Запрещённая любовь или Разноцветные грехи

Обездвиженное, хрупкое тело девушки лежало на мокром асфальте, неподалёку от места происшествия. Кира врезалась в область от передней фары до двери водителя автомобиля, при этом повредив покрытие обоих транспортных средств. В момент столкновения она вылетела с мотоцикла, который упал и прижал ей ногу. Сменкина лежала без сознания, в кровавых ранах, садинах и ушибах. Холодные капли врезались, как ножом, в повреждённую кожу. Прохожие вызвали полицию и скорую. Приехав на место ДТП, Сменкину увезли в больницу. В карманах нашли её телефон и позвонили Татьяне, рассказав о случившемся. Немного ранее. Как только Кира выбежала из заведения, все сначала в ступоре смотрели на дверь, где только что виднелся силуэт кареглазой, и через несколько секунд недопонимания выбежали за ней. Как только четвёрка переступила порог кафе, они за несколько секунд промокли до нитки, но никто не обращал внимание на погоду, они смотрели только в след удаляющейся фигуры Киры на мотоцикле. Мещеряков и Черных уже хотели бежать за ней, но Виктор и Валентина остановили их, ибо в этом не было смысла, всё равно на своих двух они не догонят её. — Стойте вы! Всё равно не перегоните мотоцикл! — начал перекрикивать учащающийся дождь Вик. Он стоял и прикрывал ладонями очки, держа их как козырёк. Валя одной рукой поглаживала плечо Сменкина. В напряжённом и взволнованом состоянии были все. — Тогда идёмте ко мне, будем ждать Киру, когда она вернётся. — предложил Артём. И компания направилась ждать автобус.

***

— Кирочка, ало? — Татьяна говорила спокойным, и даже немного игривым голосом. Женщина стояла на кухне и готовила ужин. В трубке послышался мужской голос. Врач сообщил, что Кира попала в аварию и сейчас находится в больнице. Деревянная лопатка выпала из рук женщины. В глазах всё начало расплываться, и она сама чуть не потеряла равновесие. Сделав несколько шагов назад, она села на стул и продолжила слушать адрес больницы. —...д-до свидания... — Татьяна очень сильно переживала за дочь. Голос и руки дрожали, по щекам текли слёзы, сердце сжималось. Татьяна — женщина очень впечатлительная, и как любая нормальная мама очень переживала за детей. Новость о Кире была как ножом в сердце. Она решила набрать сына. В это же время дома у Мещерякова. Ребята быстро доехали к Мещерякову, и принялись ждать. Валя поставила чайник и сделала всем чай, чтобы немного успокоиться. На кухне царила напряжённая тишина. Каждый сидел погрузившись в свои мысли. У Вали было предчувствие, что что-то случится, но она отгоняла эти мысли как могла. Она, как и все, очень беспокоилась за Киру. Из всех присутствующих, она знала больше о причине такого поведения Сменкиной. Вик старался успокоиться, но это не сильно получалось. Внутри всё сжималось, он боялся, что что-то может случится с кареглазой. Внешне он выглядел сдержаннее всех, но переживал за сестру не меньше остальных. Ещё ему не давало покоя подозрение о троице, и Вик предполагал, что возможно это как-то связано с Артом и Филом. Эти двое сидели как на гвоздях. Чай вообще не помогал. Фил знал причину такого поведения Сменкиной, ей не было комфортно находится рядом с ним из-за ещё одного недавнего приключения. Арт же понимал, что что-то происходит, и нужно скорее узнать что, но пока самым главным остаётся ждать возвращения Сменкиной. Где-то через пол часа тишину в квартире прервал звонок на телефон Вика. — Ало, мама? — как только Сменкин увидел на экране своего смартфона «Мама» сразу появилась какая-то тревожность, и он не мог объяснить почему. Дурное предчувствие преследовало его весь вечер. — В-Вик... К-Кира... п-попала в а-ава-аварию... — голос Татьяны дрожал от слёз и сильного волнения за дочь. Казалось, что сердце вот-вот вылетит из груди. Сменкин несколько секунд просто молчал, прогружая слова матери в голове. Ему до последнего не хотелось в это верить. — Мам... успокойся, прошу тебя... всё будет... хорошо. В какой она больнице? — Виктору самому было сложно говорить после такой новости, но он знал ,что должен держаться, ради Киры и Татьяны. — В 37. — Хорошо, сейчас мы заберём тебя и все вместе поедем в больницу. — Вик сбил и посмотрел на плачущую рядом Новикову. Зелёные глаза сверкали от слёз, он преобнял её и поцеловал в лоб. Мещеряков встал и подошёл к окну, вынимая из кармана телефон. Он набрал отца, рассказал о том, что случилось с Кирой, и Алексей выехал забрать их и Татьяну в больницу к Сменкиной.

***

...— Я-я не могу, сентябрёнок.

— Я понимаю, н-но какже я?... ты оставишь меня одну?...

На улице всё также дождь. Черных задумчиво смотрел, как ветер склонял деревья, через окно автомобиля. Все его мысли были заняты только двумя людьми — Кирой и Артом. Ему до сих пор было неловко рядом с ним после поцелуя с Кирой, так ещё он винил себя за то, что Сменкина попала в аварию. Подъехав к больнице, все быстро забежали внутрь. Валентина шла подруку с Татьяной. Сменкин снял из себя куртку и накинул её на плечи девушки и матери. Арт сразу же подошёл на рецепшн, спрашивая о Кире. — Здравствуйте. К вам сегодня попала Сменкина Кира, после а-аварии, в какой она палате? — парень говорил быстро и с нескрываемым волнением. Немного хрипловатый голос дрожал. Вик с Валей усадили Татьяну на лавочку в коридоре. Новикова позвала медсестру, чтобы та дала ей успокоительное. Фил ходил туда-сюда чуть поотдаль от ресепшена, думая как там Кира. Трогая пальцами губы до сих пор каждый раз вздрагивал. Алексей стоял возле входа и смотрел на проливной дождь за окном. Вик подошёл к Арту, пока медсестра пробивала в системе информацию о Сменкиной. — ... О, вот врач к которому попала ваша девушка. — все сразу же обернулись туда, куда смотрела медсестра и побежали к мужчине что выходил из палаты. — Здравствуйте, мы друзья и родственники Киры Сменкиной, как она? — спросил Вик. — Ч-что с моей дочерью? — еле смогла разборчиво сказать Татьяна. — Состояние стабильное, она без сознания. Есть множество ран, садин, растяжений, чудом ничего не сломано. Остаётся только ждать. — Можно к ней сейчас? — спросил Артём. — Нет, сегодня ей нужен покой, приходите завтра, и по одному пока что. — Мы вас поняли... Если что-то будет нужно — звоните, номер оставлю на ресепшене. До свидания. Татьяна стояла до того момента пока врач не зашёл обратно в палату Киры. Она краем глаза увидела лежащую под капельницей, во многих местах в бинтах, без признаков жизни дочь. Новые слёзы подступали, стоя комом в горле. Валентина взяла её под руку и увела к машине.

***

...— Это всего лишь на несколько месяцев.

— Всего лишь?...

На следующий день все приехали навестить Киру. Врач сказал, что за время находясь без сознания, с ней нужно постоянно говорить, только не то, что может плохо повлиять на её восстановление, шокирующее или резкое. Татьяну напоили успокоительным и она пошла к дочери первая. За ней Вик, потом Арт, Валя, и Фил был самый последний. Черных сказал, что они могут ехать и не ждать его, он сам доберется домой, и пошёл к Сменкиной. Палата была просторной и светлой. Стоял характерный запах медикаментов. В палате кроме Киры и Фила никого больше не было. Блондин сел на стул возле кровати и посмотрев на лежащую брюнетку, начал говорить. — П-привет... Кира, я знаю, что... тебе было неловко сидеть рядом со мной, как и мне, даже сейчас... Прости меня ещё раз, за всё... — Черных смотрел на лежащую и нешевелившуюся руку девушки. Он аккуратно взял её в свою лодонь. — Это я во всём виноват, не нужно было мне приходить, я как всегда всё порчу. — парень опустил голову и взялся за неё так, чтобы волосы проходили через пальцы. Через некоторое время Фил ушёл. Прогуливаясь по мокрым улицам Питера, он не думал ни о чём, всё его подсознание заполонили только Сменкина и Мещеряков. По дороге у него даже пробежала мысль о поцелуе с Мещеряковым, но быстро отогнал её. Он уже давно считал себя ненормальным из-за таких мыслей. И просто решил поскорее идти, чтобы уже наконец оказаться дома. Мещерякову не сиделось дома, и он решил прогуляться по ночному Санкт-Петербургу. Он думал о том, как бы поговорить с Филом. Почему-то Арт был уверен, что Черных знает причину такого поведения Сменкиной. Худшее, что Артём себе прокручивал в голове, это подтверждение его подозрений насчёт этих двоих. Он не хотел терять их, обоих...