В поиске себя...

Мы выростаем и попадаем во взрослый мир и во взрослые проблемы. Теряемся в выборе профессии и начинаем заниматься чем-то не тем. Это маленькими детьми мы можем мечтать работать космонавтами, моделями и прочими. Так как в этом возрасте мы не критикуем себя, не анализируем сможем мы или нет. Самокритика убивает уверенность в себе и загоняет нас на самое дно. Ну и окружение прикладывает руку к нашему жизненному восприятию. Родители, которые делают выбор за нас. Школа, в которой тебя просто ломают. Неразделенная любовь, дружба… И мы становимся взрослыми без полного понятия как жить дальше. И надо начинать зарабатывать себе на хлеб. А в душе ты ещё ребенок. Так было и у меня. Меня зовут Даша и я живу в поселке городского типа и каждый мой день происходить какая-то неведомая мне ересь. Когда я была маленькой я думала, что быть взрослым классно. Тип делаешь, что хочешь и никто тебе не указ. Я мечтала работать в полиции и делать мир добрее. Поселковый супер герой, смеюсь. Но родители настояли на учёбе на бухгалтера, ради образования, но я в математике полный ноль. У меня закончилась школа и я начала искать работу. Работала я много где и кем, но не на постоянке. Но эта история не о том. Я хочу рассказать вам о самой моей любимой работе и вдохновить кото-то на что-то взбалмошное и необдуманое. Мне стукнуло восемнадцать лет и я услышала, что в наш ЧОП требуются охранники. Ну и риснула пойти и меня взяли. В то время стояли морозы и падал снег, как на Антарктиде. Я вышла охранять объект в дальних ебенях от нашего посёлка. Там пилишь к чёрту на кулички и с каждым шагом охереваешь. По факту мне показали куда идти и я пошла на хер. Мелкая, худая, с чёрными патлами и в розовой куртке я шагала мимо заброшенной силикатной фабрики. Серое, разломаное здание покрытое серо-зелённым навесом. Темень неимоверная, страшно до мурашек. Но мне на смену и надо идти прямо и прямо. Увидела в дали деревянный тубзик на горе и железный вагон. Ну не о таком я мечтала, будем реалистами. Я хотела тачки, яхты, замок и принца. А тут терем на снегу и куча рабочих в нём. Я вошла и представилась: Дарья, охранник четвертого разряда, новенькая. Я мялась и стеснялась. Передо мной стоял опухшим мужик, лет за тридцать пять с водочным перегаром и в тельняшке. К слову, я не поняла его национальность, так как его ебучка была красная и опухшая. Но вроде бы якут. — Да мне похер ваще, — ответил невнятно он. — Я Инакентий, параша на горе, водка в тумбе моя, не трогай. Я потупила взгляд. Осмотрев по сторонам помещение. Лавки по обе стороны вагона, над лавками шмотри (робы рабочих, которые неимоверно воняли) и окно (двойное и между стеклами до середины накиданы сигаретные окурки). — Хорошо, — ответила я и если честно перехотела здесь работать. Будни были в принципе одинаковые и шли очень быстро. Я охраняла катушки с провлакой, кабеля, сварочные аппараты, инструменты и в целом территорию. Носила жетоны (карточки с указаным временем). В будние там раздевались толпой рабочие. Это было то ещё зрелище, а я была на тот момент так юна. Меня в основном менял Инакентий. Даже спустя десять лет, я помню запах его перегара. Как-то ночью я работала в ночную смену и услышала, что ко мне в вагон кто-то ломится. Я там была одна. Не забываем, обьект в ебенях, почти в лесу, вокруг не души. Если не считать страшную силикатную фабрику (раньше я думала, что там обитают духи). — Бах! — Бах! — Бабах! Я думала эта дверь сломается от этих ударов. Рабочая рация нихера не ловила и мне было очень страшно. — Кто вы? — замешкалась я, взяла в руки лом и подошла к двери. — Что вам надо на охраняемом обьекте? Тишина… — Кеха, открывай! — завопил грубый мужской голос. — Я принес выпить и закусить. Я не сомневалась в его сильном алкогольном опьянении и том, что он пришел в гости к моему сменщику. — Его здесь нет, — ответила я испуганным голосом. — Я Даша. — Да мне похую кто ты, где Кеша?! — с некой печалью в голосе спросил мужчина. Он явно в эту студнную пору хотел накатить. — Дома наверно, — через дверь отвечаю я. — Да блять, — громко ругнулся он, — А его пизда сказала, что он на работе. Наебала меня. Охал и вздыхал мужчина. Он уже не торабанил. И я открыла дверь держв лом в руке. — Здрасвуйте, — поздоровалась я и нелепо улыбнулась, глядя на опухшего, грустного мужика. — Кеши точно нет? — Нет. Он вздохнул, развернулся и ушёл в белоснежный туман якутской зимы. На утро меня меняла девушка, по графику и я её ещё не видела. Но хоть кто-то новенький, подумала я. В серое, холодное утро в вагон запархнула бабуля лет пятидясти пяти. На голове кандибобер, но зовут к счастью не Ибрагим. — Мария Петровна, — представилась женщина и села напротив. Она была явно на отходнечках. Но не без лоска актрисы и манер королевы. Из разряда: у меня свой замок, а в охране я чисто подрабатываю. — Вы давно работаете здесь? — заполняя бумаги, спрашиваю я. Женщина тупит глаза. Они у неё потеряные, но очень красивые, голубые, как небо. — Ну вооще да, правда в прошлые пять раз меня уволили за пьянку. Но я не пила. Просто соседа встретила, Витьку с пятого этажа и он надышал своим самогоном. Я сама то ни ни. Не так воспитана я, Дашенька. А наши же не разбираются и увольняют. Хотя у меня дальние родствнники дворянины. Кровь во мне царская, — поправляя кондебобер ответила она. Сказать, что я чуть прифигела ничего не сказать. — Ясно, — ответила лишь я и ушла на автобус, который вёз меня домой. Дома вкусно пахло и было тепло. Я сделав все процедуры, уснула. Проснулась лишь от десятого звонка бригадира. — Здраствуйте, что-то случилось? — взяв трубку спросила я. — Нужно смену сейчас доработать, Марии Петровне стало нехорошо. — Ок. Я одеваюсь, вызываю таксу и приезжаю на объект. К слову, я не люблю отказывать людям, да и бригадир Наталья (Не помню отчества и фамилии) была приятной женщиной. Приехав на работу я вижу картину: «Марию Петровну выносят на руках из вагончика и она просто в стельку. Когда она успела так отдохнуть я не знала. И кричит: я не пьяная, это просто так валидол меня разморил, отдайте мне мою зарядку и кондибобер, твари!!! Я буду жаловаться президенту!!! Так её и увезли на рабочем уазике таблетке восвояси. Зарядка так и валялась на столе с недопитой бутылкой водки.» Я спросила у бригадира: — Увольнение за пьянку? Женщина лет тридцати двух, низенькая брюнетка, приятной внешности ответила: — Нет, спишим это всё на волидол, возраст всё-таки. А сняли её за отсутствие жетонов в накопителе. — Ясно, — ответила я и так и работала на этом обьекте, пока всё пошло не по сценарию. Кстати, Инакентий негативно отнесся к моему обвинению в том, что я буду жаловаться выше на то, что он водит друзей пить на обьект. Он сказал, что этот дядька вообще мой друг. И тогда-то я офигела. Марию Петровну я так и не видела больше. Может поменяли ей обьект, либо всё же уволили. Но она не плохая женщина, ещё и царских кровей. В дневные смены у меня в вагончике расхаживали полуголые рабочие. А ночью, я смотрела фильмы, на тайно пронесённом ноутбуке (размером с планету Земля, смеюсь) и гоняла нариков с территории. Сперва было очень сыкатно, но а потом им стало сыкатно. Не каждый раз видишь громко кричащую даму с ломом в одной руке и лопатой в другой. А я чувствовала себя завоевателем территории. Мне нравилось в охране. Деньги капали на счёт и ничего сильно замороченного не было. Смотреть чтобы никто ничего не стырил. Бывали дни, когда взрослые дядьки-рабочие, меня угощали вкусной едой. Один вообще оказался папой моего однаклассника. Веселый дядька, лет сорока с небольшой седеной и усами. Он с настальгией рассказывал про детства своего сына Славы. К слову, сам Слава меня не особо любил по школе. Я тогда была что-то типо эмо. Ну и сами понимаете, такое себе. Папа Славы меня угощал салом и вкусной колбасой. Впервые помог и разрешил забраться в белаз и рассказывал анегдоты. Так и шли мои рабочие будни. Как-то раз мужики в балке очень громко шушукались про какую-то Алёну. Типо кто бы с ней то сё. Мужские, гнилые разговоры. Я сидела, заполняла бумаги и виду не подавала, что всё слышу. Вагон небольшой и прислушиваться не приходилось. — Даш, а тебя кто сегодня меняет? — спросил самый молодой из рабочих. Я открыла график и прочла: — Каралькова. — А, — с улыбкой чеширского кота протянул рабочий. — Это девушка или женщина? — спросила я, так как не видела её ещё и мне если честно, не хватало общения с молодежью. Я сама очень общительный человек. Но мне встречались пока в охране только возрастные коллеги. О многих я не говорю, так как это не имеет сути дела. — Это тигрица, — усмехнувшись ответил рабочий. — Наверное чуть старше тебя. На тот момент мне было восемнадцать, а выглядила на пятнадцать. — А как зовут? — Алёна Валерьевна. — А она нормальная? — я спросила не просто так, мне было реально интересно. Тем более это походу про неё шла речь, которую я не могла упустить из виду. — В каком плане? — Ну… — Со своими тараканами, но это золотой сотрудник ЧОПА. Рабочие загоготали между собой и я нихрена не поняла. Смена заканчивалась, а Алёны ещё не было. Я понимала, что проебала уже все автобусы и не взяла дома денег на таксу. Я нервничаю, психую. Её всё нет. Тут я уже отчаялась и думала, что придётся работать тут сутки, но услышала звонкие стуки о пол каблуков и подняла голову. Сперва в вагончик вошла грудь. Она была просто как два арбуза, а затем девушка. Длинные каштановые волосы были заколоты на макушке. Пухленькое личико и большие карие глаза. Одета она была очень странно. Точнее сказать не по случаю и месту. Мини юбка, оголяющая все достоинства и недостатки и кофта из бархата с огромным дикальте. Ну и конечно высокие сапоги с огромными каблуками. — Алёна Валерьевна, — представилась она. Её манера говорить была высокомерная и сучья. — Просто Даша, — ответила я. Если честно она меня чуть напугала и вывела из строя. Давно я не видела таких людей. И я почувствовала себя на фоне её очень маленькой девочкой. Она была женщина с огромной сексуальной энергией. — Приятно познакомится. — Взаимно, — ответила она и закурила. Она держала сигарету так, как будто курить у неё было в крови. Как сейчас помню, что у неё всегда были красивые зажигалки. Особенно она любила с эмитацией под кожу питона. — На долго к нам в ЧОП? — спросила она, откидывая волосы, тем самым оголяя огромную грудь. — Не знаю. Я пока учусь на бухгалтера, — честно ответила я. — А я здесь уже много лет. Золотой запас охраны. Надо же всяких алкашей подменять. Показывать кто тут главный. Я ж лучшая здесь. Я хлопала ресницами и слушала её долгий монолог. Из типа Зона, зона, три сезона. Она докурила и забросила бычок между ставен. И на тот момент я поняла, что на этом обьекте она работает очень давно. К слову, по количеству бычков между стёклами. Я их пыталась убрать как-то в ночную смену, но никак. — А как ты оказалась в охране? — спросила я. — Приехала с мужем с Чувашии, — ответила она и снова подожгла сигарету и закурила. — Он старше меня на десять лет, но я его люблю пиздец. Я не имею ничего против разницы в возрасте. И если ей так комфортно, то ок. Но я б не жила с дедом ни тогда, ни сейчас. — А ты счастлива? — докопалась я совсем до незнакомого человека. По сути так оно и было. — Мне нравится работать в охране. У нас в Чувашии такие деньги не заработаешь. — Понятно, — ответила я. Мы ещё немного поболтали и я поняла, что мне пора сваливать домой. Пост сдал — пост принял.