Свержение

— Мустафа?! — Махидевран кинулась к сыну. — Сынок, что с тобой? — рука девушки оказалась у ребёнка в волосах, — СТРАЖА, ПОЗОВИТЕ ЛЕКАРЯ!

***

Лекарша не знала причину болезни падишаха, поэтому просто молча смотрела в пол. Махидевран с ватными ногами шла по коридору, шатаясь. Девушка знала того, кто мог бы помочь. И это её мать со своими подругами. Из-за волнения ведьма чуть ли не потеряла сознание, султанша ворвалась в покои. В этот момент все уже спали. — Простите! Помогите моему сыну, он умирает! -девушка скатилась вниз по стене, слезы мочили её глаза и щеки. Руки обхватили колени крепко, сжимая полы красного платья. Хотелось разорвать эту комнату на мелкие клочья. — Доченька, что случилось? — мать подбежала ближе, обняла Махидевран и прижала к своей широкой груди. — Он задыхается… Он хрипит, мама. Ему плохо. Он умирает. Ведьма погладила дочь по голове. — Пойдемте к шехзаде. Возьмите отвары от порчи на всякий случай. Подруги согласились и компания направилась к покоям малолетнего падишаха. Лекари окружили кровать мальчика. Каждый пытался ему помочь. С маленькой ротика Мустафы шла кровь, что привело мать в ужас. — Ну же! Не стойте, помогите моему сыну! -девушка захлёбывалась в слезах. Подруги подошли к нему, мать новоиспечённой Валиде произнесла: — Это наказание высших сил. Либо это порча, либо расплата за нарушение клятвы. Слова матери привели мать Мустафы в ужас. — Я клянусь жизнью своего сына… И вспомнила, что приготовила казнь для сыновей Хюррем. — Мама, как это снять. Как? — Нужно убить человека, с которым заключили клятву или навел порчу, — обеспокоенная бабушка волновалась за малыша, что плакал, задыхаясь в собственной крови. — Я готова, — ведьма выскочила из покоев и шла прочь из Топкапы. Её пальцы с дорогими кольцами вытирали слезы под блеском луны, волосы развивал холодный ветер. — Я убью тебя, змея.

***

Хюррем собирала вещи. Чемоданы лежали на полу, рыжая торопилась. — Куда мы поедем, мама? — спросил Мехмед. — Сынок, на мою Родину, — мать обняла сына и продолжила сборы. — Но, мама, нам нравится тут, — протестовала Михримах. — У меня нет выбора, это для вашей безопасности. Письмо для Паргалы легло на письменный деревянный стол. Ветер сдул его со стола на ковер. Карета рыжей второпях покинула Столицу. Дальше семья села на корабль. И тот тронулся по Босфору, уходя в Крымские земли через разные водоканалы.