Исповедь

— Почему ты плачешь? Девушка не повернула голову в сторону незваного гостя. Все таки сидеть в самой дальней части детской площадки оказалось плохой идеей. Её нашли. Дерьмово. — Эй! Отвечай когда с тобой говорят! — парень рявкнул от раздражения. Ей не хотелось читать его мысли. Было все равно, что этот придурок думает. Ей было все равно даже на себя. Сколько она уже тут сидит? Кто нибудь дайте ей медаль года. Самая ужасная ученица и дочь. — Дура, — сама себе говорит. — Какая же я дура. — Что там бормочешь? — его глаза ищут хотя бы намёк на причину такого душевного состояния девушки. Но ничего не получается. Одна лишь пустота и недопонимание. Раздражает. Он просто хотел покинуть школу и вернутся в свой затхлый дом где всем будет все равно на него. Мать, которая пропадает днями и ночами у других мужчин. Отец у которого исполнение своих обязательств по работе, составляет весь его смысл жизни. Дэмиан вздрогнул от отвращения. Хоть не возвращайся в пропахшее развратом и сигаретами поместье. Но ему некуда идти. Все ещё слишком молод, чтобы иметь какие-то права. Все ещё слишком слаб и не может противостоять правилам, которые выстроил его отец. Как-то много этого слишком. — Что-то случилось? — Десмонд усаживается рядом с ученицей. Он мог уйти и оставить её одну. Мог? Мог! Но почему-то сердце больно защемило, а потом скрутилось в противный узел. В этот же момент ноги сами повели его к скамейке где сидела девушка. Идёт на поводу эмоций. А что ещё оставалось делать? Человек, который ему симпатичен сидит и обливается слезами. Узнай об этом отец, то назвал бы его жалким и беспомощным. Ха! А сам то! Погряз в работе и не видит как его жена тратит деньги(которые он ей же даёт) на своих мимолетные любовные связи. — Почему я не чувствую себя на своем месте? — Форджер сжала руки в кулаки от собственной беспомощности. Хотелось разбиться об асфальт и не чувствовать ничего. Противные слезы подступили к глазам. — Почему все это со мной происходит? С самого детства она думала лишь об одном. Что с ней не так? Почему в её жизни одно лишь страдание? Ученые, которые издевались над ней и ставили опыты. Хватило бы скальпеля и нескольких секунд. И все! Настал бы конец её мучениям! Но она этого не сделала. Трусиха. А потом произошел побег и в дальнейшем пребывание в детских домах. Детский дом. Для кого-то это может прозвучать жутко. А кто-то даже пожалеет её. Но жизни со сверстниками немного скрашивала её времяпровождение в стенах детского дома. Но сильнее всего в её сознание отпечатался единственный эпизод из жизни в приюте. Гнусная и омерзительная попытка пьяного директора детдома, домогаться до беззащитного ребёнка. Тогда она попыталсь, что-то сделать. Неуклюже и неказисто, но попыталсь помочь той девочке. В конце концов он её ударил. Со всей силы придурок. Кажется даже остался шрам после того как она приложилась об железные трубы для отопления. — Аня? — парень обеспокоенно коснулся её плеча. — С тобой точно все в порядке? — Нет! — Форджер яростно кричит, захлебываясь слезами. Плевать если её кто-то услышит. Руки стискивают то место где находится сердце. Такими темпами можно аритмию заработать. Нервную, черт побери аритмию. — Замолчи! Все вокруг считают своим долгом напомнить о моей бесполезности! Какая я странная! Какая я уродливая! Какая я тупая! Он не понимает её. Он не может понять почему она сейчас кричит и плачет. Как будто сам с собой общается. — Я дура, которая посмела наслаждаться хорошей жизнью, — она сжимает руки до боли. Сухожилия противно хрустят. Она никогда не понимала себя. И никогда не могла понять мир вокруг себя. Девушка притрагивается руками к горлу. Тихий вздох. И такой же выдох. Она старается восстановить сбившееся дыхание. Ученица опускает голову вниз, позволяя волосам закрыть всё лицо. Кажется успокоилась. — Такое ощущение, что ты мне исповедующееся, — звучит ещё хуже чем он думал. Ему бы вернуть свои слова назад и извинится. Но он не может остановить себя. — Тебе бы сходить в церковь. И ему тоже не помешало бы. И плевать, что он не верит. Может Бог поможет избавиться от его проблем. — Поцелуй меня! — внезапно выпаливает Аня и хватает Дэмиана за рубашку, притягивая к себе. Почему она это сказала? Думать о причинах не хотелось. — Давай, ты чертов идиот! Он всматривается в её облик, пытаясь найти следы алкогольного опьянения или наркотического дурмана. Но ничего нет. Всего лишь минутный порыв бесконечно печального и сломленного человека. Не хорошо пользоваться подобным момент в своих личных целях. — Пойдем домой, — Десмонд тоскливо смотрит на неё. Чем он может помочь ей? Если сам погряз в подобном болоте. — Твои родителя наверное тебя очень ждут. Его отец и мать точно не волнуются о нем. Даже если их второй сын покончит жизнь самоубийством. Они даже не вспомнят о нём. — Угу. Девушка льнет к мальчишеской груди, словно пытаясь согреться, а он прижимает хрупкое тельце сильнее, пытаясь доказать ей, что она в безопасности. Секундный порыв. Но такой нужный в данный момент. — Я падшая, — розоволосая смотрит на него каким-то странным и затуманенным взглядом. — Если хочу убить себя? Дэмиан чувствует как её пальцы мелко дрожат, хватаясь за ткань его школьного пиджака. — Я в каких-то моментах не отличаюсь от тебя, — он видит блеск в её глазах. Понимание. У него будет ещё время выговорится ей. Как и самой девушке. — Но мы можем спасти друг друга. Если ты не против. Ткань школьной формы трещит сильнее. Кажется её нервы на пределе. — Тогда ответь мне, — сглатывает. — Почему я все ещё жива? — Чтобы я мог встретить тебя, — самонадеянно произносит он и растягивает губы в улыбке. В глубине души надеясь, что не оскорбил её. — Ты так не думаешь?