Ханахаки

Тишина. Энн лежала неподвижно. Её грудь не поднималась, всё тело будто онемело. — Пульса нет… — прошептала Марси, отводя пальцы от холодного запястья. Саша замерла. — Как… нет? — Голос сорвался, превратившись в хрип. — Нет, нет, нет! Этого не может быть! Она схватила Энн за плечи, тряся. Марси резко обхватила её сзади, прижав к себе. — Саш, остановись… Но Саша вырвалась, схватила телефон. Пальцы дрожали так, что она трижды ошиблась в номере.

***

Писк. Шум. Боль. Резкий свет ударил в глаза. Энн зажмурилась. Где я? Мысли путались, как оборванные нити. Перед глазами плыли белые пятна, складываясь в очертания… врат? Рай? Где-то вдалеке звучал голос. Глухо, словно сквозь толщу воды. — …Энн… Кто-то звал её. Моё имя? Память возвращалась обрывками. Она заставила себя открыть глаза снова. Перед ней — заплаканное лицо. Саша. Сердце ёкнуло. Энн попыталась пошевелиться, но тело не слушалось. Взгляд упал на руку — там торчала трубка капельницы, по которой медленно капала тёмно-бордовая жидкость. Кровь? Саша что-то говорила врачу, сжимая её ладонь. Энн хотела ответить, сжать её пальцы в ответ, но веки снова стали тяжелыми.

***

Следующее пробуждение оказалось в инвалидная коляске. Больничный халат. За спиной — лёгкие шаги Марси. — М… Марси… — выдавила Энн. Голос звучал хриплым, будто ржавым гвоздём скребло по стеклу. Марси остановилась, наклонилась и улыбнулась. Её улыбка всегда была солнечной. — Мы идём к врачу. Тебя выписывают. — С…сколько… — Два месяца. — Марси провела пальцами по её волосам. — Саша не дала тебя похоронить. Грудь сжало. Она верила…

***

Саша приходила каждый день. Кормила фруктами, читала вслух, целовала в лоб на прощание. А потом… Энн уже могла двигать руками. Сидела в постели, листая словарь, заново учась говорить. Дверь открылась. — Привет, — Саша поставила пакет с фруктами на стол. Энн отложила книгу, поманила её. — Что-то случилось? Саша подошла, села на край кровати. Энн провела пальцами по её руке — тёплой, сильной, с едва заметными прожилками под кожей. Потом потянула за край футболки. Саша не успела опомниться, как их губы встретились. Секунда. Две. Саша замерла, глаза расширились, но потом её пальцы вцепились в подушку, и она ответила — горячее, глубже. Они разъединились, задыхаясь. — Ты… — Саша прижала лоб к её плечу. — Ты меня убила. Энн рассмеялась. — Зато не розами. Пальцы сплелись. — Я люблю тебя, — прошептала Саша. — Я тоже тебя люблю. — они поцеловались снова.

Счастливый конец