Утопленница

Лет несколько назад в районе отдаленном была школа одна. Да слухами нехорошими слыла. Бывало выйдет кто-то в окно, и через пару минут окажется в своем кабинете цел, и ни синяка нет. А иногда зайдет человек в здание, к ногам первого проходящего бросится, начнет расспрашивать, какой год со дня рождения Христова, умолять помочь ему. Но есть особенно памятная история, которую по поверьям не вспоминают - не дай Бог та же участь постигнет! И все же я решаюсь поведать ее, уж больно много здесь завораживающего ужаса, так прекрасного и ненавистного. Неподалеку от этого необъяснимого места проживал парень по имени Иоанн. Паренек был вполне обычным, но люди склонны все идеализировать. Выглядел красиво, с этим не поспоришь. С распущенными темно-каштановыми волосами по плечи, в шарфе в кривую клеточку и круглых очках он выглядел задумчиво и таинственно. Вдобавок и учился на отлично, хотя в десятом классе нечасто об этом сильно беспокоятся. В общем - мечта всех прекрасных девушек, которые рискнули остаться в этом неблагополучном месте. Но не интересны для него были ни девушки, ни кто-то еще. С головой погрузившись в учебу, он старался отвлечься от мрачных мыслей, которые поджидали его за каждым знакомым углом своего города. Поэтому каникулы для Вани были не очень приятным явлением. Хотя и летом можно ходить на внеурочную деятельность в привычном учебном заведении. Схема была не нова, уже три года пытался он себя чем-то занять, лишь бы не оставаться с собой на едине. По окончании последнего учебного дня в десятом классе юный гений, как называли его учителя, подумал, что было бы славно прогуляться по школе, чтобы примерно представлять, где может находиться тот или иной кабинет, и не путаться на внеклассной деятельности. Иваша перевелся в эту школу после девяти годов обучения в другом месте для окончания нужного ему профильного класса. Спустя несколько десятков минут неспешной ходьбы парень зашел в туалет, по, мне кажется, очевидной причине. Зайдя, его взору сразу же попалась стройная, беловолосая, бледная девушка, смотревшая пустыми, лишенными всякого тепла, глазами. Как только Иоанн обратил на нее внимание, она резко, но бесшумно повернула голову и уставилась своими безжизненными глазами на вошедшего. В тот момент казалось, что если вынуть ей глаза и вставить в глазницы ледяные шарики ничего не изменится. Никто бы на месте десятиклассника этого не ожидал, но, совладав со страхом и вспомнив свою модель поведения, он максимально спокойно произнес: «Девушка, извините, но вы ошиблись. Женский туалет через дверь. Я могу отвести вас туда, надобно?» Ванечка старался быть всегда вежлив, и максимально учтив, такой уж образ он исполнял сколько себя помнил. И не сказать, что это его тяготило, ему было искренне без разницы. Но девушка продолжала стоять и смотреть прямо в глаза новому знакомому. Молодой человек повторил, но уже другими словами: «Все в порядке? Я могу проводить Вас до женского туалета,» - его глаза открылись шире необходимого, а руки инстинктивно сжались в кулаки, готовясь отразить атаку если потребуется. Напряженная сцена прервалась звуком резко распахнувшейся двери. Это был знакомый Иоанна, который, почему-то, незаслуженно величал себя его другом. «Ванька, мы тебя с ребятами уж заждались. Ну ты хотя б предупредил, что не пойдешь с нами. Так что, пойдешь? Давай быстрее решай: я уже пишу остальным,» - быстро, но четко произнес тот. Искомый, ошарашенный от неожиданности и испуганно непонимающий того, что одноклассник не замечает нечего странного подле себя, медленно повернул голову в его сторону. С саркастической усмешкой ответил, но не на вопрос. «Ты серьезно не видишь в этом ничего странного?» - он развернулся всем корпусом, и хоть ослабил кулаки, но полностью не разжимал. Знакомый оторвался от телефона, где больше полсообщения уже было написано, и вопросительно посмотрел на Иоанна. «Кроме твоего ухода без предупреждения – ничего. А что-то случилось?» Адресат вопроса начал раздражаться, но не подавал виду. Он обратил взор на место, где стоит девушка, чтобы предъявить живое доказательство чего-то, по крайней мере, необычного. Но даму на том месте не увидев, распахнул глаза от удивления. Постояв немного так от удивления, он вернулся к реальности. До его ушей донесся вопрос товарища, сказанный искренне непонимающим голосом: «Ты что-то ищешь, или что? Я могу помочь? Надо бы побыстрее, я написал, что мы подойдём минут через пять к остальным.» Этот человек любил быстроту и в движениях, и в мыслях. Иван это знал, так что решил, что лучшим вариантом будет подыграть ему, что бы не пришлось ничего объяснять: «Да, вот, кольцо потерял сегодня. Уже везде обыскался. Думал, заметишь или нет.» - говорящий часто носил много колец, так что все уже привыкли, и никто не акцентировал на этом внимание. Это выглядело вполне правдоподобно. «Ты можешь помочь: посмотри у окна и батарею осмотри, пожалуйста» - это было место, где стояла та загадочная девушка – «А я пока у раковин посмотрю.» Не дослушав до конца, одноклассник сразу пошел проверять назначенные ему места. Это не считалось грубостью с его стороны, люди в компании привыкли, что это его обычное поведение. *** Спустя время, Иоанн все еще помнил о произошедшем. Это было ему жутко любопытно. В смысле: и жутко, и любопытно. Парень часто вспоминал о той девушке. Он искал ее в доступных ресурсах, иногда расспрашивал о ней знакомых. Но никто не знал о девушке с ледяным взглядом абсолютно ничего. Что бы не вызвать ненужных вопросов, отвечал всем, что видел её во сне. Его окружение воспринимало это, как романтический интерес, и было радо помочь ему с «первой любовью». А Ваня был и рад, что можно избежать объяснений. Теплым летним вечером компания приятелей возвращалась в прогулки. Не все там были давно знакомы с «Автором любовных бредней». Иоанн по чистой случайности придумал себе такое прозвище, а оно закрепилось. И так, он как всегда, начал расспрашивать новых знакомых про прекрасную девушку. В ответ они пожимали плечами и качали головой, интересующегося это, конечно, раздражало. Но чтобы не терять лица, он демонстрировал дружелюбие. Довольно шумная компания уже подходила к дому одного, из состоявших в ней. Все друзья шли на ночевку, один Иоанн отказался – ему было не интересно. «Они опять начнут обсуждать девушек. Или хуже того, какой алкоголь лучше, хотя деньги у них есть только на самое дешёвое вино, даже пробовать не хочу. Или опять: какую жижу лучше взять и где взять деньги на вещества, и приправят эти мерзкие диалоги словесным поносом из мата и горой слов-паразитов. Если бы не обстоятельства, то даже не посмотрел в их сторону.» - район проживания молодого человека был отдаленным и неблагополучным. Люди ехали сюда лишь из-за завода, так что здесь были либо простые работяги, либо не способное на большее быдло. Находились, конечно, исключения в виде людей с высокими должностями, но и те старались ездить на работу из центра города. Так что было не удивительно, что Ване приходилось общаться с такими отбросами общества. Он просто боялся быть отвергнутым - такая уж неординарная личность. Ему было тошно и от себя, и от окружающих его людей. Это тоже одна из причин по которой он все больше и больше погружался в учебу. Но лето, как мы знаем, такой привилегии не имеет. Проводя отвратительных знакомых, он уже отходил от подъезда, но почувствовал, как чьи-то пальцы сжали его руку. Холод от твердых пальцев можно было почувствовать даже через одежду. Сердце чуть из груди не выпрыгнуло, но даже в такой ситуации надо было пересилить себя. Иоанн хладнокровно повернул голову в сторону нападающего и резким движением вырвал руку из недостойной руки. Полностью повернувшись в сторону объекта, Ваня увидел старую бабушку, сидящую на лавке. Еще пару секунд она просидела с протянутой рукой и непонимающим взглядом, но потом пришла в себя и начала говорить: «Внучек, не упоминай её и не тронет тебя красавица.» «А извинится за мой испуг не хочешь?! У меня даже синяк, наверное, остался. Не смей меня трогать, и друзьям своим отвратным передай!» - подумал про себя высокомерный человек, но в слух, спустя пару секунд ответил: «Хорошо, я подумаю, спасибо.» «Ах, какой воспитанный молодой человек, побольше бы таких в наше время!» - произнесла бабушка на последок. Губы Иоанна скривились в улыбке - раз никто не видит, то можно. Идя в свой дом, не понимал: «Неужели это вообще не заметно? Я умею настолько хорошо притворятся? Я, конечно, знаю, что я хороший актер, но, чтобы настолько… Мне от этого, конечно, лучше, но я до сих пор не верю, что могу что-то настолько идеально.»