За твоим визором

Таймер сработал, оповещая Джаза о том, что время, отведенное им самим на перезарядку, вышло, а значит пора прекращать царапать консоль капотом и идти что-то делать. За прозрачным сплавом кабины космического корабля клубился мрак космоса, и понять, какая часть астросуток сейчас была бы на Кибертроне, можно было только по внутреннему хронометру. Куда ни глянь - черная бездна. Беспросветная темнота. Диверсант бездумно уставился во тьму. Так же можно было охарактеризовать последние несколько ворнов их существования. Беспросветная, опустошающая война, темнота погрузившейся во мрак планеты, и никаких надежд на яркие краски в ближайшем будущем, несмотря на то, что лейтенант...бывший лейтенант, бывшей армии обычно был оптимистом за всю команду... Потратив цикл на стандартную процедуру проверки всех систем корабля, Джаз грустно улыбнулся, не желая отмахиваться от некой ностальгии. Обычно проверку он делал только после двухцикловой шутливой ругани и пререканий с тактиком, но вбитая в процессор Проулом привычка в его отсутствие сработала, как подпрограмный код. Хотелось делать что-то привычное, обыденное, чтобы хоть как-то отвлечься от мыслей о потеряном доме и, возможно, навсегда потерянных друзьях. Впрочем, времени жалеть себя не было. Точнее, время было, его теперь стало просто неограниченно много, и это пугало. Давило осознание того, что любые небольшие временные рамки сейчас могут без последствий расплыться до нескольких солциклов. Рамки, которые на войне точны до астросекунды, когда счет идет на наноклики, и малейшее промедление может стоить Искры целому батальону… Диверсант от вынужденного бездействия и неопределенности боялся потеряться в пространстве и времени. Все же, воевать – проще. Есть кто-то, кто отдает приказы, есть кто-то, кто их выполняет. Есть те, кто функционируют даже с порванными магистралями и жалкими остатками брони, а есть те, кто нелепо гибнет от случайного осколка, в первозданном великолепии корпуса. И, что главное – есть те, кто всегда может стать на место дезактивированного товарища. Почти все боевые единицы взаимозаменяемы, ибо их много, они армия, легион, если угодно. Они всегда вместе, всегда готовы помочь и поддержать. Спасти, рискуя собственным корпусом. К этому привыкаешь. А желание тишины и одиночества – настолько иллюзорно, что даже не стоит того, чтобы занимать им мыслительные процессы. На войне страшно одному. Нельзя воевать и не тронуться процессором, если единственное, что разбавляет тишину одиночества, это звуки взрывов и стоны уходящих в дезактив. И сейчас, входя в отсек, который временно стал гибридом медбэя и камеры для пленника, Джаз вдруг отчетливо ощутил неподдельную радость от того, что он на корабле не один. А кто невольно стал компанией – уже не так и важно… Дверь бесшумно скользнула в сторону, и Джаз на всякий случай осмотрел помещение прежде, чем входить: мало ли, какой сбой могли выдать системы блокираторов, а проверять на собственной обшивке, насколько восстановился десептиконский офицер, диверсанту все же не очень хотелось. Впрочем, опасения оказались напрасны. Вражеский связист пребывал в глубокой перезарядке, о чем свидетельствовал потухший визор. В полнейшей тишине кварты был слышен только гул его систем. Настроения разговаривать и отстаивать свои идеологические взгляды не было, поэтому Джаз аккуратно, стараясь не вывести десептикона из перезарядки, просунул пальцы под поврежденную взрывом магистраль (покореженная бедренная броня была снята сразу по прибытии) и коснулся ранее разорванного участка. Все же он не медик… Подозрения подтвердились, когда на пальцах блеснули капельки энергона. Видимо, своими активными дерганиями связист добился того, что поврежденная магистраль снова разошлась, и энергон заметно подтекал уже более трех циклов. Снова взглянув на темный бордовый визор, Джаз вдруг подумал, что десептикон уже, возможно, провалился в аварийный стазис от потери энергона, пока он там перезаряжался, и теперь есть все шансы остаться на корабле в компании дезактивированного корпуса. Но почему связист его не позвал? Вряд ли можно было не заметить такую энергопотерю… Ответ пришел сам собой, и Джаз хмыкнул. Знаменитые десептиконская гордость и независимость, пусть даже и граничащие с глупостью? Ну-ну... Впрочем, что бы там ни думал пленник, диверсант не собирался допустить его дезактив. Перекрыв топливную магистраль, автобот стал быстро очищать поврежденный участок от потеков энергона, чтобы снова загерметизировать. Видимо, он слишком старался, потому что десептикон, отреагировав на раздражение сенсоров, вышел в онлайн и дернулся в блокираторах, будто хотел оттолкнуть от себя постороннего, копающегося в его корпусе. Хотя, слабое трепыхание даже сложно было назвать рывком. Джаз мысленно поставил себе высший балл за логическое моделирование чужого процесса мышления: в системах десептикона явно отсутствовало больше половины топлива. Даже если предположить, что до получения ранения его баки были полными, то все равно расчеты получались неутешительными: на платформе собралась лужица энергона, просочившегося меж стыков брони. Практически на уровне полей ощущая удивление и недоверие десептикона, диверсант поднял с пола принесенный с собой куб энергона и кивнул связисту: - Разомкни маску. Тебе надо заправиться. - Нет. - «Нет» - не надо, или «нет» - не разомкну? Джаз даже удивился. На его памяти десептиконы ни разу не отказывались от энергона. Некоторые свои диверсии он, собственно, так и проворачивал. Наэнергоненный десептикон – неактивный десептикон. Но, судя по всему, элита десептиконской верхушки, к коей, несомненно, относился офицер связи, была либо более разборчива, либо слишком горда. Глядя сейчас на Саундвейва, автобот был готов поставить свой визор на второй вариант. - Оба варианта…положительно, - в середине фразы пробилась статика, которую связист не смог полностью заглушить. Чувствовал себя десептикон отвратительно, едва успевая убирать оповещения о крайне низком уровне энергона и отчеты о нестабильной работе некоторых систем, с внутреннего экрана. Отчет о ликвидации утечки Саундвейв изучал около клика, словно тот мог быть глюком процессора, после чего тоже отправил вслед за другими оповещениями. Нелогичность и вместе с ней неизвестность раздражали. Чего хочет от него этот автобот? Что определяет его модель поведения? Предложенный энергон тоже подозрителен. А если вспомнить про отсутствие нескольких частей брони в весьма уязвимом месте, коим являлось сейчас оголенное бедренное сочленение, то и вообще впору активировать защитные программы… Попытки вырваться из блокираторов ничего не дали, но Саундвейв не ожидал, что эти самые попытки будут настолько слабыми. - Хватит дергаться, я же тебя не кислотой вытравливаю, а наоборот, чиню! – нет, Джаз определенно не понимал признанного логика. – Снимай маску. - Нет. - Я серьезно. - Возможна самостоятельная заправка. - Ага, отключить блокираторы, вручить тебе куб энергона, вернуть пушку и, желательно, спиной еще повернуться, так что ли? – диверсант ухмыльнулся, а Саундвейв досадливо моргнул визором. Логика была просто железной: автоботы все же не настолько доверчивы, чтобы довериться врагу… - Предложение: освободить манипулятор. - Нет уж, - Джаз был непреклонен, - либо ты открываешь маску, - был тут и элемент любопытства, - либо я нахожу насос для перекачки топлива и при помощи армированных шлангов напрямую загоняю энергон в твои магистрали этим особо чувствительным и интересным способом. Молчаливая дуэль мнений, рассуждений, логики и настойчивости продолжалась между двумя трансформерами около двух кликов, и Джаз не сразу понял, что связист дрогнул. Маска словно раскололась надвое по центру и ушла в пазы. Десептикон чуть отвернулся, будто пытаясь скрыться от взгляда диверсанта, но тот умудрился взять себя в манипуляторы и не зависнуть, глядя на явно смутившегося офицера связи… Первая попытка напоить десептикона энергоном вышла по мнению самого Джаза неуклюжей, хотя со стороны выглядела явно соблазнительно. Саундвейв сотрудничать не стремился, даже не пытаясь облегчить автоботу задачу, а когда диверсант просунул манипулятор под спинные сегменты пленника, удобства ради, вообще, попытался возмутиться и едва не захлебнулся вливаемым энергоном. Не успевший же среагировать Джаз с каким-то эстетическим восторгом наблюдал, как от уголка губ стекает тонкая струйка энергона. В следующую астросекунду маска снова встала на место, скрывая фэйсплейт, а десептикон отключил визор, выходя в принудительный режим перезарядки, когда базовые программы установили приоритет на системы восстановления. Диверсант же, с чувством выполненного долга и в некотором смятении удалился в центр управления. Теперь он отчасти понимал, почему Саундвейв - по рассказам других автоботов - никогда не снимает маску...