Со вкусом корицы

Макгонагалл сидела у себя в кабинете и пила кофе. Она проснулась рано и до пар ещё было примерно два часа. Минерва предчувствовала что-то нехорошее, как вдруг в кабинет ворвалась Помфри. — Поппи, в чем дело? — испуганно спросила Макгонагалл. Поппи выглядела очень злой. Она достала пробирку и показала Минерве. — Ты рылась в моих карманах? — удивленно спросила Минерва. — Так ты не будешь отрицать, что это твоё? Это и не имеет смысла. — строго произнесла Помфри. — Поппи…я смогу объяснить. — начала Макгонагалл. — И кому ты это показывала? Только не лги, я всё по глазам вижу. — начала истерику Поппи. — Эти воспоминания очень ценны для меня…я доверила их Мисс Грейнджер…так как она тоже страдает от неразделенной любви. — сказала как есть Минерва. — Я знаю, я не должна выставлять нашу с тобой личную жизнь напоказ, но всё же мне пришлось это сделать. — Ты могла хотя бы посоветоваться со мной. — ответила Поппи и направилась к выходу. — Ну вот опять, Поппи… — произнесла Макгонагалл. Минерва поспешила её догнать. Она схватила девушку за талию и подтянула к себе. Макгонагалл приобняла её сзади, женщину очень возбуждал этот её костюм медсестры Больничного Крыла: красный халат и белый фартук, с белой шапочкой медсестры. Волосы почти такие же красивые, как и тогда, когда девушки были совсем юными. Только стрижка чуть более короткая, волосы Поппи подкрасила, чтобы спрятать седые волосы, которые начали появляться в некоторых участках. У Макгонагалл совсем тёмные волосы, как обычно уложены в пучок. Минерва прислонилась носиком к голове Поппи, понюхала её волосы. — Минерва…нас могут увидеть студенты…что они подумают? — возмутилась Помфри. — Не будь такой недотрогой. Они все на занятиях. — ответила Макгонагалл. — Ммм…как славно ты пахнешь. Новый шампунь? — Да, я решила сменить шампунь. — улыбаясь, ответила Поппи. Минерва поцеловала шейку этой красивой женщины. Они обе все ещё не могли называться ни старыми, ни пожилыми. Однако, в их возрасте многие уже имеют взрослых детей. — Ты моя сладкая булочка с корицей. — произнесла Минерва. — Ох, Минерва…постоянно твои комплименты так на меня влияют. — ответила смущённо Помфри. Они зашли в кабинет, закрыли его за собой и продолжили целоваться в нем. Макгонагалл забралась Поппи прямо под халат. — Минерва…что ты…что ты делаешь? — совсем засмущалась Помфри. — Может хотя бы дождёмся вечера…я бы хоть помылась… — Нет времени, я хочу тебя здесь и сейчас… — ответила Макгонагалл и сняла белые трусики с Помфри. Минерва впилась губами в сочный плод, будто бы ела сладкий переспелый персик. — Аааахх…ммммм… — сладко замурчала Поппи. Помфри опёрлась руками об тумбочку, рукой она закрывала рот, так как боялась, что её стоны кто-то услышит. Макгонагалл было очень тепло и приятно под платьем у Помфри, она хотела бы там провести хоть весь день, но пора уже собираться на занятия. Минерва вылезла из-под платья и вытерла рукой свой ротик. — Фух… Минерва, иногда ты такая властная… — произнесла, пытаясь отдышаться Поппи. Она надела на себя трусики и поправила платье и белый фартук. — Иногда? — с улыбкой спросила Макгонагалл. — Фух…теперь я пойду работать, если ты позволишь. — ответила Помфри. — Совершенно не профессионально было оставлять студентов без присмотра. Минерва лишь улыбалась, ей нравилось, как Поппи постоянно оправдывалась после их с ней секса. — Может сходим в Хогсдмид, как в старые добрые времена? — предлагаю Макгонагалл. — После занятий. — Я…я попрошу, чтобы меня подменили. — удивленно ответила Помфри. Давно Минерва никуда не приглашала её, покинуть замок даже для неё было за радость. Макгонагалл держала при себе пузырёк с воспоминанием. Оно действительно было дорогим для неё, но она будто одновременно ненавидела вспоминать об этом. На самом деле там было целых два разных воспоминания, и одно из них касалось Квиддича. Гермиона поняла, что находится на стадионе, по левую сторону от неё стояла Поппи. Девушка болела за Минерву. Макгонагалл красовалась перед ней на метле. Она считалась лучшим одним из лучших ловцов. — Вот выпендрёжница. — произнесла вслух Поппи. Рядом стояла Мэй со своим парнем. Игра была в самом разгаре. Грейнджер поняла, что это воспоминание очень важное для Макгонагалл и Помфри. Вернее и так понятно, что все воспоминания важны, но это является ключевым. Также Гермиона поняла, что это происходило до конца учебного года и Поппи ещё не приняла решение остаться работать в школе. Стоял март месяц, на улице было пасмурно. Для Квиддича и более плохая погода не являлась помехой. Макгонагалл следила за игрой, одновременно ожидая пока появится Снитч. Тогда она ещё не была такой близорукой и видела золотые искорки вдалеке. Минерва резко направилась к источнику свечения и обнаружила Снитч. Мерзавец не хотел добровольно сдаваться. Ловец из команды Слизерин мухлевал, он взял биту у загонщика и полетел за Минервой. Девушка ловко уклонялась от ударов, направленных на неё. Однако, это совсем не успокаивало Поппи и Мэй.  — Минерва! — закричала Помфри. Но и этот очередной удар пришёлся не по Макгонагалл, а по её метле, но Минерва задела выбирающую балку и тотчас рухнула с метлы. Расстояние до земли было довольно большое. — Минерва, Нет! — закричала Поппи и бросилась на помощь к ней. Она опередила преподавателей, которые спускались вниз, как только судья приостановил игру. Минерва лежала без сознания, её лицо расцарапано. Поппи уже наверняка знала, какие травмы могла получить Макгонагалл, упав с такой высоты. Тут же принесли носилки, Минерву положили на них и отправили в Больничное Крыло. Поппи сопровождал её. Девушка очень переживала за свою любимую. За проведённое с ней время она очень привязалась к ней и полюбила Минерву. Пока местные врачи только собирались осматривать Макгонагалл, Поппи уже начала осмотр, будучи в палате, она не могла ждать долго. Именно благодаря Помфри Макгонагалл ещё может дышать. Дело в том, что Минерва сильно пострадала, упав с такой высоты, так ещё и задев балку малоберцовой костью. Также Макгонагалл сломала ребро, которое задевало теперь правое лёгкое. Минерве нужна была операция. И Поппи сильно ускорила процесс, быстро узнав диагноз. Макгонагалл направили в Госпиталь, где и провели операцию. Помфри всё это время не покидала Минерву. Девушка плакала, ей было очень жаль, что так произошло. Чудо, что Макгонагалл выжила, теперь она вряд-ли сможет поиграть в Квиддич. — Ты обязательно поправишься. — сказала Поппи, она держала Макгонагалл за руку. Минерва все ещё лежала без сознания. Очнулась она только ближе к вечеру. — Минерва…- произнесла Помфри. — Поппи… — ответила Макгонагалл. Девушка принялась расцеловывать Минерву. — Наконец-то ты пришла в сознание… — сказала Помфри. — Что случилось? Почему я здесь? — не понимала Макгонагалл. — Во время матча ты упала с метлы, с большой высоты. Я очень испугалась… — отвечала Поппи. — Ты с трудом выжила. — Я выжила благодаря тебе? — спросила Макгонагалл. — Поппи…ты спасла меня… — Мы теперь в расчёте…только раны не шуточные. В общем… ты вряд-ли сможешь ещё поиграть в Квиддич…сожалею… — ответила Помфри. Минерва кивнула, на её лице читалась грусть, но она все же держалась. — Я рада вообще, что могу видеть тебя. — наконец улыбнулась Макгонагалл. Она погладила Поппи по щеке и потрогала её маленькую косичку, что та заплела сбоку. — А я рада, что могу видеть тебя. — ответила Помфри. Она также погладила Минерву по щеке, затем девушки поцеловали друг друга. — Я буду постоянно тебя навещать… — сказала Помфри. Она не соврала, навещала Макгонагалл каждый день. Вскоре Минерва выздоровела, но за Квиддичем приходилось наблюдать лишь с трибун. Чтобы как-то развеселить Минерву, Поппи купила билеты на игру Болгар против Шотландцев. — Поппи, эти билеты наверняка стоят очень дорого. — шокированно произнесла Макгонагалл. — Ради тебя мне ничего не жалко. — ответила Помфри. Она копила эти деньги очень давно и не для этого, но сейчас Минерва стала важной частью её жизни. Далее, воспоминание обрывается. Гермиона перенеслась в кабинет Дамблдора. Он в это время принимал у себя Минерву и Помфри. Грейнджер поняла, что это воспоминание связано с годами, когда Помфри и Макгонагалл уже работали в Хогвартсе. — На вас я возлагаю большие надежды. Вы должны помогать Люпину, особенно в момент полнолуния. — говорил Дамблдор. Гермионе не трудно было догадаться, что речь идёт о Римусе Люпине. Зазнайка слышала, что Помфри тогда сильно помогла Римусу с его недугом. В те времена Люпин был довольно красивым молодым парнем, очень горячим. И то, что Поппи проводила с ним так много времени, очень раздражало Минерву. — Минерва, ты какая-то молчаливая сегодня. — заметила Помфри. Они обе сидели в палате у кровати Римуса. — Неважно..... — хмуро ответила Макгонагалл. У Люпина был обнажённый торс, Поппи нередко поолаживала по нему рукой, пока парень спал, но Минерва увидела это. — Я видела…как ты смотришь на него…как прикасаешься… — ответила наконец Макгонагалл. — Опять. Ты опять меня ревнуешь. И к кому? К студенту? — завелась Помфри. — Зачем тогда ты трогала его? — продолжала Минерва. — Ты можешь тоже потрогать…он такой…такой тёплый. — произнесла Поппи и погладила снова торс Люпина. — Ты нарочно? — злилась Макгонагалл. — Видишь? У меня вовсе нет никакого интереса трогать этого студента. — уверяла её Поппи. — Хорошо…но больше, чтобы я не видела — ответила строго Минерва. — А ты перестань меня ко всем ревновать. — добавила Помфри. Макгонагалл действительно зашла далеко в своей ревности, она часто следила за Поппи. Однако, и у Минервы были все основания так себя вести. Помфри девушка ветренная, Макгонагалл знала это по её прошлому до того, как они вообще познакомились. Помфри утром встретилась с Римусом. Они о чем-то болтали, Поппи улыбалась ему и заигрывала. Тогда и подошла Минерва. — Мадам Помфри. — строго произнесла Макгонагалл. — Д…Да, Профессор. — ответила Помфри. В школе они старались обращаться друг к другу только так, чтобы не вызывать подозрений у студентов и преподавателей. — Вы разве не должны вернуться в Больничное Крыло? А вы, мистер Люпин, вам пора на занятия. Травология вот-вот начнётся. — строго сказала Макгонагалл. Именно такой и знают её все студенты, ну почти все, всё же Минерва не всегда ходит по школе угрюмой. — Да, Профессор. — ответил Люпин. — Пока…д…до встречи, Мадам Помфри. Римус поспешил уйти, а Макгонагалл строго смотрела на Поппи. — Минерва, что случилось? — не понимала Поппи. — Что случилось?! Ты заигрывала с ним, разве нет? — начала опять ревновать Минерва. — Это вовсе не так! — ответила Помфри. — Все эти жесты, твоя улыбка, ты явно симпатизируешь ему. — продолжала Макгонагалл. — Нет, всё не так. Дамблдор доверил мне это задание, я просто помогаю парню. — отвечала Поппи. — Я не виновата в том, что он такой весёлый. — Он тебя анекдотами развлекает… — добавила Минерва. — Вам пора за работу, Помфри. Поппи обиженно направилась в Больничное Крыло. Чем больше Минерва ревновала, тем сильнее отдалялась от неё Поппи. Девушки в течение недели не общались даже толком. — Да что между вами такое? — не понимала Мэй. — Почему нельзя просто все решить? — Мне надоело постоянно отгонять от неё парней. Она ещё слишком молода, красива, все так и смотрят на неё. — ответила Минерва. — А ты не думала, что дело в тебе? Ты иногда перегибаешь. — заявила Мэй. — Мне кажется, у неё роман с Римусом. — продолжала Макгонагалл. — Это глупо, такого просто не может быть. — ответила Мэй. — Иди и поговори с ней. Но Макгонагалл упрямилась не меньше Поппи. Обе девушки демонстративно игнорировали друг друга. Тогда Мэй пошла уже к Помфри. — Поппи, привет. — начала рыженькая девушка. — Да, Мэй, привет. — ответила Помфри. — Ты не сильно занята? — спросила Мэй. — У меня перерыв. — ответила Поппи. — Честно, я сильно устаю. Столько работы здесь. Помфри пока ещё была лишь рядовой сестрой, находящейся под руководством старшей сестры. Но скоро ей дадут новую должность. — Ради Минервы я осталась здесь. А она…ну ты видела, что делает она. — продолжала Помфри. — Думаю, тебе стоит поговорить с ней. — сказала Мэй. — Меня раздражает её чрезмерная ревность ко всему окружающему. Когда она поймёт, что мне не нужен кто-то другой? — с досадой произнесла Поппи. — Так ты тоже будешь упрямиться и не пойдешь? — спрашивала девушка. — Мэй, ты так много для нас сделала. Если бы не ты, мы и не сошлись бы вовсе. Теперь мВ сами разберёмся в наших отношениях. — ответила Помфри. Ночью Поппи повела Люпина к Гремучей Иве, по указанию Дамблдора, так как другие методы уже не действовали. — Альбус должен уже ждать здесь… — испуганно произнесла Помфри. — Поппи…скорее…я так долго не выдержу. — произнес Римус. Его глаза уже наливались кровью, он не мог выдерживать света полной луны. Превращение уже началось. Римус стал намного выше ростом, за счёт увеличения костей голени, его стопы также увеличились, приняв звериный вид. Такие большие стопы нужны для того, чтобы как-то сбалансировать его тело. Одежда на Люпине порвалась, так что, можно сказать, что Помфри видела его обнаженным, но такое зрелище ей вряд-ли понравилось, тело парня уже изрядно деформировалось. Поппи была в шоке и не могла сдвинуться с места, ей грозила огромная опасность. — Поппи! — крикнула Минерва и с помощью заклинания схватила оборотня сучьями Гремучей Ивы. — Минерва… — произнесла Помфри и бросилась обнимать свою любимую девушку. Макгонагалл поцеловала её. — Больше никогда не ходи на такие опасные задания без меня. — строго произнесла Минерва. — Минерва, а я хочу, чтобы ты знала. Я люблю только тебя, и мне нужен кто-то другой. Перестань меня ко всем ревновать. — ответила Поппи. Макгонагалл кивнула, но обе знали, что Минерва всё равно продолжит ревновать. Гермиона наконец вернулась в реальность. — Гермиона… — окликнула её Поппи. — Мадам Помфри? — откликнулась девушка. — Я всё знаю. Минерва доверила тебе эти воспоминания. — сказала Помфри. — Но без моих воспоминаний, эта история будет выглядеть однобоко. — Вы… Вы тоже хотите показать мне свои воспоминания? — спросила Гермиона. — Если честно, я не совсем доверяю людям, в принципе. Однако, раз Минерва тебе доверяет, то и я буду тебе доверять. — ответила. — Но лучше завтра, ты сегодня увидела и так слишком многое.