Портрет журавля у озера

Когда Альбедо увидел ее в первый раз, его прошила дрожь. Не дрожь возбуждения, не дрожь страха. Просто словно прошла по коже электрическая волна, от которой встали дыбом волоски на руках. Он понял, что что-то происходит, и он даже догадывался что. Альбедо встретил девушку. Девушка стояла, одетая в кимоно из Ли Юэ, вежливо улыбалась и молчала. Альбедо молчал тоже, потому что сказать что-то, открыть рот, завести разговор первым — немыслимо. Но он понимал, что если сейчас не заговорит, то следующий раз представится нескоро. Пришлось совершить подвиг по свержению самого себя. Прежний Альбедо был казнен, на его место пришел кто-то гораздо сильнее и увереннее в себе. Все это произошло в долю секунды. В одну улыбку Юнь Цзинь. Альбедо подошел. Он не слышал ни одно ее выступление, он видел ее в первый раз в жизни. Он не знал, о чем говорить. Он должен был сказать хоть что-то. — Я Альбедо, — выдавил он из себя. — Я Юнь Цзинь, — благосклонно кивнула девушка. А дальше всё: конец, финал, затык поистине космической, всеобъемлющей глубины. Альбедо добил внутри себя прежнего, смелого Альбедо и поставил в авангард следующую личность. — Ты очень красивая, — эта личность умела делать комплименты девушкам. Очень топорно, но умела. Альбедо решил приберечь этого себя. — О, спасибо, ты тоже, — Юнь Цзинь рассмеялась, и Альбедо остолбенел. Это был самый красивый смех в его жизни. Он был, как звон серебряного колокольчика в утреннем рассвете, когда перед тобой залитое солнцем озеро, где плавают белые журавли. Звон колокольчика пугает их, и они вспархивают и летят под солнцем далеко вперед. Картина представилась столь явно, что Альбедо застыл. В первую очередь, он был художником. Даже не алхимиком — художником, потому что то, что ты делаешь для себя, всегда важнее чем то, за что тебе платят деньги. Даже если твоя работа тебе нравится. Юнь Цзинь вдохновляла его. Рядом с ней все его чувства работали на полную, и Альбедо всеми силами пытался удержать эту творческую эйфорию, убедить Музу побыть с ним еще хоть пару минут. Но для этого нужно было уметь говорить с девушкой. Будь на его месте Кэйа Альберих, проблем бы не возникло. С ноткой ревности Альбедо подумал, сколько смеха могла бы подарить Юнь Цзинь ему. Обаятельный, галантный, с отличным чувством юмора — черты, которыми Альбедо не обладал. Он не умел вести себя, как Кэйа, он не знал, как заинтересовать девушку. Но нужно было пытаться. Ведь и у него есть сильные стороны? — Я художник, — сказал Альбедо. — Если бы ты захотела, я мог бы написать твой портрет. Если бы Альбедо знал об искусстве флирта хоть немного больше, он бы ужаснулся от того, какую жирную черту он сейчас с разбега перепрыгнул. Но он ничего не знал. — Мой портрет? — Юнь Цзинь слегка округлила глаза — свои подведенные тонкой дымкой пепельного тумана глаза, о боже! — и с робкой радостью сообщила. — Да, я хочу, чтобы ты написал мой портрет… Альбедо. Она назвала его по имени. И в душе Альбедо все расцвело, заблагоухало, раскрылось сотнями цветных лепестков. Он поправил мундир и признался: «Я буду счастлив запечатлеть твою красоту на бумаге. Твое изящество и грацию. Твое совершенство». Он сказал это только потому, что он художник. Он говорил о картине с Юнь Цзинь, а не о самой Юнь Цзинь. О картинах говорить было проще, чем о людях. Юнь Цзинь широко улыбнулась, ее подведенные розовым соком помады губы обнажили ровный ряд жемчужно-белых зубов. — Спасибо, Альбедо, — поблагодарила она. — Я буду ждать, пока ты напишешь мой портрет. — Я задержусь в Ли Юэ еще на неделю, — перешел к делу Альбедо. — Портрет я смогу написать за две-три сессии. Хороший потрет. Потом я оставлю его тебе в подарок. — Тогда… давай завтра? — предложила Юнь Цзинь; глаза ее горели. — Тебе подойдет, если я буду позировать на улице? Или лучше дома? — У озера, — определился Альбедо. — Будет замечательно, если ты наденешь что-нибудь белое. — О, — Юнь Цзинь изящно кивнула. — У меня есть длинное белое платье, подарок подруги из Фонтейна. Я могу надеть его. — Спасибо, — поблагодарил Альбедо. Юнь Цзинь отодвинулась от перил и протянула Альбедо руку. — Тогда… до завтра. Давай встретимся здесь же, это мое место работы, и я здесь почти каждый день. Я закончу в четыре. — Я зайду за тобой. Неизвестно, какая из личностей взяла на себя обязанность объяснить Альбедо, что делать, но он нежно взял руку Юнь Цзинь в свою и прикоснулся к тыльной стороне ладони губами. Как бы там ни было, он сделал все сам. Альбедо встретил девушку. Девушка весело хохотнула, когда он поцеловал ее руку и заинтересованно попрощалась: «До завтра, Альбедо».