Аnġlu

Жизнь — это благо и зло, а смерть ни то ни другое — Юлек Янковский. Пораженная, Латика стояла перед святым и не понимала, какие ей стоит подобрать слова. — Что такое? Ты его знаешь? — Это он был со мной тогда. Павел кивнул и ответил: — Поменять подопечного не получится. — Но как я буду рядом с ним, если я в коме. — Если тебя беспокоит только это, то твой внешний вид изменится, когда ты ступишь на землю. — И как я буду выглядеть? — Этого не известно. Твоя внешность будет собирательным образом такого человека, который никогда не существовал, а после окончания задания о тебе никто не вспомнит. — Хорошо, так действительно будет проще. — Отлично. Тогда давай спустимся вниз и прогуляемся по магазинам. Павел галантно предложил свою ладонь, слегка покачивая кончиками пальцев, призывая взять его. Вложив свои пальчики в руку и прижавшись к мужчине, они отправились на землю. Проходя магазин за магазином, девушка остановилась перед одной из витрин и стала вглядываться в свое отражение: на нее смотрела невысокого роста хрупкая девушка, с короткими светло-русыми волосами и яркими голубыми глазами. Лицо новой Латики было покрыто множеством мелких и крупных веснушек, что делало девушку еще милее. — Как тебе ты? — Непривычно видеть себя такой. — Какой? Без смоляных кудрей и оливковой кожи? Она добро усмехнулась от услышанного и зашла в магазин. Купив все необходимое, пара направилась в парк. — Теперь мне стоит тебе рассказать все тонкости: ты станешь ангелом-хранителем своего дружка до его совершеннолетия, а по известным мне данным, это случится через пару месяцев, после чего сможешь остаться наверху или вернуться в тело. — А что на счет моего нынешнего внешнего вида? Я всегда буду такой? — Нет, возвращаясь наверх ты принимаешь свой прежний облик. — Как я должна постоянно находится рядом с Юлеком? — Ты поступишь в свой колледж как студент по обмену. Документы, как ни странно, готовы. А там уже сама думай над этим. Он протянул бумаги и девушка принялась их листать. — Почему Виктория? Павел помолчал секунд десять, потом ответил: — Мне дали разрешение назвать тебя любым именем, я выбрал это. Оно для меня много значит, носи с достоинством. Латика кратко кивнула и поднялась. — Думаю, нам пора идти. — Да, верно. Ты можешь направляться на учебу, а я пойду. Попрощавшись, они разошлись. Проходя по коридору, девушка зашла в нужным кабинет и озадаченно остановилась: преподаватель, как зачарованный смотрел в дверной проем и при появлении девушки резко вскочил. — Виктория, где же вы ходите? — Здравствуйте, не могла найти кабинет. Ее голос дрожал, боясь, что вот-вот раскроют обман. Пройдя ближе, она заметила печального Юлека, который что-то высматривал в окне. — Наша новая студентка — Виктория. Откуда ты? -..Из..Польши. Мысли перемешались и эта страна первая пришла на ум. Переминаясь с ноги на ногу, Бурман увидела косой взгляд друга в свою сторону: ему наверняка странно слышать, что новая ученица родом с ним из одной страны. Не найдя свободного места, девушка аккуратно присела рядом с Юлеком, который никак не обращал свое внимание на нее. Подождав пару минут, Латика прошептала в сторону соседа приветствие. Не услышав ответ, она повторила попытку: — Привет, Меня зовут Виктория. — Я услышал. — Ты неразговорчивый. Он лишь промолчал. — Юлек, в чем дело? Парень озадаченно посмотрел на нее, из-за чего девушка в миг смутилась. — Даже спрашивать не буду, откуда ты знаешь мое имя, просто не трогай меня. Остаток пары прошел скучно: парень никак не шел на контакт, что только разочаровывало. Все мысли были заняты тем, что точек соприкосновения с Юлеком у них не так много. Проходя по большой столовой, девушка присела дальше всех, на единственные свободные места. В далеке показался её друг, который был вновь одинок. Он осмотрел всё помещение и взор его остановился на Виктории: она сидела печальной и унылой, что вызывало чувство грусти и странной близости. Переминаясь с ноги на ногу, Юлек осторожно и не торопясь подходил к столу. Слегка приподняв голову вверх, Латика удивленно начала озираться по сторонам: — Что-то не так? — Свободных мест нет, кроме этих. Я присяду? — А! Да, конечно, садись! Парень сел немного поодаль, не нарушая дистанцию. — Почему именно Мальта? Разве в Польше не лучше? Она внезапно поперхнулась и, сделав пару больших глотков сока, ответила: — Ну, да… Там хорошо, но это родина моей матери, поэтому я здесь. Они пообщались с минуту о плюсах Польши, после чего Виктория продолжила: — Ты был довольно грустный на паре, поделишься в чем дело? Он посмотрел на нее с как-то зло и отвернулся. Так Юлек и просидел весь обед, не промолвив ни слова. Шла пара за парой, а юноша так и не продолжил разговаривать с Латикой. Время истекло и небеса забрали ее обратно. Рядом с вратами, вальяжно покачивая ступней, сидел Павел, который по-женски осматривал свои ногти и ладони. — Как прошел день? Он чарующе наблюдал за девушкой, привлекая сесть рядом кратким кивком. Она мягко присела, откинувшись на спинку. — Кажется, что всё как и раньше, но разница колоссальная… О! И я так устала, всё тело ломит. — Да-да, не сказал: твой земной облик потребляет силу, которую ты получаешь здесь, поэтому будешь уставать. Со временем тебе будет проще выдерживать такое. Ответом на его слова был кивок. — Что на счет твоего подопечного? Подружилась? — Не совсем. Сначала он не разговаривал, а после, за обедом, заговорил, но резко перестал. — Что послужило причиной? — М-м, наверно, ему стало неприятно от того, что я просила про его настроение. Юлек был очень мрачным. — А ты не догадываешься в чем дело? — Догадываюсь, но реагировать так? После этого он и слова не произнес. — Ты думала над тем, как исправить ситуацию? — Нет, пока что. — Дай ему время, держи пока нейтралитет, а после можно и сдруживаться. — Спасибо за совет! Она славно улыбнулась, после чего встала, протянув руку мужчине. — Ты не познакомил меня с остальными, надо исправить. Павел, держась за руку Латики, встал, прикрывая искреннею улыбку. Они проходили по яркой аллее, вновь вдыхая сладкие ароматы цветов. Небесные растения ярко горели голубыми оттенками, завораживая видом. Вдали виднелась большая беседка наполненная голосами. Приближаясь, паре показывались, молодые и не совсем, бессмертные, такие одинаковые, но по своему разные. Обратив внимание на шагающего в их сторону Павла, несколько людей заликовали, в прыжке подбегая к мужчине, обнимая его. — Матис, где ты пропадаешь? Мы тебя так давно не видели! Бурман озадаченно взглянула на мужчину, но промолчала. Обнимающий Павла отошел от него и обратился к девушке. — А что это за ненаглядная дева? Мужчина гордо прикрыл веки и ответил: — Это моя подопечная — Латика. Бессмертная рядом резко пискнула. — Да-да-да, я слышала про нее! Святой Николай был ошеломлен тем, что ты взял себе опекаемого. — Надо же чем-то себя занимать. Она закивала и протянула свою руку: — Меня зовут Ксения, очень приятно познакомиться! — бессмертная трясла руку Латики, показывая всю свою радость. — Ох, взаимно! Подопечная посмотрела на ее руку и изумилась: кончики пальцев вечной были абсолютно прозрачны. Сразу же руку Бурман перехватил юноша рядом. — Я Александр, но для тебя просто Алекс. Он мягко поцеловал тыльную сторону ладони в своей руке, хищно ухмыляясь. — Так-так, не смущай мою девчонку! Павел отодвинул ее от бессмертного, как бы пряча за собой. Парень расхохотался и вернулся в исходное положение, осматривая пару. — Как пожелаешь. Тогда, дай хотя бы ее познакомить со всеми. Святой отпустил Латику к нему, искоса поглядывая на Александра. Этот час они провели за дружной беседой, смеясь, словно все знакомы вечность. Провожая свою опекаемую, Павел рассказал, что не все бессмертные славятся своей честностью и достоинством. — Просто будь аккуратна в общении с ним. — Да, я поняла тебя. Они постояли так еще пару минут и мужчина отпустил Латику отдыхать.