодаря которым они сейчас вместе. — И поцелуемся. Поцелуй меня, Чонгук. — хриплым от боли голосом просит он. Наверное, это последняя его просьба Чону. Чон идёт навстречу, берёт зонтики, кидает у их ног. Глаза от слёз блестят. Он нежно касается своими губами губ Тэхёна и целует мимолётно и приятно. Опускается к подбородку, шее, ключицам, оставляя маленькие быстрые касания. Тэ всхлипывает, не представляя, как будет всё дальше. Без его Чонгука, без его солнечного мальчика, без самых сахарных любимых губ и поцелуев. Гук устами смахивает солёные слёзы, нашёптывая «Я люблю тебя». Тэхён ревёт и крепко сжимает спину Чона пальцами, целует свою любовь в плечо, в ушко, отвечает, что никогда не забудет. Сердце от боли сжимается, Ким дрожит в самых любимых руках, в последних их объятиях. Хочется, чтобы всё оказалось тупым, кошмарным сном. ТэТэ целует каждую родинку на шее Чонгука, будто напоследок. Словно на прощание, как кошка лижет котёнка, понимая, что больше не увидит никогда. Оба плачут и не могут оторваться, не могут выпустить друг друга. Будто всё оставшееся время хотят провести только вдвоём, до последнего вздоха. С усилием им приходится подобрать зонтики, такие родные и немного блёклые, и идти вперёд. В пещеру, которая защитит от пылающих огненных волн, от радиации и всех ужасов снаружи. Тэхён шагает и измученно улыбается, смотря на красивые яркие цветы. Как жаль, что их лепестки сгорят первыми за считанные секунды. Тэ и Чон стараются не думать о людях, которых ждёт та же участь. Они идут с тёплой одеждой, сумкой внутри с рацией и консервами, зонтиками и слушают уведомления. Правительство понятия не имеет, что происходит. Люди в панике. Соседи покидают дома и ревут, в обнимку идя по светлой улице. Небо высокое и синее, облака снова кучевые. Дорога из камушков впервые вела их в новую жизнь, а теперь ведёт к концу. Тэхён вспоминает всё с самого начала с тупой щемящей болью в груди. В голове картинки, как на улице моросит дождь, ребята одноклассники тихо сидят, а Пак-надо-задолбать-всех-вокруг-Чимин исключение и орёт на весь класс, что надо свести ТэТэ и новую популярность школы. Вспоминает все свои альбомы, которые он рисовал ежедневно на парах. В голове мелькает его любимая картинка — Чонгук, с янтарными выразительными глазами и с лавандовым зонтиком между веточек сирени. Приходит воспоминание их первой встречи. Как они, среди серых каменных лиц, были будто горные цветы со своими яркими зонтиками. Как Пак толкнул удивлённого ТэТэ и с этого началась их история. Всё больше вопросов, встреч. Совместные рисунки, шутки. Потом майские жаркие прогулки, июльский поцелуй в узком переулке и плывущий месяц. Алые вишни вокруг, пастельные розовые дома… Всё это осталось в прошлом. В другой стране, в другом доме и с другими людьми. А что ждёт сейчас — неизвестно. Впереди только пустота. Чонгук идёт и с грустной задумчивостью шагает по камням, тоже отдаваясь ностальгии по юношеской любви. Вспоминает, как сзади него толкнули такого красивого и милого мальчика. С воздушными рукавами рубашки, небесно-голубым кардиганом, жемчужными брюками и синими конвёрсами, его хотелось сжать и обнять. Как растерянно он смотрел своими прекрасными карими глазами, как немного неровно вились волосы. А сейчас он теряет своего полевого василька, от которого веет дождём, природой и свободой. Резко Тэ останавливается и сжимает кулаки, смотря на Чона. Он прикусил губу, чтобы не заплакать, и тихо шепчет будто самому себе: — Я не верю в это, всё не может так закончиться. Нет, так не бывает. Счастье не может резко оборваться, словно его взяли и отрезали ножницами. — сквозь пелену слёз и страха бормочет Тэ, вытирая рукавом текущие мокрые тропинки на щеках. Чонгук слегка поджимает губу и прикрывает глаза, не показывая слёз, трёт переносицу. Выдыхает судорожно, сквозь зубы. Слишком больно. Страх уже отключился, только вот на смену ему смирение не приходит. Он подходит к Киму и берёт за руку, откровенно рыдая. — Малыш. — голос звучит нервно, трепетно и напуганно, но очень нежно. — П-пожалуйтса, ТэТэ. Давай не сейчас. Сначала точно окажемся в безопасности, нельзя терять ни секунды. — Я не хочу терять тебя, Гук! Я не хочу терять нас! Мы слишком много прошли вместе, чтобы это всё закончилось за какие-то жалкие 25 минут! — кричит Тэхён, но продолжая идти дальше и хлюпать носом. От осознания, что в любую минуту может прилететь какая-то ядерная фигня им на голову, Тэ сдавленно всхлипывает, идя вперёд по дороге. Тишина, два парня бредут за руки, переплетя пальцы в ожидании худшего. Иногда раздаются тихие всхлипы или порывы ветра. А травы шумят, деревья колышутся, солнце светит по-прежнему ярко. Будто ничего и не происходит… Что на дорогах, представлять не хочется. Не лезет в голову мысль, как машины на скорости 150/км в час летят по шоссе к своим родственникам, устраивая сумасшедшие аварии и пробки… Юноши бредут к пещере для медитации вблизи. Там можно укрыться от многого, так как нет окон и очень прочные материалы. В животе до сих пор всё скручено от паники, руки трясутся, но постепенно сердце успокаивается в ожидании. Ожидании дальнейших событий. По рации молчат, шум раздаётся в ушах. Только шаги, шаги и шаги… Прошло за всё время уже где-то двадцать минут. Ещё немного. Парни подходят к пещере и осматриваются. Тэ бледными губами криво улыбается от различных эмоций внутри, думая, что теперь понимает, какого жить последние пять минут. Он жмётся к Чону, который с серьёзным лицом стучит по камню. Ластится, горько всхлипывая, руками обвивает. Никто не может представлять сценарий, если им не откроют… Но дверь отворяется, и из неё выходят слишком весёлые для ситуации их соседи. Они улыбаются широко, с настоящим радостным блеском в глазах, бутылки воды тащат, рации. Тэ и Гук странно косятся. Самоубийцы? Никогда не подумали бы на этих жизнерадостных людей. Ладно, это их не касается. Сейчас главное — спасти друг друга. Переступая порог, Чон чувствует, как его останавливают. Тэхён вздрагивает и прячется за спиной своего парня. В чём дело? Один из соседей качает головой, повторяя «ноу, ноу, ноу», руки скрещивает, всеми способами не пропуская. Гук-и хмурится, ТэТэ сильнее прижимается к нему. Соседка также категорически настаивает не дать прохода молодым юношам. — Мгкхм, — прочищает горло Чон, готовясь толкнуть речь на английском, — Вай кэнт уи гоу? Вот ис вронг? Люди задумываются, как сформулировать речь, женщина с доброй улыбкой смотрит и говорит: — Бикоз зере ис но дэнджэрос нау. Ит олл воз э фэйк. Мистэйк. — глаза её сияют от сказанных слов. Парни переглядываются с недоверием. — Вай ар йю соу шуар? — вздёрнув бровь, спрашивает Чонгук. На душе всё равно неспокойно. — Мэйби йоур вордс ар э мистэйк? Соседка уверенно усмехается. — Ноу, итс тру. Тёрн он йоур… эээ… Зис финг. — женщина вертит в руках рацию, не зная, как та будет на английском. ТэТэ достаёт из кармана свою черную, блестящую рацию, и включает на весь звук. — Дорогие жители. Мы искренне просим прощения за предоставленные неудобства, угроза применения ядерной ракеты была ложной. Возвращайтесь в свои дома, объявление чрезвычайного положения снято. Потом речь повторяется на других языках. Тэхён смотрит в пол и выходит на улицу, слабо сжимая в пальцах орущую рацию. Там идут истории про ужасные ДТП на трассах, мужчина в прямом эфире рассказывает, как не знал, с какой дочеью провести последние минуты жизни, ведь они живут оба в разных городах и далеко. Люди по радио ревут от счастья, другие ругают парня, по ошибке разославшего всей стране сообщения об угрозе. Тяжёлое молчание висит над пещерой, к которой ведёт каменная дорожка, с одной стороны которой поле, а с другой — море. Волны, прозрачным покрывалом закутывая берег, хватают пару-тройку ракушек и отходят назад в синюю глубину. Высокая полевая трава шумит от ветра. Тэ пустыми глазами смотрит вокруг. Всё намного ярче, чем было прежде. Солнце выходит из-за туч и падает на людей, игриво преломляя свет и грея. Соседи с улыбками обнимаются и идут по тропе обратно, кинув напоследок «гуд лак!». Чонгук робко топчется на месте, прежде чем подойти к Тэхёну. У того, кажется, внутри сейчас или пламя, или цунами, а Гук-и ни от одного из двух зол пострадать не хочет. Он медленно, спокойно подходит и складывает руки на плечах своего Тэ. Утыкается носом в шею, от которой пахнет дождевыми васильками и совсем слабо ванилью. Ах, как он сейчас нуждался в этом родном аромате. Пальцы переплетает своих рук, трогать ладони ТэТэ не осмеливается. Тому нужно время всё осознать и прийти в себя. А небо искрится от ярких красок. Оно, насыщенное и голубое, облака, белые и с чётким контуром, золотые колоски поля. Море, сапфировое и манящее, как зонтик, валяющийся сзади. Тэхён уставшим, измученным взглядом проводит предмет и медленно шагает, чтобы взять. Потом смотрит немигающими глазами на Чона, без слов говоря «Пойдём?», получает утвердительный кивок. Гук поднимает свой лавандовый зонтик, и оба идут по тропе. По этому пути они шли в новую жизнь, уходили из неё, и сейчас опять возвращаются. Конечно же, с лавандовым и сапфировым зонтиками. Камушки кажутся не серыми, а каждый по-своему уникальным. Цветы пылают алыми, небесными и пурпурными оттенками, словно язычки пламени. Юноши подходят к их крыльцу. Белые деревянные ступеньки, фисташковая дверь и чуть темнее сам дом. Тэ чувствует себя выжатым и выгоревшим. Силы и эмоции пропали. Но, видя ставшим родным за этот год дом, он не выдерживает. Ноги подкашиваются, разъезжаются, Тэхён сгибается пополам и падает на землю на колени. Ладонями закрывает лицо, и слёзы вырываются вслух изнутри. Тэ громко рыдает вслух, подняв лицо к небу и бессильно опустив ослабевшие кулачки. Слёзы ручьями текут по щекам, перетекают на шею и капают на одежду. Сапфировый зонтик лежит рядом, переплетённый ручкой с лавандовым. Переводя затуманенный пеленой рыданий взгляд на это, Ким горько всхлипывает и ещё сильнее кричит. От боли и счастья. Он так боялся потерять всё. Свою любовь, свою жизнь, своего самого дорогого Чона. Он думал, что это всё. Что это — конец. Что они с Гуком не дойдут до конца тропы. Что ураган из огня, пламя, радиации и ужаса накроет их и моментально превратит пыль, как и всё живое вокруг. И не останется ни моря, ни поля, ни деревянных домиков, ни цветов на подвесках, ни камней у дороги — ничего! Будет лишь ровное, выгоревшее насквозь место светится от радиации, где уже никогда не прорастет и корешок. Бриллиантовые слезинки блестят в густых ресницах. Растрёпанные волосы падают на лоб, что немного мокрый от пережитого страха. Тэ сжимает зубы, пытаясь не плакать, и только хнычет, чувствуя, как на душе становится с каждой секундой всё легче. Он рвано выдыхает и складывается комочком, беззащитно валяясь посреди дороги. Рядом молча ложится Чон, никак не комментируя. Молчание. Мир и вправду ярче, чем был. — Я люблю тебя, прелестный мальчик, когда-то уронивший свой прелестный зонтик. — с уставшей улыбкой шепчет Чонгук, мягко проводя по идеально ровной линии подбородка Тэхёна. Тэ не улыбается, а лишь смотрит бесцветным лицом с мокрыми дорожками, но также искренно отвечает: — А я — тебя, мальчик в солнечной толстовке, от которого пахнет лёгким ветром, осенним днём и гиацинтами.