Быть может, это и есть родственные души?

Я, Хван Хенджин, студент Сеульского университета на факультете искусств. Я — будущий художник, надежда семьи выйти в свет, но также я и разочарование, я никогда не смогу подарить им внуков, нет, я не бесплоден, я просто влюблен в мужчину. Для друзей семьи я просто хочу заняться карьерой и, когда все устаканиться, буду искать своего путника жизни, но все знают, что мой путник жизни уже давно идёт рядом со мной рука об руку. Мы познакомились в старшей школе, Ёнбок переехал из Сиднея, мы не учились в одном классе, не сидели за одной партой, потому что я был на класс старше, но когда мы встретились в столовой, я подумал, я хочу узнать его. Тогда у меня не было особо много друзей, многие девушки хотели со мной встречаться, а это значит, что для парней я был врагом номер один. Феликс, так звали его в Австралии, тогда только перевелся, как полагается каждому новенькому в классе, его окружила толпа девушек и парней, чтобы узнать все о нем. Тогда он был весь раздражен и сел за стол со мной, даже не заметив меня сначала. — Тяжёлый день? — спросил я, смотря, как моя сегодняшняя компания на обед, чешет лоб и удрученно вздыхает. — Да это пиздец какой-то, — ответил Ёнбок, смотря на меня, — ты не против, что я сел рядом? — Нет, по крайнее мере ты пока не недолюбливаешь меня, как остальные, — маленький кусочек свинины полетел мне прямо в рот, все что мне нравилось на тот момент в этой школе это еда. — За что тебя недолюбливать? — усмехнулся он, — Я Ёнбок, кстати, но можно и Феликс. — Хван Хенджин, — я протянул ему руку, парень охотно пожал ее в ответ, — многие парни настолько не уверены в себе, что предпочитают ненавидеть того, кого любят девушки.  — Ахаха, — он рассмеялся, давясь рисом, — как утонченно подмечено! С того обеда мы каждый день садились вместе. Мы учились в библиотеке допоздна, я помогал ему с литературой и корейским, я в то время даже начал делать домашнее задание, хотя это было не так уж и часто. В большинстве случаев, я помогал Феликсу или просто читал книгу рядом с ним. Нам не нужно было говорить, нам было достаточно было молчать рядом друг с другом. На выходных мы ходили вместе завтракать в кафе, я всегда брал шоколадный круассан и латте, а Феликс покупал капучино и шоколадный чизкейк. Нам было неважно: зима или лето, дождь или солнце, ровно в полдесятого утра мы стояли у входа в кафе, вместе заходя и садясь за наш любимый столик у окна. Спустя год наших завтраков в выходные в этом кафе, нашу фотографию повесили на стене со словами «самые преданные клиенты», каждые третьи выходные нам в подарок давали овсяные печенья. Я уже на третьем курсе, а Феликс только поступил, мы учимся в разных университетах, но умудряемся встречаться каждый день и идти на обед вместе, если у него мало пар, он приходит ко мне в мастерскую и смотрит, как я леплю очередную работу, бывает, что я беру его в качестве модели для своих картин. Скульптура которая была создана по его подобию под названием «Афродита» стала победителем в конкурсе и стояла на выставке рядом с работами моего преподавателя. На нем была полупрозрачная тюль, глаза были прикрыты, но если приглядеться, можно было заметить взгляд вниз и маленькую слезинку в правом глазу, которая так и никогда не вытечет. Я сделал эту скульптуру, когда Феликс уехал к семье, мне было одиноко без него и в одну из ночей, мои руки сами начали творить. Все изгибы его тела мои кисти помнили, закрыв глаза я творил, я сам не заметил, как наступил рассвет, я не знал, как назвать эту работу, пока моя одногруппница не сказала «он необычайно красив, это точно с твоего парня?» тогда в моей голове промелькнуло «необычайно красив… Афродита в мужском теле». Я иду по улице, светит солнце, у всех школьников уже летние каникулы, но у меня начало сессии и экзаменов, вдруг я вижу его, в руках сигарета, на глазах черные очки, блондинистые волосы были уложены назад. Он словно модель сошедшая с обложки культового журнала.  — Ликси! — я воскликнул, ускоряя шаг, Феликс обернулся и, выкинув сигарету, бросился ко мне в объятья, мои папки выпали из рук на землю, но мне все равно.  — Джини, — прошептал он, утыкаясь в мое плечо, — я так скучал, — взглянув на меня, мой возлюбленный поцеловал меня, позабыв обо всем, — поехали домой, я хочу провести с тобой время, — многие люди начали смотреть на нас, правда, нас это не особо волнует, мы влюблены по уши, взяв такси, мы направились домой, было невтерпеж. Мы не виделись два месяца, казалось, прошло два года, я скучал за его веснушками, губами, маленькими ручками, я скучал за Феликсом Ли. Мы добирались до дома полчаса, но казалось, что вечность, перейдя порог квартиры, папки из моих рук упали на пол, мы целуясь, двигались в спальню выстраивая дорожку из одежды. Жар наших тел обжигал, губы распухали от бесконечных поцелуев, руки тряслись от возбуждения. Его губы нежно касались моей шеи, в порыве страсти он слегка покусывал мою кожу, заставляя меня приглушенно мычать.  — У тебя есть? — спросил я хриплым голосом.  — Я планировал другое, раз уже сегодня я сверху, — Феликс опускался ниже, иногда прикасаясь губами к моему телу. Когда его губы коснулись моего возбужденного члена, не в силах сдержаться, я простонал. Помогая себе рукой он наращивал темп, заставляя меня сжимать в руках простыню, моя спина неосознанно выгибалась. Я искусал нижнюю губу до крови в попытках хоть как–то заглушить свои стоны наслаждения, я так давно не чувствовал его тепло, что кончил намного быстрее, чем обычно, — ты так по мне скучал? — спросил он, вытирая рот салфеткой.  — Конечно, — я взял салфетки, которые лежали на тумбочке, вытер сперму с члена, а после обессилено лег на кровать, расправив руки в стороны, — нечестно, что удовольствие получил только я.  — Мне достаточно было увидеть, как ты весь выгибаешься и стонешь от моих действий, — Феликс лег рядом со мной, кладя голову ко мне на грудь, — не встречался с родителями?  — Думаешь, они хотят видеть сына, который встречается с мужчиной? — я гладил его по волосам, задумываясь о том, хочу ли я налаживать отношения с семьей.  — Мне жаль, — он проводил рукой по моей груди, — мои родители зовут нас в Сидней, не хочешь съездить на каникулах? Они будут рады наконец–то познакомиться с тобой лично, а не по видеосвязи.  — Если наше знакомство не пройдет также, как произошло твое с моими родителями, то я за, — нежно коснувшись его лба, я тяжело вздохнул, — я не допущу того, чтобы мы расстались еще раз из–за наших семей.  — Они давно приняли нас, — я почувствовал, как Феликс вздрогнул, наверное, он вспомнил, как мы год назад расстались на полгода после моей ссоры с родителями, — мы справимся, Джинни. Мы справимся, так я говорил всегда ему, я старался быть сильным за нас двоих, после расставания, я хотел забрать всю его боль, я не хотел, чтобы мой Ликси страдал. Когда мы съехались, он показал мне, что намерен защищать меня также, как и я его, быть может, это и называется родственная душа? Когда вы отдаете равноценно тому, что получаете, когда вдали друг от друга вы боитесь потерять часть себя, когда вы готовы отдать жизнь за друг друга.  — Ликси, — я повернулся к нему лицом, — я понимаю, что мы не сможем стать законными мужьями, но, быть может, мы сможем что–нибудь придумать?  — Это ты мне предложение делаешь? — усмехнулся он, — После минета можно и супругами стать?  — Эй, я пытаюсь сделать предложение своему возлюбленному, не мешай, — я посадил его на свой торс, — Ликси, ты выйдешь за меня?  — Шутишь? Конечно да, — он увлек меня в поцелуй, зарываясь руками в мои волосы, — я люблю тебя до луны и обратно.