Новый Великолепный век.

Семья Шехзаде собралась в его покоях, с нетерпением ожидая увидеть своего любимого и отца. Дверь открылась, и в комнату величественно зашел главный наследник трона Османов. Его взгляд источал уверенность, но внутри все же пылал огонь. Губы изогнулись в улыбке, приветствуя своих родных. Гюрай Султан уже подпрыгивала от нетерпения, она не отличалась умением ждать, но сдерживала свои внутренние порывы. За ней стоял Мурад, который очень соскучился по отцу, также как и Ахмед. Элмас увидев отца, сорвалась с места и запрыгнула к нему на руки. - Моя доченька, жемчужинка любимая. Как я скучал. – Говорил Мустафа, расцеловывая Элмас. - Папочка, я тоже очень соскучилась. Мустафа опустил дочь на пол и подошел к Гюрай, которая нежно поддерживала живот, любуясь трогательной сценой. - Любимая моя, Султанша моего сердца. – Проговорил Шехзаде. - Я так скучала, Мустафа, что считала каждую секунду проведенную вдали от тебя. – Ответила Гюрай и бросилась в объятья мужа. Поприветствовав своих сыновей, Мустафа остановился рядом со служанкой, которая держала на руках Мерием Султан. Девочка очень подросла, особенно волосы, которые волнами лежали на ее плечах. Маленькой госпоже был год, но локоны отросли на удивление быстро и сияли во всей красе. Светло-русые и блестящие. - Она разобьет немало сердец, когда вырастет. – Сказал вдруг Мустафа, принимая на руки дочь. - Шехзаде, у нее очень упрямый характер, и чем она старше, тем больше усиливается эта черта. Мерием нам много сюрпризов принесет, так что вскруженные головы твоих поданных опустятся в конец списка. – Промолвила Гюрай, улыбаясь, и вся семья дружно рассмеялась. *** Поход продолжался, но Повелитель, отправил меня домой, дабы не оставлять главный санджак надолго без правителя. В этот раз в столице остался Селим, в качестве регента. Меня тревожит брат, ведь он любит выпить и не отличается усидчивостью. Но пока что плохих вестей не приходило и это радовало. Может он, наконец, взялся за ум. На вечер я позвал Гюрай, но я понимал, что не о какой близости не может быть и речи. Она беременна. Но полгода без женского общества давали о себе знать. - Шехзаде, может быть, подготовить какую-нибудь прекрасную гурию?- Спросил Ташлиджалы. Мысли метались у меня в голове. Гюрай обязательно узнает об этом, ведь она фактически управляет гаремом и расстроится, а вдруг ей опять станет плохо? Нет, не надо этого делать. Вековые традиции, которые мне внушали с детства, хотели взять свое. Но прежние ошибки и любовь к Гюрай все-таки победили. Я, ответив Ташлиджалы отказом, велел ему уйти. *** Душа трепетала от радости, вознося меня до небес. Мой любимый Мустафа приехал, наконец, моя тоска рассеяться и странные сомнения покинут сердце. Но расслабляться нельзя, ведь это все-таки гарем. Вечером я отправилась в покои Мустафы. - Шехзаде. – Поклонившись, сказала я и тут же встретилась с ним взглядом. - Гюрай, моя сильная луна. Проходи, садись. Я велел, чтобы нам подали ужин. - Я не могу словами описать, какая печаль поселилась внутри меня, когда вы покинули этот дворец. - Знай, моя госпожа, что я был далеко, но мое сердце оставалось, здесь с тобой. Я все время прокручивал в голове наш отдых в Эдирне. Это было незабываемо. Я рассмеялась, вспоминая наши жаркие ночи и откровенные разговоры за позднем ужином. Эти дни были словно сном, настолько они казались не реальными. - Мустафа, тот месяц был счастливой сказкой, новым дыханием нашей любви. Огонь страсти, затихший на некоторое время, вновь разгорелся. - Расскажи, как вы тут без меня? - Слава Аллаху, без происшествий. Мурад делает огромные успехи в учебе. А вот Ахмед лениться, но ему без усилий удаются все военные занятия. - Мурад очень похож на Султана Сулеймана. Такой же спокойный и рассудительный. А Ахмед сильно напоминает мне моего брата, Баязида. - Хорошо бы эти сходства были к лучшему. – Ответила я. – В походе не было происшествий? - Парочка стычек с Рустемом-пашой и много проведенного время с братьями и Повелителем. Но это навряд ли можно назвать происшествием. - Это уж точно. – Засмеялась я. – Забыла рассказать, нас посещала Михринниса Хатун. - Дочь Капудана-паши? Виделся с ней несколько раз. Такая же боевая, как и ты, моя султанша. В душе зародилась слегка ощутимая ревность. Мне не нравиться, когда меня с кем то сравнивают. - Не думаю, что мы с Хатун, чем-то схожи. Мустафа внимательно посмотрел на меня и, притянув к себе поцеловал. - Ты что ревнуешь? – Со смехом спросил он. - Да ревную. Ко всем. И даже к Ташлиджалы, ты проводишь с ним больше времени, чем со мной. – Капризно ответила я. - Я люблю только тебя. Не сомневайся в этом. - Мустафа, я не хочу портить момент. Но можно спросить у тебя то, что волнует меня долгие годы. - Спрашивай. - У тебя была фаворитка и целый ворох наложниц во время моей последней беременности. В эти моменты мне казалось, что ты не любишь меня. А в последнем случае, ты даже игнорировал меня. Но потом вдруг снова воспылал. В чем причина таких перемен? - Страсть со временем уходит, так же, как и чувства любви притупляется. И это иногда случалось со мной. Нет, я не переставал любить тебя, просто чувства не охватывали все мое существования. Но ты самая необычная женщина, которую я когда-либо встречал. Мы вместе почти десять лет, и в течение этого времени, ты не перестаёшь меня удивлять. После наших размолвок, ты будто становишься другой, такой сильной и независимой. И я заново влюбляюсь в тебя. Наша любовь, как и кровь, периодически обновляется. Я впитывала каждое слово любимого, потому что это было самым прекрасным, что я слышала. Но нашу идиллию прервал стук в дверь. - Войдите. – Крикнул Мустафа. - Извините Шехзаде, что потревожил вас. Но я должен сообщить эту весть немедленно. Шехзаде Джихангир умер от тяжелой болезни во время похода.