Вспомни меня одним майским днём

–Папа, папуля! Маленькая девочка, в костюме феи, с маленькими крыльями на верёвочке и белой короной со стразами, держала в руке волшебную палочку. Она рассказывала стихотворение Деду Морозу, чтобы получить от него заветный подарок. Мама стояла неподалеку и снимала этот момент на камеру. Девочке пять, она мило улыбалась и с выражением рассказывала стихотворение, стоя на табуретке рядом с волшебным стариком. На кухне копошилась бабушка, а за столом сидели гости и радостно наблюдали за происходящим. Девочка ждала этот праздник, ждала больше всех, потому что мама не работает, потому что Дед Мороз приносит подарки, потому что бабушка готовит много еды. Она любила новый год. Но больше всего девочка любила, своего папу. Чистой, детской и такой искренней любовью, которую покажет только ребёнок. И вот, стих не дочитан, всё внимание на себя забрал вошедший в квартиру папа. Девочка спрыгнула со стула, бросила палочку в сторону и, раскрыв руки, счастливая побежала к отцу. –Папа! Папочка! Малютка крепко обняла папу за шею. От мужчины пахло свежестью и морозом. –Папочка! Я так рада, что ты пришёл! Я так тебя ждала! –Хах, я спешил!–со смешком ответил мужчина.–Как же я тебя в новогоднюю ночь и без подарка оставлю? –Папа, а ко мне Дед Мороз пришёл, представляешь?! А ещё бабуля салат мой любимый сделала, который зелёный, с горошком! Девочка потянула папу за рукав, в сторону зала, где сидели гости и Дед Мороз. Мама девочки перестала снимать. Она пристально смотрела на мужа, застыв с камерой в руках. Он смотрел на неё. Улыбка постепенно исчезла с его лица, когда мужчина увидел подступающие к глазам жены слезы. А девочка продолжала тянуть рукав и что-то активно рассказывать. Из кухни показалась бабушка с овощной тарелкой в руках. –Кто там при–…шел… Тарелка чуть не выскользнула из рук пожилой женщины. Присутствующие гости стали активно перешёптываться и наблюдать за происходящим. –Бабуля, бабуля, это папа! Папа пришёл!–радостно заверещала девочка. А папа всё смотрел на маму и на её слёзы. Мама смотрела на папу. И оба друг друга понимали. Без слов. –Как ты можешь!–перебила тишину бабушка.–Да у тебя совести нет, скотина, ой!–женщина схватилась за голову, тарелка всё же выпала из рук. Гости сразу вскопошились. Одни пошли помогать бабушке, другие убирать осколки. И только эти двое смотрели друг на друга, боясь что-то сказать. Девочка дёрнула папу за рукав. –Пап, бабуле плохо…а почему мама плачет? Пап.. –Ты всё знаешь?–тихо произнёс мужчина, игнорируя дочь. Мама лишь горько плакала и закрывала рот рукой. Она с трудом кивнула. –Прости меня, прошу..Хочешь я на колени встану?–мужчина продемонстрировал задуманное и оказался у ног жены. Дочка смотрела сбоку на папино лицо. –Прости меня, прошу!–замолил мужчина.–Умоляю, я исправлюсь, этого больше не будет! Ради дочери…Жень. Пожалуйста. Отец обнял ноги жены, но та подняла его с колен, и, положив руки на плечи, сказала: –Тём, не унижайся хотя бы перед дочкой. Мне нужно время, чтобы всё обдумать, а пока...пошёл вон. Ты жалок. Я видеть тебя не хочу, кабе‌ль!–Женя толкнула своего мужа и отвернулась, рыдая. Артём медленно развернулся к девочке и, присев на корточки, проговорил: –Прости меня, малышка, что всё именно так случилось. Мне пора идти. Это тебе.–мужчина протянул маленькую игрушку феи.–Счастливого тебе нового года. Папа тебя любит, крошка. Он поцеловал девочку в лоб и быстрыми шагами направился к выходу. Малышка смотрела вслед уходящему папе и заливалась горькими, обжигающими слезами. –Мама!–резко повернулась девочка к Жене.–Зачем ты выгнала папу?! Ты плохая! Он меня так любит, а ты его выгнала! –Потому что он больше не любит меня…–тихо произнесла Женя.–Прекрати истерить, Сонь! Иди спать, иначе подарков не будет!–повернувшись лицом к девочке, крикнула мама. –Ты такая злая!–Соня топнула ногой и побежала в свою комнату. Женя медленно села на кресло и заплакала. –Э-э.. извините, что прерываю, но у меня оплата почасовая, вы заплатили только за один, мое время вышло. Мне идти надо. Подарок оставлю под ёлкой.–вставая, засобирался ненастоящий Дед Мороз.–Счастливого вам нового года, без ссор...э.. и прочее, прочее, прочее. Ай, спина так затекла, покурить ещё надо успеть. До свидания в общем. Аниматор поднялся, забрал "волшебную" трость, пустой мешок и направился вон из квартиры. –Соня, Соня, вставай! В церковь опоздаем. Сегодня Исповедь и Литургия. Ты подготовила речь на исповедь? Внезапный голос пробудил девушку от сна. Соня открыла глаза, морщась, и перед ней замелькал силуэт бабушки. Пожилая женщина была одета в длинное платье, на плечи накинута кофта, а на голове повязан платок. Она ходила по комнате, прибирая завал на скорую руку. –Соня, ау, я с кем говорю?!.. Это твоё творчество до добра не доведёт!–взглянув на стол, заполненный красками, шикнула бабушка.–Ты хомяка когда кормила последний раз?! Девушка недовольно сморщилась, посмотрев на время. Шесть тридцать утра! Зачем будить её в такую рань, да ещё и после вечеринки?! Девушка накрыла голову одеялом и отвернулась к стене. –Соня-я-я, хватит дрыхнуть, опоздаем на Исповедь!–прокричала бабушка. –Бабуль, можно я никуда не пойду. Мне в художку вечером, я устала, хочу поспать... –Соня! Никаких не пойду! Бог всё видит!–бабушка показала пальцем вверх.–Он тебе лень твою не простит! –Ничего, я переживу.. Пожилая женщина нахмурила брови, подошла к кровати и скинула одеяло с подростка. –Собирайся, у тебя пять минут.–бабушка вышла из комнаты, попутно забирая кучу кружек со стола. Соня неохотно подняла себя с постели, и поплелась собираться на утреннюю исповедь. Когда она была маленькая, бабушка каждый раз водила её на подобные мероприятия в церковь, так как была очень верующим человеком. Но ребёнку быстро наскучивало происходящее, да и среди сверстников это не распространяется и не выглядит круто. Поэтому, став старше, Соня много раз пыталась избежать любые службы и исповеди, но часто у неё это не получалось. Собственно, как и в этот раз. Проблема заключалась в том, что о многих грехах, Соня не хотела просить прощения, потому что не видела в этом что-то плохое. Например, это сильный гнев на Стёпу с применением ногопрекладства, употребление алкоголя или же грех против целомудрия, всё-таки поцелуй с Юлей ей и правду понравился. Боже мой, если бы об этом и вправду кто-то узнал, Соне пришлось бы совсем несладко. По крайней мере, если б об этом узнала бабуля, её седые волосы сразу же выпали бы. Зачем каяться в том, что тебе нравится? Или спасло тебя? Например, если бы она не стукнула Стёпу промеж ног, мало ли, что он бы сделал. А этот парень точно в церковь не пойдёт. Значит ему всё сошло бы с рук? Или же спиртные напитки. Ну устал ты, хочешь расслабиться, ничего страшного не случится, если выпьешь чутка! Да кто вообще придумал какие-то правила, которым должны все следовать. Хочу пить и буду! Хочу защищаться и буду! Хочу целовать девушку и буду, черт возьми! И никто об этом не узнает. –Ты подготовила речь на исповедь? Внезапный голос бабушки пробудил Соню. Она уже была собрана, осталось повязать только платок. –Нет, я не успела, но я знаю, что скажу! Бабушка, сморщившись и закрыв глаза тяжело вздохнула. –Сонь, я не хочу, чтобы ты так относилась к богослужению. –Бабуль это просто речь на исповедь, Бог же её не будет читать.. –Нет, Сонь, это не просто речь. Это разговор с Ним. Это обращение. Это честь и шанс. И относится к этому так, дань неуважения.–бабушка взглянула на часы.–Ой, уже выходить пора, через полчаса начало. Всё, надевай платок, пошли скорее. По пути в церковь, Соня размышляла, что же она Ему скажет. Как же приподнесет свои грехи. А Он её вообще простит? Есть ли там вообще тот, кто прощает? Может там и нет никого. А если есть? То что тогда? Как можно простить такие грехи? Но она же никого не убила.. А всё же, вдруг он прощает не всех? Или всех? –Что ты как капуша, Соня, спишь в одном ботинке, заходи быстрее, перекреститься не забудь!–подгоняла девочку бабушка, заходя в церковь. Нет. Иногда лучше никому не знать о твоих грехах. Пускай даже если Бог всё видит. Во время утренней литургии, телефон Сони завибрировал. Девушка тайком посмотрела сообщение. Ей написала Юля по поводу встречи. Юлёк. Эй, привет, слушай, не хочешь прогуляться сегодня? Я. ты чё не спиш.где именно Юлёк. Не хочу. Тебе сейчас неудобно переписываться? Я. я сейчвс в церкви.прост скажи где Юлёк. В лесу, недалеко от завода заброшенного. Придёшь? Я. у меня сегодня художк и я освобож –Что ты делаешь?!–недовольно шикнула бабушка на внучку, забирая телефон. –Бабуль, можно я только сообщение последнее отправлю и уберу.–Соня потянулась за мобильником. –Нет, на время службы я его забираю! Бабушка убрала телефон в сумку. Соня тяжело и недовольно вздохнула. –Отдам после службы, не злись! –Я не злюсь!–буркнула девушка. –Чш-ш.. Затем наступила исповедь. Один за другим люди шли исповедовать свои грехи священнику. Наступил черёд Сони. Она медленно шла и продумывала в голове, что же хочет сказать. Вокруг были высокие расписные стены, а над головой висела шикарная люстра. Аромат свечей, ладана и старого дерева наполнял воздух. Стройная картина иконостаса была будто щедрым садом божественных образов – изображения святых, золотистые узоры и благословенные руны. Свет свечи вырисовывал тени по стенам, создавая волшебное зрелище, будто с таинственной силой они обращались к верующим, проливая свое величие и милость в каждое сердце. Девушка чуть помедлила, но решительно вздохнув, шагнула к священнику. –Здравствуйте, батюшка. Я пришла сегодня на исповедь, дабы рассказать о своих деяниях. –Здравствуй, дитя моё. Здесь, в церкви, ты можешь открыть свое сердце и знаешь, что тебя не осудят. Я вижу, что у тебя затруднения?–тихо проговорил священник. –Я делала нехорошие вещи, многих обидела и потеряла самообладание.–заикаясь, начала Соня. –Бог всегда готов принять тебя и прощает каждый твой грех. Я здесь, чтобы послушать тебя и помочь в трудные минуты. –Я..–в горле внезапно появился чёртов ком.–Мне.. «Надо ли мне рассказывать?.. Глупый внутренний голос!» –Не бойся, дитя. Ты можешь поведать мне об этом. Соню впервые охватила паника. Тут. В церкви. Раньше такого не было. Это реальный стах? Стах того, что все узнают её такие сладостные и манящие грехи? Соня чувствовала, что тайны станут известными и обвинения в испорченности могут настигнуть её. Страх парализовал девушку, заставляя дрожать и даже вспоминать о своих поступках. Ещё как назло, за всем этим наблюдала бабушка, ждущая своей очереди. –Я..я.. –Не бойся, дитя. –Я..соврала. Мне незачем исповедоваться, только если из-за моего этого вранья перед Богом.–Соня закрыла глаза, поджала губы и опустила голову. –Ничего, дитя, все мы грешны.–успокоил девушку священник.–Однако, помни, что честность перед самим собой и Богом - важнее всего. Молитвы всегда помогут тебе справиться с собственными ошибками.–заключил священник.–Ступа‌й, дитя. На улице была теплая летняя погода. По чистому светлому голубому небу медленно плыли кучерявые облака. Дул лёгкий ветерок, покачивая деревья, кустики и цветочки. Лучи солнца пробивались сквозь ветки деревьев, освещая белое здание церкви, огороженной металлическим забором. Неподалеку росла яблоня, прям рядом с местным магазинчиком. Залаяла собака из чьих-то ворот. Прихожане выходили из церкви, направляясь по своим домам или на работу. Соня терпеливо ждала бабушку, поглядывая на людей. Она надеется, что бабуля не будет задавать вопросы по поводу исповеди и похода в церковь в целом, потому что после этого посещения у бабули явно появились вопросы На земле лежало много маленьких камушек, нужно же было чем-то заняться. Девушка аккуратно пинала их, пытаясь поставить в один ряд. Внезапно один камень отскочил. Соня устремила взгляд в его сторону, но её ждал неприятный сюрприз. Завуч оказался прям напротив неё, смотря на отлетевший камушек, рядом с его ботинками. Он улыбнулся и перевел взгляд на девушку, которая не желала с ним говорить и видеться. –Ты ходишь служить Богу, дорогая?–поинтересовался Станислав Викторович. –Вам какая разница.–продолжая пинать камни, буркнула Соня. –Ну, на твоём месте стоило бы покаяться в содеянных грехах.–он ехидно ухмыльнулся. –Да что вы знаете про мои грехи?–тихо произнесла девушка. –Я тоже хожу в церковь, когда не к кому обратиться.–Станислав Викторович перекрестился.–Советую не бросать это дело. Соня молча стояла рядом и подпинывала камушек. Ей не хотелось с ним разговаривать, а уж тем более про покаяния. –Порой бывает очень сложно совладать не только с окружающими людьми, но и с самим собой.. Так ведь, дорогая?–завуч поправил прядь волос девушки за ухо. Сердце Сони забилось быстрее, ладони вспотели и сжались в кулаки. Тело напряглось, а губы задрожали. Он не имеет право касаться её. Ей это не нравится. –Не делайте так больше...пожалуйста –добавила Соня. –Как?–удивился завуч.–Так что ли.–он собирался прикоснуться к лицу девушки. –Батюшки, Станислав Викторович, вы ли это?! Завуч быстро отдернул руку. Послышался восторженный голос бабушки. Как же Соня рада её слышать. –Здравствуйте, Татьяна, рад вас видеть!–Станислав Викторович обнял женщину.–А мы вот с Сонечкой о церкви разговаривали. От его "Сонечкой" и "дорогая" хотелось блевать. Мерзкий, вонючий, вызывающий отвращение, гад. Он как змеюка, обвивается вокруг шеи, будто обнимает, но на самом деле душит, медленно, с наслаждением. –Ох, вы тоже ходите в церковь?–Станислав Викторович кивнул.–Похвально. Всегда знала, что наш завуч самый интеллигентный и верующий человек. Соня тяжело вздохнула. Это было слишком громко, чтобы остаться незамеченным. Конечно же они обратили внимание. –Как ваше здоровье?–перевел тему завуч. –Ох, более менее. Пульс немного скачет, иногда давление взлетит, а так всё хорошо.–махнула рукой бабушка. –Бабуль, можно мне мой телефон? –Да, сейчас отдам, секунду подожди, дай поговорю. –Воспитательные меры?–поинтересовался Станислав Викторович. –Ох, да. Представляете, на службе в телефоне с кем-то переписывалась! Засранка!–бабушка нахмерилась. Соня закатила глаза. –Ну что вы, может это друг какой-нибудь, в таком возрасте девочки влюбляются в мальчишек, правда, Соня.–ухмыльнулся завуч и взглянул на девушку. Соня смотрела ему в глаза. Её преследовало странное ощущение. Будто он читает её насквозь. Его эта улыбка, эти глаза, он явно лукавит, при чём даже очень хорошо. И вдруг стало страшно. Почему-то очень сильно. А вдруг Бог наказал её за ложь прямо сейчас? Или, например, когда этот мудак повалил её на учительский диван? Нет, подождите, этот говнюк просто играет её чувствами! Он думает, что Соня его боится.. И будет прав, чертс два.. –Здравствуйте, извините, я украду её на секунду?–неожиданно послышался сзади до боли знакомый голос. Соня обернулась и увидела Юлю. Как же стало тепло на душе. –Привет.–мягко, улыбнувшись, произнесла Соня. –Привет.–тепло ответила Юля. –Здравствуй, Юль, конечно можешь.–улыбнулась бабуля.–Так о чём мы?–повернулась она к краснющему завучу. Один Станислав Викторович был злой. Брови его опустились ближе к переносице, губы сжались, как и ладони. Юля сделал вид, что не видит злость на лице Станислава Викторовича, да и в принципе самого завуча. –Бабуль, не жди меня, до вечера.–поцеловала в щёчку бабушку внучка. Соня мимолётно глянула на завуча, взяла подругу за руку и направилась в сторону магазинчика. –Как вы думаете, куда они направляются?–поинтересовался завуч, поглядывая на девушек. –Мне то какая разница, гуляет с подружкой и пускай. Пойдёмте, проводите меня до дома.–бабуля схватила Станислава Викторовича под ручку и повернула растерянного преподавателя в сторону своего дома.