Страшный секрет Гарри Поттера

Несколько дней Гарри наслаждался относительным покоем. Под чутким руководством Гермионы они с Роном делали домашние задания, тренировались, гоняя на мётлах до упаду, участвовали в розыгрышах близнецов и совершенно забыли о крылатой пакостнице. Впрочем, она их тоже не трогала. Пока... Погода в этот день выдалась солнечной, и трое друзей решили после уроков прогуляться по берегу озёра, поздороваться с гигантским кальмаром, который грел бока под осенним солнышком. Большая часть студентов разделяла их мнение, и двор Хогвартса напоминал взбудораженный муравейник. Всё было тихо, мирно и лениво, до тех пор, пока какая-то странная фигура шальным бладжером пронесясь через толпу студентов, не выбила камеру из рук Колина Криви, растоптала плюй-камни у обиженных второкурсников, сбила с ног Малфоя и пару раз врезалась в дерево. Учитывая то, что она при этом меняла цвета со скоростью сломавшегося светофора, легко было опознать в ней Нимфадору, которая даже после замужества осталась при своей любимой фамилии и неповторимой грации слона в посудной лавке. И мчалась она именно к ним. Снеся по дороге ещё кого-то из студентов, Тонкс подбежала к Поттеру и заключила его в могучие аврорские объятия. — Гарри, Гермиона, Рон, — весело щебетала она, — как я рада вас видеть! Я здесь была по делам у директора Макгонагалл и просто не могла уйти, не повидавшись с вами. Гарри, я так тебе благодарна за того плюшевого зайца, которого ты подарил Тедди. Ну, помнишь, он ещё песню Селестины Уорлок поёт? Видимо, чтобы поспособствовать просветлению памяти у растерянного Поттера, она ещё крепче сжала его в своих богатырских объятиях. Национальный герой магической Британии судорожно пытался вздохнуть и послушно считал искры перед глазами и последние минуты своей жизни. Осторожно расцепив смертельные объятия, Рон попытался отвлечь разноцветную маньячку, пока Гермиона с помощью "Энервейта" приводила в чувство просветлённого Поттера. — Тонкс, а про какого зайца ты говоришь? — Замечательного зайца! — радостно сообщила Нимфадора. — У нас теперь, благодаря ему, дома очень весело. Тедди от него без ума. Он и спит, и ест, и гулять ходит с зайцем. А эта розовая сволочь круглосуточно поёт про котёл, полный горячей любви. И Ремус от него тоже без ума. Не спит, не ест, гулять не ходит, даже в полнолуние не обращается. Круглосуточно трансфигурирует долбаного зайца во что попало. Ты представляешь, Гарри, твой подарок прекрасно трансфигурируется! — весело заявила Тонкс, выглянув из-за плеча Уизли. Свежеочухавшийся Поттер мигом юркнул за спину Гермионы, опасаясь повторного сеанса обнимания. Рон, расставив руки, встал монолитной стеной между утомлённой зайцем Нимфадорой и любимым крёстным Тедди. — И, что самое замечательное — продолжала она, — каждый трансфигурированный горшок, перо или кастрюля всё так же поют про котёл, полный горячей любви. Вот радость-то какая! А тут я недавно прочитала в "Ежедневном пророке", что ты женился и у тебя трое детей. Ты непременно должен меня с ними познакомить. Я хочу каждому из них подарить такого зайца, чтобы ты стал в три раза счастливее, чем мы. Пусть они тебе хором поют круглосуточно! — Тонкс, — пискнул Гарри, с опаской выглянув из-за спины Гермионы. — Да, моя радость? — хищно осклабилась счастливая обладательница замечательного зайца, а её шевелюра приобрела тигровый окрас. При виде такой дружеской реакции Гермиона лихорадочно попыталась спрятать Поттера у себя под мантией, но он героически выполз вперёд и пролепетал: — Там у зайца под слюнявчиком рычажок есть. Его надо повернуть, чтобы устройство перестало петь. А если снова послушать захотите — назад повернёте... — Не в этой жизни! — отрезала Тонкс и перекрестилась. — Помнится, в последний раз Ремус превратил его в ночной горшок... Теперь бы только найти — где у горшка слюнявчик... С этими словами Тонкс аппарировала. — Но ведь в Хогвартсе аппарировать нельзя? — удивилась Гермиона. — Думаю, после близкого общения с этим зайцем ей уже всё можно, — философски рассудил Рон. * * * На завтраке Гермиона привычно развернула "Ежедневный пророк", привычно скривилась и тут же с ловкостью фокусника сунула газету на скамью и села на неё. — Отдай! — угрюмо потребовал Поттер. — Тебе вредно такое читать, — жалобно пролепетала подруга. — Я не беременный, мне ничего не вредно, — огрызнулся Гарри и, увидев заинтересованно расширившиеся глаза Гермионы, осёкся. — Только не говори, что там написано... Не выдержав, Гермиона прыснула от смеха. Для контуженного прыткопишущим пером Поттера это было последней каплей. Вскочив из-за стола, он перебросил хихикающую Грейнджер через плечо и выхватил из-под неё газету. Забыв поинтересоваться — удобно ли подруге так висеть, он принялся читать. — На ком ты тайно женился в этот раз? — невозмутимо поинтересовался Рон, обгладывая очередную куриную ножку. — На Тонкс, — попытался взлохматить шевелюру Поттер, едва не уронив при этом Гермиону. — И ребёнка ей, сам понимаешь, сделал я, пока Люпин по лесам бегал. — Угу, — с готовностью согласился Рон. — Хочешь, попробую угадать, как Тедди зовут? — Хочу, — фыркнул Гарри. — Только ты за всю свою жизнь не отгадаешь. Я бы не отгадал... — Неужели Румпельштильцпф... Тьфу! — совершенно запутался Рон, и только глаза вытаращил, поражаясь мощности завихрений в героической башке. — Ну, это уже чересчур даже для меня, — фыркнул Гарри. — Всего лишь Златопуст Аластор. Видимо, ЗОТИ второго и четвёртого курсов произвели на меня неизгладимое впечатление. Покачав головой, Гарри вдруг неожиданно захихикал и рухнул с лавки вместе со своей ношей. Едва не подавившись куриной ножкой, Рон осторожно заглянул через стол на барахтающуюся кучу. — Эй, вы чего? — Ничего, — заявила Гермиона, бросая заклинание отмены на всё ещё хихикающего Поттера и усаживаясь на своё место за столом. — Просто, как выяснилось опытным путём, кое-кто не боится Волдеморта, но боится щекотки. — А, ну да, — согласился Рон и, дождавшись, пока друг усядется на своё место, поинтересовался: — А ты не боишься, что наш знакомый рогатый волк явится в Хогвартс, чтобы трансфигурировать тебя в розового зайца? Гарри уже было всерьёз задумался над очередной проблемой, но тут прямо над ним взорвался громовещатель и бодро заявил голосом его новой супруги: — Не боись, Поттер! За способ отключения розовой гадости Ремус тебе всё прощает. А имена ты своим детям придумываешь ещё круче моего! Златопуст Аластор, в повседневной жизни именуемый Тедди, передаёт тебе привет. Со всех сторон послышалось хихиканье. Северус Снейп с отвращением плюнул и выбежал из зала.