Забота

Вечер… За окном было темно, зима все-таки на небе сияли звезды и луна… На втором этаже, в окошке, был виден маленький свет из-за штор… Это Куромаку. Куромаку сидел за столом и смотрел усталыми глазами в компьютер. Одна рука подпирала щеку, чтобы голова не свалилась от перегрузки. Рубашка была помята, одна нога дергалась от нечего неделания. Вторая рука что-то печатала по клавиатуре, но текст был не понятен, глаза уже слипались. На секунду глаза прикрылись, но рука все равно что-то печатала. Но печатала она одну и ту же букву… «У других клонов» Пока Куромаку работал, клоны занимались своими делами, а именно.Вару пытался приготовить новую ловушку для Зонтика, Данте сидел в позе «лотоса» и пил чай, одновременно отвечая на вопросы своего валета, который сидел рядом и задавал их, Феликс, болтая со своим королем, готовил что-то вкусненькое, Зонтик старался быть на кухне, где есть Феликс, который не позволит его обидеть, Ромео что-то увлеченно с улыбкой рассказывал своему валету, а Пик просто сидел на диване и что-то читал в телефоне. — Вот такие дела, сладкий~ — прикрыв глаза, Ромео закончил свой рассказ. — Хех, мне понравилось, ты правильно поступил! — Феликс хозяйничал на кухне и уже через минуту на столе красовался пышный, румяненький пирог, а сверху была клубничка, — вот и пирог готов, но! Это на вечер. — Да, Ромео, я согласен с Феликсом, только… Как ее звали? — Зонтик задал весьма логичный вопрос, в его рассказе не было упоминания имя девушки. — Ох… К сожалению, она не сказала, но она была очаровательной и очень вежливой~ — А она дала тебе свой номер? — Феликс снял перчатки и сел за стол. — Точно! Да, дала, я могу позвонить ей и назначить встречу! — Ромео был на седьмом небе от счастья, он может назначить с ней встречу, а потом все будет как в сказке. — Все пройдет хорошо, надеюсь — Зонтик сидел и приулыбнувшись начал о чем-то рассказывать уже сам, а червовые сидели, слушали, задавали интересующие для них вопросы. Пик был в наушниках, хотел посидеть в тишине, ведь в этом доме такого слова никто не знает. Слушает обычно рок, если голова болит, то какую-нибудь спокойную иностранную песню. К несчастью Пика, в гостинную зашел никто иной, как Вару. — Ну че, сидите? — Вару плюхнулся на диван, потревожив Пикового короля. — Агрх… Зачем пришел? Всем мозги ебать? Если да, то свали — в своей обычной манере ответил король. — Ох, простите, я уйду! Ты этого хотел услышать? Хрен тебе, где хочу там и сижу! — Пиковый валет сел на диван, закидывая ноги на спинку дивана. — Заебал…-Пик не много успокоился и опять начал слушать музыку. — Иди нахуй, если не хочешь меня видеть. — валет не много посмеялся своим ядовитым смехом. — «Только в шахматах мат приносит удовольствие» — Данте пытался остановить этот поток матов своей цитатой. Ведь, матерятся тут только пиковые. А другие валеты? Им этого не надо, как и королям. — Философ хренов…- Вару стало скучно и он решил прекратить. Пик не решил продолжать, иначе возникнут крики, а это никому не нужно. Тут в комнату прибежал Феликс с вопросом: — Кто-нибудь, может проверить Куромаку? Молчание. — А зачем нам эта Курилка? Хоть он, пока в комнате находится, нервы не треплет. — Проблема еще в том, что он никого не впускает в комнату, поэтому отправлять кого-то, например Вару, просто бессмысленно — говорит Пик. — Эй! — Вару не понравилось это, хотя это момент, когда его никуда не пошлют. — Согласен, тогда… Пик, иди ты — Феликс сказал это и Вару залился смехом. — Давай, иди к своему любимому! — Вару все еще смеялся и угорал над своим королем. — Завались, Куст! — Пик дал подзатыльник Пиковому валету и тот начал бурчать себе что-то под нос от боли, — Почему я должен пойти к нему? — Ты по адекватнее всех, поэтому, сходи, пожалуйста к Куро — Феликс молил, что бы Пик пошел, убеждая, что только его Куро пустит. В конце концов, Пик согласился. Взяв поднос едой, который дал ему Феликс, Пик пошел на второй этаж. Подходя к его комнате, Пик постучался. В ответ нечего. Он решил войти сам, при этом закрыв дверь. Перед его глазами возникла картина; сидит Куромаку, глаза прикрыты, одна рука что-то печатает, но, походу, на одной букве палец застрял, очки с носу сваливаются, а под глазами мешки. Пик прошел, поставил поднос с едой и подошел к Куро. Не много посмотрел в окно, затем склонился над ухом Маку и произнес:  — Куромаку — грубый, басистый голос прозвучал над ухом Куро. Куромаку резко дернулся и начал что-то бормотать.  — А? Что? Что произошло? — Куромаку не понимал, что произошло.  — Ты уснул и вообще, ты отдыхать не умеешь совсем от слова совсем? — Пик был раздражен, понятно почему, — на себя посмотри, уставший, неопрятный…  — Умею, но мне сейчас надо работать. Уйди, пожалуйста. — Куро рукой показал на дверь, мол, выйди отсюда. Пик такого не стал терпеть и пройдя до дверного проема произнес: — У тебя на уме одна работа! А как о себе подумать, так это мы не можем! Я хотел о тебе позаботиться, а ты… — и он ушел. Сердце Куромаку стало биться быстро, а этот звук отбивался в голове. Распахнув глаза, Куромаку встал и рухнул на кровать, поняв, что сейчас было.  — Что же я за человек. Обо мне заботятся, а я…- Куромаку уткнулся лицом в подушку, глотая слюну, чтобы прибить комок в горле, — Почему я не могу просто принять все это? Пик прав… Мне надо прекращать брать на себя столько работы… Э-это… Я должен извиниться… Прямо сейчас! Куро сел на кровать, сняв очки, потерел переносицу и, одев очки, выбежал из комнаты. Все клоны, сидевшие в гостинной заметили это, но нечего не поняли. — Педики…- сказал Вару, лежа на диване. На что получил неодобрительный взгляд Феликса. Куромаку ворвался в комнату Пика, предварительно закрыв дверь на замок. Тем временем Пик стоял у окна и смотрел на улицу, но услышав хлопок двери обернулся. — Ну? Доказать хочешь, что работа главней и у тебя здоровье в норме? Если да то- — Прости — Куро обнял Пика, не дав тому договорить, — просто прости меня… Я был полным эгоистом и идиотом… Я не видел, что здоровье ухудшалось и эта работа… Точнее, ее размер меня не смущал, но… Прости… — Ну, ты хотя бы это понял и не передо мной извинятся надо… — Пик принял объятия Маку и начал гладить того по спине. — Я тебя еще и выгнал… Боже, прости меня… Я признаю, что был просто эгоистом и кроме работы, дальше никуда не смотрел… — Из глаз Куро пошли маленькие горячие слезы, которые капали на пол, а сам Куро не много всхлипывал. — Ну все, тише тише… Все хорошо, Маку… — Пик как мог успокаивал Куро, а тот успокаивался, ведь… Ему было так приятно в объятиях уже любимого человека…