Угощение

      Это началось, когда Чонгук обедал со своими родителями, болтая ножками под столом и мило жуя свою еду. Он почувствовал щекотку на голых бедрах, сидя в короткой юбке и большом свитере. Он ощутил, как что-то коснулось его ног под столом, поэтому он быстро поднял скатерть и наклонил голову вниз.       Большие глаза быстро остановились на фигуре под столом, и тихий смешок сорвался с его губ.       — Ты голодный? — невинно спросил Чонгук сидящего под столом большого щенка, который проскулил в ответ, кивнув головой. Чонгук быстро взял свою тарелку и подвинул ее в сторону Тэхёна, но вмешался его отец.       — Не корми собаку, Чонгук. Сколько раз тебе повторять, что собаки не едят рис? - сказал отец, покачав головой. Чонгук грустно надул губы, посмотрев на взволнованного щенка, который покачивал хвостом.       — Прости, Тэтэ. Я не могу дать тебе еду прямо сейчас, — шептал Чонгук и наклонился так, чтобы его мог слышать только щеночек.       — Я обязательно позже угощу тебя печеньем, которое ты так любишь, — обещал приглушённым голосом Чонгук, щёчки которого порозовели. Тэхён низко проскулил, смотря щенячьими глазами на Чонгука. Он фыркнул, когда тот грустно взглянул на него, вновь подняв взгляд на тарелку с едой.       Чонгук чувствовал себя виноватым, оставляя Тэхёна без еды, но ведь он пообещал дать щенку лакомство попозже.       Чонгук продолжил кушать, больше не болтая ногами, так как он знал, что щенок был под столом.       Тэхён вздохнул, ведь на самом деле он не был голоден. Он просто хотел, чтобы Чонгук покормил его, потому что он всегда выглядел при этом мило: его красивая широкая улыбка, изящные руки и порозовевшие от радости щечки, когда Тэхён съедал то, что Чонгук ему давал.       Он смотрел на неподвижные ступни Чонгука, склонив голову набок и сканируя взглядом гладкие молочные ножки. Его глаза заметили, какими поджарыми и аппетитными были сжатые вместе бедра. Его крошечная юбка доставала только до верхней части бедер. Затем Тэхён подвинулся ближе, виляя хвостом, когда Чонгук начал снова качать своими босыми ногами.       Тэхён наклонился, его дыхание коснулось лодыжек Чонгука, заставив парня слегка вздрогнуть, но он не двинулся, зная, что это Тэхён. Щенок моментально воспользовался преимуществом и быстро облизнул гладкую лодыжку.       Чонгук подпрыгнул, дёрнув ногой. Но никто за столом этого не заметил. Он уже собирался сказать Тэхёну, чтобы тот не лизал его, но голос отца остановил Чонгука от замечания.       — Итак, Чонгук, как дела в школе? Твои учителя говорят мне, что ты отлично разбираешься в искусстве, — улыбнулся отец, от чего Чонгук посмотрел на него большими блестящими глазами. Он широко улыбнулся, спеша поделиться хорошими новостями с отцом.       — В последнее время я занимаюсь рисованием, Миссис Джо говорит, что я могу быть художником и… и ещё она говорит, что мои картины имеют смысл… ах!       Чонгук пискнул, когда почувствовал, как шершавый язык начал облизывать его бёдра, с силой раздвигая их большими руками, как горячее дыхание коснулось его теперь дрожащих бедер. Отец посмотрел на него с лёгким беспокойством.       — Ты в порядке, Чонгук? — спросил его отец, получая в ответ кивок. Руки Чонгука попытались отодвинуть голову Тэхёна от своих бёдер, думая, что Тэхён с ним играл. Он продолжил говорить после того, как его родители странно на него посмотрели.       — В-всё нормально. И меня выбрали рисовать для ш-школы... — Чонгук не смог закончить предложение из-за того, что Тэхён раздвинул его ноги, начав торопливо облизывать внутреннюю поверхность бёдер.       Тэхён водит языком по нежной коже, чувствуя мягкую плоть. Он не смог противиться желанию укусить. Его острые клыки погрузились в молочную кожу, а слюни потекли от предвкушения. Он с трудом удерживал дрожащие бедра Чонгука. Тот поджал пальцы ног, когда Тэхён сделал ещё один укус, а потом ещё один. Гибрид начал вылизывать и прикусывать кожу, позволяя синякам расцвести.       Чонгук почувствовал, как потёк. Его киска покалывала и пульсировала от желания. Ему было так стыдно, что он возбудился от игры Тэхёна с его бедрами.       Он уже был таким мокрым, что его трусики прилипали к его хорошеньким половым губам. Он хотел, чтобы его родители исчезли, ведь тогда бы он смог потереться о стул и создать трение своему нуждающемуся клитору.       — Что ж, это замечательно. Я разговаривал с директором, и он говорит, что весьма впечатлен тем, как страстно ты относишься к любому предмету… — Его отец начал хвастаться тем, что Чонгук отличник. Его мать вмешалась, чтобы рассказать о его манерах, но Чонгук не мог не думать ни о чём, кроме укусов и облизывания его бёдер.       Он судорожно вздохнул, руки дрожали, когда Тэхён приподнял его юбку, обнажая красивые белые трусики, которые под ней скрывались. Сквозь влажную белую ткань слегка просвечивали мокрые половые губы. Чонгук чувствовал себя грешником. Тэхёну хотелось взять его прямо на глазах у родителей, пощупать и поиграть с его большой грудью, оставив на ней следы, которые продержатся ещё несколько дней.       Но пока он мог поиграть с бедрами.       Когда Тэхён прошёлся языком по киске прямо через бельё, Чонгук взвизгнул и быстро схватился за стол, заставляя родителей резко повернуться к нему.       — Ты сегодня ведёшь себя странно, Чонгук. Всё в порядке?       На этот раз заговорила его мать, заметив, что он слегка сгорбился. Чонгук убрал хватку со стола, неуверенно поворачиваясь к родителям, пока Тэхён продолжал увлечённо облизывать его трусики. Его горячий язык слизывал смазку. Трусики Чонгука стали влажнее от слюны и собственной смазки.       Тэхён стал сильнее вилять хвостом. Ему нравилось вылизывать Чонгука. Сладкая смазка вытекала снова и снова, и он лизал без остановки, пока Чонгук изо всех сил пытался собраться с мыслями. Он провёл длинным пальцем по хорошенькой киске, водя им вверх и вниз по хорошо видимым половым губам.       — Да… да. Я в порядке — просто немного устал, — коротко ответил Чонгук, но маму это не убедило.       Тэхён убрал палец. Желая ещё больше попробовать смазку, он стягивает мокрые трусики и скулит, глядя на обнаженные половые губы Чонгука. Язык готов погрузиться в горячее нутро. Тэхён ещё больше раздвинул упругие бёдра юноши, не желая, чтобы что-то мешало его угощению. Он не стал терять время попосту и с предвкушением погрузил язык внутрь. Несколько раз облизнув манящие губы, он начал посасывать их, чувствуя мягкость и смазку, стекающую по ним. Он ещё больше раздвинул половые губы, его пальцы удерживали их, прежде чем он облизал дырочку кончиком языка.       — Ну, тебе следует отдохнуть, малыш. Мы с отцом не будем тебе мешать. Как тебе это? — предложила его мать с лёгкой улыбкой, на что отец одобрительно кивнул. Он даже не смог толком ответить из-за того, как активно Тэхён лизал его киску.       У Тэхёна была улыбка на лице, когда он продолжал облизывать промежность. Заметив пульсирующий клитор, он слегка приподнял голову. Он облизал его, от чего у Чонгука на глазах навернулись слезы. Щеки Чонгука покраснели, а руки задрожали от того, насколько сильно лизали его чувствительный клитор. Чтобы усилить стимуляцию, Тэхён начал резко сосать комочек нервов. Он сделал несколько широких мазков языком, и, поднеся палец к текущей дырочке, легко вставил его внутрь.       — Малыш?       Чонгук вздрогнул и откинулся на спинку стула, когда мама позвала его. Он слегка улыбнулся ей.       — К-конечно, идите! — Он закрыл глаза, пытаясь сдержать дрожь в руках, но бёдра не поддавались контролю. Тэхён быстро вводил один палец, прикусывая и облизывая клитор Чонгука, ни на кого не обращая внимания.       Чонгук такой вкусный.       Желая, чтобы Чонгук кончил ему на лицо, Тэхён сильнее сосал клитор, добавив ещё один палец, двигая обоими в быстром темпе. Чонгук перевёл затуманенный взгляд на родителей, молясь, чтобы они поскорее ушли.       — Ну, ладно. Отдохни, малыш, — улыбнулась ему мама, уводя отца от обеденного стола, добавив, что она уберёт посуду позже.       Чонгук вздохнул с облегчением, когда дверь закрылась.       — Т-Тэ, нет! — взвизгнул Чонгук, пытаясь оттолкнуть голову щенка от своей чувствительной киски и слыша недовольное рычание в ответ. Он попытался сомкнуть подрагивающие бедра. Тэхён промычал, всё сильнее и сильнее посасывая клитор Чонгука.       Чонгук мог только беспомощно всхлипывать, наблюдая, как Тэхён беспорядочно его вылизывал. Он знал, что может кончить в любой момент, учитывая, как Тэхён усердно старался.       — Тэхён, — проскулил Чонгук. Пальцы его ног поджались, мышцы напряглись, глаза наполнились слезами, а щечки покраснели. Тэхён последний раз провёл языком и толкнулся пальцами, прежде чем Чонгук кончил прямо ему на лицо. Пока Тэхён небрежно вылизывал юношу, его волосы и лицо стали такими мокрыми от соков Чонгука, но ему было всё равно, он лизал и наслаждался.       Он не остановился сразу после этого, вылизывая каждую капельку, которая была у Чонгука на его киске.       Когда Тэхён наконец отстранился с улыбкой, радостно виляя хвостом, он в последний раз поцеловал красивую киску Чонгука. Чонгук посмотрел на счастливого щенка, зная, что после этого он должен будет искупать Тэхёна и вымыть пол. Он покраснел, когда увидел, каким мокрым было лицо Тэхёна.       Как же стыдно.       — Чонгук-и даст угощение? — спросил Тэхён, наклонив голову и устроив большие ладони на упругих бёдрах Чонгука.       Угощение.