Ярче Солнца

POV Луффи

      О, это была моя стихия. Моментально собраться, спрятать Нику за свою спину и встать в боевую позицию. Будь у меня голос, было бы вообще идеально, но на нет и суда нет. Я следил за любым малейшим движением Стервы, готовый в любой момент отразить нападение, но Воля говорила, что такового не будет. Это настораживало еще сильнее.       – Спокойней, ковбой, я не собираюсь с вами драться, - лениво усмехаясь и растягивая слова, кинула она мне.       – В это слабо верится, - тон Ники был лишен привычной доброжелательности. - У меня бы до сих пор были синяки, не находись мы во сне.       – Кто старое помянет и прочее, - отмахнулась змея, допила вино и отставила бокал. Она внимательно посмотрела на Нику, потом взгляд скользнул по мне и я почувствовал жажду убийства. Нет, ну раз она приглашала, я был бы только рад размяться. Уже рванул вперед, но Ника схватила меня сзади за рубашку, так что я остановился. Не потому, что мне было жаль одежду, а потому что она так хотела. Наверное, собиралась выведать что-нибудь неинтересное. Стерва мерзко усмехнулась, - Ты, смотрю, совсем его приручила. Нашла себе песика, - эта гадина все меньше и меньше нравилась мне.       – Ты же вроде моя акцентуация, а значит должна знать, что Луффи невозможно приручить, - только я гордо вскинул нос, как Стерва хохотнула.       – Именно, я твоя акцентуация. И нахожу очень странным то, что ты не понимаешь - еще как можно, - она прошлась по мне презрительным взглядом и цокнула языком. Тут позади нее из стен стали вылетать маленькие… люди? Похожие на тех, с Дресс Рожи, но с крылышками и светящиеся. Они несли бутылку вина. Стерва лениво на них посмотрела, потом на нас и, увидев недоумение на наших лицах, не иначе, с издевкой заговорила. - Этот замок - олицетворение твоего сознания. Он будет отображать твои эмоции, использовать твои воспоминания для комнат и существ, живущих в нем. Все здесь подчиняется тебе. И совсем немного мне с той припадочной.       – Как мило с твоей стороны рассказать об этом, - с такой же издевкой ответила Ника. - И чему же из этого можно верить? С чего такая щедрость?       – Будешь верить или нет, меня не касается, - ее взгляд стал серьезным, она смотрела на Нику так, будто доверяла ей свою сокровенную тайну. - Я не буду объяснять, почему решила поступить таким образом. Уж точно не при этой пародии на человека. И не сейчас, когда ты не веришь почти ни одному моему слову, - Ника хмыкнула, а я закипал все сильнее, еле сдерживая себя после ее высказывания. - Знай только, что теперь, при некоторых договоренностях, я буду тебе помогать.       – Что за чушь! С чего бы?       – Сказала же, объяснять ничего не буду, - тут она ощетинилась и с омерзением посмотрела на меня, продолжая говорить с Никой. - Буду помогать, но только тебе. Этой жертве промывки единственной извилины - ни за что, - казалось, сейчас она начнет плеваться ядом. - Помогу только с его умерщвлением.       – Не смей так говорить о Лу, - я почувствовал, что меня защищают. Знакомое чувство, оно возникало и с Шанксом, и с Эйсом и Сабо, и с моей командой. Вообще-то, оно возникало довольно часто. Надо бы пореже попадать в ситуации, когда меня приходилось защищать. Тут я резко обернулся на Нику. Она только что назвала меня Лу? Так меня называли только Эйс и Сабо, и то недолго, я тогда сказал им, что это звучит не мужественно, долго ругался и они перестали. Но от Ники это звучало… правильно, что ли? Стерва издала странный рык, похожий на фырканье.       – Лу… Какая мерзость. Однажды тебе аукнется такое слепое поклонение, - за этим последовал самый неприятный звоночек из всех, которые могли возникнуть. Проблеск Королевской Воли. Это было очень плохо. Еще позавчера она так не могла. Эта скорость обучения не предвещала ничего хорошего, если она сделала это сознательно, конечно же. Выглядела так, будто ничего не произошло, и было непонятно, контролирует она Волю или нет. Одно было ясно - ни в коем случае нельзя оставлять их с Никой наедине.       Тут зазвучала мелодия, едва слышно, но обе девушки замерли. Гадина почти сразу отмерла и скривилась.       – Нда, от таких вещей у меня уже уши вянут, - она поставила опустошенный бокал на стол и повернулась к двери в дальнем конце зала. Напоследок бросив через плечо "Покидаю вас на этом", Стерва удалилась.       Я оставался начеку, у меня не было к ней ни капли доверия. А вот Ника как зачарованная смотрела на третью дверь, находившуюся между нашей зоной и другой, темной. Она отпустила меня и быстро направилась туда, вслед за музыкой. Мое тело ныло от разочарования, оно уже приготовилось к хорошей драке, но все раздражители вдруг просто исчезли. Поскорее бы вернуться назад, в старый добрый Новый мир. Но выбора не было, и я быстренько догнал Нику, уже открывшую дверь.       У нас на глазах коридор менял расцветку с ярких цветов на нежные как хамелеон. Музыка звучала громче, даже слова какие-то уже проклевывались. А голос поющего был по ощущениям будто детский. Ника выглядела взволнованно, но не была напугана, так что я немного успокоился. Скоро мы подошли к двери светло-голубого оттенка, перед ней, выделяясь на общем светлом фоне, лежал пушистый коричневый коврик. Ника аккуратно взялась за круглую ручку, а я приготовился к возможному нападению, хоть ничего и не предвещало беды.       Удивительно странная комната. Вместо пола был лед, толстый-толстый, а чуть поодаль от входа он заканчивался и начиналось море. Бушующее, темно-синее, почти черное. Вдали, посреди волн, виднелся маленький коричневый силуэт на белом плоту. Ребенок пел песню о маме, о том, что не бывает потерянных детей. Я посмотрел на Нику. Сегодня был не лучший день, она уже второй раз плакала. Если бы не достойные поводы, я бы уже начал подозревать, что она похожа на Слабохоши с ее бесконечными слезами. Хотя, что сейчас ее довело, я так и не понял.       В любом случае, меня не устраивало то, что она плачет. Я помахал рукой у нее перед лицом и, когда она наконец обратила на меня внимание, кивком спросил что случилось. Она резко поднесла руки к лицу, внезапно осознав, что оно все в слезах, стала их вытирать, на самом деле просто размазывая по щекам.       – Этот мультик на моей памяти первый, над которым я однажды разрыдалась, - ее голос был наполнен и печалью, и теплом, очень сложно было понять, что она сейчас чувствует, со мной такого никогда не случалось. Хотя если подумать, бывало. - Я тогда впервые рыдала над выдуманной историей, причем пару часов минимум. Меня задела эта песня. Песенка Мамонтенка, так она называется.       Теперь она улыбалась. Какая же она все-таки сложная, очень много думать приходилось. То есть эта песня ее доводила до слез, но при этом вызывала вот такую вот ностальгическую (надо же, какое слово вспомнил, потом похвастаюсь Робин) улыбку. Значит она не переживала больше из-за этой песни. Но только что она снова расплакалась, значит переживала. Агх, слишком сложно, еще немного и мозг вскипел бы. Я не заметил, как меня взяли за руку и вывели обратно в коридор, осознал, только когда стукнули по голове ребром ладони.       – Ты чего? Аж покраснел весь, задумался? - я взглянул на ее заплаканное лицо, на котором не осталось ни капли тех сложных эмоций, только игривая веселость, которую я так любил.       Звук будильника перенес нас обратно в реальность, где я мог говорить, но Ника не могла меня видеть. Но что-то было не так.       "Ника…"       – Что такое? - заспанно просипела она утренним голосом.       "Тут дверь".

***

POV ???

      Это было довольно необычно. Он стоял передо мной и на его лице не было ни тени страха или восхищения. Такое бывает в нескольких случаях: если человек не знает, кто я, если он особенно храбрый (чаще всего шло вместе с глупостью) и если это психопат. Третий вариант был весьма неудобным, но имел свои плюсы. И этот человек был именно третьим вариантом.       – То есть ты хочешь, чтобы я был у тебя на побегушках? - в его голосе звучала насмешка. Кто-то был уж слишком самоуверен для человека, который только что обрел нового себя. Но зато подход к таким был очень прост.       – Что ты, мы будем партнерами. Тебе тоже выгодны эти условия.       – Это правда! - то, что он относился к категории громких сумасшедших определенно было минусом. Молодой человек наклонился вбок, на лице его была пренеприятнейшая улыбка. - Но не думай, что я не понимаю твою задумку, серый кардинал. И, так и быть, - он резко выпрямился и повернулся ко мне боком, - я приму участие во всем этом. Только не забудь про наш уговор.       Уж я не забыл бы. Не забыл бы и преподать урок, когда пришло бы время. Но, к сожалению, сейчас этот молокосос мне был жизненно необходим. Партия медленно набирала обороты, и с его помощью мои возможности превосходили все пределы. Как же удачно его коснулся Центр Взрыва. Работая из тени мне пока не приходилось волноваться об имидже, а значит и работа с ним приемлема.       – До связи, Король без Короны. Мне понадобится немного времени, и сможем приступить, - мальчишка игриво улыбнулся и захлопнул за собой дверь.