Свержение

Капли дождя барабанили с громким стуком по крыше старого дома. Двое мужчин оглядели обросший зеленью дом, в голову шли разные мысли. — Слушай, Мерджан, а твоя жена случайно не забросила этот дом? — Не знаю, нужно проверить. Первый постучал, но в ответ тишина. Оба приняли решение выбить дверь, но войти не могли. Невидимый барьер не позволял им это сделать. — Что за? — возмутился Паргалы, смотря на улыбку во все тридцать два у бея. — Ибрагим, это значит, что тут явно кто-то живёт. И мы не можем сюда войти из-за нашей сущности, пока хозяин нас не пригласит. Внутри здания послышались шаги, ко входу шла взрослая женщина в свободном одеянии, напоминающем ночнушку. Она шла медленно, её руки скрестились на объёмной груди. — Ты?! Проваливай. Привел себя и своего дружка кровопийцу? — Моя дорогая бывшая жена, нам нужна твоя помощь. — Вы выбили мою дверь, а я должна вам помочь? Убирайтесь! — А мы её починим, — хитро перебирал частичку деревянной двери пальцами двухгодовалый вампир.  — Но помощь я вам не укажу. Ты — изменщик. — Так она нужна вовсе не мне. — Твой друг — кровопийца. — А ты- ведьма, жёнушка. Все мы втроем грешны. Колдовство ведь запрещает Коран. — Ладно, — женщина сдалась, — ты можешь войти, — указала на Ибрагима, — а ты никогда. — Я понял, — Мерджан кивнул другу и сел на обросший мхом пень, что располагался около дома.

***

Запахи трав резали горло, повсюду были свечи и книжные полки, полностью набитые старинными писаниями. Женщина вывела гостя в зал, где сидел черный ворон и редко каркал. При входе вампира он будто обезумел, но рука хозяйки, что нежно погладила его по черной головке привела птицу в спокойствие. — Он — мой фамильяр. Я понимаю то, что говорит он, а он понимает то, что говорю ему я. Он — гоблин в теле животного, что всегда защищает меня и остерегает от неприятностей. Так что если ты посмеешь напасть на меня своими мерзкими клыками, то Себастьян будет клевать тебя долго и мучительно. — У меня нет таких целей, не беспокойся. — Мне приятно это слышать. Женщина улыбнулась и пригласила грека сесть на тахту. — Итак, что тебя и моего мужа привело сюда? — Твой муж всего лишь указал мне ту, что поможет. Дело в том, что мне нужно найти любимую. Где она и куда направляется. — Есть какая-то её личная вещь? — Да, — Паргалы нашёл в кармане изумрудную серьгу, что тот в порыве злости хотел сбросить со скалы. Ведьма взяла вещь в руки и начала что-то читать на латыни. Языки пламени на фитилях восковых свеч поднялись, а зрачки женщины отрели ярко-белый цвет. — Она мертва, я не могу найти её. — Мертва? — мёртвое сердце Ибрагима забилось как бешенное. — Она тоже вампир? — Да. — Ну значит я права. Найти я её не могу с помощью одной лишь вещицы. Значит нужно более сильной заклинание, — ведьма пробежала подушечками пальцев по старым коркам книг и вынула нужную. Открыла на середину и вновь вошла в транс. — Порежь руку, — ведьма дала кинжал Паргалы и открыла карту. Грек не стал задавать лишних вопросов и выполнил просьбу. Дорожка крови потекла по карте. Текла по морю, добираясь до Крыма. Дотекла до отметки «Рогатино» и остановилась. Женщина пришла в себя и произнесла: — Отныне ты мой должник. Мой фамильяр прилетит к тебе. Если не выполнишь требования, то познаешь истинные муки существования, — на лице ведьмы засияла коварная улыбка. — Я вас понял, — грек вышел из дома и подошёл к Себастьяну. — Отправляемся в Рогатино.