Обещание.

— Тош, ты уверен что ты хочешь пойти на это дело?, — мужчина взволнованно смотрел на Антона. — Это опасно. Он серийный убийца! Ты помнишь сколько на его счету трупов? — Арс, спокойно, все будет хорошо. Я буду аккуратен, — парень подошёл ближе и провёл рукой по щеке Попова. — Тебе не стоит волноваться, тем более, что я иду не один, парни идут меня подстраховывать. — Ты же ещё такой маленький, ну вот зачем ты пошёл в полицию, солнце?, — взгляд Арсения был наполнен грустью и страхом. — Я всегда мечтал здесь работать. И сейчас я пойду туда, потому что это моя работа, — Шастун слегка наклонил голову вниз, касаясь своими губами чужих, а после провёл языком по губам, как бы в просьбе углубить поцелуй. И просьба была услышана. Поцелуй был наполнен нежностью и вселенской тоской. Никто не знал, чем закончится этот поход на дело. — Все, Арсюш, пора. Я выезжаю сейчас, вы с парнями едете через пять минут, чтобы в случае чего, за мной не был замечен хвост. Люблю тебя. — И я тебя люблю. Обещай, что будешь аккуратен, — Арс поднял голову, чтобы запечатать на виске парня мимолётный поцелуй. — Обещаю, — ответил тот, выходя из кабинета, и закрыв за собой дверь.

***

Заброшенное здание было жутким, кажется, это была недостроенная или забытая временем больница. Но именно тут, по предположениям полиции, находилось, так называемое "логово" главного преступника города. Он убивал беспощадно. Некоторых из мести, некоторых просто потому что те ему надоели, некоторых потому что ему было скучно. Именно по этим причинам было выдано разрешение: "открывать огонь без предупреждения". Поднявшись выше, полицейский заметил чей-то силуэт в комнате, которая находилась в конце коридора. Подходя ближе, послышался и голос, а после было видно и самого говорящего, который как раз обращался к подходящему к комнате парню. — Долго же вы ищете преступников. Пошёл уже третий месяц моих, по вашим словам, правонарушений, — сидящий за столом хмыкнул и развернулся на кресле, лицом к вошедшему, в него уже был направлен пистолет. —M1911, серьёзно? У вас никакой оригинальности, ещё б Glock 17 взял бы. — Ты убиваешь людей без разбора. Но признаю, тебя трудно найти, хорошо скрываешься. Тебе самому-то не кажется, что уже все? Уже хватит?, — представитель правоохранительных органов продолжал держать пистолет на уровне головы преступника. — Ты реально думаешь что я перестану заниматься любимым делом из-за слов какого-то мента, — смех. Холодный и режущий воздух словно стекло. Он резко достаёт пистолет из под ремня и направляет его на Антона. — Посоревнуемся кто первый выстрелит? — Я не буду с тобой соревноваться, — во дворе послышались звуки подъезжают машин. — Ты — убийца, и все, что ты заслуживаешь — это смерть. Как раньше, помнишь? Смертная казнь. — Но ведь ты тоже можешь умереть прямо сейчас, в эту же секунду. Мы не выбираем, что нас делать, у каждого из нас есть судьба, и мы её придерживаемся, мы не в праве её оспорить или пытаться противиться ей. — А может твоя судьба — это просидеть на решёткой всю свою оставшуюся жизнь, не думал?, — Шастун ухмыльнулся. — Возможно, но не факт. Пока что я делаю то, что мне нравится. Знаешь, как своеобразное хобби. Кто-то танцует, кто-то крестиком вышивает, кто-то поёт, а ы людей мочу, — на лестнице послышались шаги. Полиции понадобится минуты полторы, чтобы подняться на тринадцатый этаж. Приехали. — Ты ничтожество, — Антон нажал на курок, слегка сдвинув пистолет в сторону его руки, в которой тот держал пистолет. Пуля летела точно туда, куда парень её и направлял. Но у его собеседника реакция была быстрее. Направив пистолет в левую сторону грудной клетки Антона, он спустил курок быстрее, чем пуля успела поранить ему руку. Полицейский рухнул на пол, а вершитель его судьбы лишь зашипел от боли, которая пронзила его руку. Быстро поднявшись, он последовал к лестницам, пока Шастун доживал последние секунды своей жизни. Прости Арс, я не сдержал обещание. Я лишь пытался его обезвредить.