Пластырь для души

Ранее утро, СССР был уже в дороге, странно, но он впервые слышал этот адрес, зачем уезжать так далеко если и в близи работы есть куча разных хороших мест? Рассуждал тот едя по пустой дороге. - Какая же дать... Вздохнул тот в очередной раз. Лучи летнего солнца проникая сквозь стекло больно обжигали и без того уже обожонные руки. Не травмируй он себя каждый раз после мысли о Рейхе может и не жгло бы так сильно. Но ожоги были свежие, а соответственно боль была куда сильнее. - Вот же сука! Притормазив, СССР достал чёрные перчатки из корманов и одел не сводя глаз с дороги. Все же он не затормозил полностью, а лишь немного скинул скорость, здесь это совсем не гразило оварией, дорога была пуста, а по бокам красовались безерайние поля. - Эх... Красиво. Синие небо, было без единого облачка, прям как глаза у Рейха подметил СССР и тут же осёкся. Понурившись он уже не любовался прекрасным видом, а думал о предстоящем наказании... Наконец то добравшись до места назначения он сильно удивился ведь вместо десятка машин он увидел всего одну, Рейха. Недоумевающие он посмотрел на часы, ровно время сбора, но где все ? Осознание больно кольнуло его. Нацист соврал, но зачем это ему? - Он же знает как я его ненавижу и это взаимно, зачем ему это? - в мыслях рассуждал СССР. - Союз!? На встречу СССР вышел голубоглазый, светловолосый парень в привычной нам униформе и любимой фуражке. Выходя из машины он осёкся и слегка улыбнулся, что не мог не заметить Союз. - Ты, ты зачем позвал меня? Коммунист начинал терять контроль над собой, он осознавал что предстоит ему дома, он понимал что влюбляется всё сильнее. Да даже не так, он хочет Рейха, как бы двусмысленно это не звучало и физиология явно показывала это, но шинель хорошо скрывала. - Нам надо поговорить, прости, но на этот раз не о работе. Личная тема. Продолжил парень, Союз старался сдерживать себя и показывать лишь холодность и безразличие, но про личное... - А по телефону нельзя было? Сквозь зубы из последних сил сдерживал себя он. - Нет, это очень важно, да и трубку ты бросаешь когда я пытаюсь поговорить о чем то кроме работы. - Давай говори быстрее, у меня дела. Совок старался смотреть в сторону как бы показывая свою незаинтересованность в разговоре. - Я давно должен был это сказать... Рейх сделал небольшую паузу. - Я люблю тебя. Не успел нацист договорить как СССР из последних сил что у него были взяв себя в руки просто безэмоционально развернулся и пошел в сторону машины, он хотел убить кого то за свою слабость, всего два слова и он будет счастлив, но он продолжал идти к машине. Рейх же видя ситуацию не стерпел хоть и понимал что СССР может просто сорваться и убить его, но сейчас ему было абсолютно плевать на это, он тоже человек и тоже может чувствовать, а по тому всё же крикнул: - Я ведь вижу что это взаимно! Почему ты уходишь? Не хватает смелости признаться в этом даже себе? Союз остановился, нацист немного отошёл назад предчувствуя что то не очень хорошее. Несколько секунд постояв СССР все даёт сорвался. Он побежал в сторону Рейха, тот же не стал убегать - будь что будет - успел подумать нацист как первый удар по солнечному сплетению был очень болезненным, так что Рейх тут же свалился на колени. - Я тебя не люблю тварь! Яростно кричал СССР. Слегка одумавшись он успокоился видя задыхающивося немца и уже собирался уходить, отомстив за слова, но даже после этого Рейх не остановился. Немного отдышавшись тот спросил - Ты любишь меня, я знаю... Просто признайся в этом... Новая волна воспоминаний, холодной волной обрушилась на него, как он обжигал руки при мысли о нем, резал себя, как долго он убегал от правды. - Я разлюблю его- говорил он себе каждый раз, но сейдчас тонкое осознание правды взбесило его. Удар, удар, удар, он посыпал ударами немца, он ненавидел этот мир, но только не Рейха. Слёзы стали неконтролируемыми хоть СССР и пытался их сдерживать. Наконец остановившись он понял что натворил. Тело нациста валялось и больше не сопротивлялось ударам, из носа и рта шла кровь. Осознание ударило по нему - Аааааааааа Громкий, хрипловатый мужской крик разнёсся по округе, повторились ещё не только раз он стих. Немного успокоившись и придя в себя СССР достал раскладной нож, что был неотъемлемой частью его шинели. Сев на землю он положил свою руку на траву и размахнувшись вонзил в неё нож, удар пришелся на тыльную сторону ладони. Здавленный крик, коммунист схватился за руку, острая боль пронзила её. Так же резко выткнув нож он взял заранее приготовленный бинт и перемотал наскорь руку. Жуткая боль по всему телу одно движение приносило как никогда много боли не только физической но и моральной, зная кто это сделал. Кровь что не давала вздохнуть и жуткая боль в ребрах... Один глаз опух так что приоткрыв второй Рейх удивился. Рядом с ним лежал коммунист немного прибоняв его и находился в состоянии чуть ли не сравнимимом с ним самим. Кто и что с ним это сделало, было непонятно ведь они находились на достаточном расстояние от ближайшего города или деревни. - СССР? В пол голоса