Jolene

Пуччи поднялся в подъезд и с недовольством заметил, что возле лифта уже стояли два парня, ожидая кабину. Они оба выглядели здоровыми, крепкими и накаченными. «Могли бы и пешком пройтись», — злился Пуччи. Но делать было нечего: до своего четвёртого этажа он бы сам не дошёл, а ждать, пока лифт съездит туда и обратно, было слишком долго. Наконец лифт приехал, и они втроём зашли в кабину. Парни даже не успели нажать на кнопку нужного этажа, а Пуччи — смириться с необходимостью ехать с незнакомцами, как женский крик «Подождите!» заставил их замереть. Парни придержали лифт, и к ним присоединились ещё две девушки. Запыхавшиеся, они мчались к этому несчастному лифту, словно это был их последний шанс попасть домой. Пуччи оказался зажат между двумя мускулистыми парнями — с одной стороны, и двумя полногрудыми девушками — с другой. Это была необходимая мера, чтобы все могли поместиться в кабине. Конечно, помощь ближним — цель благородная и богоугодная, но что-то в этой помощи было от прелюбодеяния, заставлявшего Пуччи нервничать. Пуччи ещё больше напрягся, когда один из парней нажал на кнопку пятого этажа. Ведь уже который вечер он слышал, как его соседи сверху предавались сладострастию. Из доносившегося шума было понятно, что они грешат содомией. Но иногда через мужские стоны проступали женские, и Пуччи не хотел, но представлял, какая оргия там творится. А ведь он человек праведный, служитель церкви, соблюдает все десять заповедей и даже больше. Он должен был молиться Богу за спасение душ этих грешников и хотя бы попытаться воззвать их на Путь Истинный. Вместо этого он просил у Бога прощения за слабость плоти и дрочил свой обрезанный, как у иудея, член, а его губы сами складывались в имя Дио. Впрочем, это могли быть не они. Пуччи еле дотянулся до кнопки четвёртого этажа, а одна из девушек нажала на третий. Пуччи уговаривал себя, что это давка всего на несколько секунд, пока девушки не выйдут на своём третьем этаже, — и тогда станет посвободнее. Но вдруг выключился свет, лифт остановился. Они застряли. Пуччи принялся молиться Богу, чтобы выйти живым из этого лифта. И желательно на своём этаже. — Может, он сейчас снова поедет? — робко спросила девушка с двумя гульками на голове. — Без паники. Сейчас мы позвоним диспетчеру, приедут спасатели и освободят нас, — командовал парень с длинными малиновыми волосами. Он был ближе всех к панели и, достав свой телефон, светил фонариком на кнопки в поисках той самой, что должна была связать их с диспетчером. Им ответили не сразу, но, спросив адрес, велели ничего не делать: не нажимать на кнопки, не раскачивать кабину, не пытаться открыть дверь, — и пообещали, что спасатели скоро приедут. И заодно свет включился. Пуччи закончил молиться. Похоже, Бог его услышал и через лифтовиков пришлёт ему спасение. Лучше бы он всё-таки переждал, пока эти двое или четверо уедут, чем сейчас умирал в давке. — Раз уж мы застряли, это отличная возможность познакомиться с соседями, — предложил второй парень, в высокой шапке из белого меха. — Я Везер Репорт. — Нарциссо Анасуй, — назвался розоволосый парень. — Мы живём вместе, — добавил Везер. — Эрмес Костелло, — представилась девушка с дредами. — Джолин Куджо, — ответила девушка с двумя гульками. — Мы с Эрмес тоже живём вместе. Теперь четыре пары глаз уставились на Пуччи, ожидая, когда он представится. — Святой отец Энрико Пуччи, — неохотно выдал он. Дальше случилось нечто невообразимое — молодые люди начали обмениваться рукопожатиями. Пуччи нашёл это очень прогрессивным с их стороны: раньше мужчина мог только поцеловать руку женщине. Хотя Пуччи не хотел ни жать, ни тем более целовать руку кому-либо из них. Кто знает, где эти руки побывали и мыли ли их после... Как бы ему ни было противно, но ему пришлось пожать руку каждому. Он уже почти скучал по губам тех грешников, что целовали его руку на работе, в церкви. Хотя раньше он к этому брезгливо относился. Но это было в другой жизни, до того, как он застрял в чёртовом лифте! Что же, если Господь Всемилостивый согласился продлить его бренную жизнь, Пуччи обязан нести Его свет дальше. Возможно, ему удастся вразумить этих грешников. — Молодые люди, вы в какой квартире живёте? — поинтересовался Пуччи. Везер назвал номер их с Анасуем квартиры. Путём нехитрых вычислений Пуччи пришёл к выводу, что она находится точно над его квартирой. Эти парни — его соседи сверху. Именно они нарушают его покой своими оргиями. Похоже, не он один владел даром логического мышления, что ниспослал им Господь. Эрмес воскликнула, что они живут на том же месте двумя этажами ниже. Но Пуччи на это не обратил внимания. Ему нужно было всего пару секунд, чтобы собраться и начать проповедь: — Молодые люди, содомия — это грех. То, чем вы занимаетесь, не может быть животворящим актом любви. Только тогда благо, когда семя мужчины прорастает в женщине... — и ещё много о чём распинался Пуччи, пока у всех остальных в лифте глаза ползли на лоб и хмурились брови от такого незапланированного то ли просвещения, то ли просвящения. — Бог всё видит и всё слышит. Покайтесь, ибо иначе сладострастные стоны сменятся стонами боли от вечных мук Ада, и будет так до самого Судного дня, — наконец закончил Пуччи. Везер, похоже, был гением, если понял, о чём их пытался предупредить Пуччи. — Хотите сказать, что слышали, как мы с Анасуем занимались сексом? — спросил он. — Именно так, — кивком подтвердил Пуччи. — Тогда вы обознались. Кое-кто ведь предпочитает заниматься сексом в общественных местах, да, Анасуй? — он посмотрел на розоволосого парня. Тот лишь возвёл очи горе, а Везер продолжил: — А дома кое-кто предпочитает удушение. В общем, секс у нас тихий. — Зачем было всем об этом рассказывать? — возмущался Анасуй. — Если тебе так не нравится, мог бы сразу сказать... — Да не, мне всё нравится, пупсик. Это я так хвастаюсь, — улыбнулся Везер, а Анасуй закатил глаза. — Я же просил меня так не называть! Пуччи не мог сдержать выражения отвращения на лице. Он спохватился, что священник не должен так выглядеть. Везер и Анасуй, занятые выяснением своих отношений, этого не заметили. Пуччи повернул голову в сторону девушек. Но, похоже, им тоже было не до него: пока он разглагольствовал, у Джолин случился приступ клаустрофобии. Она тяжело дышала, дрожала всем телом, ноги отказывались держать, и она сползла на дно кабинки. Только Эрмес заметила это и старалась ей помочь. От этого Пуччи скривился ещё больше. Это он здесь страдает больше всех и ему нужна помощь! Но пути Господни неисповедимы, и поэтому сейчас помощь заключается в том, что на него не обращают внимания. Эрмес достала свой телефон и принялась что-то показывать Джолин. С высоты своего роста и с неудобного ракурса Пуччи почти не видел, что отображалось на экране. Какие-то картинки и подписи к ним. Эрмес смахивала их большим пальцем, и периодически девушки смеялись непонятно отчего. Парни, закончив ругаться, заметили мини-вечеринку на полу. Они тоже сели на корточки и стали смотреть в перевёрнутый экран телефона. И, в отличие от Пуччи, понимали, что там происходит, потому что тоже начали периодически смеяться. Прошло уже двадцать минут, а лифтовики всё ещё не появились. Пуччи уже устал стоять на ногах на одном месте, и ему пришлось сесть на корточки рядом с компанией молодёжи. При этом колени его смачно хрустнули, но никому не было до этого никакого дела. Наконец картинки сменились видео — Эрмес автоматически нажала на треугольник посреди экрана, и воспроизведение началось. Только Бог знает, какой стыд испытал Пуччи, когда с первых же секунд узнал эти звуки. Вот, почему ему казалось, что оргии всегда проходят по одному и тому же сценарию — они крутили одну и ту же запись! Но что-то не сходилось. В видео было только два накаченных парня: один в кожаных штанах и шипастой портупее, другой — в обычных серых спортивных штанах и белой майке-алкоголичке. И никаких девушек. А Пуччи отчётливо слышал женские стоны. Но, может, они ещё появятся. — О, гача, — обрадовался Везер, широко улыбнувшись, как чеширский кот. Эрмес и Джолин почему-то покраснели. Впрочем, Пуччи и не надеялся, что им стыдно, и к тому же сам ощущал духоту. Он снова стал молиться Богу, чтобы ему хватило воздуха до прибытия спасателей. Молодёжь периодически посмеивалась, мешая Пуччи сосредоточиться на общении с Богом. Но даже когда он закончил молитву, девушек в видео не появилось. — А когда будут девушки? — не выдержав, спросил Пуччи. — Это гачимучи, в нём нет девушек. Чисто мужской секс, — объяснил ему Везер. Эрмес и Джолин покраснели пуще прежнего. — Но я слышал женские стоны! — настаивал Пуччи. — В гаче не может быть женских стонов! — не сдавался Везер. — Это были мы, — тихо призналась Эрмес, но её шёпот всё равно услышали. — Что?! — синхронизировались Везер и Пуччи. — Ну... Стены же тонкие, все друг друга слышат... Вот и приходится что-то включать на фон... А Джолин уже вся музыка надоела, а под фильмы атмосфера не та... — мямлила Эрмес. — Вот я и решила, что за гейским порно не будет слышно, как мы... — продолжила Джолин, но не сумела договорить и засопела, как ёжик. — Это гениально! — аплодировал Везер. — Кажется, я начинаю понимать... — протянул Анасуй. Пуччи уже был рад помощи с любой стороны, потому что сам он не мог постичь сути происходящего. — Мы же все живём друг над другом? Видите ли, волна звука идёт вверх... Но все почему-то думают, что шум идёт от соседей сверху, а не снизу. То есть когда Пуччи слышал, как кто-то занимался сексом, он подумал, что это были соседи сверху, то есть мы с Везером, но, похоже, это были соседи снизу, то есть вы, — сказал Анасуй. — Ой... — только и сказала Джолин. — Ты что, ведьма? — поинтересовалась Эрмес, приподняв бровь. — Почти, — подтвердил Везер. — Я закончил физфак Калтеха и был лучшим студентом на курсе у профессора Шелдона Купера! Я мог бы прочитать целую лекцию об акустике, но ограничился этими объяснениями, достаточными для базового понимания, — возмутился Анасуй и в то же время немного выпятил грудь вперёд и откинул волосы назад, словно он гордился своим достижением. — Точно ведьма, — резюмировала Эрмес, которой имя прославленного физика ни о чём не говорило. А вот внешность Анасуя — вполне. Он выглядел так, будто деньги на учёбу собирал на трассе. В глазах Пуччи блеснули странные огоньки в форме крестов. Кажется, он готов был разразиться новой проповедью о том, какие муки ждут сладострастных грешников в Аду. Их спас диспетчер, сказав, что лифтовики уже на месте и вытащат их с минуты на минуты. Лифт начал спускаться вниз, и Пуччи уже привычно молился, чтобы он не упал в шахту. Когда двери наконец-то открылись, показался знакомый первый этаж. Они выбрались из кабины и первым делом принялись глубоко дышать, а Пуччи ещё и благодарить Бога за спасение. Спасатели, убедившись, что с ними всё в порядке, уехали на следующий вызов, даже не дождавшись благодарности от спасённых. — Неловко получилось... Пойдёмте, что ли, наверх, — предложил Везер. — Да, пошли, — кивнув, согласилась Джолин. Молодёжь стала подниматься вверх по лестнице. После того, как они сорок минут просидели в лифте, больше не хотелось туда заходить. Пуччи в принципе разделял это нежелание и пусть с неохотой, но ступил на первую ступеньку. — Отец Пуччи, мы уже признались в своей личной жизни и две прекрасных девушки тоже, — не мог не сделать комплимент в их сторону Везер. — Думаю, будет честно, если мы все узнаем, с кем занимаетесь сексом Вы. Пуччи опешил от такой наглости, что чуть не упал спиной назад на ступеньки. Благо он шёл держась за перила, и падение удалось предотвратить. — Как ты смеешь задавать такие вопросы священнослужителю! Я давал обет безбрачия! — заявил он. — Вы это серьёзно? Или слухи про священников и маленьких мальчиков правда и потому вы не признаётесь?! — поддержал своего парня Анасуй. — Все католические священники блюдут целибат! — возмущался Пуччи. — Уж не знаю, что они там блядут, — по-своему расшифровала Джолин, — но Вы, отец, как-то подозрительно хорошо разбираетесь в — как Вы там говорили? — сладострастии? — Да, именно! — подтвердила Эрмес. — А конкретнее — в гачимучи! — Я не разбирался бы, если бы окружение моё не смотрело бы неподобающие видео на всю громкость! — Так почему же Вы не закроете уши, отец? — поинтересовался Везер. — Потому что Господь всевышний всемогущ! — Чё? На этом перебранка прекратилась. У Пуччи уже появилась одышка, а он дошёл только до второго этажа. Одновременно идти и разговаривать он не мог. — Было приятно познакомиться! Заходите как-нибудь на чай! — стала прощаться Джолин, когда они дошли до третьего этажа. — Обязательно! И вы к нам заходите, вместе гачу посмотрим, — подмигнул девушкам Везер, а Анасуй толкнул его локтем в бок. Пуччи стоял на пролёт ниже. Ну а что поделать, старость — не радость. И чуть не упал на лестнице, услышав такое непристойное предложение. — Вас, Пуччи, это тоже касается! — свесившись с перил, крикнула Джолин, как будто Пуччи был глухим. — Да, вы хоть и злой, но в глубине души прикольный! Заходите! — согласился Везер. — А вы приходите ко мне в церковь на проповеди, содомиты! — всё, что смог выдавить из себя Пуччи. Все только посмеялись, и девушки стали открывать дверь своей квартиры, а парни — подниматься выше. Пуччи, отдышавшись, продолжил восхождение на свой четвёртый этаж. Он сомневался, что кто-нибудь из них раскается и придёт в церковь. Возможно, ему стоит подробнее изучить то видео — как они сказали, гачимучи? Исключительно ради того, чтобы подобрать аргументы для спора с подобными сладострастниками...