Когда одно поражение меняет жизнь.

Стоя за спиной Господина, слышен лишь скрежет зубов. Стоящий за ним явно не испытывает удовольствие от того, что служит кому-либо. Единственная его Госпожа — сама Смерть. Единственный его Господин — его старший супруг. Мальчишке положено многое, будучи находясь в услужении у них, но подчиняться кому-то другому — он был не намерен. Локоны белых волос свисают с его головы, а искренней улыбки давно не было видно на его устах. Полное равнодушие высвечивалось «Аурой» подле него, но и это не было отдушиной. Внутри него клокотал гнев. Для его родителей не было радостью видеть своего младшего сына в услужении у кого-то, а старшие брат и сестра наверняка испытывали разочарование в нём. С тех пор послушание, равнодушие и хладнокровие, смешанное с высокомерием, одной маской застыло на его аристократичном лице. Ему вспоминался тот короткий бой, а сны становились всё жёстче и жёстче, напоминая о своей неудаче.

***

Тот день был сильно солнечным, а молодой аристократ с тростью проходил по дорожке сада. Он ещё не подозревал, что подготовил для него этот день, и не сказать, что такая солнечная погода его насторожила. Собираясь с мыслями он остановился перед человеком, с кем у него была назначена дуэль. Девятнадцатилетний юноша был уверен в своих силах и был настроен на победу над ним. Его противником был мужчина чуть старше его — лет двадцати пяти. Тёмные пряди свисали с его лица, а поза — служила насмешкой над младшим. Взгляд бордовых глаз лучился смехом и был также полон уверенности в своих силах. Телосложение оппонента было спортивным, тот явно не отказывал себе в тренировках. — Начнём? Бархатный тембр голоса смеялся над ним, заставляя скрежетать зубами, но юноша держался, не показывая свой гнев. О, его тот выпустит во время битвы. — Начнём. Отбросив свою мантию, он отбросил и свою трость, выявляя в руках клинки. Соперник же стоял не двигаясь. Клинки тут же разлетелись в стороны, а округ озарил огонь. Вспышки заклинаний, льда, скольжения по теням, призывы… В бой шло всё, что только возможно. Оба показывали свою силу, но относились друг к другу с уважением (прим. автора: хотя старший всё так же насмехался над главным героем). Они оценивали силу друг друга, но позже бой стал гораздо серьёзнее. Магия Крови, Некромантия, поднятие нежити — это всё использовалось и после. Клинки младшего же подрезали, но старший успевал от них уклоняться.

Исход битвы был предрешён.

Несмотря на всю свою выносливость — младший выдохся из сил и пропустил удар, который пришёл ему в солнечное сплетение, а следующий же был нанесён в лёгкие. Кровь маленькой струйкой потекла из рта нашего героя, заставляя его упасть. Старший же поставил на его грудь ногу, надавливая каблуком в район солнечного сплетение. — Ты проиграл. Констатирует тот и чуть склоняется над ним. Рука опускается на щёку младшего и медленно оглаживает линию скул, спускаясь к подбородку и шее. Сжал же руку на он на шее мальчишки. — Отныне и вовек ты будешь служить мне, исполнять любой мой каприз и ничего тебе не поможет. Да скрепит Магия узы Хозяина и Раба, и будет она нам свидетелем. Слова его набатом прозвучали в голове парня, а сияние магии и аур подтвердило скрепление. Отныне и вовек он раб этого человека, и лишь новая битва, и победа парня, сможет освободить его от этих уз. И лишь тогда они поменяются местами.

***

То заставляло сжать кулаки, а взгляд пылать. Благо, мужчина этого не видел, иначе мог устрашиться. Мальчик находился между разумом и безумием, что перешло бы в режим Берсерка и вряд ли бы что-то его остановило. Сейчас же он, стоя за спиной своего Господина, лишь послушно исполнял приказы, ведь если бы он ослушался — потерял бы всё. Магия сурова к своим детям, но в то же время справедлива. Так было и будет всегда.