Эти глаза напротив

- Завтра мы отправляемся дальше в путь, - такими словами встретил Иоанну Нигель, не успела она пройти в лагерь. - Как? Уже завтра? – опешила девушка, - Почему так скоро? - Сегодня услышал у проходящих мимо странствующих торговцев, что туда уже съезжается весь народ, - Нигель стоял, опёршись на повозку, - а ещё там сейчас прошли дожди, и это значит, что пока они там не собираются – дорога будет легче, - отрывисто проговорил главный театрал. - Я тебя поняла, - Иоанна поникла в миг. - Ты же раньше любила дорогу, - удивился Нигель. - Я и сейчас люблю, - девушка произнесла эти слова безрадостно, - просто не думала, что отъезд будет так скоро. - Как обычно, - Нигель пожал плечами, - здесь мы задержались даже дольше, чем следовало, - он посмотрел на то, как Иоанна устало и грустно потирала лоб, но спрашивать лишнего не стал. Просто развернулся и удалился в свою повозку. Иоанна не спешила уходить, а решила задержаться у догорающего костра, который на последнем издыхании старался обогреть то, что было рядом. Усевшись на бревно, что теперь лежало там вместо лавочек, девушка увидела, что весь лагерь почти собран. Оставалось только запрячь лошадей и можно было выдвигаться в путь. Значит, отъезд был назначен на утро, и, скорее всего, они выдвинутся, как только покажутся первые лучи солнца. Осознав это, Иоанна подхватилась с места и метнулась в повозку, которую она делила с двумя другими театралами. Покопавшись в своих вещах, она достала два кусочка пергамента, мятое перо и маленькую глиняную тарелочку, в которой обычно разводила чернила. Она вышла на улицу и подошла к костру, чтобы собрать золы и сажи, капнула немного воды в глиняную тарелочку для чернил, и вернулась на бревно. Там было удобно и сейчас это было самое светлое место во всём лагере. Сложив кусок пергамента, тот, что был побольше, в нечто, подобное на конверт, Иоанна подложила его под вторую бумажку, обмакнула старое мятое перо в чернила, и начала выводит на листе буквы, которые складывались в слова. Слова признания, слова прощания, слова обещания. Когда она писала это, ей казалось, что она, возможно, совершает большую ошибку, но бродячему артисту было мало чего терять в этой жизни. Поэтому девушка почувствовала какую-то невероятную свободу выражения мыслей. Когда она писала, то представляла перед собой те, цвета чистого серебра или ключевой воды, глаза девушки, что заняла все мысли Иоанны в последние дни. Она писала и понимала, что не сможет уйти, не попрощавшись. А если посмеет это сделать, то горечь от сожаления сожрёт её изнутри. Долго Иоанна корпела над письмом, даже костёр уже почти потух. В тишине спящего лагеря писалось особенно хорошо, ведь никто не отвлекал от мыслей и переживаний, которые хотелось перенести на бумагу. Поставив конечную точку в потоке своих мыслей, которые, может несколько беспорядочно, но всё же вылились на пергамент, Иоанна потрясла его, чтобы чернила высоли окончательно. Где-то они растеклись, но всё же воздух, гоняющийся за мотающимся листком, сделал своё дело и насухо высушил чернила. Тогда девушка сложила пергамент пополам и засунула в импровизированный конверт. Туда же она засунула что-то, что достала из своего кармана. Собравшись выходить из лагеря, Ионанна решила придать увесистости и красоты своему письму, поэтому вернулась в повозку и нашла там уже немного опалённую восковую свечу, подошла к костру, расплавила воск на догорающих язычках пламени и накапала на самодельный конверт, чтобы его запечатать. Проделав последние приготовления, Иоанна всё-таки проскочила между повозок и отправилась обратно в город. Казалось, девушка не так долго просидела за письмом, но, скорее всего, это чувство было только потому, что она не замечала ничего вокруг себя. На самом деле, перевалило уже за полночь, и идти нарушать спокойный сон Летисии и её родителей уже не хотелось. С другой стороны, потом и времени не будет всего сказать, а сказать было нужно. Даже жизненно необходимо. Попетляв городскими улочками, чтобы набраться смелости и в некоторой степени наглости, Иоанна всё же подошла к окнам пекарни, которая стала для неё каким-то маяком. Она не знала, на что надеяться, куда стучаться и с чего начинать разговор. Помявшись рядом с лавкой, она увидела дверь, ведущую в жилой дом. «Ну, не в лавке они живут и не на печи спят, - про себя подумала Иоанна и подошла к двери, - если ошибусь, то не судьба, - сказала себе девушка и легонько постучала». Она приложила ухо к двери и начала слушать, зашевелятся ли те, кто жил в этом доме. Прошло несколько мгновений. Тишина. Тогда Иоанна постучала ещё раз, уже сильнее и настойчивее, испугавшись, что теперь точно разбудила всех. С той стороны послышалось долгожданное шевеление. Предвкушение, смешанное со страхом, роилось в груди Иоанны и распирало её до боли. Дверь тихонько приоткрылась и из-за неё выглянуло лицо, освещённое свечой в подсвечнике. - Иоанна? – шёпотом проговорила Лети. - Это судьба, - облегчённо улыбнулась артистка. - Что ты тут делаешь, - она глянула за спину знакомой, - в такое время? - Ты спала? Прости, если разбудила, - шёпотом начала тараторить Иоанна. - Я не спала, - Лети обернулась, проверив, не стоит ли кто за ней, - а вот отца с матерью вполне могла. - Прости ещё раз, - Иоанна смотрела невинными глазами, - но дело срочное. Выйдешь ко мне? - Не пугай меня, - Лети отпрянула, - что случилось? - Одевайся и выходи ко мне, - Иоанна запихала Лети, что стояла босиком и в одной ночной рубашке, в дом, - хочу с тобой поговорить. Летисия, всё ещё недоумевая, быстро вернулась в свою комнату, надела первое, что попалось под руку, и поспешила на улицу. - Пройдёмся? – Иоанна подала руку. - Ночью? – не переставая недоумевать, спросила Лети, - Куда? - Сходим к реке? – Иоанна всё ещё держала руку, надеясь, что Лети вложит в неё свою. - Так и быть, - Летисия подала руку. Девушки, не опасаясь быть замеченными в такое позднее время, пошли по узким улочкам, спускаясь к реке, которая текла на окраине города. - О чём ты хотела поговорить? - не вытерпев, спросила Лети. - Я думала, сядем у реки, там и поговорим, - всё ещё не набравшись смелости, сказала Иоанна. - Ну уж нет, - Лети покачала головой, - ты вытянула меня в ночь на улицу, поэтому говори сейчас. Иоанна, помолчала и подумала несколько секунд. На выдохе она все же сказала: - Мы уходим на рассвете. Летисия остановилась напротив Иоанны и посмотрела ей в глаза. - Почему ты сказала только сейчас? - в голосе девушки слышались ноты обиды. - Мне самой Нигель сказал это, когда я вечером вернулась в лагерь, - Иоанна снова двинулась в сторону реки и повела за собой Лети. Тягучее и мучительно молчание поглощает девушек. Они словно тонули в нём как в мазута или чёрной смоле. - Я же знала, что вы рано или поздно уйдёте, - поникла Лети, - но не предполагала, что так скоро. - Как сказал Нигель, - Иоанна тоже повесила голову, - мы и так задержались дольше, чем где-либо в маленьких городах. В тишине девушки дошли до реки и пристроились на иве, которая почти склонилась над водой так, что её ствол служил отличной скамьёй. - От чего ты так не весела, - нарушила тишину Лети, - я думала, ты любишь дорогу. - Я люблю дорогу, - Иоанна повернулась к Летисии, - она всегда меня успокаивала, - артистка смотрела в глаза Лети, - но в этот раз мысли о ней меня угнетают. - Я тоже не хочу, чтобы вы покидали наш город, - после короткого молчания сказала Лети, - вы стали для меня отдушиной от этой серости, - девушка сжала руку Иоанны, - ты стала для меня чем-то... кем-то... - но она так и не закончила предложение. - Нам тоже полюбился ваш город, - Иоанна взяла руки Летисии в свои, - а мне понравилась ты, - Иоанна почти сразу же пожалела о своих словах, опасаясь, что сейчас это вызовет отторжение Летисии. - Ты мне тоже понравилась, - вопреки худшим ожиданиям Иоанны, ответила Летисия. - Скажу это ещё много раз: я заметила тебя сразу, - воодушевилась Иоанна, - эти осознанные понимающие глаза я не забуду никогда. - А я никогда не смогу увидеть Еву в другом образе, - улыбнулась Летисия. - Скажи, - Иоанна замялась, - я могу тебя обнять? - А у тебя в руках ножа нет? – Лети засмеялась, - а то вывела меня ночью на окраину города… - В моих руках только твои руки, - Иоанна погладила ладони Лети большими пальцами. Летисия достала свои руки из рук Иоанны и потянулась обнять её. Иоанна обвила руками талию Летисии и прижалась к ней. Лети была тёплая и пахло от неё как-то по-особенному. Иоанна старалась вобрать как можно больше воздуха в лёгкие, чтобы этот запах остался у неё в памяти надолго. Столько, сколько потребуется, пока она не вернётся в этот город. - А ты не думала остаться? – донёсся голос Летисии. - Мой дом – театр, - вздохнула Иоанна, - где же я буду жить, - она прижалась к Лети ещё сильнее, - моя работа – тоже театр, - она вздохнула. Лети тоже глубоко задумалась. - А ты не думала уехать? - Иоанна решила попытать судьбу. - Не скажу, что я не задумывалась об этом, - Лети поводила рукой по спине Иоанны, - но не сегодня на рассвете – это точно. Иоанна вздохнула и отодвинулась от Лети. - Я тебя понимаю, - Иоанна провела ладонями по рукам Лети, - здесь твой дом и твоя семья. - Ты мне сможешь пообещать, что вернёшься? – вдруг резко спросила Лети. - Я ещё не уехала, - Иоанна взяла ладонь Лети в свою руку, а второй накрыла её, - а уже думаю о том, как сюда вернусь. Иоанна медленно, смотря в глаза Летисии, поднесла её ладонь к своим губам и сначала легко дотронулась до неё, а потом, вкладывая все чувства, поцеловала тыльную сторону ладони. Летисия смотрела на это и наслаждалась. Но она поняла, что ей хочется большего. Тогда она, на секунду задержав дыхание и задумавшись, положила руку на шею Иоанны и приблизилась лицом к её лицу. Долго думать она не стала и накрыла своими горячими губами губы Иоанны. Девушка ответила на поцелуй и обхватила руки Летисии своими руками, начала водить ими от локтя до плеча. Летисия положила вторую руку на шею Иоанны и приблизила её к себе. Девушки слились в чувственном поцелуе, стараясь полностью прочувствовать друг друга. Сладкий, тёплый, как весенний день, поцелуй. Они на самом деле чувствовали друг друга. Дышали друг другом. Видели друг друга изнутри. Казалось, ещё чуть-чуть и они воспорят над землёй. Поток энергии, льющийся от одной души в другую. Когда они оторвались друг от друга, то столкнулись лбами, чтобы перевести дух. Они смотрели одна на одну, не отводя глаз, и заулыбались. Было ощущение, что этим поцелуем они сказали друг другу больше, чем могли передать словами. Этот поцелуй разделил их жизнь на до и после, где они уже были связаны невидимой красной ниточкой. От сердца к сердцу. Аккуратно отодвинувшись, Иоанна достала из кармана сложенное письмо и протянула Летисии. - Только прочитай его не сейчас, - она вложила письмо в руки Лети, - прочитай его тогда, когда я уйду. - Но ты же вернёшься? - Нет никаких сомнений, девушка из пекарни, я обязательно вернусь.