Часть 1
24 сентября 2022 г., 12:02
— Да! — воскликнул Калеб, победно вскинув кулак.
Дин закатил глаза, глядя на друга. Благодаря им старая миссис Марлен Робинсон больше не будет бродить по средней школе Фэйрвью. Уничтожения старой противной директрисы было достаточно, чтобы сделать ночь Калеба веселой.
Миссис Робинсон была главой средней школы Фэйрвью в Теннесси в 1940-х годах и превратила жизнь учеников в сущий ад после того, как в школе был сделали новый ремонт. Эта охота не была особо сложной, но потребовалось чуть больше недели, чтобы определить, кто является призраком, а затем найти могилу старухи. Директрису Робинсон ненавидели как ученики так и сотрудники школы Фэйрвью, но у нее также не было семьи. И было тяжелее чем обычно, выяснить, на каком кладбище похоронена женщина, а еще труднее найти ее безымянную могилу.
Дин подумал, что если кто-то и должен радоваться окончанию этого дела, так это он, потому что ему как желторотику, пришлось быть приманкой. Когда отец впервые предложил ему вернуться в школу ради дела, Дин отказался от этой идеи, но в конце концов выполнил приказ отца, как всегда. Возвращение к школьной системе только лишний раз доказало, что учеба пустая трата времени.
Калеб часто охотился с ними за последний год, и Дин оценил это. А две последние недели он ездил с Винчестерами постоянно. Калеб всегда играл важную роль в их жизни. По сути, Дин вырос рядом с другом, они много времени проводили вместе на ферме пастора Джима. И Дин понимал, почему в последнее время Ривз так часто бывал рядом.
Сэм уехал год назад. Парень смылся в колледж, оставив позади разгневанного отца и сбитого с толку старшего брата. Дин понимал, что с тех пор, как Сэм достиг подросткового возраста, младшему брату не нравилась охота, и он не хотел всю жизнь охотиться на монстров. И глубине души Дин подозревал, что Сэм захочет нормальной жизни, решиться отправиться в колледж. Но все равно побег брата причинил боль. Ситуация ухудшилась из-за того, что отец случайно нашел письмо Сэма о принятии в Стэнфорд. Сказать, что Джону решение сына не понравилось, было бы преуменьшением века.
Когда ссора вышла из-под контроля, Дин как всегда попытался вмешаться и успокоить бурю. Он всю жизнь был между двумя упрямыми Винчестерами, но почти всегда его игнорировали, за исключением краткого приказа от отца: «Держись подальше, Дин».
Дин гордился младшим братом, когда впервые узнал о его поступлении в Стэнфорд. Сэм попал в колледж на полную стипендию. Он знал, что получение этой стипендии было немалым подвигом, и просто лишний раз доказало то, что они все уже знали: Сэм был очень умен. Дин даже не думал о том, что Сэму придется уехать, пока брат не объявил об этом. От этих слов болело сердце, потому что Дин никогда надолго не расставался с братом. Он всю жизнь присматривал за Сэмом, и от мысли, что Сэм будет далеко, пугала. Как он мог защитить ребенка, если Сэм будет в колледже с целой кучей людей, которые ничего не знали о том, что скрывается в темноте? Но если бы у Дина было время все осмыслить, он мог бы что-нибудь придумать, потому что Сэм хотел этого больше всего на свете. Сэм очень усердно работал, чтобы добиться этого.
Дин вырвался из своих мыслей, как только отец закричал на Сэма, что если он уйдет, то ему лучше не возвращаться. Это был вызов, и как Дин и ожидал, Сэм принял его. Между двумя Винчестерами на мгновение воцарилась тишина. В глазах Джона плескался гнев и страх, в глазах Сэма — гнев и боль. А в следующую секунду на лице Сэма появилось упрямое выражение, и Дин понял, что все кончено. Сэм уезжал. Он знал это еще до того, как Сэм сказал:
— Хорошо, я уйду.
Сэм ушел, а Дин остался, чувствуя обиду, растерянность и злость. Он присматривал за Сэмом всю жизнь, и не знал, как жить дальше без брата. Он был потерян. Джон замкнулся в себе и сосредоточился на охоте. Винчестеры никогда не любили разговоры по душам, так что тему Сэма закрыли. Дин шел вперед, охотился, присматривал за отцом и беспокоился о брате.
Дин пытался позвонить Сэму, когда тот только ушел, оставляя сообщения на голосовой почте, прося Сэма позвонить ему. Только потому, что Сэм и Джон разорвали все контакты, Дин не хотел остаться на обочине. Он хотел иметь связь с Сэмом, даже если физически не мог быть рядом. Но Сэм так и не ответил, и Дин не знал, что делать.
Последний раз Дин звонил брату две недели назад, и на этот раз он был рад, что Сэм не взял трубку. В тот раз он не оставил сообщения, потому что чувствовал себя глупо.
Кэсси.
Она была первой девушкой, с которой Дин позволил себе сблизиться. Между ними возникла связь, как только они встретились, и Дин не знал, было ли это из-за того, что он скучал по своему брату, или из-за того, что отец был далеко. Но он разрушил свои душевные барьеры ради Кэсси. Впервые в жизни он просто был самим собой, и это было приятно, пока его испорченная жизнь снова не укусила за задницу.
С Кэсси он нарушил два важных правила: никогда не сближайтесь и никогда не раскрывайте семейную тайну. Нормальные люди плохо реагировали, узнав про охоту на монстров, и Кэсси не была исключением. Она назвала его сумасшедшим и выгнала, и это было больно. Ему никогда не было так больно, и он решил позвонить брату. Он не мог говорить о случившемся с отцом, ему нужно было услышать голос брата.
Но Дин повесил трубку, как только услышал сообщение голосовой почты. Сэм ушел из-за охоты, а теперь Кэсси бросила его из-за охоты. В каком-то смысле даже отец уехал из-за охоты. Конечно, Джон все еще был рядом, но казалось, что охота всегда была для него на первом месте. Из-за охоты Дин потерял отца, которого помнил маленьким ребенком. Никто никогда не задерживался рядом с ним, и Дин начал думать, что, может быть, все уходят не из-за охоты, а из-за него самого. Его защитные душевные стены теперь были выше, чем когда-либо. Он был осторожен, и не подпускал людей близко.
Калеб собрал их вещи и швырнул в спортивную сумку. Дин знал, что друг беспокоится о нем. Экстрасенса не устраивало то, как все изменилось с тех пор, как Сэм смылся в Стэнфорд. Но Калеб все равно оставался рядом с Дином.
Ривз не случайно позвонил сразу после инцидента с Кэсси. Дин не знал, что именно почувствовал друг, но он позвонил, а затем предложил помочь с охотой, сказав, что ему скучно, и только Винчестер мог оживить ситуацию. Прошло две недели, а Ривз все еще околачивался рядом и охотился с ними, стараясь ненавязчиво подбодрить Дина.
— Ты закончил мечтать в облаках? — спросил Калеб, подходя к с сумкой на плече.
— А ты закончил хвалить сам себя? Чувак, это было простая охота «посолить и сжечь», — ответил Дин, покачав головой. Он не хотел, чтобы Калеб все время нянчился с ним, и лучший способ прекратить это — доказать парню, что он в порядке. Но это было тяжело рядом с другом, который мог читать тебя как книгу даже без своих способностей.
— Я думал, ты будешь праздновать, ведь тебе не пришлось возвращаться в школу, навсегда, — усмехнулся Калеб.
— Заткнись, придурок, и пошли домой. — Дин пошел к Импале, припаркованной за оградой кладбища.
— Ах, да, домой. Стильный номер в мотеле, который выбрал не кто иной, как сам Джон Винчестер, — пробормотал Калеб, идя за другом.
— Никто не заставляет тебя оставаться с нами, Дэмиен. — Дин легко перепрыгнул через небольшой забор. — Разве у тебя нет других дел?
— Ты пытаешься избавиться от меня, Двойка? — Калеб бросил сумку в багажник.— Я по первому требованию могу оставить тебя наедине с мистером Эксайтингом в мотеле.
— Какой ты добрый, Дэмиен. — Дин закатил глаза и подошел к водительской двери.
— Чувак, я готов заплатить за такое развлечение.
— Ты заслужил это право, — пробормотал Дин, садясь за руль любимой машины.
Калеб быстро сел рядом, и они были готовы вернуться в мотель, где их ждал Джон.
Дин вырулил на узкую тропинку, ведущую к главной дороге, и поехал обратно к мотелю. Некоторое время они ехали молча, слушая только рев двигателя и шорох шин по дороге. Калеб молчал, и когда на его лице появилось задумчивое выражение, Дин решил, что это не может означать ничего хорошего.
— Так какие у тебя планы, чувак? — спросил Дин, быстро взглянув на друга.
Калеб бросил на него возмущенный взгляд.
— Ты правда пытаешься избавиться от меня?
— Нет, — Дин рассмеялся.
— А я думал, что тебе нравится моя компания.
Дин закатил глаза.
— Заткнись уже, королева драмы.
В машине снова наступила тишина, и Дин начал чувствовать себя неловко, что само по себе было странно, потому что он никогда не чувствовал себя неловко рядом с Калебом. Они всегда болтали по разным пустякам. Друг знал, что что-то не так, но Дин не хотел ему все рассказывать. И это было странно.
— Дьявол… — выпалил Калеб как раз в тот момент, когда Дин потянулся к радио, чтобы включить музыку.
— Что такое? — Винчестер нервно посмотрел на него, прежде чем снова обратить внимание на дорогу.
— Я… — Калеб нахмурился, пытаясь сообразить, как сказать то, что он хотел. — Ты в порядке? — Очевидно, лучше всего задать вопрос прямо.
Дин устало рассмеялся.
— Конечно, чувак, почему бы и мне не быть…
— Это чушь, и ты это знаешь, — возразил Ривз, не дав Дину закончить предложение. — Послушай, чувак, я знаю, что все было странно с тех пор, как ушел Сэмми, но что-то еще гложет тебя. Я это чувствую.
Дин разочарованно вздохнул. Калеб готовил этот разговор две недели, и Дин начал думать, что сможет всего этого избежать, но ему никогда так не везло. И Калеб никогда не отступал, когда знал, что друга что-то беспокоит. Дин догадывался, что Калеб уже и так все знает. Потому что экстрасенс не гнушался читать личные мысли, особенно когда знал, что что-то не так.
— Я думал, что тебя уже предупреждали не читать людей без разрешения, Дэмиен, — с раздражением сказал Дин.
Калеб дернул нитку на джинсах.
— Я не читал.
Дин скептически посмотрел на него, и Калеб быстро поправился:
— Ладно, я признаю, что что-то почувствовал. Я был в двух штатах отсюда и ощутил твое беспокойство. — Когда Дин открыл рот, чтобы возразить, друг резко махнуло рукой.— Не перебивай меня. Не пойми меня неправильно, малыш, ты отлично справляешься, скрывая все, что происходит в твоей голове. Но ты слишком стараешься. И твоя аура кричит в депрессии.
— Аура? — фыркнул Дин.
— Я серьезно, Двойка. Я беспокоюсь о тебе. Уход Сэма сильно ранил тебя… И даже не пытайся отрицать это. — Калеба не сводил глаз с лица друга, но Винчестер сосредоточился на дороге. — Я был с тобой две недели и не сказал ни слова, но ты должен знать, что я не уйду, пока не узнаю, что творится в твоей причудливой голове.
Дин пытался не обращать внимания на настойчивый взгляд янтарных глаз, которые буравили дыру в нем.
— Я никуда не уйду, Двойка.
Дин не ответил, продолжая ехать в сторону мотеля. Он знал, что молчание не продлится долго. Калеб следил за ним с тех пор, как приехал, и его терпение лопнуло.
Дин испытывал смешанные чувства. Отец не обращал на него внимания, а если и заметил, что сын не особо разговорчивый, то ничего не сказал. И Дин внезапно понял, что хочет, чтобы Джон понял, что что-то не так. Он хотел, чтобы отец заметил, что ему больно, но в то же время знал, если Джон спросит, что случилось, Дин ответит как всегда. Он скажет, что с ним все в порядке. Дин сомневался, что сможет все рассказать отцу. Это было глупо, и папе не нужно было это слышать.
Прошло несколько минут, и Калеб резко выпрямился, сказав:
— Поверни.
— Что? — с удивлением спросил Дин.
— Я сказал, поверни.
— Почему? — снова спросил Дин, явно сбитый с толку.
— Потому что я не в настроении для поздней ночи с алкоголем или умопомрачительного разговора Джона. Так что поверни!
— Нас ждёт папа, — сказал Дин, но все же повернул машину на тропу.
— Чувак, тебе двадцать три. Он может подождать.
Дин в ответ просто пожал плечами. Если Калеб хотел принять на себя гнев Рыцаря из-за того, что они поздно вернулись, то он не собирался спорить. Калеб привык бодаться лбами с Джоном Винчестером, и делал это регулярно, если считал дело того стоило.
Кроме того, Дин знал, что отец позвонит либо ему, либо Калебу, если они опоздают. Но сейчас Дину было наплевать на гнев отца.
***
Через полчаса Дин и Калеб сидели на капоте Импалы с пивом в руке и смотрели на прекрасный ночной пейзаж. Они припарковались на пустой парковке для пикника. У подножия травянистого холма протекала река. Вода успокаивала Дина. Калеб так и не понял почему, но друг любил воду. Он часто тихо сидел у пруда на ферме пастора Джима. Дин не был тихим ребенком, но он всегда любил тихонько сидеть у воды. Калеб знал, что пруд был особым местом для Дина, местом, куда он уходил, когда хотел подумать или просто расслабиться. Для Калеба вода имела противоположный эффект. Он ненавидел воду. Вода хранила воспоминания о давно умерших родителях и когда-то счастливой нормальной жизни, разрушенной демоническими силами. Вода была одной из областей, в которых они с Дином отличались. Стояла теплая июльская ночь. Калеб даже оставил свою куртку в машине, оставшись в выцветших рваных джинсах и поношенной темно-красной футболке, которые были у него еще со времен учебы в колледже. Дин тоже оставил свою кожанку в машине. Ривз сделал глоток пива и посмотрел на друга. Возможно, они могли бы просидеть здесь всю ночь, не сказав ни слова, если бы Калеб не будет настаивать на разговоре. — Итак… — осторожно начал он. — Ты хочешь рассказать мне, что происходит? Дин вздохнул и сделал большой глоток пива. — Мы останемся здесь на всю ночь, если придется, - предупредил Ривз. — Папа этому не обрадуется. — А когда мне было не все равно? Ладно, это было не совсем правдой. Калеба заботило мнение Джона, но последний год был тяжелым для всех, и Калеб совсем не был доволен тем, как все сложилось или как ситуация повлияла на Дина. Дин сделал еще один большой глоток, крепко сжав бутылку в руке. — Я сказал, что со мной все в порядке. Ты не можешь просто оставить меня в покое? — Нет, чувак. Тебе больно, и нужно поговорить об этом. — Ривз положил руку другу на плечо, но Дин тут же стряхнул ее и соскользнул с Импалы. Он повернулся и посмотрел на Калеба с такой злостью, что экстрасенс чуть не вздрогнул. — Ты хоть понимаешь, что ведешь себя как лицемер? — Что? — Калеб напрягся от внезапно обрушившегося на него гнева. — Ты как доктор Фил лезешь мне в задницу всякий раз, когда у тебя появляется малейший намек на то, что что-то не так. Но всякий раз, когда у тебя есть проблема, великому Калебу Ривзу не нужно о ней говорить! — рявкнул Дин, всплеснув руками. Он не дал другу возможности ответить и продолжил: — С чего ты взял, что я хочу говорить, Калеб? Почему ты думаешь, что мне нужна помощь? Я чертовски долго забочусь о себе сам! — Потому что всем нужен кто-то, кому они могут доверять, — ответил Калеб спокойным голосом. Слова Дина задели его за живое. Ривз был рядом с этим ребенком почти с самого первого дня, как они встретились. Странный, почти немой пятилетний ребенок и его пускающий слюни младший брат были последним, с чем подросток хотел иметь дело. Но Джим, Джон и Макленд хотели, чтобы мальчики росли вместе. Сначала Калеб пытался игнорировать детей, но Дин Винчестер установил с ним связь с самого начала. Калеб испытывал очень сильное желание защитить ребенка от всего, что могло бы причинить ему вред, даже от самого себя. Ничего не изменилось за много лет, прошедших с тех пор, как они встретились. Дин сделал вдох, стараясь успокоиться. Он изо всех сил старался сдержать боль, но он транслировал ее громко и ясно. Дин никогда не любил открывать другим душу, но теперь его мысли были как крепость. — Дин, ты знаешь, что можешь мне доверять. — Черт возьми, Дэмиен, перестань меня читать! — Винчестер сердито посмотрел на экстрасенса, потом развернулся и спустился с холма к реке. Со вздохом, Калеб провел рукой по лицу, наблюдая, как Дин топает прочь, как двухлетний ребенок в истерике. Он понимал, что это будет нелегкий разговор, но был полон решимости сделать все возможное, чтобы все исправить. Часть его хотела придушить Джона. Хотя не только Джон виноват в том, что отношения с Сэмом разладились. Младший Винчестер был очень похож на своего отца, возможно, больше, чем они ожидали, и стал ходячей бомбой замедленного действия, готовой взорваться при любом контакте, особенно рядом с Джоном. В кармане зазвонил телефон, и Калеб знал, кто звонит еще до того, как взглянул на имя абонента. Калеба не волновало, что сейчас подумает наставник. Этот человек вел себя как придурок, и пришло время ему выйти из ступора. Если бы он нормальным отцом, то должен был заметить, что недавно произошло что-то плохое, что сломило и без того раненого Дина. Калеб знал, что Дин умел скрывать свои эмоции, но если он мог почувствовать беспокойство ребенка через два гребаных штата, тогда Джону нужно было просто проснуться и увидеть, что было прямо перед ним, прежде чем он потеряет еще одного сына. Калеб сбросил звонок и положил телефон в карман. Он не хотел сейчас отвечать на телефонные звонки, потому что с таким плохим настроением он, скорее всего, вступит в спор с этим человеком, а сейчас ему и Дина хватало. Он разберется с Джоном позже. Взяв еще две бутылки пива, Калеб последовал за Дином к реке. Они не уйдут отсюда, пока Калеб не получит ответы.***
Дин остановился у заросшего травой русла реки. Он опустился на траву и сделал еще один глоток пива, опустошив бутылку. — Вот дерьмо! — выругался он. Его бутылка была пуста, а остальное пиво осталось в машине, где был заноза в заднице в виде его лучшего друга. — Вот, — раздался голос Калеба за его спиной, и он протянул ему пиво. Винчестер неохотно взял бутылку, и Калеб опустился на землю рядом с ним. Дин вдруг почувствовал еще большое уважение к Макленду Эймсу, ведь доктор не сдался и не купил собаку, о которой Калеб просил в подростковом возрасте. Экстрасенс был настойчивым сукиным сыном, когда чего-то хотел. Дин вздохнул и закатил глаза, быстро взглянув на друга, но тут же отвел взгляд к реке. — Прости, — пробормотал он. — Двойка, я не обещаю, что все волшебным образом улучшится от разговоров, но не помешает немного облегчить ношу. — Мне не нужна няня, Ривз, или вожатая. — Чувак, я стал прославленной няней с тех пор, как встретила тебя,. Профессиональный рост идет вместе с должностной инструкцией. — Это пустяк, — пытался отмазаться Дин, понимая, что терпит неудачу. — Ну, конечно, — Калеб саркастически кивнул. — Потому что в нашей жизни все пустяк. Дин слегка ухмыльнулся, но ничего не сказал, открыв бутылку с пивом и сунув крышку в карман, а не бросив на землю. Калеб сидел рядом и молча пил свое пиво. Он явно решил подождать, когда Дин смягчится и расскажет, что его беспокоит. — Ты когда-нибудь чувствовал, что больше не хочешь этого делать? — спросил задумчиво Дин, спустя пять минут. — Что делать? Дин пожал плечами. — Вся эта охота. Она так много отнимает у нас... — Но и дает чертовски много, — перебил его Калеб, не отрывая взгляда от Дина. — Это не так. Охота забрала у него брата, а теперь забрала то, о чем он даже не думал — женщину, которая ему нравилась. Она бросила его из-за охоты. Она думала, что он сумасшедший. — Охота требует многого от нас, — сказал Дин, запнувшись на миг. И любой другой, вероятно, не заметил бы этого, но Калеб слышал все громко и ясно. Дин слишком хорошо помнил, как в последний раз пришел к Калебу и сказал, что больше не хочет охотиться. Ему было одиннадцать лет, и он сбежал с фермы после неприятной встречи с полтергейстом, отправившись к Калебу в общежитие. Но Дину больше не одиннадцать, и он не собирался бежать к другу на край земли. Потому что Калеб был рядом. — Да, — сказал Ривз. — Это так. Но мы делаем много хорошего. Это неблагодарная работа, иногда тяжелая, но, в конце концов, она того стоит. Спасать людей, защищать их. Это важно. Дин посмотрел на лучшего друга, на этот раз взглядом прося дать ему ответы, которых, как у Калеба не было. Тем не менее, какая-то часть его надеялась, что Калеб сможет сказать ему то, что он хочет услышать. Но Дин даже не знал, что хотел услышать. Что бы Калеб сейчас не сказал, это не исправит ситуацию. — Почему мы всегда вытягиваем короткую соломинку? Я думал, что после того как мы делаем так много добра, то… Что я сделал такого плохого, что все, о ком я забочусь, бросают меня? — спросил Дин, и теперь его голос звучал требовательно, в нем появился гнев. Калеб замер рядом, позволяя выговориться. — Сначала мама, потом Сэмми, папе все равно, даже когда он рядом. И… — Он замолчал и отвел взгляд. — И что, чувак? — спросил Калеб, толкая Дина в колено своей бутылкой. — Что случилось? Ответ должен быть таким простым, ему нужно просто открыть рот и рассказать Калебу, что случилось. Но каждый раз, когда он пытался, слова застревали у него в горле. Дин слишком остро реагировал, и Калеб наверняка подумает, что он идиот, когда узнает, почему Дин ведет себя как девчонка. — Это глупо, — разочарованно прорычал Дин. Калеб покачал головой. — Это не глупо, — в глазах друга было понимание и сострадание. — Если это важно для тебя, значит, это не глупо. Дин сжал губы и покачал головой, все еще не решаясь рассказать. Впервые в жизни он хотел открыться, но в то же время хотел дистанцироваться. Все от него уходили, а Дин остался один, измученный. Когда Сэм ушел, мир Дина перевернулся с ног на голову. И теперь ему казалось, что все выходит из-под контроля, а Калеб держал спасательный круг с тех пор, как ушел его младший брат. Дину просто нужно было протянуть руку и ухватиться за спасение.***
Дин был таким замкнутым с тех пор, как Сэм ушел, и то, что младший Винчестер практически игнорировал брата, только усугубило ситуацию. Он разорвал отношения со всеми из семьи. Калеб оставил парню несколько сообщений, и с каждым разом оно становилось все злее. Ривз не злился на то, что Сэм сбежал, чтобы попробовать что-то другое. Он понимал это. Но его злило, что Сэм фактически бросил старшего брата. Дин потерял искру, которая обычно горела в его душе, и Калеб хотел сделать все возможное, чтобы вернуть ее, но Сэм был единственным человеком, который мог это сделать. — Я… — начал Дин, но нерешительно замолчал. — Несколько недель назад мы были в Огайо. Я познакомился с одной студенткой из колледжа, — снова начал Дин. — Мы поладили и встречались пару недель. — Ясно, — протянул Калеб, ожидая продолжения. — Я рассказал ей, — внезапно выпалил Дин. — Рассказал ей что? — осторожно спросил Калеб, хотя уже знал ответ. Дин выглядел раздраженным, и Калеб не был уверен, злится он на себя или на него. — Я рассказал ей, чем мы занимаемся. Большой гребаный секрет, и я не знаю, почему сделал это. Это было глупо. Калеб прикусил нижнюю губу и поерзал на земле, его зад уже онемел от твердой поверхности. — Я так понимаю, что она не очень хорошо это восприняла. Дин закатил глаза и саркастически посмотрел на него. — Она прогнала меня. — Значит, тебя бросила девушка. Она просто случайная цыпочка… — Нет, она была не просто случайной! — огрызнулся Дин, и теперь Калеб понял, почему друг молчал. — Я никогда раньше не чувствовал себя так ни с одной женщиной, чувак. Это было по-другому, а я все испортил. — Ты ничего не испортил, — тут же покачал головой Калеб. Хотел бы он встретиться с этой сукой. Охотники редко заводили длительные отношения. Это трудно сделать, когда ты всегда в движении, и большинство людей плохо реагировали узнав про охоту на монстров. У Калеба были свои причины не вступать в отношения, но Дин мог бы встретить хорошую девушку. Винчестер впервые задумался о чем-то нормальном, а эта сука заставила его сожалеть об этом. И это безумно бесило Ривза. — Я не должен был говорить ей, Дэмиен, — горько рассмеялся Дин. — Черт, я не должен был вообще с ней встречаться. Это того не стоило. Мы никогда не задерживаемся надолго, и всё равно все от нас уходят. — Это не правда. — Правда, — фыркнул Дин. — Я все еще здесь. Калеб даже не был уверен, будет ли это иметь значение. Он надеялся, что это что-то значит для друга. — Ты тоже ушел. Ривз вспомнил, каково было Дину, когда Мак заставил сына пойти в колледж. Дин не хотел, чтобы Калеб уходил, и он тоже не хотел уходить. Он хотел стать охотником и не мог понять, чему должен научиться в колледже, ведь это не помогло бы в охоте. Джон учил его всему, что ему нужно было знать. Но все закончилось хорошо. Теперь он владелец успешного строительного бизнеса и охотник, даже будущий Рыцарь. Он надеялся, что и Сэм, в конце концов, придет в себя и вернётся. — Но я не остался в стороне, и Сэм тоже не будет, вот увидишь. Калеб надеялся, что прав, и в глазах Дина на мгновение вспыхнула надежда, но потом он отвел взгляд. — А эта девушка… — Кэсси, — тихо сказал Дин, хотя Калебу и не нужно было слышать это вслух. Это имя громко и отчетливо крутилось в мыслях друга с тех пор, как Калеб приехал к ним в мотель. — Кэсси не знает, что она потеряла, чувак. — Мне от этого не легче, Дэмиен. — Дин сделал еще один глоток из бутылки. Ривз пожал плечами и посмотрел на воду. — Возможно и нет, но если она не может принять тебя таким, какой ты есть, значит она тебя не стоит. — Она думала, что я сошел с ума. Эта девушка злила Калеба все больше и больше, но было очевидно, что Дин влюбился в нее, возможно, даже понастоящему любил ее. Так что банальный разговор тут не поможет. Кэсси была еще одним гвоздем, который забили в крышу гроба души Дина, просто добавкой к ударам, которые начались, когда ребенку было четыре года. — Ты и правда сумасшедший. И это часть того, что мне в тебе нравится. — Калеб толкнул Дина в плечо, заработав слабую ухмылку. Но это было хоть что-то. Разговор быстро оборвался, когда зазвонил мобильник Дина. Они переглянулись, прекрасно зная, что звонит Рыцарь. И тем более, что Калеб не ответил на его предыдущий звонок. Винчестер точно будет зол. На самом деле Калеб был удивлен, что Джон не сразу перезвонил Дину, после того как он сбросил звонок. Дин достал свой мобильный и открыл его. Их короткая ночная беседа у реки подходила к концу, так как Калеб был уверен, что Джон прикажет им вернуться в Плезантвиль. — Папа… Да, мы в порядке. Наверное Калеб не взял с собой телефон. — Дин покосился на друга, но тот лишь пожал плечами в ответ, делая глоток пива. — Да, папа… Ничего… Я знаю… Да, сэр, мы скоро будем. Дин закрыл телефон и сунул его обратно в карман, допил пиво и посмотрел на Калеба. — Мы закончили наш маленький вынужденный девчачий разговор? — Если только у тебя на уме нет чего-то другого. Дин покачал головой и встал. — Нет. Я в порядке. — Он протянул руку и помог Калеб подняться на ноги. — Ну конечно. — Я буду в порядке. Я должен быть в порядке. Верно? — спросил Дин. Если он не справился с Сэмом, то он изо всех сил старался справиться с Джоном. Дин всегда искал кого-то, за кем мог присматривать. И это было одной из причин, по которой Калеб так старался заботиться о Дине. Ведь кто-то должен был это делать. — Пошли, — сказал Винчестер, дергая Калеба за рукав, а затем начал подниматься на холм, прежде чем друг успел ответить. — Давай вернемся, пока папа еще больше не разозлился на тебя за то, что ты не отвечаешь на звонки. Калеб мгновение стоял у реки, наблюдая, как друг карабкается вверх по склону. У него возникло ощущение, что он проделал не очень хорошую работу. Дин, хотя и не казался таким хмурым как раньше, все же был сломлен, и когда они вернутся, Джон будет вести себя как осел. По крайней мере, плохое настроение Джон будет срывать на нем, а не на Дине.***
— Не в этом дело! Рычание Джона Винчестера, вероятно, было слышно до самого Кентукки, и Дин почти ожидал, что пастор Джим позвонит и скажет его отцу, чтобы он вел себя потише. Джон не всегда был в плохом настроении, он не всегда кричал. Рыцарь стал более замкнутым с тех пор, как Сэм ушел, но он не был таким все время. И чем больше времени проходило с отъезда Сэма, тем больше они оба общались, но иногда плохое настроение возвращалось. Сегодня была одна из тех ночей, а Калеб дал Джону повод для злости. — А я думаю, что как раз в этом, — возразил Калеб, стоя у стола на кухне. Джон посмотрел на него и покачал головой. — У нас уже был этот разговор раньше. — Винчестер понизил голос, и Дин не знал, радоваться ему или волноваться. Калеб усмехнулся, скрестив руки на груди, и у Дина возникло желание сказать другу, чтобы тот прекратил преднамеренно дразнить пресловутого тигра. — Нет, я вел этот разговор раньше, — указал он. — А ты отказываешься меня слушать. — Потому что ты говоришь бред, малыш, — отрезал Джон. Он стоял перед журнальным столиком, а Дин просто ждал, когда отец рванет вперед и врежет Калебу по лицу. Они уже не раз оказывались в такой ситуации, и он был удивлен, что все до сих пор не пошло под откос. — Я не собираюсь повторять тебе, чтобы ты не лез в дела, которые тебя не касаются. — Ты лицемер. Джон сделал шаг вперед, и Дин напрягся. Он знал, что его отец любит Калеба. Но это не помешало бы Джону ответить физически. Сэм был не единственным в их семье, кому нравилось выводить из себя Джона Винчестера. — С тех пор, как я встретил тебя, ты только и говоришь, чтобы я присматривал за мальчиками. Но ты сам не хочешь их слышать. В прошлом я много раз убирал за тобой беспорядок, Винчестер. — Вот что значат для тебя мальчики? Беспорядок? Дин посмотрел на Калеба, и увидел как боль вспыхнула в глазах друга. — Не перекручивая мои слова. Оба противника уставились друг на друга, и Дин сделал шаг вперед. Он пытался подавить ссору, когда они только приехали в мотель, но два осла не желали прекращать спор. Джон был зол на Калеба и пытался качать права, и Калеб решил, что пришло время поговорить с Джоном о благополучии Дина. Дин ценил заботу друга, но не хотел снова становится миротворцем. Он думал, что, когда Сэм уедет в Стэнфорд, ссоры прекратятся, но вскоре понял, что рано радовался. Происходило то же самое дерьмо, только по другим причинам. И Дин все еще ненавидел это. Должно быть, его движение заметили, потому что внезапно на него посмотрели две пары сердитых глаз, и он чуть не отпрянул. Джон посмотрел на сына и молча выдержал его взгляд, хотя прошло мгновение, ему показалось, что прошли часы, пока они смотрели друг на друга. Дин смотрел в ответ, задаваясь вопросом, что происходит в голове у отца. Взгляд Джона больше не был сердитым, но Дин с трудом мог понять о чем он думает. Прежде чем он успел вставить хоть слово, Джон сжал челюсти и посмотрел на Калеба. — Я не собираюсь с тобой спорить об этом, — решительно заявил он, поднимая руку, когда Калеб открыл рот. — В следующий раз ответь на свой чертов телефон. А еще лучше, позвони, черт возьми, если собираетесь прогуляться. — Это была моя ошибка, — сказал Дин прежде чем смог остановить себя. Да, технически не он решил поговорить по душам у реки, но они сделали это из-за него. Калеб просто присматривал за ним, как и приказывал Рыцарь. Калеб уставился на него, и на этот раз Дин точно знал, о чем он думает. Ривз не хотел, чтобы Дин брал на себя вину. Но ему было все равно. Калеб и раньше попадал ради него под удар, и он хотел вернуть услугу. — Независимо от того, чья это вина, Дин, ты должен был позвонить, если вы решили прогуляться, — рявкнул Джон.— Я ясно выражаюсь? — Да, сэр, — быстро кивнул Дин. Джон повернулся к Калебу, когда экстрасенс снова открыл рот, чтобы ответить. — Калеб? — надавил Джон. Ривз ощетинился, за то что с ним обращались как с маленьким ребенком. — Я еще не закончил, — упрямо сказал он. — Чувак, ты не умеешь вовремя заткнуться, — пошутил Дин, пытаясь снять напряжение в комнате. Калеб не обращал на него внимания, по-прежнему глядя на Джона и скрестив руки на груди. — Ты не можешь игнорировать это вечно. Тебе нужно проснуться… Джон закатил глаза, но выглядел скорее усталым, чем злым. — Ради всего святого… — Дэмиен, прекрати. — Дин видел, что его отец снова начал заводиться. Им не нужно снова спорить. Не из-за него. Он был в порядке. — Я серьезно. — Я тоже. Теперь Дин и Калеб уставились друг на друга. Ривз не хотел сдаваться, но Дин молча умолял его просто отступить. Не только Дин тяжело воспринял уход Сэма. Джон тоже сильно пострадал, хотя он и сыграл в этом скандале самую большую роль. — И я тоже, — заявление Джона прервало игру в гляделки, и Дин первым отвел взгляд. — Этого больше не повторится, папа. Джон кивнул, уперев руки в бока. — Надеюсь на это. Он провел рукой по бороде, а затем вытащил ключи от своего грузовика и бросил их сыну. Дин вопросительно посмотрел на отца. — Папа, что?.. — В бардачке или под сиденьем должна быть карта. Можешь принести? Дин знал это выражение лица отца и этот тон. Это напомнило ему о том, как Джон отсылал Сэма из комнаты, когда ему нужно было поговорить с Дином о чем-то, о чем ребенок не должен был знать. Его самого несколько раз выпроваживали, когда взрослые хотели поговорить. А теперь отец хотел поговорить с Калебом наедине. — Хорошо. — Спасибо, сынок. Дин вздохнул и посмотрел на ключи. Смирившись с неизбежным, он направился к двери. — Не дуйся, Двойка. Тебе это не идет. Услышав замечание Калеба, Дин хлопнул друга по животу, когда проходил мимо. Он открыл дверь, чувствуя, как прохладный ночной воздух коснулся лица. Он вышел из комнаты, надеясь, что, когда он вернется, все будет как прежде.***
Калеб молчал, пока дверь за Дином не закрылась. Он выпрямился, схватившись руками за столешницу. — Хочешь сказать мне, что на этот раз принесло мне звание «Худший гребанный отец года»? — Ты снова перекручиваешь мои слова, Джонни. Калеб был рад, что Джон отправил Дина на парковку. Он понимал, что ссора с Рыцарем не поможет решить проблему Дина, но он просто не мог держать рот на замке, когда Винчестер отчитывал его как какого-то подростка. Конечно, он знал, что Джон за злостью скрывает беспокойство, а также злиться, что Калеб не ответил на его звонок. Если бы Джон понял, что он сбросил звонок, Рыцарь точно надрал бы ему зад. Поэтому Калеб решил благоразумно промолчать. Но он должен что-то сделать, чтобы бы Джон его выслушал, открыл глаза на бедственное положение сына. — Неужели? — прорычал Джон. — Ты не можешь одурачить меня, малыш. Год за годом все пытались указывать мне, как воспитывать моих детей. — Ну, я часто видел как страдает твой сын. Ты вообще обращаешь на него внимание? Черт возьми, Джон, он совершенно подавлен. — Рано или поздно, но ему придется смириться с уходом Сэма. Сэм ушел, и я сомневаюсь, что он вернется в ближайшее время. Калебу хотелось накричать на Джона, может быть, встряхнуть его. Именно Джон сказал Сэму никогда не возвращаться. Калеб хотел и из Сэма выбить все дерьмо, потому что это был единственный раз, когда мелкий придурок беспрекословно выполнил приказ отца. Сэм был очень похож на Джона. Он был упрямым сукиным сыном. Калеб фыркнул и покачал головой. — Как будто ты понимаешь что происходит, — сказал он, подходя к одной из кроватей. — И что, черт возьми, это должно означать? — Он рассказал тебе, что случилось в Огайо? Калеб знал, что Джон не хотел спрашивать, но все же неохотно задал вопрос: — А что-то случилось в Огайо? — Кое-что… Но это не моя история. — Ривз, — предупреждающе прорычал Рыцарь. — Так теперь тебе не все равно? — скептически спросил Калеб. Он знал, что Джону не все равно, но отец оставил Дина без поддержки. Джон зарычал и за три длинных шага приблизился к младшему охотнику. — Твою мать, не играй со мной. Я даже не знал, что что-то случилось. Калеб указал на него пальцем, но не прикоснулся к нему. Потому что любой толчок вызовет раздражение, и это ни для кого не закончится хорошо. — В этом-то и проблема! Как ты мог не заметить? Калеб видел, что Джон хочет возразить. Он знал, что этот человек ненавидит ошибаться, проигрывать и ненавидит, когда люди вмешиваются в его дела. Но Джон никогда не понимал, что, когда он принял посторонних людей в свою жизнь и жизнь сыновей, он связал их всех вместе. А теперь вел себя так, будто каждое предложение, каждый заинтересованный голос были нападками на его воспитание. Джон устало провел рукой по волосам и отступил на шаг, не готовый к их обычному спору. И Калеба это устраивало. — Как я могу знать каждый гребаный раз, когда он не хочет говорить, что что-то не так? — Высовывай голову из своего дневника или исследований время от времени и внимательно осмотрись. Это не сложно, чувак. — Ты ожидаешь, что я буду нянчиться с ним каждый раз, когда у него будет плохое настроение? Калеб фыркнул. — Нет. Так он может подумать, что ты одержим и попытаться провести экзорцизм. — Я проведу экзорцизм против тебя, если ты не проявишь уважения, малыш. — Ага. Ладно, — Калеб с сомнением поднял брови и обойдя Джона, вернулся на кухню. Он открыл холодильник и достал два пива. Обернувшись, он обнаружил, что Джон последовал за ним. Впервые за последние пару недель Калеб внимательно посмотрел на наставника. Рыцарь выглядел усталым и более потрепанным, чем обычно. Он надеялся, что это будет перемирие и, возможно, некоторое взаимопонимание, Калеб протянул пиво Джону. — Ты пытаешься выиграть спор, опоив меня моим же пивом? — спросил Джон с кривой ухмылкой. — Ну, я заплатил за мотель. Думаю, это честная сделка. Перемирие было заключено, но Калебу все еще нужно было знать, понял ли Джон его точку зрения. Сэм отсутствовал целый год, но Дин всю жизнь отвечал за ребенка, и ему будет трудно привыкнуть быть вдали от младшего брата. Кэсси просто пнула лежачего, когда Дин уже был подавлен, и Калеб хотел разорвать ее за то, что она причинила боль его другу. Джон был следующим в списке. Но по мнению Калеба, сука не стоила никаких душевных страданий. — Туше. — Джон стукнулся бутылкой с бутылкой Калеба и сделал большой глоток. — Итак, — начал Ривз. — На счет Дина… — А что на счет меня? — спросил Дин, возвращаясь внутрь с картой в руке. Он захлопнул дверь ногой и с опаской посмотрел на старших охотников. — Я просто хотел сказать, как сильно ты любишь здешнюю школьную систему, — пошутил Калеб, улыбаясь. Дин швырнул карту на стол и чуть не зарычал. — Какого черта? — Да ладно, тебе же это понравилось. — Если я никогда в жизни не увижу больше школу, то умру счастливым человеком. Калеб усмехнулся и сделал еще глоток пива. Отправить Дина снова в школу было жестоко, но он был единственным, кто мог сойти за старшеклассника. — Почему бы вам двоим не пойти и не повеселиться сегодня вечером? — спросил Джон, прервав их шутки. — Эээ, конечно… — ответил Дин, неуверенно взглянув на отца. Потом пожал плечами и посмотрел на Калеба. — Ты не против того, чтобы тебе надрали задницу в бильярде? Ривз поставил свою бутылку на стол с серьезным выражением лица, но в глазах плескалось озорство. — Конечно. Но я знаю, кому надерут задницу. — Ох, да ладно… Меня учили лучшие, — усмехнулся Дин, поворачиваясь к двери. Калеб взглянул на Джона. — И меня. Он быстро кивнул наставнику и последовал за Дином к двери. Он остановился, когда услышал позади себя голос Джона. — Постарайся не потерять ключи от номера, Дин. Я не хочу вставать, чтобы впускать вас. Дин оглянулся, открывая дверь. Калеб прошел мимо него и вышел в темноту. Он отступил от комнаты и стал ждать. — Хорошо, папа. — Дин помахал ключом и положил его обратно в карман, снова повернувшись к двери. — Дин? Дин вздохнул и снова обернулся. Калеб не смог сдержать ухмылку. Он видел что ребенок горит желанием выбраться из комнаты. — Да? — Ты в порядке? Калеб увидел, как в глазах Джона вспыхнула боль, когда Дин недоуменно посмотрел на отца. Наконец парень улыбнулся и кивнул, засунув руки в карманы, чтобы защититься от холода. — Да, я в порядке, папа. Джон вздохнул и махнул рукой. — Приятно знать. А теперь убирайтесь отсюда. Мне нужно позвонить. Калеб встретился с ним взглядом, прежде чем Джон закрыл дверь. Не было слышно ни ударов, ни ругательства, и Ривз почувствовал себя немного лучше. Он ненавидел ссориться с Джоном. Несмотря на все их споры, он боготворил этого человека. Джон был не только наставником, братом, отцом и другом в одном лице, но и занозой в заднице. Дин был не совсем в порядке, как пытался показать, но он немного раскрылся. Но Калеб постарался помочь в меру своих возможностей. В конце концов, это была его работа. — Здорово, — застонал Дин, когда зазвонил его мобильный в кармане куртки. — Я знал, что это слишком хорошо, чтобы быть правдой. Калеб изогнул бровь. — Джонни не мог передумать так быстро. — Ты никогда не научишься быть реалистом? Экстрасенс закатил глаза, наблюдая, как Дин вытаскивает телефон из кармана. Парень заколебался, и Калеб сразу осознал, что его что-то беспокоит. Его первой мыслью был Сэм, но младший Винчестер не звонил никому из них уже несколько месяцев. — Дин? — Это Кэсси. Калеб потянулся к телефону. — Позволь мне поговорить с ней. Дин отступил назад. — Думаешь, ты сможешь очаровать ее так же как и папу? — Он покачал головой. — Я так не думаю, капитан Милота. Телефон снова зазвонил. Дин перевел взгляд с экрана на Калеба. Экстрасенс чувствовал его борьбу. — Я могу подождать в машине. — Нет. — Дин глубоко вздохнул, встретился взглядом с Калебом и нажал кнопку завершения разговора, прервав вызов. — У суки был шанс. Калеб мысленно вздрогнул от боли, которую чувствовал от ребенка, но выдавил дерзкую ухмылку. — Вероятно, она поняла, что потеряла. — Да. — Дин театрально вздохнул. — После того, как цыпочки попробовали меня, очень трудно вернуться к «нормальному» состоянию. Калеб фыркнул, улыбка стала более искренней. — В тебе определенно нет ничего нормального, Двойка. — Он подтолкнул толкнул друга к машине. — А другого я бы и не хотел. — Кроме того, кто я могу лишить многих женщин шанса на мое тело. — Это было бы обидно. — Чертовски. — Моногамия — это определенно не твое. Дин потянулся к двери Импалы, но резко остановился, посмотрев на Калеба поверх крыши машины. — Калеб? — Да? — Это было из-за охоты, верно? Я имею в виду… Это не из-за меня? Калеб почувствовал внезапное желание поговорить с Кэсси лицом к лицу. Может быть, он мог бы пригласить Чарльза Коннера, Сэма и Джона тоже присоединиться к вечеринке. Поскольку все они приложили руку к ущербу, от которого пострадал Дин. Он видел неуверенность и уязвимость во взгляде лучшего друга. Парень действительно верил, что что-то в нем отталкивает людей, которых он любит. Этот последний инцидент с Кэсси был еще одним гвоздем в гроб душевных ран Дина. — Двойка, это было из-за охоты. Это всегда из-за охоты. На лице Дина мелькнула улыбка, хотя она не была такой дерзкой как всегда, но это было только начало. — Потому что я чертовски близок к совершенству. Верно? Калеб фыркнул. — Да, я считаю тебя гребаным Капитаном номер Один. Дин барабанил руками по крыше. — Я знал, что держал тебя рядом для не просто так. — А я думал, что это было из-за моего удивительного ума и обаяния. — Неа. — Дин открыл дверь. — Но из тебя получается неплохой ведомый, и это твоя работа на сегодня. — Ведомый? — хмыкнул Ривз, садясь на пассажирское сиденье Импалы. — Сам ты ведомый. Дин завел двигатель. — Ставлю двадцать баксов на то, что я сегодня первый получу телефонный номер от цыпочки и надеру тебе задницу в бильярде. Калеб покачал головой, благодарный за отсрочку. Его эго выдержит пинок под зад, которые даст ему Дин. Двойка это заслужил. — Принимаю ставку.
