В поиске себя...

Я надела кольцо в нос, сделала жесткий, яркий мейк, шуба и всё такое. Я уже не была низким, худым подростком. Я стала девушка с формами и грудью четвёртого размера. Пошла в Чоп и в таком виде устроилась заново, спустя десять лет. Меня не узнали люди, которые работали там все эти годы. Я изменилась, сменила фамилию и была уже не тем человеком. Сев в серый уаз таблетку с эмблемой охраны, мы направились на объект с любимой моей цифрой тринадцать. Опять стоял март и это время снега и ветра. Всё-таки Север. Мы долго ехали и приехали к маленькому синему вагончику с низкими, замерзшими окнами. Рядом стоял длинный шлагбаум, делящий дорогу на две части, деревянный сартир и лес. По обе стороны дороги был кустистый лес. Мы за время работы там, видели множества лесного зверья, честно слово. Даже оленя с большими рогами. На меня это место навело дикий страх. Машин просто огромное количество. Всевозможные краны, экскаваторы, патриоты, уазы, камазы, газы, вольво. Огромное количество материальных пропусков, организаций, цыфр и наименований. А я не работала вообще больше восьми лет. Я зашла в вагончик. Он был неуютный и грязный. Хз. Я такое не люблю. Чистоплюй ей Богу. Но это работа… Со мной была бригадир Кристина. Красивая, худая, черноволосая девушка. Ну и женщина из начальства. В вагончике спиной к нам сидел высокий человек, в чёрной форме. Он медленно повернулся. Похожий на какого-то сыщика. К слову, я кайфанула от увиденного. Такая охрана мне уже больше нравилась, чем пьющие бабули. Человек повернулся к нам и это оказалась девушка. Очень худенькая и высокая. Зимний тулуп был в три раза больше её. Голос у неё был звонкий и бодрящий. Выйдя из вагона, она закурила. Дым серой пеленой клубился вокруг неё, делая образ более загадочным. — Наталья Игоревна, — представилась она, медленно втягивая никотин. — Даша, — представилась я, разглядывая будущую коллегу по посту. — А по отчеству? — хлопая глазками спросила она. — Викторовна. — Дарья Викторовна, приятно познакомится. Это тринадцатый пост и здесь пизда. Здесь мало кто выживает и задерживается. Я здесь уже три года и я заебалась. Сказала она быстро, понятно и устрашающе. У неё были красивые черты лица. Аккуратный носик, тёмные глаза, пухленькие губы и излишняя худоба. Так и не скажешь, что эта хрупкая девушка, так сильна душой. — Сильно сложный пост? — хлопала ресницами я. — Мы работаем хуй пойми как здесь. Если бы не мои финансовые сложности, я б уехала в Новосибирск. Там классно, там цивилизация. А я тут торчу. Машин куча. Всем на нас похуй. — А вас здесь много работает? — Я, Дмитриева, — она указала на еле спускающегося колобка с эстакады, — и Муратик. — Парень? В охране есть парни и молодежь? — охерела я. Я помню ту охрану, которая оставила двоякое впечатление. — Муратик, он свой парень. А так есть молодежь, но она не хочет на тринадцатый. Здесь вьебывать надо, а это мало кто хочет. Наташа жестикулировала и курила. Она была знатаком в охранном деле, а я простак взятый с улицы. — Один записывает машины, другой — запускает, досматривая на наличие пропуска на въезд именно на этот объект, на вывоз и ввоз всякого по материальным пропускам. Короче, открывает шлагбаум. Ясно? Я помахала гривой, но один хрен ничего не поняла. Для мне это всё было тёмный лес. — Даш, теперь это твой объект. Понятно? — спросила Кристина. — Да, — не хотя согласилась я. Это был ад чистой воды. Меня учила Наташа как правильно досматривать транспорт. Для неё это было плёвое дело. Я была в полном ахере. Как-то подошла к камазу, там за рулём был армяшка и я такая ему выпалила: — А покажите мне свою кухню… Он охуел. Просто есть Урал-Столовая. Там сзади водитель открывает дверь и шахтеры там кушают. Короче я жестко тупила. У меня плохое зрение и я не видела номера машин совсем. Я по двенадцать часов тупо бегала и прокленала эту работу. Все мои смены были с Наташей и оказалось, она очень интересный и начитаный человек. Она разбирается в психологии, философии, нло и в астральных телах. А самое главное, она шарит в охране. Если объяснить, как я реально считаю — я попала в нужное место, к нужному человеку. Она мне объяснила всё с нуля. Кого можно послать нахуй, а кого не стоит. Я работала, много работала и за копейки. Я замерзала до костей, уставала и хотела всё послать к чертям. Я работала только в день, так как ночью я нихера не видела. Вечером я приходила и ложилась в горячую ванну и по возможности выпивала банку пива. Я не особо люблю алкоголь, но это был пиздец. Но мне нравился коллектив. Наталья Игоревна меня вдохновляла. Я хотела быть как она — крутым охранником. До сих пор она является моей музой в рабочих делах.