Это просто ночной кошмар, малыш

      Полночь. Двери комнаты Кэссиди приоткрыты, иногда из гостиной можно было увидеть, как мальчик светил фонариком в коридор. Элизабет упросила отца не гнать её в кровать, а позволить досмотреть фильм по телевизору. Девочка очаровано смотрела в экран, но даже будучи полностью вовлечённой в кинокартину, она посматривала на брата, после чего с жалостью вздыхала.       Уильям работал в своём кабинете и вновь засиделся за бумагами. Он был с головой погружён в процесс. Будучи трудоголиком, он мог неподвижно выполнять монотонную работу часами, что всегда пугало Генри. Его не волновал ни голод, ни сон. Была лишь одна вещь, способная отвлечь его — это плачь младшего ребёнка, Кэссиди. За Майкла переживать не приходилось; он сам кого хочешь обидит. Элизабет была боевой девчонкой, несмотря на свою хрупкость. Кэссиди же был совсем другим. Порой казалось, что он вовсе не родной сын Уильяма, уж слишком младший был труслив. Несмотря ни на что, владелец закусочных любил его всем сердцем. Вместо того, что закатывать глаза на рассказы ребёнка о кошмарах и о том, что за дверьми ходят страшные аниматроники, Уильям сам спроектировал нечто вроде радионяни и вшил механизм в плюшевого Фредбера. Для механика это была мелочь. Также он добавил микрофон в игрушку, чтобы была возможность успокаивать ребёнка на расстоянии.       Сейчас Уильям вновь слышал тихие всхлипы ребёнка и скрипы дверей, доносящиеся из радионяни. Положив бумаги в аккуратную ровную стопку, глава семейства Афтонов отправился на помощь сыну.       По пути он взглянул в зал, чтобы проверить, чем занималась Лиззи. Она о чём-то задумалась и смотрела на дверь брата, но, увидев отца, резко отвернулась к телевизору. Уильям выдохнул и тихо постучал к младшему. На самом деле, это был самый волнительный момент, ведь испугать ребёнка резким появлением или звуком было проще простого.       — Малыш, это я, — нежно протянул родитель. Он зашёл в комнату, в центре которой стоял Кэссиди, сжимавший в маленьких ладошках фонарик. Увидев отца, Кэсси подбежал к нему со всех ног, кидаясь в объятия.       — Папа, они опять приходили, Фокси сидит в шкафу, и мне страшно, — захлёбываясь слезами, сказал Кэссиди.       — Давай вместе посмотрим, хорошо? И ты убедишься, что тебе совсем нечего бояться, — ребёнок зажмурился, когда родитель открыл дверцы шкафа. И правда, никого там не было, лишь небольшими стопками лежала одежда. — Видишь? Всё хорошо, тебя никто не тронет, потому что я всегда защищу тебя.       Кэссиди убежал к кровати, взял на руки Фредбера и снова прижался к отцу.       — И твой маленький друг тоже всегда будет с тобой, что бы ни произошло. Пошли в кроватку, я побуду с тобой.       Ребёнок залез под одеяло, лёг поудобнее и с интересом смотрел на Уильяма. Тот включил тусклый ночник и сел на край кровати. Приглушённый свет, тишина и самый дорогой человек рядом — всего этого уже было достаточно для спокойствия Кэссиди. Маленькое беспокойное сердечко начинало биться реже, а веки становились всё тяжелее.       — О чём сегодня поговорим? — улыбнулся Уильям.       — А что ты сегодня делал? — в маленьких глазках засветился огонёк любопытства.       — Работал, как обычно, — с теплотой усмехнулся старший Афтон. — А ты?       — Я тоже работал, — тихо сказал Кэссиди, так, чтобы никто больше не услышал; так, как говорят самые заветные секреты.       — Оу, и над чем же? — поинтересовался Уилл.       Кэсси подбежал к шкафу с игрушками. Там он взял мятый лист белой бумаги и кусок миллиметровки, подбежал к отцу и протянул, а сам сел в центр кровати.       — Мне Генри нарисовал, — похвастался ребёнок. — Это мой Фредбер. Генри настоящий художник! А сегодня я сам решил нарисовать мою игрушку, целый день раскрашивал.       — Какой ты у меня молодец, — Уильям обнял сына. — У тебя отлично получилось.       В проёме показалась Элизабет, нерешительно приоткрывая дверь.       — Можно? — шепнула она.       — Да, — улыбнулся Кэссиди. Девочка радостно подбежала к брату и села рядом с ним.       — Ты чего не спишь? — спросил Уилл. — Завтра в школу рано вставать.       — Я хочу с вами посидеть, — сказала Лиззи. — А что у вас тут за тайное общество?       — Просто меня папа защищает от аниматроников, потому что они его боятся, ведь он главный, — с гордостью сказал Кэссиди.       — Ого! А я никогда не видела у нас дома аниматроников. Они же только в ресторанах ходят, разве нет?       — Нет, они каждую ночь за мной охотятся. Помнишь, я рассказывал, как меня испугал Бонни?       — Да, но я думала, это тебе приснилось. А зачем они приходят?       — Они хотят отобрать у меня Фредбера, потому что он меня защищает, а потом — бам! — и напасть на меня, а потом утащить к себе.       — Правда? — заинтересованно спросила Элизабет.       — Да, — шёпотом ответил Кэссиди.       — Ложись спать, а то завтра тебя будет не поднять, — сказал Уильям.       — Хорошо, — младший начал залазить обратно под одеяло, а Лиззи села рядом с отцом, обнимая.       — Я сегодня так устал, пап, — сонно протянул Кэссиди, ложась набок, лицом к Уильяму. — Завтра я хочу попросить Генри нарисовать мне ещё какого-нибудь доброго аниматроника, кого-то из моих друзей. Он же завтра придёт?       — Я скажу ему, что ты очень хочешь его видеть, — улыбнулся старший Афтон, проводя по щеке сына.       — А Чарли придёт? — поинтересовалась Элизабет.       — Не знаю, вроде, у неё завтра никаких секций нет, значит, вполне возможно, что да — задумался Уильям.       — А можно нам-       — Погулять можно, но только недалеко от дома, — предвещая вопрос, ответил отец семейства.       — Ура! Спасибо, папа, ты лучший, — девочка обняла мужчину, на что тот ответил тем же.       — И я с вами буду? — спросил Кэссиди с волнением.       — Конечно! — радостно воскликнула Лиззи.       — А чтобы вам хватило сил на прогулку, нужно хорошо поспать, — Уильям взял дочь за руку, и они отправились к выходу. — Спокойной ночи, Кэсси.       — Спокойной ночи, — попрощалась Элизабет.       — Пока, — младший повернулся на другой бок, чтобы проводить взглядом семью. Ночник продолжал тускло гореть, отпугивая своим светом всех монстров. Ребёнок, предвосхищая этот день, закрыл глаза и представил, как он, Лиззи и Чарли бегут до киоска с мороженым, качаются на качелях, а потом плетут друг другу венки. Утро наступит быстрее, если поспать, и Кэсси это знал.