Часть 5
10 октября 2022 г., 13:09
— Пииитч… — тянет дух.
— Чего тебе, мелкий? — расслабленно, не открывая глаз, отвечает Дух страха. Они с Фростом расположились в одной из просторных комнат, в полутьме на стоящих напротив друг друга одинаковых диванах.
— Сколько тебе лет?
— Не помню — отмахивается Кромешник.
— Не может такого быть.
— Я слишком долго живу, что бы помнить.
— В прошлой жизни у тебя была семья?
— С чего вдруг пошёл разговор о прошлом? — в голосе тёмного духа всё отчётливее слышалось напряжение.
— В отличии от тебя, я совсем о тебе ничего не знаю — парень поджимает губы и выжидающе смотрит в темноту, зная, что хоть он сам и видит не чёткие очертания мужчины, но его самого видят превосходно.
— По моему ты знаешь достаточно. Я бы сказал больше всех.
— А мне так не кажется. Я про Кошмаров сколько времени не знал? Может у тебя есть ещё какая-то живность?
— Не относить к Кошмарам, как к домашним животным, если они почувствуюсь слабость или твой страх не задумываясь изничтожат, не оставив и следа — говорит со вздохом Кромешник — Повторяю, я их держу не для развлечения, а для дела. Они послужат моей верной армией в предстоящей войне.
— Я тоже призван служить твоим целям? — Джек пытался рассмотреть лицо Питча и по этому пропустил момент, когда грудь пронзила острая боль.
— Ай-яй, больно! — Джек попытался убрать руку, сдавившую кожу на уровне сердца, но Кромешник только сильнее вонзил в кожу длинные ногти, с каждой попыткой сопротивления, превращающихся в чёрные, острые когти.
— Хватит — на глазах у Джека выступили слёзы — Пожалуйста, прекрати — под когтями начала скапливаться кровь и только тогда болезненная хватка ослабла. Джек попытался отодвинуться от не естественно серого тела, но ему не дали этого сделать, вторая рука крепко держала Ледяного духа за волосы.
— Фрост, как тебе удаётся одной своей фразой вывести меня из себя? — зло шипит Бугимен — Мы, кажется, это уже обсуждали. Ты для меня не игрушка и не вложение в предстоящую войну. Тебя туда никто насильно не тянет и здесь тоже никто не удерживает. Мне не понятно, как тебе это вдолбить в твою пустую голову — Питч шумно выдыхает, пытаясь успокоиться. Он проводит большим пальцем по лицу Джека, собирая проступившие слезинки и слизывая их.
— Ты всё такой же на вкус — лицо древнего монстра расплылось в ухмылке. У Джека перед глазами всплыли давние образы прошлого, когда будучи ребёнком к нему приходил монстр из-под кровати и наводил ужас, доводя до истерики, упиваясь детским страхом и слезами. За образами из детства, пришёл его последний день в качестве человека и с языка слетает вопрос, который всё не давал ему покоя. Он не задавал его, и не знание ответа заставляло задумываться над связью, образовавшейся у столь противоположных личностей.
— Питч, почему ты вернулся в день моего перерождения? Зачем? Я же был всего лишь человеком, пусть мой страх был вкусным, но ты возвращался каждую ночь ко мне, как к себе домой — Джек с маниакальной регулярностью возвращался к тому моменту, каждый раз желая получить ответ, но боясь узнать, что Питч привязался к нему не меньше самого Джека.
Питч шипел сквозь сомкнутые губы, он не мог понять, как спокойное времяпровождение рядом друг с другом переросло в выяснения отношений и копание в прошлом. Удивительнее всего было, что маленькое чудовище, не смотря на полученную боль, продолжало жаться к нему и ждать ответа на свой вопрос.
— Потому что рядом, я не чувствовал своего одиночества. Прости — Питч задирает толстовку, проверяя как затягиваются царапины от его когтей. Ярость растворилась без следа — Я не всегда могу сдержать свою агрессию — хватка на голове ослабла, теперь Кромешник только касался длинными пальцами затылка подростка — Мне обидно, что ты считаешь, что нужен, только, что бы тебя выгодно использовали, пешкой в чужой игре, не допуская, что можешь быть кому-то нужен не из меркантильных побуждений, а из-за потребности именно в тебе, твоём присутствии рядом. Когда я тогда ушел, оставив тебя, я почувствовал непреодолимое одиночество. Я раньше спокойно жил один и никто мне не был нужен, моё одиночество меня полностью устраивало. Теперь я понимаю, что лишь потеряв кого-то очень дорогого, можно ощутить это чувство сполна. Ты мне очень дорог, Джек. — Питч притягивает его а объяться — Уходя тогда, я просил об одном — Прошу, живи. Живи без ужаса, без потусторонней тёмной сущности. Я был монстром, отравляющим твою жизнь, не будь меня, тебе стало бы легче жить. Когда я ушел, я многое переосмыслил. Я не хотел больше оставаться в одиночестве, но и отобрать твою жизнь, я не мог, я бы не простил себя, лишив тебя выбора, забрав твоё будущее из эгоизма. Я и так забрал десять лет твоей жизни, находясь рядом и мучая тебя кошмарами.
— Питч, ты всегда был для меня больше, что монстр под кроватью, ещё человеком, я считал тебя своей семьёй, не маму с папой, а тебя — Джек проводит рукой по острым скулам — Чудовище, которое было ближе всех остальных, ты проявлял ко мне больше заботы, чем родители и плата в виде нескольких часов страха, стоило твоего общества — Джек мягко улыбается — Я не злюсь на тебя из-за того, что ты меня пугал, я по правде этого ждал и хотел. В эти моменты я ясно чувствовал себя живым и нужным.
— Глупый мальчишка… — проронил Питч в ответ.
***
— С Северянином, ты уже знаком, в деле его видел. Относительно остальных… — Зачем тебе пёрышко? — Джек вертел в руках переливающееся перо Феи. — Что б было. Прикрепи обратно. Оно на удивление острое по краям, не смотря на безобидный внешний вид. — Ай — из пальца подростка капнула алая капля. На что Питч закатил глаза и аккуратно забрал перо, возвращая на место. — А сделать фото не проще, вместо сбора перьев? Или оно для чего-то нужно, скажем для ритуала? — Джек находится в слишком приподнятом настроении для ведомого разговора. — Будешь чаще держать рот на замке, то всё узнаешь — язвит в ответ дух Страха. Они были в кабинете Питча, где была собрана вся информация на Хранителей. Комната была просторной и как большинство помещений во владениях Кромешника тёмной, лишённой естественного освещения. Молодой дух не знал, день сейчас или ночь, ему был даже не известен месяц, не говоря уж о дне календаря. Став духом, многое из человеческой жизни потеряло значение и знание точных дат в том числе. Временами Джек задавался вопросом, какой сейчас день, сколько прошло времени с его перерождения, по постепенно эти мысли начали занимать другие, в частности Хранители. — Могу их нарисовать, если ты мне их опишешь? Наверное, не так легко сфотографировать Пасхального Кролика, он, должно быть, ловкий и быстрый. — Джек, тебе заняться нечем, кроме своих рисунков? — Питч недовольно постукивал пальцами по столу, пока не серьезный Джек придавался воспоминаниям из детства, когда мама рассказывала ему сказки про Санту, Зубную фею, Песочного человека. Питч не озвучивал, но радовался тому, что вера в чудо Джека разрушилась в раннем детстве, не став топливом фанатам добра, тогда, когда отец начал спиваться, а его мать не могла дать отпор главе семьи. Презренные Хранители прошли мимо детства ребёнка, в жизни которого было так много страха и отчаяния, ведь если сказать по правде, Хранители приходят только к тем, кто счастлив и верит в них, а любой другой не счастливый ребёнок так и останется во тьме, не затронутый их хвалёным чудом и добром. Добрый старик не оставлял подарки под ёлкой Джека, на месте молочных зубков ребёнок ничего не обнаруживал, яйца на Пасху не находились, как бы усердно он их не искал, в то время, как сверстники хвастались содержимым разноцветных коробок под новогодним деревом и очередной монеткой под подушкой, Фросту доставались побои и в лучшем случае облезлая ель и шоколадка в подарок от матери. У Джека не было детства, а вера в сказки ушла слишком рано, а счастливые моменты Джек помнил лишь обрывками. Ледяной дух рано повзрослел, оставив изнеженные надежды на лучшее глубоко внутри. — Я в детстве в них не верил, а они оказывается есть. — Их не было в твоей жизни. Они приходят только к избалованным, наивным, счастливым детям, которых легко подкупить подарками и получить порцию энергии в виде веры. Извини Джек, но неблагополучные дети как ты не дают им необходимой энергии, вы не счастливые, в вас нет той силы, которая может их привлечь, поэтому они и не являлись тебе. Неблагополучные дети тратят свою энергию, на то что бы выжить в окружающем жестоком, их мире. Учатся притворяться, изворачиваться, подмазываться, что бы получить ту или иную прибыль: будь то обычная похвала и внимание или возможность не быть избитым до полусмерти. У таких детей вся энергия уходит только на них, излишков нет. Как бы Хранители не притворялись, но они просто продавцы счастья и если их услуги тебе не оплатить, то никто не даст тебе поверить в чудо — Кромешник с сожалением смотрел на Джека, сложив руки за спиной. — Это не справедливо. — Жизнь в принципе не справедлива. Одни рождаются с золотой ложкой в зубах, другие должны драться за корку хлеба — Питч проводит пальцами по списку Хранителей, словной выбирая с кого начать. Джек вспоминает игры в снежки, то как он с кучей ребят во дворе строил крепости, лепил снеговиков, как был счастлив играя, хоть и не с друзьями, но со сверстниками, которые не знали кто он и что у него за семья. Это после дети начнут обращать, на то, кто как одет и кем работают родители, те игры были одними из счастливейших моментов в жизни Джека… — Я не буду философствовать на предмет, каким должно быть добро, а каким зло. Я не делю мир на чёрное и белое, я вижу полутона и верю, что мир состоит в первую очередь из серого. — начал Питч. — Но его делят Хранители — понял, о чём пойдёт речь молодой дух, предпочитая не акцентировать внимание на серой коже Кромешника и того, как это могло быть связано с его видением мира. — И навязывают свою философию окружающим — закончил Блек. — Ты упомянул про полутона, значит, ты не считаешь их злом, хотя они и убивают наших собратьев — Питч довольно смотрит на подростка, который только что сказал о них как о чём-то едином и целом. — Мне плевать, на остальных тёмных духов. Логично, что рано или поздно они придут к самому сильному, то есть ко мне. Я должен быть готов их встретить. А что касается моего отношения, то это с какой стороны посмотреть: они считают всех тёмных вселенским злом, а тёмные соответственно ненавидят их. Логично, что всё как минимум зависит от того на чьей стороне ты. Это я к тому, что абсолютно правой стороны нет. Не все тёмные приносят зло, и их статус имеет часто формальный характер. — Суккубы наверное по-твоему не сильно вредят людям? — Питч подозрительно сузил глаза. — Их вред легко компенсируется плюсами, на которые люди сами и идут. — Какими? — Жарким, необузданным сексом — лицо Блека расплывается в хищной ухмылке — Таком, что секс с другими становится пресным и не интересным. Суккуб поглощает человеческую энергию через секс, и если человеку удаётся расположить к себе потустороннее существо, то он может получить ещё и бонусы в виде сверх удачи, богатства или отсроченную старость. — Как-то всё слишком радужно звучит, наверное, есть какой-то подвох. — Он есть всегда… Что касается суккубов и инкубов, то они могут доводить своих жертв до энергетического истощения, но, как мне известно, они так давно уже не делают. Как только жертва начинает терять силы, то её оставляют в покое и идут на поиски кого-то свежего и сильного, благо выбор с увеличением численности человечества стал ещё более обширным. — Как появляются суккубы? — Путём смешения энергий. Человек, спящий с суккубом, отдаёт свою энергию, в ответ получая часть энергии суккуба. Когда обмен заканчивается, человека больше нет, он становится новым представителем древних сущностей, живущих страстями. — То есть… — Джек пытался правильно сформулировать вопрос, но слова не подбирались, он начинал путаться в мыслях от полученной информации. — Как правило, человек в курсе происходящего с ним. Тёмные либо молча уходят до завершения процесса обращения, либо предупреждает заранее, что будет после. Наша общая знакомая была не против вечности со своим инкубом, но он быстро потерял к ней интерес после обращения и теперь они только время от времени встречаются для любовных утех, прежнего влечения уже нет и не будет. Они не способны на глубокое чувство, Мисандея обманулась в своём желании любви, приняв страсть за что-то большее — между духами наступила пауза, каждый думал о своём. — А если дух, такой как ты или я спит с суккубом, то у него тоже срывает голову от похоти? — Питч хмыкает. — Это действует только на людей, когда спит потусторонный с потусторонним, то это просто секс для обоих. Ты хочешь с ней переспать? — сохранись у Джека возможность краснеть, то он был бы красным как варёный рак. — Нет, я просто… — начал заикаться смущённый парень. — Мисандея ломаться не будет, как и все ей подобные. Секс будет отличным, у них нет стоп слова, любой каприз и фантазия будет исполнена. — ответил буднечным тоном Питч. — Но есть какое-то НО? Она может чем то болеть? — сделал обоснованное предположение Джек. — Нет, никакая зараза не пристаёт к потусторонним сущностям. Просто… Ты ещё юн, чтобы понять важность отношений… — Мне показалось, что для тебя спать с суккубом что-то низкое… недостойное… — Тут дело в моём личном отношении. Секс хорош, но на этом всё заканчивается. Нет ответных чувств, эмоций. Мне оказалось этого недостаточно, но думаю тебя всё должно устроить. Только не спутай зов плоти с влюблённостью. — Джек хотел что-то добавить, но Питч не видел в этом смысла. — Что-то мы отвлеклись — вернулся к разговору Питч — Мы перед этим обсуждали, что Хранители не так однозначны в своих действиях. Я не только про то, что они сейчас уничтожают других духов, прикрываясь благими целями, а о том, что и при жизни они не были столь образцовыми людьми, что бы с таким остервенением утверждать свою святость и непогрешимость действий — Кромешник взял папку посвящённую Духу Рождества — Ник при жизни был беспринципным разбойником, убирающий ради наживы. Но легкие деньги уходят так же, быстро, как и приходят: азартные игры, выпивка, продажные женщины и многие другие развлечения быстро истощают карманы бандитов, побуждая их на новые преступления. Замкнутый круг криминала взрастил в Северянине некоторые сомнительные качества, которыми он пользуется как лидер Хранителей. Он ещё человеком научился сражаться, овладел искусством притворства и обмана, природная хитрость под постоянным покровительством Луноликого притупилась, но стратегия и знание как правильно нападать осталась при нём. — Не понимаю, как будучи разбойником, он стал с таким рвением защищать добро? — Ему вложили в голову нужные мысли и убеждения, сделав послушным последователем чужой идеологии — Кромешник делает паузу — Впрочем, нет, правильнее сказать не чужую идеологию, Луноликий не верит в торжество добра, он просто выбрал её как весьма жизнеспособную идею для затуманивания чужого разума. За хорошей идеей многие пойдут, особенно за «мир во всём мире» и радужных пони, скачущих по безоблачному небу — Джек прыснул от такого сравнения. — А ты бы Джек не хотел бы изменить мир к лучшему после собственного детства? — Король Кошмаров перешёл к более личным примерам. — Что бы дети не страдали от жестокости родителей, никогда не недоедали? По глазам вижу, что тебе хотелось бы лучшей жизни, но не вышло. А теперь представь, что тебе говорят, что это можно сделать, надо только творить и искоренить зло. Звучит всё просто, не правда ли? Прирождённый лидер может повести за собой миллионы, развязать войны и войти в историю. Луноликий как раз такой лидер, который из-за собственного тщеславия возомнил себя вершителем судеб. Пока ему было достаточно веры его паствы, но я чувствую, что он хочет перейти на следующий уровень, назвав себя богом. Но для этого ему нужно избавиться от несогласных в мире духов, увеличить количество своих последователей, а после он обратит вновь свой взор на людей, только это будет нечто более грандиозное, чем раньше и мне от этого не по себе. — Питч стучит по столу пальцами. — Он взращивает зёрна фанатизма у своих последователей. Фанатизму свойственна идеализация и подражание. Человек, движимый верой, по своей природе устремлен к какому-либо идеалу и этим идеалом провозглашает себя Луноликий. Вера как фундамент становления личности, она присутствует в человеке, даже когда прочие ценности никоим образом не участвуют в процессе его становления. Человек, прежде всего, верит в то, что соответствует его установкам, убеждениям, идеалам, а значит, не обладая какой бы то ни было истиной об объекте, он способен верить в свои представления о нем. Луноликий станет божеством и построит новый мир по собственному идеалу. — Как нам это остановить? Уничтожить Хранителей? — Его марионетки восполняемый ресурс, уберём этих, найдёт других. Нужно нанести удар сразу по нему. — Ты знаешь, где его искать? — О, да — Кромешник хищно облизнулся — Он забрался на Луну. — Серьёзно, спутник Земли? Как ты его там достанешь? Твои кошмары смогут долететь до неё? — В идеале я хочу выманить Луноликого, навязать ему свои правила. Он должен начать нервничать и совершать ошибки. Осложняет дело, ещё то, что на Луне никого не было и неизвестно, что там меня может ждать. Даже Хранители там никогда не были. По этому он сам должен спуститься на землю. — Как ты заставишь его это сделать? — Пока я разрабатываю план, но если не будет старых Хранителей, то он обязан будет привлечь новых, но неизвестно когда это произойдёт и где. Поэтому основная идея в том, что бы сыграть на его тщеславии, скажем, показать, что проиграл и я уверен, что он с удовольствием спустится посмотреть на мои унижения и окончательно оборвать мою жизнь. — Это слишком рискованно! — возмутился молодой дух. — Не без этого, но я не собираюсь проигрывать. Стратегия и чётко разработанный план с множеством переменных не даст ему победить. — Тебе нужен буду я, что бы отвлечь внимание или помочь отбить нападение? — Джек, не торопись. Я не хочу рисковать тобой, по этому ты будешь в стороне, пока это возможно и пока сам не будешь к этому готов — Кромешник проводит по белым волосам, замечая, что это действие входит у него в привычку. Эти прикосновения успокаивали тьму у него внутри, принося покой. — Питч, а ты способен на сильную привязанность, скажем любовь? — Король кошмаров вопросительно поднимает тонкую бровь, теряя только обретённое спокойствие. — Джек, я пытаюсь посвятить тебя в свой план, а ты всё отвлекаешься. Слушай и не задавай глупых вопросов — Его сердце было вырвано давней потерей и желания беспокоить зарубцевавшуюся рану не было не малейшего желания. — Это не глупый вопрос, я хочу знать ответ! — возникший напор со стороны Джека удивил тёмного духа. — Джек, сейчас не время разбираться в моих эмоциях. — Но почему? Тебе так сложно ответить? Питч тяжело вздыхает, потирая виски, словно от сильной головной боли. — Нет. — Что нет? — не понял Джек. — Я больше не способен любить — в словах Питча нельзя было не услышать болезненных нот. — Но почему? — не унимался юноша. — Вся моя любовь осталась в той жизни — на Джека смотрел холодный, жестокий взгляд — Ты не первый раз задаёшь вопросы о моём прошлом, семье, друзьях. Так знай — вся моя любовь умерла с теми, кого я любил. Этот разговор окончен. Ты больше не заговоришь о моей безвременно умершей семье, о войне на которой я был генералом и честно сражался на благо империи величайших правителей, о предателях, из-за которых я погиб и стал монстром, питающимся страхом других. Тебе не нужно знать, что я потерял давным давно, что я пережил на своём пути. Ты ещё ребёнок, не знающий, что такое война и что она творит с людьми — тело Кромешника начало увеличиваться в размерах. Если раньше Питч возвышался над вечным подростком на голову, так теперь Джеку приходилось до предела запрокидывать голову назад, что бы иметь возможность смотреть на заострившиеся черты Короля кошмаров — Я не желаю вспоминать прошлое, а когда это происходит, во мне просыпается спящая волна ненависти, когда она окутывает меня, застилает глаза, я не могу себя контролировать, есть только желание утолить жажду крови в чужих страданиях. Ты боишься меня? Боишься — Питч касается белых волос, запускает в них свою когтистую руку, чуть оттягивая их у корней — Я не хочу делать тебе больно, но в гневе, я ужасен. Будучи человеком, ты познал мою жестокость, так оставь, то, что было в прошлом, живи сейчас со мной, таким, какой я есть. Я уже безвозвратно изменился, принял отраву тьмы, слился с тенями и стал их повелителем. У меня нет прошлого, только тьма в которую я переродился — прикосновение к белым прядям, дарящим прохладу начало остужать пыл древнего монстра, мужчина принял свой привычный вид, но огонь ярость за отобранную жизнь ещё полыхал в золотых глазах. — Я был жестоко предан — начал Блек более спокойным голосом — Моих родных убили, враги использовали память о моём ребёнке против меня — Блек притянул к себе не сопротивляющегося подростка, запуская обе руки в мягкие волосы — Я не мог просто умереть, я до последнего сражался и возродился — если бы Джек видел глаза Кромешника, когда тот придавался воспоминаниям о прошлом, то однозначно пришёл в ужас осознания, во что превращается его спутник от одних воспоминаний о былом — И тогда они познали тот же страх и отчаяние от утраты — Блек вдыхает морозный аромат исходящий от Ледяного духа — Мне понравилось вызывать в людях страх, он опьянял и дарил ощущение, что я всё ещё жив и имею безграничную власть. Благородный человек погиб на войне, а на его место пришёл с не менее сильной волей демон. Я стал чудовищем, приносящим тьму и страх. Я упивался человеческими страхами, они были для меня прекрасным лекарством от ран на душе. Так я закалился и перестал чувствовать привязанность, вытравил в себе сострадание и сожаление. — А как же я? — прошептал еле слышно Джек. — Ты… — Питч поднимает мальчишку за подбородок и смотрит в глаза — Ты аномалия, импульсивная тяга не быть одному… Ты удивителен и неповторим. Ты дополняешь меня, словно я нашёл, то, чего мне не хватало всю жизнь монстром. Иногда ты бесишь, так, что я сам готов тебя удавить, но я не готов лишиться тебя — Питч отходит от Ледяного, скрывая своё эмоциональное состояние — По этому изучай противника — Блек указал на папки с информацией. Джек не мог так же резко переключаться с тем разговоров и по этому ошарашенным взглядом наблюдал за шагающим из угла в угол Кромешником, который всё ещё не мог успокоиться, но в отличии от Джека умел это лучше скрывать. — Северянин имеет в своём арсенале кучу оружия и профессионально умеет им пользоваться. Он был разбойником в бытность человеком и как ты должен понимать — научился убивать. Так же ему от Омбрика досталась куча артефактов. Тут информации о нём нет. Он мёртв, все данные на него в стопке на той полке — Питч указал на стену с рядом со стеллажом, заполненным книгами и свитками — Он представлялся людям магом, ты должно быть слышал истории про Мерлина, пожалуй это самое известное его воплощение. Если будет интересно почитай про его деятельность и примерный перечень придуманных им личностей. — Блек так и оставался на расстоянии, говоря монотонным голосом. — Он мог преобразовывать энергию во что-то другое, люди называют это магией. Мы с тобой Джек владеем магией: ты властен над холодом, я над тьмой, я могу перемещаться в любой конец света с помощью теней, тебе подвластен ветер и это только основные силы — Блек жестом показывает, что это ещё не предел их возможностей — Но не всем так везёт, Ник получился обделённым сверх силами и его друг помог ему, создав порталы для мгновенного перемещения, магические бомбы, которые являются сжатым сгустком энергии, при высвобождении, которой тебя сносит ударной волной, как от настоящей гранаты, энергетические щиты, непосредственно оружие, модифицированное с помощью его сил. В итоге хоть Ник и не обладает выдающейся сверх силой, это он умело компенсирует другими способами. — Блек указывает на другую папку. — Пасхальный Кролик более выдающийся противник, но не на много. За счёт звериной сущности он сильнее, ловчее и использует для перемещения кроличьи норы, тоннели прокладывающие путь в любые места. Из оружия использует только бумеранги. Как личность он не лучше Северянина. Он был фермером в Австралии. Разводил кроликов и другую живность. Только характер был склочный. — Неужели бывает хуже, чем у тебя? — пытается острить Джек, пришедший в себя от признаний Кромешника. Он сочувствовал Блеку, но понимал, что не смеет проявлять это сочувствие, его порыв не оценят и зная тёмного духа, Питч будет только раздражаться, воспринимая сопереживание, как проявление слабости. Джек помнил, как чётко и грозно сказал Кромешник фразу: «Жалость мне не нужна!» в один из подобных разговоров, он сурово смотрел на молодого духа и тогда Джек понял, что Питч уже давно стал прятать свою боль за гневом, боясь, что если расскажет кому-то, то всё может вернуться, все его страдания возродятся с новой силой… По этому парню оставалось только запомнить и сделать вид, что ничего не слышал. Выяснение отношений сейчас ни к чему хорошему не приведёт, у них есть дела по важнее… — Проверять не советую, поверь на слово, что я твой самый худший кошмар — Питч проводит заострившемся когтем по воздуху — Его скормили собственным зверям, которых он из-за своей жадности держал полуголодными. Алчность, жадность, жестокость — так себе качества для Хранителя. Но как видишь все меняются, сменив шкурку — Блек зло смеётся — Он жаден до внимания, всё время ругается с Ником, кто из них важнее и соревнуется с ним в новых способах подкупа детей и количестве выкаченной из них энергии веры. Он нашёл хорошее применение своим качествам — Кромешник качает головой — Символ надежны, как же. Забрался глубоко в свою нору и вылазит раз в год для сбора сливок на пасху, не более того. Не зря их с Северянином в результате убили и отдали на растерзание зверям, не посчитав достойным даже безымянной могилы. — В смысле? — В прямом, я их ставлю на одну ступень не только из уровня сил, так и из-за умственных способностей — что один, что другой непроходимые деревенщины, жадные до наживы. Перед смертью пожадничали, попытались откусить слишком большой кусок и поплатились. Северянина зарезали во время очередного налёта на деревушку, а останки бросили и их сожрали дикие звери, кажется медведь слопал большую часть — Питч криво ухмыляется — Банниманда за махинации со скотом порубили на кусочки и раскидали по его ферме. Люди с которыми шутки плохи сделали это актом устрашения для остальных любителей обмана. — А Фея кем была при жизни? Проституткой? — юноша понял из кого состоит банда Хранителей и смел предположить, что Фея была в прошлом по иронии ночной бабочкой ставшей жертвой Джека потрошителя. — Дурой. Это единственная Хранительница, которая искренне верит в идеи добра. Астер и Ник мутировали, сменили внешность, прикинулись добрыми и сами в это поверили, но на самом деле они остались всё теми же жадными ублюдками, только теперь они борются не за монеты, а за внимание детей. Они прикрываются благими идеями, но при этом с радостью приступают к убийствам, позабыв про сострадание и жалость. Они убирают конкурентов, которые тоже получают энергию от людей. Фея не такая, она не участвует во всех этих зверствах, она наивна как ребёнок, не замечает, что творится под носом. Именно она давным давно остановила войну между нами. Ей удалось примирить стороны, но как видишь не на долго. Она самая слабая из них, но за свои идеи будет бороться до конца, к сожалению. Кстати, хоть она и не вступает в бои, но её оперение на редкость острое… и когда надо она так защищается. — И как такое невинное создание стало духом? Её замучили до смерти кто-то подобный Нику или Астеру? — Нет, отравилась. По глупости съела что-то ядовитое, но скорее отравилась надышавшись ядовитой пыльцой. — Тебе то откуда знать? Как тебе вообще удалось узнать их истории появления? — Когда перед твоими ногами лежит вечность, получение нужной информации становится делом времени — Питч довольно ухмыляется — А информация может переломить ход сражения. У меня была цель узнать всё о пешках Луноликого и я это сделал. — А что известно о самом Луноликом? — К сожалению куда меньше чем хотелось бы. Появился до зарождения монобожия. Он прекрасно существовал в верованиях разных народов. Ещё тогда проявил любовь к созданию собственного культа, но приход веры в одного бога ударил по его самолюбию, ослабил и вынудил уйти в забвение. Тогда он начал искать почитателей среди таких же духов как он и хоть и не сразу, но создал Хранителей. Потерянных и одиноких духов, готовых а всё ради новой цели. Он дал эту цель и теперь снимает сливки со своей паствы. В него верят духи, а в них люди. Он получает двойной объём веры и это не предел, я уверен, что со временем он провозгласит себя новым божеством. Его надо остановить пока не стало слишком поздно. — Мы сможем с ним сражаться, насколько он силён? — Он давно не вступает в бой сам, как такового навыка у него нет, только пушечное мясо и мерзкое обаяние, обезоруживающее всех, побуждающее слушать его и следовать его убеждениям. Он прячется за чужими спинами, по этому он подобрал себе группу последователей — Хранителей. Всю грязную работу делают они. Надо с начала ослабить его на земле, лишить силы Хранителей и когда он останется без прикрытия нанести удар по нему. — С чего мы начнём? — Не с чего, а с кого… — серая рука потянулась к папке с именем Песочник — По силе он превосходит всех Хранителей, первым нужно избавляться от него. — Сон? Что плохого может сделать сновидение? Отправить с сонный нокаут во время битвы? — Ты зря иронизируешь. Помнишь струи песка в небе, которые я показывал пару месяцев назад? — Джек понимающе кивает. — Этот песок состоит из энергии счастливого сновидения. Он может придавать ему любую форму и атаковать с его помощью. Не маловажный минус в том, что его ресурс восполняем, дети засыпают и каждую ночь к нему поступают новые силы. Но я преподнесу ему сюрприз — на руке Питча начал клубиться чёрный песок, который Джек уже не раз видел в деле. Кромешник виртуозно лепил из него смертельное оружие во время их спаррингов, в его руках сыпучий песок превращался в сталь не сравнимую с тенями. — Я научился превращать добрые сны в кошмары, отравлять сновидения, переводить их в энергию чёрного песка, подвластного только мне. Я жду момента, когда увижу реакцию Песочника, он будет в шоке, когда узнает, что его песок сменил хозяина — зловещий хохот эхом разносится по тёмным коридорам подземелья, где обитали духи, предвещая скорые перемены в потустороннем мире…***
— Северянин, ты уверен, что мы готовы напасть на Кромешника, мы же до сих пор не знаем, где он обитает, тёмные духи тоже не знают, где его искать. Он же как тень, появляется и исчезает, не оставляя следов — у говорившего звероподобного существа задёргался глаз от упоминания древнего врага. — Ничего старый друг, Луноликий нам поможет — громкий бас распространился по не большой гостинной, наполненной кучей ненужной для собравшихся мебели: стульев, журнальных столов, разных тумбочек и подставок под что-то. — Мы его давно не видели, мне кажется он про нас забыл. — Не говори так Астер, ты же Хранитель Надежды — взяла слово миниатюрная девушка, обладающая ярким оперением и с не останавливающимися ни на минуту крыльями. — Это так Кролик, он давно не спускался, но не так давно передал мне послание, что нам нужно привлекать новых последователей, нам нужны новые Хранители в борьбе за добро и справедливость — крупные руки взмыли вверх, словно в молитве. — Не неси чушь, Ник, ты видел этих духов? Никто не стремится к свету, так же как мы. Если бы не мы, мир рухнул в пропасть зла и анархии. Мы стоим на границе добра и новые духи только привнесут разлад в нашу устоявшуюся систему. — Астер, ты не справедлив. Есть множество достойных духов. Просто кто-то зациклился на себе — Ник дружески похлопал мохнатого хранителя по плечу, стараясь скрыть за дружеским жестом сарказм и обвинение в эгоизме. Северянина веселила недалёкость Кролика и как тот даже не понимает, что над ним шутят, принимая всё за чистую монету — Нам нужно наращивать мощь в предстоящей борьбе и каждый из нас должен привлечь для начала одного сторонника. — Нас было четверо, а станет восемь — Невероятный прирост — Астер закатывает глаза, пытаясь уязвить Хранителя Чуда. — Это в начале, а потом эти четверо привлекут ещё, а те ещё и ещё. И заметь, я сказал минимум одного, а если их будет двое? Как тебе математика? — Кролик недовольно хмурится, в его любимой математике, его обставил какой-то бывший разбойник. — Что нам даст это количество народа? — То, что они будут работать на сторону добра, заботиться о вере и о нас — Хранителях. — Постой, постой, они же сами захотят стать Хранителями. — Сначала каждый их нас привлечёт к нашим идеям по одному духу. Этот дух не сразу станет Хранителем, пока сам не привлечёт ещё минимум двоих, таких же заинтересованных в добре духов. Только доказав свою преданность и нужность, дух становится Хранителем решением Луноликого, последующие духи должны будут прилечь ещё больше, уже четверых не менее достойных духов, незапятнанных во зле, что бы стать кандидатами на вступление в Хранителей, отмечу, что именно кандидатами — Санта поднял указательный палец в верх — Статус Хранителей очень почётен и каждый из наших последователей должен будет доказать, что достоин оказанной чести! — Крупный мужчина в красном активно жестикулировал, не замечая ничего рядом с собой и в результате сбросил фарфоровую вазу, которая в дребезги разбилась. Только этого никто не заметил, все присутствующие Хранители заворожённо слушали речь своего земного лидера, не подозревая, что все слова принадлежали истинному лидеру их организации, который мастерски управлял их жизнями с далёкого спутника Земли. — Каждый новый дух должен будет привлекать всё новых последователей, пока все не встанут на путь добра! Мы будем давать им задания, что бы они трудились на благо веры в чудо, веры в нас и Луноликого и лишь самых достойных посвящать в Хранителей. Все должны будут знать, что это тяжкий труд и награду надо заслужить. — Звучит замечательно — радостно захлопала в ладоши единственная девушка в мужском коллективе. — Фея, у тебя есть кто-то на примете? — оборвал её радость Северянин. — Нет, но я этим сейчас займусь — она с рвением метнулась к двери, но в шаге от порога остановилась — Хотя не сегодня, у меня ещё куча дел в замке, но обязательно найду кого-то достойного до конца недели — на этих словах она расправила свои разноцветные крылья и упомянула из резиденции на Северном полюсе. — Какая же она… — Кролик пытался подобрать определение к поведению Феи. — Исполнительная? — подсказал Северянин. — Ага, даже тошнит от такого рвения к работе — Кролик сплёвывает на пол — А ты что думаешь тихоня? — самый молчаливый из четвёрки мирно спал на диване в обнимку с опустевшим бокалом чего-то горячительного — Северянин, поделись рецептом своего пойла, меня не один алкоголь не берёт, а Песочника смотри как сморило — Астер раздражённо стучит лапой. — Нет, это мой личный рецепт, хочешь, приходи и пей, но формулой, я не поделюсь — довольный мужчина потирал объёмный живот — Вставай малыш, хватит спать — начал он будить Песочника — Ты слышал о чём мы говорили или успел нализаться до начала речи? — Пухлый человечек открыл глаза медового цвета и утвердительно кивнул. — Тогда иди заниматься делом алкоголик ты несчастный — грозный голос пушистого Хранителя скинул остатки сна с Песочного человека и нехотя заставил засобираться восвояси. Золотой человек призвал свой песок и сформировав самолёт, махнув рукой скрылся за дубовыми ставнями, закрывающими балкон. — Наконец-то улетел, знаешь Банни, я всё время удивляюсь, как разбившись на самолёте, он не перестал постоянно выбирать именно такой способ передвижения — Санта со вздохом садится в широкое кресло, которое не смотря на внешнюю добротность заскрипело под тяжестью татуированного мужчины. — Так он и разбился потому, что был пьян. Кажется под градусов из него выходит лучший пилот, чем на трезвую голову — мохнатый Хранитель довольно рассмеялся, постучав огромных размеров лапой по паркету, под которой тут же образовалась нора, ведущая в известное только кролику место — Мне пора, до следующей встречи — Хранитель махнул лапой и скрылся в затянувшейся за ним яме. Оставшийся один, Северянин потирал широкие ладони, довольный полученным результатом. Не так давно Луноликий дал задание привлечь новых духов и Ник верил, что скоро он сможет похвастаться выполненным заданием. Уйдя в свои мысли о его незаменимости и последующем признании его заслуг, Ник не заметил, как перестал быть один в помещении. — Ты не плохо выступил — раздался знакомый мелодичный голос. От неожиданности и осознания, кому принадлежит этот голос, Ник чуть было не падает на колени перед гостем, но вовремя вспоминает, что Луноликому не нравилась подобная форма поклонения. — О Луноликий, я так рад, что ты почтил меня своим визитом, но почему ты не появился раньше? — Северянин как мог, старался добавить почтение в свой голос, не выдавая подступившую к горлу панику. Он не был готов к появлению объекту его поклонения и находился в состоянии эйфории, от присутствия в его доме его господина и учителя. — Чем я могу вам служить, о Светлейший? — с придыханием говорит Ник — Чем мы заслужили радость видеть Вас на земле? — Разве мне нужен повод навестить самого верного из моих последователей? — Нет, что вы, я не хотел ничего такого сказать, я очень рад этому — Санта в мгновение пришёл ужас, от возможности оскорбить своего господина, он бы такого не пережил, лично наложил бы руки на себя за нанесённый своему кумиру оскорбление. — Давай оставит светскую часть разговора и перейдём скорее к делу — Ник активно закивал молодому, красивому мужчине в светлых одеждах свободного покроя, силуэты которого давали понять, что под шёлковой тканью скрывается подтянутое, мускулистое тело. — Ник, мы давно знакомы и я возлагаю на тебя большие надежды по воцарению добра на всей земле. — Я готов выполнить любой ваш приказ — в глазах Северянина читался щенячий восторг от разговора с истинным лидером Хранителей и готовность выполнить любой, даже самоубийственный приказ обладателя длинных, спускаются ниже талии серебряных волос. — Я знаю. Николас, пришло время одержать окончательную победу над злом. Вы молодцы, что очищаете мир от тёмных, духов, но этого не достаточно, нужно уничтожить самого сильного из них. — Кромешника! — Хранитель Чуда сразу понял о ком пойдёт речь. — Да. Тёмные не пойдут к нему во второй раз, а когда пропажи соплеменников станут заметны, они станут слишком слабы, а в Кромешнике будет преобладать гордость, что бы помогать, даже если они на коленях будут его умолять. Тёмные это низкие духи, не способные на чувства сострадания, взаимопомощи и героизм. Тогда, объединившись, они смогли отсрочить наши планы, но теперь мы будем действовать по другому, мы станем непобедимый мощью, с которой и придётся с начала считаться, а после либо подчиниться либо исчезнуть навсегда — по пустым глазницам ничего нельзя было сказать о чувствах играющих в душе Луноликого, ни о месте, где сконцентрироваться его взгляд, но пустой взгляд, как у слепого был обманчив, светлый дух видел несколько больше, чем хотел показать… — Я должен убить его сам, а ты проконтролируешь, что бы его никто не прикончил до меня. — Но господин, вы недолжны марать руки об это ничтожество, он не достоин и грамма вашего внимания! — Я должен это сделать — мужчина успокаивающе касается плеча Северянина — Он сильное зло и по силой его уничтожить, только превосходящему его по силе добру. Моё решение не обсуждается, это должен сделать я, а вы перед этим должны ослабить его и задержать до моего появления. — Как пожелаешь, о Луноликий. — Про его логово, так ничего и не известно? — Нет, он может перемещать вход в него в любую точку мира. — Так осмотрите каждый сантиметр, до которого сможете добраться! — повысил в раздражении голос мужчина — Сколько лет прошло, а вы не можете найти, где он прячется. — Но господин, мы же должны сохранять веру в нас, руководить фамильярами и много чего другого. — К примеру напиваться компанией? — Это, это… — Можешь не объяснять, видел — Но… — Тихо… — оборвал хранителя Луноликий — Делайте, что хотите, лишь бы мои приказы выполнялись чётко и ясно. На реализацию моего плана даю месяц. — Но это слишком мало! — пытался возразить Северянин. — Времени у вас было достаточно. Выполнять — под эхо последних слов Луноликий растворился в лунном свете и исчезает, оставляя Николаса с головной болью на предмет реализации поставленных задач.
