Доктор Вакамия сегодня хмур

Доктор Вакамия сегодня хмур, как-то по-особенному подобран. Отсыревший вечер в глаза ему заглянул потерянно и недобро. Он звонил и спрашивал: «Не нашли?». Он ходил и требовал: «Не нашёлся?». Заплясали прочерки и нули, в тёмно-серых водах тонуло солнце. Потерять напарника – не беда, тот оставил всё же на память скрипку. …Заполняет лёгкие не вода – только осознание, как всё зыбко. Он пораньше ляжет, - окончен фарс! – наконец-то на ночь закроет двери. Скрипка взвоет горестно Лайф он Марс. Он ещё надеется. Даже верит. И когда в ночи прогремит замок, он в ответ рванётся из одеяла. Он же не взаправду поверить мог, что его напарника – вдруг не стало? На ковёр откуда-то натекло, ледяные капли дрожат в постели. Стало больно. Правильно. Тяжело. Но зато вдвоём – как они хотели. Ледяными пальцами по скуле кто-то чертит знак – горячо и мокро. И из всех напарников на земле одного его остановит окрик. Усмехнётся тягостно и мертво – нелегко привыкнуть к таким манерам. И в ночи под самое рождество растечётся сахарной калаверой. Доктор Вакамия сегодня строг, хоть и по-особенному взлохмачен. Что в письме прочитано между строк – может быть, и впрямь ничего не значит. …В тёмно-серых водах тонул букет, слишком много струн белизна задела. Через пару месяцев или лет доктор Вакамия раскроет дело.