Опасная ревность

Комната заполняется красивой мелодией, песня звучит, кажется, на французском, отчего атмосфера меняется на более романтичную. Девушка раскинулась морской звездой на постели, незаинтересованно листая ленту соц.сетей. Она только недавно вернулась с прогулки по утреннему городу, солнце пробиралось через неплотно задëрнутые занавески на кровать. Где-то в коридоре послышался громкий хлопок входной двери, ты, самодовольно улыбаясь, продолжала залипать в телефон. Когда же дверь в спальню открылась, подняла изучающий взгляд и столкнулась с его спокойным. Осаму оглядел тебя, но в его глазах мелькал гнев. Он буквально бушевал в нём, хоть и внешне не показывал. Ты, вставая с постели, тянешься руками, подходишь ближе, специально нахально улыбаясь и заметив, как карие глаза опасно сузились, внимательно следя за тобой. Ты нарочно подходишь совсем близко, ощущая плохое настроение парня. Он демонстративно сложил руки на груди, оставшись стоять, и весьма стойко. Дазая пробирали разные эмоции, но наибольшая — это ревность к тебе и какое-то дикое желание, поэтому, когда ты была максильно близко, резко дёрнув за плечи, шатен прижал тебя к стене, не давая и шанса на побег. Его колено разводит твои стройные ноги, надавливает на слабое место, одной рукой он сцепил твои ладони над головой, держал их неподвижно, пока другой исследовал твоё тело, пальцами забираясь под пижаму. Осаму наклонился ближе к шее, больно впиваясь зубами в твою кожу и оставляя глубокий укус. Если бы он был вампиром, то ты, несомненно, отдала всю свою кровь, медленно и мучительно умирая от его прекрасных рук. Парень, зализав языком образовавшуюся ранку, заглянул в твои глаза и увидел там насмешку и похоть. Он только веселился с такого. — Ты ведь специально села ему на колени, да? Хотела чтобы я приревновал! Ну что сказать..? У тебя это получилось! Тон голоса низкий, томный, соблазняющий, и, кажется, немного раздражëнный, но Дазай возвращает спокойствие, заметив, как на твоих губам расцвела хитрая улыбка Ты, не отставая от парня, ответила в таком же тоне. — Как всегда угадал. Высвободив руки, обвила ими шею парня и прижала ближе к себе, наконец сливаясь с Осаму в глубоком поцелуе. Он больно кусает твою нижнюю губу, не нежничает. Шатен подхватывает тебя под бёдра и переносит на кровать, нет, даже немного грубо бросает, отчего ты только молча закатываешь глаза, обиженно надув губы. Дазай, заметив это, только тихо смеётся, навалившись сверху, сразу же накрывая твои манящие припухшие губы своими. Проводит рукой от шеи к талии, останавливаясь там и до лёгкой боли сжимая, тут же вызывая рваный вдох. Парень отстраняется, ладонями хватая твои колени и нежно разводя в стороны, любуясь шикарной растяжкой. Осаму быстро снимает твою пижаму, небрежно откидывает её в сторону и начинает целовать твоё тело, наслаждаясь тем, как ты елозишь по постели от настойчивых ласк. Приоткрыв веки, ты решаешь сменить позу и опрокидываешь парня на спину. Благо он не даже не сопротивлялся, отдавая власть на некоторое время в твои чудесные ручки, от вида которых можно тут же упасть замертво. Тонкие пальчики поглаживают бинты. Теперь обстановка сменилась, когда ты сняла с него рубашку и начала разматывать бинты, наклонилась к лицу Дазая. — Можно..? Этот вопрос звучит каждый раз во время близости, даже самой обычной. Для Осаму бинты — как защита, в которой прячется его от этого мира. Ты аккуратно проводишь пальцами по ним, ожидая ответа и смотришь, как парень принимает решение. Слышится тяжёлый выдох, это своеобразное согласие. Медленно, даже больше нежно снимаешь тонкие слои марли, откидываешь куда-то, зная, что позже придëтся опять бинтовать стройное тело. Дазай закрыл глаза, пытаясь расслабится и не нервничать. Ощущает, как оголяется его душа, а не кожа. Слишком близко, и он позволяет. Его тело слишком чувствительно без бинтов, поэтому он тяжело дышит, когда твои губы проходятся поцелуями по коже, а пальцы поглаживают длинный шрам на груди. Привыкший, он перевернул тебя на спину и вернулся к твоим ногам. Парень снимает с себя последнюю вещь и поднимает выжидающий взгляд на тебя. Ты, поняв, к чему он клонит, тянешь руку к тумбочке, отыскивая лубрикант. Дазай только сильнее улыбается. Значит, ты знала сегодняшний исход событий. Забрав смазку, выдавливает немного на пальцы. Скорее, ты больше рассчитывала на такой исход, не зря же пришлось крутиться вокруг того стрёмного пацанчика. Осаму наклоняется, языком скользит по твоей груди и специально задевая зубами твёрдые соски. Слегка их посасывает, прикусывает, мнëт. Он растирает смазку, входит сразу двумя пальцами и проводит свободной рукой по заднице, сжимая до лёгкого покраснения, после чего сильно шлëпает. Тихо стоная, комкаешь постельное бельё и стягиваешь под себя. Откидываешь голову, ощущая, как чужие пальцы движутся внутри быстро и резко, вынуждая срывать голос. Приоткрыв глаза, смотришь нахально на парня и ожидаешь большего. Дазай явно специально медлит, как-то хитро ухмыляясь, видя, как твои ноги обвивают его торс, пытаясь притянуть ближе. Всё же растягивать с прелюдией он долго не любит, потому пальцы довольно скоро выходят из тебя с характерным тихим хлюпом. От твоих сладких и несдержанных стонов снизу у него всё пульсирует, неприятно тянет в паху, поэтому оттягивать момент икс больше не имеет смысла. Сначала подставляет к хорошо разработанной щели головку, чуть наклоняясь, проводит губами по шее, специально зубами несильно задевает кожу и кусает, наконец входя до конца с пошлым шлепком. От того, как специально ты сжимаешь розовые стенки, ему хочется рычать. Он не сдерживает тихие стоны, слетающие с его уст прямо над твоим ухом. Подставляясь под пока что медленные толчки, ты ощущаешь, насколько глубоко он входит. Дазай вовсе не нежен, нет, он всегда властен в постели, доминирует, но ни в коем случае не унижает. Его глаза выражали только яркие страсть и похоть, он медленно проникал в кожу, сильнее разгораясь. Как же это приятно... Член скользит глубоко внутри, задевая все эрогенные точки, отчего ноги слегка дрожат, но этого мало, поэтому запускаешь свои тонкие пальцы в растрёпанные тëмные волосы и упрямо тянешь на себя, сливаясь с чужими губами в грубом поцелуе. Юркий язык парня только углубляет поцелуй, но быстро отстраняется. На твоих губах сияет хитрая улыбка, от которой Дазаю остервенело захотелось искусать эти манящие губы. Утыкаешься взмокшим от пота лбом в его плечо. В перерывы между стонами тихо говоришь. — Но, знаешь… ах…а на его коленях было очень даже приятно сидеть… особенно ощущать, как его огромный член упирается мне в…. Внезапно громкий и резкий вскрик разносится по комнате. Жмуришь глаза, чувствуя, как толчки стали ещё резче и грубее. Что ж, после таких провокационных слов Осаму решил хорошенько тебя выебать, преподать урок, так сказать, чтобы больше такой херни отродясь не говорила. Потому, сжав твои коленки, он неожиданно закидывает твои ступни к себе на плечи под удивлëнный взгляд; глаза сами собой закатываются, вообще, то эту позу вы редко использовали для удовлетворения физических потребностей, да и повода для такого уж глубокого и сильного проникновения не было. Шатен двигается быстрее и закидывает голову назад. Сейчас стенки то ли отталкивают его внутри, то ли стараются принять больше, от такого контраста становится приятно. Его руки переместились на твои ягодицы и со всей дури поочерёдно шлепаëт по ним, тут же улавливая довольную реакцию твоего тела. Оно начало мелко дрожать. От каждого нового толчка ты получала огромное удовольствие, дикий экстаз. Поясницу уже начало немного ломить от неудобства позы, но тебя это вряд ли остановит перестать двигать своими бёдрами навстречу. Он нежно покусывает твои ляжки, щиколотки, таранную косточку. Сжимаясь, ощущаешь сильные пульсации под кожей. Твой пик наслаждения достигает своего конца и с тихим вскриком кончаешь. Осаму на это лишь усмехается из-за развратности картины, но доводит себя до конца быстро, продолжая вбивать тебя в кровать... Впереди у вас целая ночь.