Женский облик.

Взмахнув палочкой, Краткий телепортировал обджектов на поляну и объявил им: — здравствуйте, обджекты! Сегодня я вам дам человеческий облик. Но есть одно "но": вы будете людьми противоположного пола, а не того, к которому вы относите себя. Ёшка! — обратился хост к своему ассистенту. Тот понял его и, достав свою палочку, стал шаманить. Каждого обджекта окутало белое сияние, которое через пару секунд развеялось. Теперь вместо предметов перед хостами стояли девушки и парни.       Брялок, превратившись в невысокого парня, тут же покрутилась вокруг себя, любуясь. Её вид вполне устроил пушистика, и она успокоилась. Бутылыч, став худой красивой девушкой, не стал красоваться, а стал разглядывать Брялка.       В принципе, всех обджектов устроило то, кем они стали и как они выглядят. Только Кнайф после превращения не проявил никаких эмоций, продолжая стоять с хмурой миной, скрестив руки перед собой. Правда, потом на этой мине появилась довольная улыбочка, потому что хосты тоже превратились в высоких стройных девушек. По идее Краткого, сами симболары должны были стать мужчинами, но у Ёшки что-то пошло не так, поэтому их пол тоже поменялся. Краткий сначала не понимал, почему у них между ног ничего нет и что-то висячее и округлое выпирает из рубашки, а потом понял, что теперь он девушка. Он повернулся к Ёшке с укоризненными словами: — ну как ты могла напортачить?..       Ножик решила съязвить: — теперь, Ёшка, не будешь утверждать, что ты парень, ахаха!       Краткая только хотела было снова задушить эту язву, но тут же остановилась. Её поразила красота этой мрачной девушки, которую заметила симболар. Так хост продолжала стоять, не смея отвести глаз. Кнайфи уставилась на малиновую в ответ, подняв бровь. Серой тоже зашла внешность симболара. На её щеках быстро появился румянец, с которым она отвернулась в сторону, закрыв своё лицо ладонями. Лицо Краткой в ответ тоже залилось краской. Пришлось тоже отвернуть голову в сторону, прикрыв лицо с мыслями: "Она должна стать моей."       Остальные лишь смотрели на это с удивлением. Чах наклонился к Нансенсу и прошептал ему на ухо: — они серьёзно помирятся?.. Нансенсу же ему отвечал также шёпотом: — скорее всего, даже больше.       Как только раскрасневшиеся девушки успокоились, Краткая смогла сообщить: — сегодня вы едите опилки из точилки. С этими словами обджекты очутились за столом. Перед всеми стояли тарелки с карандашными опилками. — бон аппетит, — пожелала всем Краткая и села на траву, вспоминая испытание, которое она готовила.       Тем временем Кнайфи раздражённо отодвинула эту тарелку. — фу, блять, как можно это есть... — негромко ругнулась та. Малиновая, к сожалению или к счастью, услышала это. Очнувшись от своих мыслей, та свирепо посмотрела на ножиху, которая тут же испугалась и заткнулась, сжавшись. Более-менее спокойно симболар проговорила: — не нравится - не ешь. Я не заставляю.       Серая чуть успокоилась от того, что может это не есть. Но также до жути хотелось жрать. Она обняла колени, думая о том, где бы ей найти жратву. * * *       Кнайфи на половину пути была вымотанной и уставшей. На голодный желудок та лезла на гору ради того, чтобы поставить грёбаный флаг и победить. Она решила сделать небольшую передышку, остановившись на выступе горы. Та легла на гору, свернувшись калачиком и думая о том, как же жизнь жестока. Неожиданно для неё самой сзади возникла Краткая. Ножиха вздрогнула, увидев её. Хост присела рядом с ней с вопросом: — чего лежишь? Испытание идёт, вообще-то. На это серая резонно ответила: — вообще-то, я жрать хочу, я устала, нету сил ни на что. Краткая усмехнулась: — надо было мои опилки есть. — нет! Они острые, невкусные, деревянные... Это гадость. Тем более, мы люди. — ну и что ты мне этим хочешь сказать? — дай нормальной еды, пожалуйста! — умоляюще произнесла Кнайфи. Малиновая самодовольно ухмыльнулась. Взмахнув своей палочкой, она наколдовала пару круассанов с шоколадом и термос с горячим чёрным чаем. Ножиха при виде круассанов отметила: — ого, Краткая, а ты шаришь! Спасибо, — так же не забыла поблагодарить симболаршу та. И приступила к вкусной трапезе.       Краткая только легла на гору с самодовольным лицом, ответив: — всегда пожалуйста, сладкая. На это серая только покраснела. Через пару секунд, переварив это, она повернулась к разлёгшейся малиновой и смущённо спросила: — ты что, пробовала? — нет, но могу попробовать, — флиртующе предложила та, засмущав Кнайфи ещё сильнее. Она отвернулась с кратким: — не надо. — ну как хочешь.       Кнайфи доела, допила и повернулась назад. Девушки уже не было на месте. Ножиха не стала тревожиться и с новыми силами продолжила свой путь наверх. * * * — Цветущий Цмай победил! — объявила Ёшка, вернув всех на поляну. Брялок похвалил команду: — отлично, так держать!       Ёшка поспешила оповестить всех о радостной новости: — у вас не будет исключения, пока вы люди! Так что можете выдохнуть и не переживать!       Естественно, обджекты были сильно рады. Порадовавшись, те разбрелись кто куда хотел. Лампчка пошёл к себе домой, поскольку у них появились домики по превращению в людей. Кнайфи, конечно же, побрела в одиночестве на обрыв. Дойдя до его края и сев, оперевшись спиной на дерево и скрестив ноги, та стала наблюдать за долиной и предаваться своим мыслям. На удивление, её ни разу не тронула Курасанна, и Краткая стала чуть добрее и пошлее по отношению к ножихе. Да и сама ножиха не имела ничего против Краткой и, походу, серой не хватало её... Какая странность.       Как раз вовремя рядом снова появилась Короткая: — привет! Что делаем?       И снова Кнайфи обосралась с неожиданного визита. — д-да, привет! — ответила серая с ноткой испуга. — я просто... Сижу здесь в одиночестве... — уже не в одиночестве, потому что рядом сижу я, — сообщила малиновая с довольным лицом, обняв одной рукой ножиху и прижав её к себе. Сама ножиха ответила на это румянцем, сжавшись под тёплой рукой хоста. Краткая прижала к себе обджекта уже двумя руками, положив сероволосую голову себе на плечо. В ответ Кнайфи прижалась к малиновой. Неожиданные объятия двух врагов, которые, по сути, уже были друзьями. Так они и сидели. Краткая поглаживала Кнайфи, которая почти спала, наслаждаясь этим. Ножиха всё же разлепила свои сонные веки, потому что спать в лесу у обрыва было нелогично, когда у тебя есть свой дом. По крайне мере, должен быть. Чтобы узнать это, подняв голову, та спросила малиновую: — а где мой дом? На это не сразу, но ответила Краткая: — я забыла тебе дом сделать, привыкла тебя обделять, ты прости... — теперь делись своей кроватью, — возмущённо ответила серая. — хахахахах, с удовольствием, госпожа, — театрально, но без сарказма согласилась на этой симболар. Вновь взмахнув своей палочкой для поноса, та телепортировала этих двоих в дом Краткой. Поскольку с ней жила Ёшка, которая как раз собиралась ложиться спать, звездоглазая заметила их и подошла к ним, радостно говоря: — ох, вы вернулись! А я запереживалась уже. О, вы уже подружились с Кнайфи!- — Кнайф, — по привычке мрачно поправила её ножиха, что, впрочем, было неуместно на данный случай. Но Ёшка решила эту оплошность пропустить мимо ушей, продолжая тараторить: — вы будете чай? Почему Кнайфи с тобой? — Кнайфи со мной, потому что я ей дом забыла сделать, а вот от чая я бы не отказалась. Как насчёт тебя, дорогуша? — поинтересовалась Краткая у серой. Серая ответила: — что ж, не откажусь от чая. * * * — в-выйди, извращенка! — крикнула на всю комнату Кнайфи, которая просто хотела переодеться. Краткая сидела на кресле неподалёку, скрестив руки на груди, и говорила ей: — да ну, не стесняйся, я же своя! — отвернуться хотя бы ты можешь?! — ладно, ладно, — вздохнула малиновая, отворачиваясь. Серая на всякий случай повернулась спиной к ней. Как только Кнайфи сняла своё худи и топик, Краткая тут же повернулась к ней обратно, любуясь голой спинкой. Сероволосая девушка оказалась худой и стройной. Надев длинную футболку, ножиха сняла свои брюки       Трусиков, к сожалению Краткой, под длинной футболкой не было видно. Кнайфи спокойно надела спальные шортики, покрутив своей задницей. Симболар наслаждалась этим зрелищем с серьёзным видом. Повернувшись к малиновой, серая тут же вся закраснелась. Причём её удивила серьёзная мина Короткой.       Малиновая спокойно сообщила: — у тебя сексуальное тело, — на что серая невпопад ляпнула: — а твоё какое?..       Выражение лица хоста на пару секунд сменилось на удивлённое, став пошлым. Подойдя к немного напуганной Кнайфи, та свалила её в кровать, нависнув над ней. Она задала хитрый вопрос: — хочешь посмотреть? Ножиха не могла не признать, что такое положение ей понравилось, но та стала отрицать с красным лицом: — нет, нет, не хочу!.. Но Краткая уже приблизилась к нежной шейке серой, обдавая её своим горячим дыханием. Нижняя смутилась ещё сильнее, из её уст вырвался негромкий выдох. Вдруг послышался весёлый смешок. Малиновая уже полностью улеглась на ножиху, приобняв её. Кнайфи поняла, что та пранканула её, и тоже негромко хихикнула.       Очень скоро в комнату зашла Ёшка со словами: — девчата, чай готов!.. И её лицо чуть залилось краской при виде двух мадам, одна из которых лежала на другой. Обджект, поглаживая голову симболарши, ответила: — да, мы сейчас подойдём. — х-хорошо... — ответила оторопевшая со-хост.       Закрыв дверь в их комнату, на её лице появилась улыбка умиления. Фиолетовая решила всё же лечь спать, что и сделала, оставив горячий чай на столе.       Тем временем Кнайфи заметила, что малиновая уже успела задремать, и решила не тревожить её, но продолжала поглаживать, потому что Краткой это очень нравилось. Через некоторое время серая сама погрузилась в глубокий сон.