snail or don't touch my bike

Прохладный вечер. На улице, кому-то могло так показаться, гадко и склизко, но, на самом деле, там просто прошёлся дождик и слегка подтаяли остатки снега. Звук мотора, казалось, заглушал все звуки природы, не было слышно даже пения дрозда, который так резво рвал глотку по ночам. Брюнет с коротким низким хвостиком, небрежно подвязанным силиконовой прозрачной резиночкой, которая потом противно и до ужаса безжалостно вырывает остатки волос, мчал по городу, погружающемуся в ночную тоску. Хотя, какую там тоску? У него впереди увлекательная дорога. Он держал путь к дому своего брата. Бывал он там довольно часто, переодически заглядывает. Хорошо, наверно, иметь такие близкие отношения с родным братом. Наверняка да. Быстро крутящееся колесо разбрызгивало дорожную слякоть во все стороны. Почему-то только заднее. В наушниках играла самая классная, по мнению байкера, песня в мире. Кажется, он сейчас станет подпевать. Надо же, не кажется. Парень напевал себе под нос давно приевшийся мотив, который был так ему знаком и любим. 거짓말이야 you such a liar See me, see me, ya 넌 위선자야 «Ты такой лжец. Посмотри на меня, посмотри на меня, ты лицемер» Братья совершенно не похожи друг на друга. Хотя.. Не то чтобы у них были прям кардинально разные характеры, но, всё же, они сильно отличались. Внешне - две капли воды. Даже внешне похожие татуировки у них давным-давно имеются. В 19 лет, когда они были в Шанхае с семьей, они набили парные тату у какого-то первого попавшегося мастера. Парные тату на одном и том же месте. Шея. Отличное место для татуировки, но оно пользуется большей популярностью среди девушек. На шее парня, привыкшего к блонду на своих патлах, было набито «现场鼠标», а в том же месте его брата, привыкшего быть брюнетом, «城市老鼠». «现场鼠标» – полевая мышь. «城市老鼠» – городская мышь. Тут все ясно и понятно. Проще пареной репы, честное слово. И кто же это придумал? Они сами. Они с детства разделяли себя этими двумя понятиями, постоянно шутили на эту тему. Им хотелось как-то это увековечить. Ничего такого грандиозного они сделать не могли, вот и решили, что татуировка – определенно их вариант. На город уже опустилась ночь. Еще не глубокая, но уже довольно поздно, чтоб гулять детям до 16 лет. Парень прибавил скорость. Наверно, для него главное сейчас – не шлёпнуться в лужу и не замараться. Ему в этой одежде еще долго щеголять. Брюнет поглубже вдохнул влажный от прошедшего дождя воздух и завернул на заправку. Заправиться до полного бака сейчас тоже очень важно. После всех проделанных махинаций и покупки всякой съестной всячины для брата он возвращается на дорогу, едет, обгоняя все впереди идущие машины. Их много, они все дорогие, по большей части. Яркие спорткары и еще какие-то чёрные раритетные тачки, которые стоят целое состояние. Они красивы, но глаз совсем не привлекают. Брюнета тянуло на мотоциклы. Мотоциклы – это скорость. Они мчатся вперёд, без проблем обгоняя каждого. Они могут протиснуться в любую дырку, в любой переулок. 왜 자꾸 딴 길을 가래 야 너나 잘해 제발 강요하진 말아줘 (La la la la la) 네 꿈이 뭐니 네 꿈이 뭐니 뭐니 (La la la la la) 고작 이거니 고작 이거니 거니. В наушниках грохотала песня. Рокочущий двигатель был практически не слышен. Парень переодически поглядывал на карту в навигаторе, хотя сам прекрасно знал весь путь от и до. В сумке бренчали разные вещи: тюбик с чёрной краской для волос, различные браслеты, ключи от квартиры, флакон туалетной воды и прочие побрякушки. Всё это ему в скором времени пригодится. А если быть точнее, не ему, а его брату. Через какое-то время он был уже на месте. Два стука. Кому вообще нужен звонок? Точно не ему. Он всегда заявляется со стуком. Двойным постукиванием. Без каких-либо вопросов по типу «кто там», замок проворачивают изнутри, и дверь плавно, с явной опаской, чтоб не пришибить позднего гостя, отводится в сторону. — Хенджун, — раздалось изнутри. Констатация факта. За дверью стоял Хенджун в своей излюбленной до дырок черной кожинке, держащий под пазухой шлем. — Вечерок. Скучал? — Очень. Целых два дня не виделись, непорядок. – как бы саркастично не звучала эта фраза, они уже успели соскучиться. — Впустишь меня? Или так и оставишь на пороге стоять? — парень притопнул ногой. — Надо подумать. — Думай реще. — брюнет отвёл дверь в сторону, открывая себе путь. — Простите за вторжение. У тебя нет гостей? — Нет конечно. Феликс вчера заходил. — Кажется, ты ему до сих пор нравишься. Вы это обсуждали? — Хенджун стаскивал ногами свои же ботинки, параллельно стягивая куртку. Шлем давно улетел на комод в прихожей. — Не исключено. Ну и пусть. Мы пробовали встречаться, у нас ничего не вышло. Мы просто лучшие друзья. — Будь осторожней, этот крольчонок тебя когда-нибудь затащит бухого в койку. — Думаю, этого не повторится. — Какая самоуверенность. Запомни свои слова и из головы не выпускай. — Я и не собирался. Зачем пришёл? — Какая дерзость, Хенджин.. Родной брат не может зайти к тебе в гости? — Ты бы тогда без сумки пришёл. — Тцк... Раскусил меня. — Наушник из уха вынимай и на кухню. Высыпай что принёс. Если там нет ничего вкусного — ты труп. Как славно, что Хенджун постоянно таскает брату сладости. В этот раз это ванильные пончики. Парень протопал дорожку на кухню, недовольно вынимая наушник из ушной раковины. — Дай хоть на колонке музыку включу. А то как-то грустно. — брюнет состроил мордочку, от которой, вероятно любой бы растаял. Любой, но не Хенджин. — Меня таким не проймёшь, дорогой. Ты сейчас снова включишь одну и ту же песню на повторе, клёво только первые два раза. Давай я свой плейлист включу? — Ой-ой-ой — парень скривился и высунул язык, пытаясь передразнить своего же брата. — Ладно, врубай свою попсу. — Ебало на офф, сам-то такой же. — Я не слушаю эпиксов на постоянке и меня не выносит с герлсбендов. — Ты очень странный. — От странного слышу. Хенджин подключился к колонке под телевизором и по всей квартире разнеслась музыка. 불타는 태양 날 이끌어가 나의 나침반 please don't leave me now Summer (na, na, na) 그냥 뛰어 (na, na, na) — Не любишь «Tamed-Dashed» — равно пошел нахуй отсюда, — сказал Хенджин, ставя на стол две прозрачные кружки. Они ему неимоверно нравились. Парень положил в чашки пакетики чёрного чая и насыпал по ложке сахара. — Всё равно ведь положишь еще. Положи себе сразу две, тебе ведь не нравится горький. — Я не понимаю, как ты это пьёшь? Он ведь не сладкий.. – пробубнил блондин себе под нос, добавляя в свою кружку еще одну ложку сахара. — Ты просто сладкоежка. — брюнет открыл сумку и достал из неё сначала пончики. — Так, это тебе.. — он начал было перечислять, но остановился и вздохнул. — По сути своей, тут всё тебе. Я очень надеюсь на твою помощь. Хенджин выдержал небольшую паузу. — Что стряслось..? — парень поднял взгляд на брата. — Снова что-то с этим ублюдком?? — тот утвердительно кивнул. — Хенджун... — Мне надо уехать, но я не могу всё бросить. Ты.. — его перебили. — Тебя что, нужно подменить..? — Ага. — Я могу, но у меня никогда не получалось быть тобой. — Поэтому я здесь. Мы тебя сейчас проабгрейдим. — Жесть... — Это не надолго. Буквально пару месяцев, если не меньше... Нужно просто тебя перекрасить, выучить кататься на байке, права мои возьмёшь, привить тебе мой стиль в одежде и выучить ребят с моей банды. — Пиздец... Ты точно уверен, что я подхожу? — У нас есть еще один брат близнец? Или может у тебя есть машина, способная создать моего клона?? Или.. — Всё, я понял. Всё принёс? — Хенджин потёр переносицу, отхлебывая немного чая. — Для начала этого достаточно. Плюсом, будешь жить у меня в квартире. — Парень кинул на стол ключи. Те с тихим визгом прокатились по поверхности и брякнулись о стеклянную кружку. — Что? — А ты как думал?? Что ты будешь к ним раз в день на пять минут приходить и сразу уходить? — Нет, но.. — Ну и всё получается. Без возражений. Хенджун вытряхнул на стол содержимое сумки и уставился на брата, который в свою очередь уставился на вещи. — Ох.. — Ага. Волосы распускай, красится будем сейчас. Голова чистая? — Естественно чистая. — Зачем спрашивал.. Парень стянул с себя резинку и покрутил головой в разные стороны. Волосы разлетелись. — Щас почернеешь. — Пиздец.. Парни всегда красились вместе. Хенджин красил Хенджуна, и наоборот. В этом они полностью друг другу доверяли. Хенджун тщательно прокрашивал каждую прядку блондинистых волос, измарал руки в чёрной краске. Хенджин же в это время молча смотрел на себя в зеркало, на свои меняющие цвет волосы. Смотрел, как краска постепенно впитывается в текстуру волоса, как темнеет его любимый пшеничный оттенок. Плакать не хотелось, было не грустно. Разве что совсем немного. Но больше он волновался за брата. Ему толком ничего не объяснили. — Будь осторожен, — Хенджин прервал молчание, сопровождающееся музыкой. — Я и так аккуратно крашу. Ты мне не доверяешь? — Я не об этом. — А о чем? — Эта твоя так называемая «миссия». Не знаю, что ты задумал, но ты должен будешь мне все рассказать. Не буду же я тебя без причины прикрывать перед твоими парнями. И ты должен быть очень осторожен. Я не смогу до конца жизни быть тобой, — он пытался пошутить, но вышло суховато. — Я тебя понял, буду предельно осторожен, не волнуйся так сильно. По ходу расскажу в чем суть. — Ты обещал.. — Да. Дальше все шло спокойно. Хенджина нарядили в серую толстовку на размер больше, но только потому что маломерит, чёрные порванные джинсы и массивные тяжёлые ботинки. До полного образа оставался только пирсинг брови, делать который он неимоверно боялся. Казалось, это больно, хотя Хенджун утверждал совершенно обратное. Он пытался уговорить брата проколоть бровь дома, но Хенджин категорически ушёл в отказ. Это не стерильно и вызывает болезненные ощущения. Согласился только на салон. Но это уже позже. Хенджин стоял перед зеркалом и являлся практически точной копией брата. Он вертелся вправо и влево, осматривая себя, пытаясь понять, идёт ли ему этот стиль. Обычно он ходил в синих джинсах на высокой посадке и носил светлый верх. Иногда водолазки. Ему было комфортно в старом стиле, но и в этом он себя как-то по особенному дискомфортно не чувствовал. Парень вздохнул, почесав теперь уже темноволосый затылок. Хвост был подвязан чёрной резинкой из обыкновенной ткани. Носить резинки как у Хенджуна он не собирался. — Ну как? — раздался голос откуда-то из-за спины. Парень стоял в дверном проёме и смотрел на осматривающегося Хенджина. — Нравится?? — Довольно необычно. Мне обязательно делать пирсинг? — По-моему, мы это уже обсуждали. В прикроватной тумбочке у меня найдёшь коробочку со штангами. — Какими штангами? — Для брови. Возьмёшь какая больше приглянется. — Понятно. А как я её продену? — Попроси Феликса тебе помочь. Он ведь наверняка будет в курсе всего, да и я не против, если это Феликс. — Хорошо. Мобилу свою сюда гони. Хенджун без лишних слов подкинул телефон в руки брата. Тот без проблем поймал. — Не разъеби его. С байком та же история. Ключи в шлеме на прихожке. Ключи от дома на кухне. Адрес помнишь? — Хуйня вопрос, конечно помню. Ты сейчас куда? — Хенджин пихнул телефон в карман джинс и облокотился на зеркало. — И какой у тебя план. — Сейчас, наверно, возьму свой старый мотик и понесусь бороздить просторы Кёнджу. Слышал, он свалил туда. — Далековато и рискованно. Вдруг инфа ложная? — Не ложная. У меня за ним слежка установлена. — Чел... — Да он тупой как пробка, — Хенджун взмахнул руками и закатил глаза. — Не будь таким уверенным. Уджин далеко не дурак.. — Хван, жмурясь, потёр переносицу. — Ладно, поступай как знаешь. Главное не угробь себя. Будь предельно осторожен. — Не читай мне нотации, сопляк. — Вали с моей хаты, гангстер недоделанный. Если нужны деньги — пиши. Я переведу. Главное будь невредим. Я буду звонить каждый день. — Ты слишком беспокоишься. Перестань быть таким, иначе тебя быстро раскроют. — Срыгни отсюда уже. — Хам. — Это я тебя парадирую. — Отлично получается. Так держать! — Спасибо. А теперь беги, мчи навстречу ветру и будь всегда на связи. Мне нужно встретиться с Феликсом. — Чао-какао, Хван Хенджун, — парень прыснул лёгким смехом. Пусть привыкает к этому имени. — Я ещё не ты. Уходи давай. — Прогоняешь.. — Прогоняю, — Хенджин на секунду затормозил. — Так, стоять, уважаемый. Мобилу свою старую тебе дам. — он шагнул вглубь комнаты, направляясь к шкафчикам под телевизором, на которых и стояли колонки. Парень достал старую коробочку, сдул слой пыли с крышки и достал изнутри почти целый телефон. — На. Симка внутри есть, денег я положу. — Я и сам могу. — Не можешь. Дуй отсюда. Еле слышный вздох. Хенджин подошёл к брату и, предварительно похлопав по плечу, обнял. — Будь осторожен пожалуйста. — Да это я уже понял. С первого раза понял. Все, бро, не волнуйся. Скоро тебе напишу. Сразу как байк заберу. — Хенджун похлопал близнеца по спине и отстранился. — Все окей будет. У меня все под контролем, — с этими словами он вышел в подъезд, небрежно запихивая только что полученный телефон в карман, махнул рукой, посмотрел на брата ещё секунду и быстрым шагом скрылся на лестничной площадке. Все вещи, что он притащил с собой, остались в квартире Хенджина. Как и сам Хенджин. Дальше дело было за Джинни. Ему предстояло еще очень многое, но, для начала, нужно кинуть денег брату на телефон. Пару нажатий на экран и, тихий «дзинь», готово. Хенджун отправил одну единственную точку в сообщении, чтоб показать, что он на связи, что может писать. Хенджин выдохнул с неким облегчением. Из колонок послышалась одна из любимых мелодий, и парень прибавил громкости. 음 알고 있지 벗어날 수도 없지 점점 빠져가 save me Please don't leave me 갈망에 목이 타 woah oh   덮칠 듯한 이끌림에 감각마저 무뎌져 난 눈앞에 있는 넌 꿈인지 현실인지 환상인지 «Мм, я знаю Но не могу сбежать Тону всё глубже, спаси меня Прошу, не покидай меня Так жажду того желания   Мои чувства притупились Из-за влечения, которое тянет к себе Ты, что стоишь передо мной, мечта, Реальность или иллюзия?» Хенджин вздохнул. Сейчас ему нужно было всё обдумать, но пути назад уже нет. Обещал - будь добр, изволь выполнять. Он выглянул в окно, глядя на оставленный у подъезда мотоцикл брата и его самого, смиренно удаляющегося и уменьшающегося. Он смотрел на эту картину, пока малюсенькая чёрная фигурка совсем не скрылась из виду. Парень тихо поднялся с места, если бы он встал резко, закружилась и заболела бы голова. Он совсем не привык к активным движениям. Нужно было позвонить Феликсу и спросить про пирсинг. Чем быстрее, тем лучше. С этим тянуть нельзя. Уже скоро ему нужно будет показаться на глаза компашки Хенджуна, а если пирсинга не будет или он не успеет зажить, будут проблемы. Парень садится обратно и открывает список недавних звонков на своём телефоне. Телефон брата тихо-мирно лежит в кармане. «Феликс», «Мама», «Феликс», «Феликс», «Хенджун», «Феликс». Очень разнообразно. Он нажимает на последний вызов, и мгновенно начинается новый. Хенджин подносит трубку к уху, жмурясь, трёт переносицу. Он не знает, с чего начать диалог, но у него есть время подумать, пока гудки продолжаются. Сонное «алло?». — Прости, я тебя разбудил? — парень водит ногтем по столу и обводит подушечкой пальца ободок еле тёплой кружки. — Есть такое.. Что-то срочное? Ты редко звонишь, — Это правда. Хенджин редко кому-либо звонит, только если для этого нет веской причины. — Думаю, да. Я могу сейчас к тебе приехать? — Можешь, но у меня сестры спят. — Я буду тихим. — Тогда жду. Пищание. Вызов завершён. Теперь Хенджину предстояло собраться. Он хотел переодеться из одежды брата в свою, привычную. 미쳐가 너와 눈이 마주친 순간 멈출 수가 없지 난 끝이 없는 갈증을 느껴 Know you get Deja Vu «Схожу с ума И момент, когда наши глаза встретились Не остановил меня Я чувствую бесконечную тягу60 Знаю, у тебя дежавю.» Слишком много головной боли. Чересчур много. У него и так день не задался. Еще с самого начала. Но это не имеет значения. Парень скидывает с себя толстовку брата и натягивает чёрную водолазку. Лучше бы оставался в нагретой толстовке. Стало холодно. Хенджина передернуло. Нужно было переодеть штаны. В рванных чёрных джинсах он, по крайней мере сейчас, точно не пойдёт. Он стягивает штаны ногами, накручивая левую штанину на правую лодыжку, выворачивает их наизнанку, чтоб шерсть собаки не присосалась к чёрному материалу, аккуратно их складывает и кладёт их на уже сложенную толстовку. Кучка вещей мгновенно оказывается в шкафу на отдельной полке. Хенджин снова тяжко вздыхает, снова трёт рукой переносицу, снова жмурится. У него болит голова. Путь до зеркала в коридоре был до жути долгим. Парень тупо пялился на Хенджина, отражающегося в зеркале. У него уже почти слезятся глаза от этой давящей на виски боли. Нужно выпить таблетку, но искать ее слишком лень. Он пишет Феликсу короткое смс. «Приготовь таблетку пожалуйста. У меня болит голова.» Отправлено. Хенджин косится на шлем, валяющийся на низкой тумбочке. Свет в коридоре выключен, но ключи от мотоцикла, почему-то, будто светятся. Он вздыхает. Ехать на нем или нет? Он очень давно не катался на байке, вспомнить бы, что да как. Было бы рискованно. Эта идея отпадает. Парень накидывает пальто и выходит из квартиры, запирая дверь и проворачивая ключ в замочной скважине. Он не хочет ехать на лифте. Хенджин быстрыми шажками направляется вниз. Каждый пролёт даётся ему то ли с необыкновенной легкостью, то ли чрезвычайно тяжело. Непонятно. Уже поздно. Ждать автобус - бесполезно, они уже не ходят. Идти в метро - а смысл? Быстрее дойти на своих двух. Брать мотоцикл брата - вообще не вариант. Он ёбнется на первой кочке, поцарапает покрытие, а потом ему поцарапают лицо. Помощь с вождением тоже нужно будет попросить у Феликса. Хенджин записывает эту мысль в заметки на телефоне. Все его заметки забиты всякой всячиной. Например, когда у него не было интернета, он писал туда обо всем, что происходит. Писал туда свои чувства, строчки из книг, цитаты людей, названия песен, дни рождения айдолов, может даже список покупок. Что-то супер странное и непостоянное, на чем навешана куча всякой разной одежды, шарфов и вешалок, что-то, на чем уже не осталось места, но можно расти вверх. Нужно расти вверх. Хенджина передернуло от ночной прохлады. Он достал из кармана наушники. 영원이란 말 위에 못질해 관뚜껑을 덮어 넌 약해빠졌었던 날 완전히 바꿔놨어 난 네가 되고 싶어 종일 거울 앞에 서서 얼굴을 할퀴어, 심장을 삼켜 «Давай же, гробовой крышкой накрой слово "вечность". Когда был слаб, ты полностью изменила мою сущность. Стать тобой хочу перед зеркалом часами стою, Царапаю лицо, глотаю сердце.» Хенджин старается своей походкой максимально не попадать в ритм песни. Идти в такт. Ему такое кажется странным. Он боится, что о нем подумают лишнего. Будто кто-то слышит музыку в его наушниках и непрерывно пялится на него, следя за тем, как он идёт. Будто за ним всегда наблюдают, будто нужно всегда держать себя в форме и быть идеальным. Будто если он сейчас споткнётся, его засмеют. Будто на улице вообще есть люди. Он не может позволить себе такой роскоши. Но если кто-то другой промышляет подобным, то он совсем не против, только за. Ему нравится смотреть на то, как другие люди радуются. Нравится, когда людям комфортно.

* * *

Хван идёт уже около 20 минут. Это совсем немного. Он любит вот так в одиночестве пройтись под музыку, любит долгие поездки в автобусе, долгие прогулки на качелях перед домом. Он как аквариум. В нем умещается все что угодно, в нем все очень медленно, будто ты плаваешь в воде, но какие-то рыбки могут быть чересчур шустрыми. Они просто приспособились. Все это умеют, просто каждому нужно определенное количество времени. Привыкнуть можно ко всему. Еще пара минут ходьбы, и Хенджин на месте. Вот он, стоит, звонит в домофон и пытается успокоить бешено бьющееся сердце. Как все объяснить? Противное пищание домофона выводит из транса, и парень входит в подъезд. В этот раз подъем на четвёртый этаж показался слишком мгновенным. Он стоит у железной двери с прибитыми сверху цифрами. Какими именно, он не помнил. Смотреть сейчас номер квартиры Феликса просто неуместно. Хенджин уже хочет нажать на дверной звонок, но вспоминает о спящих Оливии и Рейчел. Будить их было бы бестактно. Он достаёт из кармана телефон и набирает Феликсу очередное короткое сообщение. «Открывай». Прочитано. Через пару десятков секунд за дверью чем-то зашуршали и послушались звуки проворачивающегося в скважине ключа. Сердце снова бешено забилось. Будто это встреча с интернет-другом. Будто мама пришла домой, а ты насвинячил по всей квартире и не успел прибраться. Дверь открывается и выглядывает Феликс в пижаме. Он кажется совсем маленьким. Это даже забавляет. Хенджин выдыхает, пытаясь убедить себя, что Ликс ему поможет, они ведь лучшие друзья. Феликс Ли и Хван Хенджун - два самых близких для него человека. Он может им доверять. Парень с блондинистым маллетом стоит на пороге своей же квартиры и хлопает длинными ресницами, глядя на своего приображенного гостя. — Ого..? — Да. Впустишь? — Впущу. Парни заходят внутрь, и Хенджин позволяет себе скинуть пальто. Он вздыхает и снова трёт переносицу костяшками пальцев. Феликс, замечая это, мгновенно на кухню за уже приготовленными лекарствами. — Сколько ты спал? Почему ты так выглядишь?? Останешься на ночь? — блондин засыпал парня вопросами. Хенджин выпил предложенную таблетку и, жмурясь, встряхнул головой. — Терпение, Ликси, я сейчас все расскажу. Излишний энтузиазм ни к чему, — он садится на корточки, чтоб снять ботинки. Их нужно долго завязывать и развязывать, а если стягивать их ногами, они быстро испачкаются, и подошва со временем отклеится. Хенджин совсем не понимал принцип, которым пользуется его брат, когда снимает ботинки. — Пойдём на кухню? — Да, — Феликс скрестил руки на груди и, облокотившись на стену, ждал Хвана. — Сразу спрошу: то, что сейчас произошло, связано с Хенджуном? — Во-первых, происходит, во-вторых, да. Он сказал обратиться к тебе за помощью, я на тебя рассчитываю, сам я не справлюсь. — Хенджин.. — Феликс был похож на крошечную грустную куклу, непонятно от чего уставшую. — Ты будешь чай? — Буду. Парни проходят на кухню. В помещении пахнет чем-то тёплым, относительно недавно приготовленным. — О, что сварганили? — Хван машинально, без зазрения совести, подошёл к плите и поднял крыжку стоящей на ней сковороды. — Жаренные баклажаны с чесноком и майонезом. Сестры перед сном решили устроить «лёгкий перекус». — Фее.. — Хенджина передернуло от мыслей о баклажанах. Он встряхнулся и закрыл кружку. — И как это вообще есть.. Очень легкий вечерний перекус, я считаю. — И не говори. Но это на самом деле очень вкусно. — Молчать, любитель овощей. — Я в принципе не придирчив, — Феликс пожал плечами. — Главное — не сильно остро. Чеснок, конечно, такое себе, но в сочетании с баклажанами и майонезом, еще и запечённые. В самом деле очень вкусно. — Мне тебя не понять. Где мой чай? — Сейчас будет, ваше высочество. Ёнбок одним махом достал две кружки: прозрачную и белую, чуть их не разбил, за что ему практически прилетело от Хенджина. Кинул в каждый по пакетику и насыпал по две с половиной ложки сахара. Можно было подумать, к сладкому Хенджина приучил именно Феликс. Парень разлил по кружкам кипяток и разбавил свой чай молоком. — Эй, я тоже хочу! — сзади послышались недовольные высказывания Хвана. Если кто-то пьёт чай с молоком — он тоже пьёт чай с молоком. — Добавь и мне. — Без б. Все содержимое прозрачной кружки мгновенно стало бежевым. Парень поставил обе кружки на стол, размешивая сахар сначала Хенджину, а потом уже себе. — Ложку из чашки достань. — Точно, как я мог забыть, — Феликс хмыкнул и вытащил чайную ложку, облизал ее, чпокнул губами и положил железку на стол. — Непростительно. — Я тоже так думаю. Ну рассказывай уже. Хенджин вздохнул. — Эх ну.. Ко мне сегодня Хенджун приходил, ты это уже наверняка понял. — начал он. — Понял. — Ну так вот. Сказал, что у него там супер личные терки, и что я должен его подменить, потому что его друзьяшки, если узнают, захотят поехать с ним, а это только его дело. — И ты, конечно же, согласился. — озвучивает очевидное Ёнбок. — Как видишь. — Ты невер юз ёр брейн или что? Как вы додумались до этого вообще?? Ладно он, ты-то нахуя согласился... — Не могу же я его бросить. — Согласен, но можно было просто обговорить это с его друзьями. — Если он пришёл ко мне, значит, других путей не было. Ты ведь знаешь, он старался не втягивать меня в свои дела, говоря, что это слишком опасно. Я даже с его друзьями не знаком. Они даже не знают, что у него есть брат, тем более близнец. — Это вам, конечно, только на руку, но емае, чувак. Ты даже не знаешь его друзей! Сам ведь говоришь. Как ты вообще собираешься влиться в их компанию? — Справлюсь как-нибудь. — Другого ответа я от тебя и не ожидал, — Феликс закатил глаза. Если кто-то спросит у Хенджина, какого цвета глаза у его бывшего, он, скорее всего, ответит, что белые. — С чем тебе нужна моя помощь? — С байком и пирсингом. — Елки-палки.. Я совсем забыл про пирсинг этого дуралея. На какой он брови? — На правой. — Завтра поедем в салон. Готовься раскошелиться. — Окей. А с байком? — Завтра порешаем. Скорее всего, утром пойдём тебе бровь херачить, а потом будем на мотике катать. Не угробь его только. — Да вы достали, знаю я. Вы одинаковые. Может ты вместо меня пойдёшь его подменять? — А не сходить ли тебе нахуй? — Да ладно, все. На все согласен. — А с бандой его что делать будешь? — Хенджун обещал кинуть фотку и подписать каждого. Это как к-поп группа. Я их выучу, спрошу у него максимум инфы, и все супер будет. — Ну, смотри мне, — Казалось, Феликс так быстро вжился в роль. Будто у него совсем нет вопросов. В самом же деле, они были, и их было немало, но они все были предназначены Хван Хёнджуну. Он был просто рад помочь. — Останешься на ночь? — Хорошо. Дай мне футболку. — Возьми сам, я пока диван раскину. — Окей. Хенджин взял обе кружки с недопитым чаем и увязался вслед за Ёнбоком. В комнате пахло лавандой. Их стиральный порошок слишком хорошо пахнет, Хван готов утонуть в этом белье. Он буквально таял от этого запаха. Парень поставил кружки на тумбочку с цветком, оглядел комнату в поисках футболки, но, так и не обнаружив не, ушёл к шкафу. Она лежала на верхней полке, никому не нужная, его любимая, его персональная футболка в доме семейства Ли. Пока Хенджин любовался своей личной футболкой, Феликс уже успел расправить диван. Они оба завалились на мягкое поковало, совсем позабыв о чае.