Дуэт

      Он ловко перепрыгнул ограду, пригнувшись прокрался по лужайке к задней двери дома. Свет был только на первом этаже со стороны улицы. Из дома доносился сбивчивый шум телевизора. Он держал дверную ручку и выжидал. Под очередной резкий всплеск звука, юноша тихо повернул ручку, просачиваясь в темное нутро дома. Осторожно ступая, прошёл до лестницы, не заглядывая в гостиную. Звук резко смолк, а в коридоре зажегся свет. — Кажется, в мой дом пробралась крыса! — И тебе доброго вечера, — Риз напряжённо обернулся к мужчине в кресле, — это все или у тебя есть ещё оскорбления? — Я буду оскорблять тебя столько, сколько захочу, сопляк! — отвратительное тело резко дернулось, а парень покрепче схватился за потертые перила, но мужчина не поднялся с места, — я содержу тебя, плачу за твои бабские увлечения! Никакого уважения! — За меня платит мама, — Риз сделал ещё пару осторожных шагов. — Ты живешь в моем доме, не смей… — он все же вскочил с места. — ТЫ НИКТО МНЕ!       Риз перепрыгнул перила и в пару шагов оказался в своей комнате, повернув защёлку. Снизу все ещё доносились проклятья и какой-то шум на лестнице, но его это уже не касалось. Юноша подождал, пока скрип ступеней не перебил звук телевизора. Ублюдок знает, что его ждёт, если он только попробует зайти дальше угроз.       Плавки и полотенце отправились на сушилку, а шапочка, зажим и очки на вешалку. По пути в ванную, он стянул с себя одежду и невесомо прошёлся рукой по огромному плакату с улыбающимся мужчиной на неровной стене. Ещё несколько похожих висели над кроватью вперемешку с разнообразными героями из всевозможных фантастических миров. Вместо привычного трепета взгляд бумажных разноцветных мужских глаз принёс досаду и раздражение. Что он забыл здесь? Он должен быть там, на вершине, трахать моделей, сниматься в вонючих ток-шоу и утренних новостях. Он слабо представлял, чем в действительности занимаются профессиональные спортсмены, но явно не приезжают в захолустье, чтобы учить тупиц вроде Васкеза.       Включив горячую воду, через минуту он услышал настойчивый и сбивающийся стук по трубе снизу. Закрыв ванну пробкой, подросток лёг на дно. Спустя пару мгновений звук прекратился. Вода едва покрывала его плоский и рельефный живот. Риз взял телефон и без особого интереса стал просматривать ленты соцсетей.       В чате группы девчонки продолжали спамить восторгами. Кто-то скинул его профили, за которыми он следил уже пару лет. Все наперебой обсуждали какой он классный. Как подходит ему его фамилия. Как она описывает его. Какой он профессионал. Какой он красавчик. Какие у него крутые фотки. Он все это знал, видел и делиться ни с кем не собирался. — Почему все тааак хуево? — телефон упал ему на лоб и он убрал его на край ванны.       Когда вода совсем остыла, Риз стал мыться под аккомпанемент металлического стука. Его ждёт эссе по английской литературе, дополнительные по задания по алгебре и проект по искусству.       Внезапно Стук прекратился и он услышал голос матери, зовущий на ужин. — Я не голоден. У меня полно уроков, — она поднялась по ступенькам и уже стучала в дверь. — Риз, тебе нужно поесть, — кажется, ее голос сочился из замочной скважины. — Поел в столовой. — Хорошо. Если захочешь, то спускайся. — Не захочу, — проворчал парень.       Из-за закрытой двери донёсся тяжёлый вздох, а снизу мужские крики. С начавшимся грохотом столовых приборов он сел за учебу, надев наушники и сделав музыку погромче. Расправившись с последними делами, он проверил расписание на завтра, снял телефон с беззвучного. Экран взорвался уведомлениями. — В чем… а, ну понятно, — во все групповые чаты добавился Джек, чем вызвал небывалый переполох и злобное шипение Риза.       Каждый упоминал его приветствуя и Джек отвечал на каждое сообщение. Риз убрал звук обратно. Низ живота начало тянуть, напоминая о том, что плакаты висят на стенах не ради сокрытия дряхлых обоев. Он собрал рюкзак, поставил будильник, выключил лампу и перебрался в кровать. Телевизор продолжал орать, не в силах перебить ненавистный мужской смех. — Это не может быть правдой. У меня галлюцинации. Я проснусь утром и это окажется сном.       Сердцебиение усиливалось, сжимая тугим обручем грудную клетку. В гортань словно набилось бесчисленное количество гвоздей, не давая глотать, кричать или вдыхать. Риз уткнулся в одеяло и беззвучно забился в истерике.       Выбившись из сил, юноша начал отключаться. Он пережил еще один день. Все это лживый и сладкий сон, где они пересекаются взглядами, где Джек ловит его за плечи и смеётся. Утром все исчезнет, но лучше бы он не просыпался. Лучше бы исчез он сам.

***

— Здравствуй, неудачное творение некроса. — Здарова, дитя света.       Вон засмеялся, сочувственно поглядел на Риза и не стал комментировать синяки под покрасневшими глазами. Он достал сэндвичи из сумки и протянул другу: — Мама передала. — Спасибо, — Риз взмолился, чтобы живот не начал завывать, — что за пары сегодня? — Экономика, история и литература. Потом на тренировки. Буду торчать на брусьях. Ненавижу их, а они как назло получаются лучше всего!       До училища они шли молча. Сытый Риз начал засыпать на ходу. Шаркая ногами по асфальту, он то и дело спотыкался, зевал и врезался в Вона. Мир терял свою связность и реалистичность.       В одном направлении с ними проехал желтый спорткар. Вон удивлённо поправил очки, когда шины заскрипели об асфальт и машина начала сдавать назад. Риз похоже не замечал происходящего, продолжая еле еле перебирать ногами. — Очнись, придурок, — Вон пытался растолкать его как можно незаметнее. — Мм, — Риз зевнул. — А я думаю, что за знакомая физиономия в зеркале заднего вида, — опущенное стекло явило сияющую улыбку Джека в темных очках, — здаров, ребятки! — Доброе утро, сэр, — отозвался Вон.       Почти не открывая глаз, Риз повёл рукой, развернулся и побрел дальше. Улыбка мужчины стала ещё шире, а Вон принялся что-то объяснять. Юноша не разглядел водителя и не слышал о чем он говорил. Главное — дошагать до пар, оказаться за партой и попытаться не отключиться.       Во сколько он уснул? На улице было темно или уже светало? Он не помнит, когда перестал плакать и отключился. Сил не было никаких. Риз запнулся, упал на колени и остался в таком положении, уперевшись руками в асфальт. Он услышал как его окликнули, смог поднять большой палец вверх, попытался встать и завалился к корням какого-то дерева. — Простите, сэр, он… не всегда такой. То есть, это не неуважение. Вы не думайте! Не выспался, хаха, — Вон уже почти сорвался с места и озабочено шипел, — совсем чокнулся со своей стипендией… Черт, Риз! Я пойду помогу ему встать, простите. Хорошего утра!       Джек кивнул, продолжая улыбаться, а как только парень стартанул с места, закрыл окно и проехал мимо них. — Какой же ты придурок Риз! Очнись. — Мм, кто это был? — Джек. — Аа. Что хотел? — Теперь мы никогда этого не узнаем. Из-за тебя! — Это ужасно, Вон, — Риз наконец-то приходил в себя, — почему он здесь? Я не вынесу! — Ну, сплетни говорят, что он натворил какую-то дичь в олимпийском комитете и его выкинули. Вряд ли он нам расскажет. — Кто разносит эти сплетни? — Иветт. — Ясно, но почему именно здесь? Почему рядом со мной?       Он продолжили сидеть у дерева сев на корточки. Сейчас он соберётся, возьмёт себя в руки и проживет ещё один день. После занятий он сможет поесть, пообщаться с девчонками, потанцевать, а потом поплавать. После тренировки поплавать ещё раз. Скоро они возобновят занятия дуэтом и будут готовиться к соревнованиям в Европе. Мысли немного вернули его в колею, он встал и выдохнул. — Все. Пойдём.       Вон сочувственно похлопал его по плечу и они двинулись дальше.