Новый Великолепный век.

Гюрай и Мустафа покинули Манису, чтобы, наконец, вдохнуть полной грудью, вдали от всех интриг. Их страсть разгорелась с новой силой, но Гюрай все больше съедала тоска. Она не показывала этого Шехзаде. Смеялась, танцевала и улыбалась. Мурад, Ахмед и Элмас наслаждались отличной погодой в Эдирне. Мальчики учились стрелять из лука, а Элмас играла в догонялки со служанки, которые уже вымотались от общения с маленькой госпожой. Однажды Гюрай и Мустафа сидели в саду, с улыбкой наблюдали за своими детьми, как вдруг их идиллию разрушил гонец. Шехзаде сразу же принял серьезный вид, и принял письмо. Прочитав его, он сильно изменился в лице. - Плохие вести, Шехзаде? – Спросила Гюрай, которая все это время пристально за ним наблюдала. - Опять Рустем-паша творит беспредел, его власть растет с каждым днем. Если бы он не был мужем Михримах, удавил бы собственными руками. - Пока за ним стоит Хюррем Султан, этого не будет. - Мне не нравиться, что ты в восторге от этой змеи. – Гневно крикнул Мустафа. Гюрай отшатнулась от неожиданности, а потом приняла гордый вид и выдержала взгляд Шехзаде. Их крики услышал Мурад и подбежал к родителям, не забыв поклониться. - Валиде, я знаю, что вы хорошо стреляйте из лука, прошу вас пойдемте со мной. – Сын Гюрай умоляюще посмотрел на отца, хотя в душе был зол на него. - Вы позволите, Шехзаде? – Спросила голубоглазая султанша. - Идите. – Сказал Мустафа и отвел от них взгляд. Гюрай злилась, гнев хотел вырваться наружу, но она сдержалась. - Шехзаде, пойдемте с нами, тем более что вы стреляйте лучше, чем я. – Промолвила Гюрай, кокетливо улыбаясь. Улыбка этой необычной женщины стерла ярость из души Мустафы, он как завороженный встал и пошел за своей семьей, чувствую себя обычным человеком, который с радостью проводит время с любимыми людьми. *** Мысли ветвились в моей голове, как встревоженные пчелы, душа будто предчувствовала беду. Не будет мне покоя в этом убогом мире, в котором я именуюсь рабыней и наложницей. Все чего я достигла, может сгинуть, как все то, что непостоянно. Любовь, страсть, в один прекрасный момент этого не станет и меня запрут в дальнем углу гарема, приветствуя новую любимицу Шехзаде. - Султанша.- Поклонившись, сказал Алтын-ага. - Алтын, я хотела, чтобы ты понял одну важную вещь. Я простила тебя, только потому, что ты был виновен лишь отчасти. Но больше я такого не прощу, знай это. Преданность важнее всего. Ты можешь уйти сейчас отсюда живым и примкнуть к тому, кого ты считаешь достоянным власти или же стать мне полностью верным, готовым пожертвовать не только жизнью, но и своей душой. Алтын стал на колени и поцеловал подол моего платья, потом осмелев, посмотрел мне в глаза. - Султанша, я давно сделал этот выбор, еще в тот день, когда умерла Махидевран Султан. Не мне решать, кто достоян власти, но мое мнение заключается в том, что с вашей силой нужно считаться. Я уважаю вас и предан вам душой и сердцем. – Произнес Алтын-ага и опустил голову. - Встань. Оставим неприятное происшествие в прошлом не к чему вспоминать былое. Я скажу тебе то, что наверно не должна говорить, ты для меня не только слуга, я считаю тебя своим другом. - Султанша, как можно говорить такое, ведь я обычный раб, а вы госпожа. А вдруг кто-нибудь услышит? - Я и сама рабыня. По крайней мере, пока. Но я каждый день напоминаю себе кем я вошла в этот дворец. Величие не то, как ты пришел, а с чем покинул этот мир. - Вы мудры как всегда. - Алтын справься о делах в столице. Можешь идти. Я уверена, что поступила правильно, простив Алтын- агу, он не предал меня в важный момент, не придаст и сейчас. Но клянусь, если он свернет с тропы верности, я сама снесу ему голову мячом.