Лед и космос

После осознания произошедшего у всех взрослых пробежал холодок по спине, только дети радостно резвились, исключением был только белый, словно в экстазе от происходящего, он вновь и вновь бормотал что-то непонятное, и единственное, что у меня получалось разобрать было: — Изучить! Но получится ли у меня..? Немного смирившись с ситуацией, мы решили разделится на три группы, чтобы обследовать место, в котором оказались. Голубая, которая, как оказалось, до того, как оказалась здесь, подрабатывала няней для малышей, зарабатывая этим себе на жизнь, учась в универе, да и вообще она, кажется, уже успела понравится малышне, так что в ее группе были дети, они пошли разбираться с едой. Я бы, конечно, тоже хотел бы так мухлевать, в плане, сейчас вместо обследования базы пойти кушать, но все же я не думаю, что смогу вытерпеть визги детей. Другая группа, в которой были коричневый, красный и светло-желтая, пошли в библиотеку. Наша группа отвечала за проверку коридора и Комнату с показателями. Мы бегло осмотрели коридор и переглянусь, сколько бы мы не смотрели на место, где должна была находится яма, по которой могли передвигаться предатели, она все никак не появлялась. Все то время, что мы были разделены по командам, меня не покидали странные мысли. Белый был ученым, более того, явно помешанным на экспериментах ученым, но тем не менее, он, вместо изучения местной библиотеки решил осмотреть коридоры, да на показатели посмотреть? Ну не может же такого быть! Но все вскоре встало на свои места. Как только мы зашли в Комнату с показателями, белый не пошел, он побежал к стоящему на столе компьютеру, что лично для меня было удивительно, ведь я практически на сто процентов был уверен, что белому более шестидесяти пяти, может даже около семидесяти лет. Не желая видеть трясущегося над компьютером старика, я начал осматривать комнату и почти сразу же заметил штуку, в которой, или все же на которой лежала стопка бумаг. — Эй, я тут нашел, мм, это, — я показал пальцем на находку, чтобы все точно увидели на что я показываю. — О, да, — ответил черный, — молодец, серый, — черный начал перелистывать страницы, бегло их просматривая, — на планшете, — он начал, а я только вспомнил как это называется, — прикреплено много достаточно важных бумаг, здесь все про починку корабля, — черный взял лист бумаги и показал его нам, — здесь написаны текущие поломки, точнее, наши текущие задания, но самое важное — он указал на последнее задание, — дождаться прилет корабля! Тут довольно много листов, так что давайте пока прочитаем их, — наконец он закончил, одновременно разделяя довольно крупную стопку листов, на троих человек, я и фиолетовая посмотрели на него с немым вопросом, так что черный не мог долго молчать, — белый будет разбираться с компьютером. Никто уже не стал противиться заданию, так что мы вновь молча собрались читать. Несмотря на сухость текста, читать было не совсем скучно, к тому же было много картинок. Задания здесь и правда были, точнее, на моих листах в основном было написано, что чаще всего ломается, какие поломки и неявные проблемы можно встретить в будущем, более того, на многих листах были конкретные шкафы или даже полки, где можно найти большее количество информации. На некоторых листах была базовая информация для безопасного проживания на исследовательском комплексе, на других было описано оборудование, которому требовался, к примеру, ежедневный уход. Когда мы заканчивали читать, белый разобрался в системе компьютера, что довольно интересно, особенно для людей его возраста. «Помоги мне войти в одноклассники» — это воспоминание было для меня словно снег на голову в середине лета. Все же я не мог не уважать белого за его знания в технике. Он быстро объяснил нам, что можно было подключить компьютер, установленный прямо в наш скафандр, к системе отслеживания жизни и карте, но пока это невозможно, потому что для этого ему еще понадобится некоторое время. Вместе с этим он предложил нам альтернативу: то, что он назвал часами, хотя я запомнил это как браслет. Так вот, эти браслеточасы можно было быстро и без особых проблем подключить к системе, это делается на сканере карт. Тем не менее пока он не мог сделать подключить всех к системе, ведь единственный браслет, который он нашел, подходил разве что ребенку, так что потом он пойдет на склад искать больше браслетов. Более-менее закончив все дела, мы направились к голубой на Кухню, которая вообще-то Офис, но кого это волнует? Мы позвали голубую, чтобы пойти в библиотеку, но ей пришлось немного успокоить детей, которые хотели играть и бегать по комнате. Ждать долго не пришлось, дети взяли за руки голубую, и мы наконец пошли в библиотеку. Как только мы зашли, мне сразу бросились в глаза десять небольших карт, лежащие на столе. — Они лежали здесь с самого начала, — словно поняв, что меня заинтересовало, ответил коричневый. Все члены корабля, кроме белого, который, естественно, первым делом побежал изучать технику, подошли к столу, чтобы выслушать доступную информацию. — Вы смогли найти что-нибудь полезное, — поинтересовался черный, который стал уже в некотором роде нашим лидером. — Эти карточки возможно то, чего мне не хватало для того, чтобы полностью зарегистрировать часы на конкретного члена экипажа, к сожалению, у меня пока только один экземпляр часов, к тому же маленького размера, так что вероятнее всего проверять все это чудо будем на оранжевом, ты же не против, малыш, — с немного жутким, фанатичным голосом на одном дыхании высказал все это белый. — Ч-что, — оранжевый был против, но вместе с тем я понимал намерения белого, ведь оранжевый был самым маленьким в нашей команде. Размер браслета был чертовски крохотным, но на тонкой руке оранжевого часы сидели как сделанные на заказ, может, чуть больше, чем рука. — Может ты перестанешь пугать маленького ребенка и скажешь что-нибудь более полезное, — яростно начала защищать оранжевого голубая, одновременно с этим обняв уже плачущего мальчика. Их небольшая перепалка выглядела странно, но все же я мог понять голубую, ситуация неоднозначная, а белый… ну, видимо, это просто белый. — Ну, еще я знаю нашу главную цель! — С этого надо было начать, — закатив глаза, что было понятно по позе и голосу, проворчала фиолетовая. — Нам надо дождаться корабля! Я еще не могу сказать прям очень точно, но нам, вероятно, придется ждать его от пяти до двадцати месяцев, думаю, я смогу сказать более точную дату, если буду изучать небо, но нужно время, — было слышно по речи, что, говоря это, белый улыбался, — но, опять же, еще не известно, ведь это время я прикинул исходя из данных в компьютере. — Да, про корабль где-то было написано в тех листах, поискать можете, — подтвердил слова Все понимающе кивнули, и атмосфера должна была стать лучше, но вскоре голубая неловко спросила: — А может ли… Возможно ли, что он, то есть, корабль, ну… прилетит хотя бы чуть-чуть раньше? Все затихли и молча стали смотреть на нее… — Есть какие-то проблемы с провизией, не так ли, — я первый сказал то, что крутилось у всех на языках. — Еды хватит в лучшем случае на полгода, не больше, — уныло, но все же ясно сказала голубая. В этот раз зал погрузился в тишину на большее количество времени. Все обдумывали сказанное голубой, вновь и вновь представляя, что будет, если корабль прилетит на самое большее количество времени… Двадцать месяцев, более чем в три раз больше, чем провизии, есть ли у нас шанс? Все смотрели на белого с мольбой в глазах, только дети не совсем понимали, о чем мы говорили. — Мне в любом случае понадобится исследования, чтобы установить более точное время прилета, — разведя руки, ответил на наши вопросы белый, — но я не думаю, что время будет существенно меньше, но то, что я назвал, это минимальное и максимальное время, не более того. — Голубая, — медленно произнес черный, — ты полностью уверена в том, что сказала, верно? Все вновь посмотрели на голубую, немного съежившись, она вместо ответа кивнула. Все поникли, пока я не вспомнил кое-что. — Думаю, мы сможем выращивать еду, — я посмотрел на черного, — в бумагах, которые ты мне дал, было описание некоторых базовых вещей, как, например, гигиены или питания, но еще была, пусть и скудная, информация о выращивании растений, в Кислороде должны быть семена, а, — я посмотрел на тех, кого с нами не было, — там вообще стоит прочитать и разобраться. Было множество проблем с пропитанием и первая это атмосфера этой планеты. Ну, верно, будет сложно есть, будучи полностью одетым в скафандр. Осматриваясь, я заметил голубую и вспомнил, как подумал, что они пошли есть, черт, как можно так затупить? — Там вообще должна быть еще информация, было пара записей об этом, — вскользь сказал белый, уже через мгновение полностью сосредоточившись на оборудовании. — Тогда нам нужно починить это. Пока не починим не сможем поесть, — черный немного задумался, — голубая, на тебе, как всегда, дети. Белый, прошу тебя, оставайся здесь, остальные, кроме серого, разберите листы, здесь много полезной информации. Пусть кто-нибудь распределит все, остальные будут читать то, в чем больше разбираются. Серый, у тебя была информация, так что тебе будет легче разобраться, пойдем вместе в кислород, — раздал задачи черный. Интересно, кем он был раньше? Мы с черным пошли в сторону выхода. — Блин, не стоило же спать на парах, — простонал коричневый. — Что за пары, — спросил красный, шелестя бумагами. — Да примерно все! Опять, но уже тут учится буду, не жизнь, а сплошное мучение, — с этими словами коричневый ударил себя по голове выданными ему бумагами. Легкими шагами, полными предвкушения, мы подошли к двери, одновременно с этим вспоминая, как быстрее пройти к кислороду, но мы кое-что упустили из виду. Дверь была закрыта. Какая тупая ошибка, черт. — Хм, механизм не сложный, но лучше не рисковать, — задумчиво пробормотал черный, — надо спросить у остальных, думаю, в библиотеке должна быть информация, касающаяся дверей. Я вновь посмотрел на механизм. Вообще, я помнил, как это делалось в игре, но рисковать своей жизнью, пытаясь открыть дверь, не очень-то и хотелось. Механизм сложным не выглядел, особенно при рассмотрении на близкой дистанции, обычная защита от дурака, но все же мы пошли обратно. — Быстро вы вернулись, — капризно пролепетала салатовая, черный лишь на секунду посмотрел на нее, но вскоре перешел к сути. — Кто из вас сейчас ищет информацию по технике, — осматривая комнату в некотором оцепенении, спросил черный несколько тише, чем обычно. — Я, — раздался голос за огромной горой книг, вероятно, светло-желтой. Как они, черт возьми, нашли столько книг? Этот вопрос не давал мне покоя, пока я не посмотрел на пустые книжные шкафы, книги там лежали в несколько рядов, обычно в два, но некоторые в три ряда книг на каждой полке. И все же, мне казалось, что мы отходили не более чем на десять минут, может чуть больше пяти, когда они успели сотворить такое с комнатой!? — Ты находила информацию про двери? Механизм сложным не выглядел, но все же рисковать не стоит, особенно с учетом того, что мы не знаем, что будет, если неправильно открыть механизм, — черный ненадолго остановился, но вскоре с хитрым тоном продолжил, — я, например, подольше жить хочу, желательно без инвалидности. Таким образом, поищи пока информацию об, — черный остановился, когда увидел, как белый без проблем открывает похожий механизм, — белый, куда, черт подери, ты намылился!? Белый, с полностью отсутствующим желанием жить, особенно когда на другой чаше весов исследования, со второй попытки открыл дверь. — В лабораторию, — наконец отозвался белый с самым невинным тоном, который можно услышать у старика. Наверное, я уже просто смерился со странностью белого, но все же пытался сдерживать смех. Попытка не засмеяться в этой неловкой ситуации была успешно провалена, но черный лишь строго посмотрел на меня, а после начал раздавать команды: — Так, первым делом продолжайте в том же духе, только белый, не уходи, и, — черный глубоко вздохнул, — покажи, как ты дверь открыл. Черный подошел к двери, и белый легкими движениями закрыл и открыл ее, специально медленно, чтобы мы поняли, как повторить. Впрочем, как я и думал, ничего сложного, но лучше рискнуть кем-то другим. — Ты, кстати, понял для чего нужны карточки, — напоследок спросил черный. — А, да, — вспомнив о своем задании, белый бегло объяснил, как работают карточки, и для чего они вообще нужны. Черный смотрел на белого и иногда кивал, а я просто стоял и ничего не мог понять. — Половину не понял, — заключил черный, словно прочитав мои мысли. — Интересная механика, — заметила светло-желтая, отвлекшись от своих книг, — я примерно понимаю, как это устроено, думаю, помогу потом подключать. После сказанного она вновь занялась своими делами, пока белый старался зарегистрировать карточку оранжевого, чтобы посмотреть, как будет работать браслет. — Стойте, — когда мы собирались выйти из комнаты, белый угрюмо, видимо из-за неуспешной попытки сбежать в лабораторию, окликнул нас, — подключить я вас может и не смогу, но, думаю, зарегистрировать можно, только мне нужны ваши имена. — Владимир, — коротко ответил черный, а белый куда-то записал его имя. — Сергей, — на меня все молча посмотрели, и я услышал, как вскоре некоторые начали смеяться, - что-то случилось, — я не мог понять, почему они смеются. — Да так, — сквозь смех смог произнести красный, — навеки вечные ты теперь Серый, ну, как не меняй останешься им же, — после сказанных слов красный уже не мог сдерживаться и рассмеялся еще сильнее. Ну, я еще припомню, всем припомню. — Как придете, отдам карточки, — последнее, что я услышал, были эти слова белого, когда я в шутку обиженно вышел из комнаты. Я ждал черного перед дверью, пока он вновь напоминал обязанности каждого члена экипажа. — Так, теперь уже точно идем в Кислород, — видимо улыбаясь, сказал черный. Мы начали открывать дверь, но так как мы это делали впервые, это заняло несколько минут, но уже вскоре мы прошли через первую дверь, и начали открывать вторую. Что интересно, все же процесс сильно отличался от игры, ведь даже дверей было две, а не одна, скорее всего, для того чтобы можно было в помещении ходить без скафандра, когда, конечно же, починим Кислород и вентиляцию. Когда дверь открылась, мы увидели этот прекрасный мир. Этот Полюс казался гораздо более красивым, чем тот, что был в игре. Фиолетовая почва и вечный снег прекрасно сочетались, мир казался невероятно реальным, вновь напомнив мне, что это был не сон. — Красиво, — нарушил я тишину этого холодного места.