take me back to the night we met

      Никита заходит в небольшое помещение и опускает глаза в пол. Он проходит по уже в сотый раз пройденному маршруту между стеллажами продуктов за необходимыми немногочисленными вещами. У парня дыхание бешено сбивается, и сам он дрожит как осиновый лист на ветру. На улице холодно, зима, так еще и поздний вечер. Это круглосуточный магазин в доме Никиты, потому ему нестрашно приходить сюда, только когда стемнеет. Ему не нужны изучающие пары глаз незнакомцев, ему бы просто покончить с этим по-быстрому и вернуться домой. Не открывать рот, не смотреть на людей, купить еды и вернуться домой.       Никита подходит к кассе и кладет все на ленту. Продукты быстро пищат под руками кассира.       — Снова два доширака и кола? — нарушает тишину голос человека, стоящего напротив. Звучит он насмешливо, и парень хочет пропасть здесь и сейчас, провалится в пол под ногами, спрятаться. Никита чувствует, что кассир за ним наблюдает. Никита на него не смотрит, он уставил взгляд вниз. Он молчит, пока дрожащими руками теребит мятые банкноты.       Кассир лишь оглашает цену, на что Никита нетерпеливо бросает деньги, кладет продукты в рюкзак и пулей вылетает на улицу. Захлопывая за собой дверь, он только лишь слышит тихое «Хорошего вечера», пропадающее в звуках ночного города. На улице никого, из окна какого-то из этажей слышится громкая музыка. Вполне вероятно, что у кого-то из соседей сегодня вечеринка. Единственное, что намекает на признак жизни в этих темных улицах, освещенных уличными фонарями, были изредка проезжающие машины.       Парень быстрым шагом доходит до своего подъезда, смотря себе под ноги. Сердце делает как минимум двести ударов в секунду, пока он не закрывает за собой входную дверь. Никита громко вздыхает, облокачиваясь на дверь спиной. Ему надо прекратить так сильно волноваться за каждый поход на улицу.       — Вернулся? — послышался уже давно знакомый голос с кухни. В дверном проеме показалось лицо кудрявого русоволосого парня в округлых очках. Парень был одет в домашнюю футболку и пижамные штаны. Смотря на него, Никита невольно улыбнулся. Что-то настолько домашнее и родное было в этом человеке, что вызывало такие нежные чувства внутри.       — Ага, — вздохнул Никита, снимая куртку и обувь. Он подошел к юноше, который схватил его за руку и повел к дивану в гостиной. Усевшись там, Никита положил к себе на колени ноутбук, открывая сервис по просмотру фильмов.       — Что сегодня будем смотреть, Юр? — улыбнувшись, спросил Никита, смотря на парня справа от себя.       — На твой выбор, — пожал плечами Юра. Тогда Никита поставил одно из недосмотренных аниме. Юра положил ему свою голову на плечо, и в животе у Никиты пролетел целый рой бабочек. Они некоторое время смотрели азиатский мультфильм, пока Никита не переплел свои пальцы с пальцами Юры.       Тогда Юра резко выпрямился, отпустив руку Никиты. Он выпучил на последнего глаза, и его голос с нежного и заботливого сменился на напуганный и серьезный.       — Ты же понимаешь, что не можешь общаться только со мной?       — Я знаю, — грустно ответил Никита, чувствуя, как разбивается его сердце на миллион кусков. Юра вновь положил голову на плечо парня, концентрируясь на экране. Никита больше не мог думать о происходящем в аниме. Его голова переполнена мыслями о том, что бы он мог сделать, дабы доказать Юре свою любовь.       Никита с самого детства был несоциальным парнем. У него не было друзей в школе, и за свою чрезмерную застенчивость некоторые дети над ним смеялись. Родители решили перевести его на домашнее обучение, но паническая боязнь людей никуда не ушла, а стала только хуже. У него не было никаких знакомых, он разговаривал только с родителями по телефону и с Юрой.       С Юрой Никите всегда было комфортно. Юра всегда поддерживал его, и без него жизнь казалось до ужаса серой и унылой. Его смех, его улыбка привносила в жизнь Никиты хоть какой-то смысл. Хоть он и появился в жизни парня совсем недавно, тот успел стать Никите самым близким человеком на всем белом свете.       Парень решил устроить Юре что-то наподобие романтичного вечера. Он выходит из дома на следующий день в магазин, хотя так часто туда никогда не ходил. Он проходит мимо привычных полок и идет в дальнюю часть продуктового, хватая первое попавшееся вино и коробку шоколада.       — Ух ты, что-то новое, — смеется голос кассира. — Романтический вечер?       Никита только коротко кивает, собирая продукты в пакет. Он выходит на улицу, и возвращается домой. Там он накрывает на стол, и делает все один в один как в романтических мелодрамах. Правда, на кухне никто не убирался уже несколько месяцев, все выглядит пыльно и грязно, и Никите то ли мерещатся, то ли и в правду бегают по столешницам тараканы.       Парень зажмуривается, прогоняя навязчивые мысли прочь. Юре должно понравиться, Юре нравится романтика. Никита достает пыльные бокалы из выдвижного ящика под плитой, споласкивает, ставит на стол. Коробка шоколадных конфет немного приоткрыта, она стоит возле горящих свечей, которые ему подарила мама на новый год. Никита тревожно вздыхает, прячет голову в руках.       — Ты чего там? — слышится голос сзади. У входной двери стоял Юра с хвостиком сзади. Под глазами у него залегли небольшие синяки, и Никите становится его ужасно жалко. Хочется подойти и уложить его обратно в постель, чтобы поспал хоть немного, не то за написанием диплома сидит уже которую ночь.       Никита мелко улыбается, когда Юра восторженно смотрит на стол на кухне, и тихонько охает, прикрывая рот рукой.       — Чего ты удумал? — хихикает парень, подходя ближе, а Никита приобнимает того за талию, на что Юра краснеет.       — Да так, для тебя вот…       Юра садится напротив, и Никита наливает им обоим бокалы вина. Юра смеется, рассказывает о чем-то отстраненном, а Никита просто смотрит на него и любуется. Он накрывает Юрину руку своей, немного поглаживая большим пальцем ладонь. У Юры руки ледяные, и Никите стыдно за то, что он никак не включит отопление, и им приходится греться под миллионом слоев пледов и одеял и ходить в одних теплых толстовках. Юра щеголяет в Никитиных, его вещи давно уже стали их общими.       — Почему ты не ешь? — вдруг замечает Никита, потому что Юра не притронулся ни к вину, ни к шоколаду. Таким образом, Никита сам все выпьет и съест.       — Я не могу, ты же знаешь, — грустно говорит Юра. Никита корчится.       — Я знаю, но… — он пытается подобрать слова и отводит взгляд в сторону. — Я подумал, что может быть сегодня ты…       — Я не могу, Никита, — серьезно отвечает юноша.       — Я просто хочу, чтобы все было нормально, как у людей…       — Это никогда не будет нормальным, — Юра встает из-за стола. — То, что происходит — это ненормально, и ты это знаешь.       — Юра, — выдает из себя Никита, наблюдая за тем, как злой Юра выходит из кухни. — Юра, постой, — Никита встает из-за стола и направляется в сторону Юры. Тот уже набрасывает на себя куртку и ботинки. — Юра, не уходи, пожалуйста, — умоляюще просит Никита, хватая Юру за руку, но тот выдергивает ее.       Никита не стал догонять Юру, когда тот вышел из квартиры. Никита сидел на коленях на полу, задыхаясь от давящего чувства вины. Слезы текли по его лицу, обжигая кожу. Он лежит на полу в прихожей, обессиленный, разбитый. Юра ушел, и до конца убил Никиту.       Парень еле как встает и направляется к своему дивану, жалостно накрывая себя одеялом, не переставая рыдать. От усталости организм не выдержал, и Никита уснул. Во сне ему чудились кудряшки, округлые очки и карие глаза, способные растопить сердце Никиты настолько, что оно просто-напросто превратится в лужу.       Никита проснулся утром от ощущения того, что его гладят по волосам. Он тут же открыл глаза и сел на кровати. Перед ним на полу на корточках сидел Юра с грустной улыбкой на лице. Сердце Никиты забилось вновь.       — Ты вернулся, — выдохнул Никита, не отводя взгляда от Юры.       — Я вернулся, чтобы попрощаться, — ответил Юра, внимательно осматривая опухшие от слез глаза Никиты.       — Нет… — не веря прошептал Никита, хватаясь за руку Юры.       — Да, — одинокая слеза скатилась по щеке Юры до подбородка. Он протянул руку к щеке Никиты, а тот в свою очередь ластился как кот. Юра пододвинулся ближе и нежно припал к губам Никиты. Парень вцепился в плечи Юры, как будто его жизнь зависела от этого. Спустя пару секунд Юра отодвинулся. — Время пришло.       — Я не могу, — всхлипнул Никита.       — Конечно можешь, — улыбнулся Юра. Он встал и потянул за собой Никиту. — Обещай, что поговоришь с ним.       На это Никита ничего не ответил, прикрыв глаза.       Когда он открыл их в следующий раз, Юры перед ним не оказалось.       Никита выходит из подъезда, поворачивая из дворов, направляется к магазинам. Он берет любимые мармеладки, и направляется к кассе.       — О, это лучшие! Отличный выбор, — в голосе парня звучала улыбка. Никита поднял взгляд и на него смотрели удивленные карие глаза кассира. Он был кудрявым, волосы были настолько длинными, что их можно было завязывать в небольшой хвостик сзади, а на лице его были округлые очки.       На небольшом бейджике на футболке детским почерком красовалось имя «Юра». Никита несмело улыбнулся.       — Меня Никита зовут.