Рыжий цвет чумы

За окном валил хлопьями снег. Ещё утром светило морозное зимнее солнце, а ближе к полудню небо заволокло облаками. Атмосфера в Петербурге царила сказочная. Улицы украшены гирляндами, в магазинах — новогодние игрушки, ёлки, украшенные разноцветными шариками и мишурой. Во дворах дети катаются с горки, лепят снеговиков, играют в снежки. Чувствуется приближение праздника. Осталось ещё пару дней до наступления Нового года. Мария и Роман украшали ёлку в гостиной. Маленькая Юля тоже не отставала от родителей и помогала им, но потом, захватив мишуру и какие-то игрушки, побежала в свою комнату, чтобы украсить её. А супруги остались одни и разговаривали по поводу того, что будет на праздничном столе, кого пригласят, а иногда спорили, куда лучше повесить ту или иную игрушку. Пятифан покорно соглашаллся с женой, так как знал, что она права. После перевешивания игрушки ему становилось видно, что действительно так смотрелось лучше. — Знаешь, я тут недавно вспоминала свой первый Новый год с Серёжей, а потом как понеслось, — усмехнулась Мария. Она любила вспоминать то время. Оно было по-особенному прекрасное, была какая-то своя атмосфера: аромат, вкус, эмоции, цвет. Каждый период её жизни с чем-то да ассоциировался. — А я вспоминал наш Новый год. В городе, — тепло улыбнувшись, ответил Рома ей. — Да-а-а, помню, как братец негодовал, когда узнал, что мы будем жить вместе, — посмеялась Маша, а в голове возник тот самый день: Сергей стоит в гостиной в вязаном фиолетовом свитере с совами, такого же цвета домашних штанах и тапочках, всячески засыпая вопросами. "А как вы будете вместе жить? Вы будете спать на одной кровати? Исключено! Ты — на кровати, а он — на диване. А еще лучше на полу! И вообще в другой комнате!" — приговаривал Сергей. — Мне кажется, он до сих пор не долюбливает меня за это, — честно признался Роман. Со временем он подружился с Разумовским, однако прекрасно понимает, что Сергей просто очень любит свою сестру, потому тяжело было отпускать её во взрослую жизнь. — Не бери в голову. Братец иногда перегибает палку, но он искренне заботится обо мне. Ты же знаешь, в каких условиях я росла... — Ой, я до сих пор ощущаю ту боль, что ты принесла мне, — театрально вздохнул мужчина. Он стал прикрывать голову, чтобы не последовало удара со стороны девушки, впрочем, этого и не случилось. — Марат на тебя плохо влияет, — закатила глаза Мария. — Да и тот удар не был таким уж смертельным...

***

31 декабря 1999 года

      Год выдался тяжёлым. В частности из-за того, что переезд занимает много времени и сил. Впрочем, если бы не Разумовский-старший, то молодые бы так и продолжали жить в старой квартире Разумовских, что крайне не устраивало Сергея. Жить с избранником сестры было довольно сложно, учитывая, что Мария и Роман были ещё слишком молоды. Но девушка, уже наученная жить одна, настаивала, что всё будет хорошо и никто не потеряется. Так и случилось. Уже полгода они живут в уютной квартирке. Район благоприятный, оно и понятно, так как выбирал квартиру Разумовский-старший, поближе к себе, чтобы быть спокойным. Олег всячески пытался достучаться до своего друга, что Маша уже давно не маленькая девочка, что необязательно контролировать всё. Возможно, частично у него удалось это донести до Сергея, но пока тот не принимал этого до конца.       За окном падал снег, Петербург становился сказочно волшебным. Мария стояла у стола и нарезала оливье. В духовке готовилась курица с яблоками. По телевизору шла какая-то передача, но девушка не следила за её ходом. Главное, чтобы был звук на заднем фоне, остальное не так важно.       Маша волновалась. Это был их первый Новый год с Ромой. Они будут одни, а после обращения президента зайдут на праздник к Сергею. Всё внутри трепетало. Со временем Мария и Роман узнали друг друга лучше, научились жить вместе и понимать. Девушка прекрасно осознавала, что при первом знакомстве сильно ошиблась насчёт Ромы. Он повзрослел, стал мужественнее. Возможно, на то повлияли события в посёлке, а может и армия, или вообще всё вместе. Но сейчас пара жила спокойно, как друзья, возлюбленные. Они были опорой и поддержкой друг для друга. — Так, осталась только курица, и всё будет готово! — тихо похлопав в ладошки, произнесла Разумовская с улыбкой. Она удалилась в гостиную, где она спрятала свой подарок. Девушка боялась, что парень быстро найдёт его, однако этого не случилось. Иначе Рома бы не смог спокойно разговаривать с Машей. — Я дома! — послышалось из коридора. Пятифан ходил в магазин за мандаринами, которые так некстати закончились. — Привет, дорогой, — Мария вышла в коридор и чмокнула парня в щёку. — Ужин почти готов. — Я уже чую этот аромат, а вкус какой будет, м-м-м, — Роман блаженно прикрыл глаза и вдохнул приятный аромат специй. Маша готовила, как считал Пятифан, будто в ресторане работала шеф-поваром. Всегда очень вкусно. — Мой руки, будешь мне помогать, — улыбнулась Разумовская.       И вот уже накрыт стол, всё готово. По телевизору идёт "Голубой огонёк". До Нового года остался всего час. Всего лишь час, но для Марии это время показалось тягучим и вечным. Она всегда не могла усидеть на месте в последний час старого года, над чем Олег частенько подшучивал. Ну, чего греха таить, Волков ещё тот шутник, из любой ситуации может шутку придумать.       Девушка не выдержала и встала со стула на кухне. — Ты куда? — спросил Рома, пока чистил мандарин. — За твоим подарком, — хихикнула девушка. Она ушла в гостиную, подошла к дивану, за которым и таился сюрприз для парня. Маша достала небольшую коробочку. А ней находились часы на кожаном ремешке. Девушка прекрасно помнит, как они гуляли по магазинам и зашли в ювелирный, где Рома положил глаз на эти самые часы. Тогда на следующий день Разумовская решила пойти и купить их, как подарок на Новый год.       Мария встала с пола, но не заметила, как Пятифан подошел сзади. Потому она, испугавшись, тут же ударила рукой в сторону головы. Парень застонал от боли. — Ты чего дерёшься, Машунь? — изумлённо уставился на неё Рома. Девушка ойкнула и тут же принялась рассматривать лицо пострадавшего парня. Ущерб нанесён не сильный, зарядила в нос, но кровотечения не было. Маша чуть подуспокоилась. — Прости, пожалуйста! У меня рефлекс сработал, задумалась я и не заметила, что ты подошёл, — извинялась Разумовская, понимая абсурдность ситуации. Ну, а кто бы к ней ещё мог подойти, кроме Ромы? Дверь закрыта на замок, чужой открыть точно не смог бы. Мария чувствовала себя виноватой и глупой. — Да, ладно, нормально всё, — поморщился Рома. — Надо бы холод приложить... — Пошли на кухню, скоро куранты, — усмехнулся Пятифан, взяв девушку за руку и направившись в сторону кухни. — И у меня тоже для тебя есть сюрприз, — чуть тише сказал он, когда уже сели за стол. — Я сейчас молоко достану, приложить на нос, — сказала Разумовская, вновь вставая и подходя к холодильнику, где покоилось молоко. — Давай ты первая начнёшь, — сказал Пятифан, прикладывая холодный компресс. — Хорошо, — согласилась Маша. — Я хорошо запомнила твой взгляд, полный восторга, потому, не долго думая, решила их купить, — она протянула коробочку, обёрнутую в подарочную бумагу. Рома, убирая молоко в сторону, начал распаковывать. И не поверил глазам. Те самые часы на чёрном ремешке. — Марусь, они же дорогие, — начал Рома, но его тут же перебили. — Зато качественные. И не спорь, для тебя ничего не жалко, — улыбнулась Разумовская. — Это превосходно, — с придыханием говорил Пятифан, надевая тут же часы на руку. Он не мог налюбоваться ими. — Благодарю тебя за такой подарок, они чудесны, — он покрутил руку туда-сюда. — А у тебя какой для меня подарок? — чуть смущаясь, произнесла Маша. — Кхм, — кашлянул Рома. — Я долго думал над этим вопросом, копил деньги, и вот, решился. Машунь, ты для меня стала той звёздочкой, что ведёт только в лучшее, светлое будущее. И так и произошло. Я поменялся, хоть некоторые привычки и остались, но теперь мне есть для кого стараться, меняться. Короче, это всё лирика, — Пятифан потянул руку на соседний стул, что был задвинут под стол. А у Разумовской на глазах стала скапливаться влага. Рома поднялся со своего места, отодвинул свой стул и встал на одно колено. — Ты станешь моей женой? — парень протянул красивое кольцо, а Мария не сдержалась и заплакала. Она была счастлива. — Да! — воскликнула девушка, налетая на парня с объятиями, а после пылко целуя его в губы. Пятифан сначала опешил, но после пришёл в себя и крепко прижал к себе Марию.       Пробили куранты. На улице запускали салют. На дворе наступил двухтысячный год. Новое тысячелетие. В стране произошли перемены, как и в жизни Марии и Романа. Но сейчас они были готовы раствориться в этом моменте. Ничто больше не заботило влюблённую пару. В Новый год исполняются все желания и мечты...